← Назад к обзору

Случай

Полночь в патрульном ритме

Деревенская ночь дышала сыростью и запахом прелой травы. На часах было начало третьего, и смена патрульно-постовой службы казалась бесконечной. Старая «Гранта» с синими полосками на бортах стояла на обочине, притаившись в тени раскидистых ив, неподалеку от дома Полины. Двигатель был заглушен, и только редкие щелчки остывающего металла нарушали тишину.

Леха, потирая заспанные глаза, нетерпеливо постукивал пальцами по рулю. Его отношения с Полиной развивались стремительно — так же бурно и шумно, как и их первое знакомство на той самой остановке.

– Слушай, Саш, – Леха обернулся к напарнику, – у нас по графику час перерыва. Я к Полинке на пять минут заскочу? Она там пирожков напекла, да и… соскучился, чего греха таить.

Саша Майоров, откинув голову на подголовник, устало прикрыл глаза. Его форма была застегнута на все пуговицы, фуражка лежала на коленях. Ночной рейд по окрестным селам выжал из него все соки: пара семейных скандалов, пьяная драка у магазина и бесконечные проверки документов у залетных городских мажоров.

– Иди, ловелас, – не открывая глаз, отозвался Саша. – Только рацию не выключай. Я тут подремлю немного в машине. Если что — свисти.

– От души, Саня! – Леха буквально выпрыгнул из машины, на ходу поправляя ремень. – Я быстро, одна нога здесь, другая — в объятиях прекрасной дамы!

Саша слышал, как хлопнула калитка, как залаял соседский пес и как всё снова погрузилось в вязкую ночную тишину. Он вытянул ноги, насколько позволяло пространство салона, и глубоко вздохнул. В голове крутились обрывки рапортов, но перед глазами настойчиво стоял образ Кристины. Она ведь тоже сейчас там, у подруги. Полина звала её на «ночные посиделки», пока парни на службе.

В доме Полины в это время на кухне горел неяркий свет. Кристина, облаченная в свои любимые черные лосины, которые сидели на ней как вторая кожа, и в огромную, явно не по размеру толстовку Саши, лениво помешивала чай. Толстовка пахла им — смесью мужского парфюма, табака и того самого «полицейского» запаха, который она научилась узнавать из тысячи.

– Явился, – усмехнулась Кристина, услышав знакомый тяжелый шаг на крыльце.

Через секунду в кухню ворвался Леха, сияющий как начищенный жетон. Он тут же сгреб Полину в охапку, не обращая внимания на Кристину.

– А Саша где? – спросила девушка, прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди.

– В машине спит, – бросил Леха, утыкаясь носом в шею Полины. – Говорит, сил нет даже до порога дойти. Герой труда, блин.

Кристина прищурилась. Хитрый огонек заплясал в её глазах. Значит, спит? Один? В патрульной машине? Это был вызов, который она не могла проигнорировать.

– Пойду, проверю нашего стража порядка, – бросила она друзьям, которые уже явно забыли о её существовании.

– Крис, ты только аккуратнее, он злой сегодня! – крикнула вслед Полина, но Кристина уже выскользнула за дверь.

Ночная прохлада приятно обожгла лицо. Кристина бесшумно прокралась к калитке и вышла на дорогу. «Гранта» стояла в тени, едва различимая в свете редких фонарей. Девушка подошла к пассажирской двери. Сквозь стекло она увидела Сашу — он сидел неподвижно, его профиль в полумраке казался высеченным из камня. Даже во сне он выглядел так, будто готов в любой момент вскочить и броситься в погоню.

Кристина осторожно потянула за ручку. Дверь была не заперта. Она бесшумно открыла её, и в салон ворвался запах ночной свежести. Саша не шелохнулся, только ресницы едва заметно дрогнули.

Не раздумывая ни секунды, Кристина одним текучим движением скользнула в салон. Она не села на сиденье — она устроилась прямо у него на коленях, лицом к лицу, обхватив его шею руками.

Саша вздрогнул. Его рука инстинктивно дернулась к кобуре, но через долю секунды он почувствовал теплое тело, знакомый аромат духов и мягкую ткань толстовки, которая принадлежала ему. Он открыл глаза и столкнулся с сияющим, дерзким взглядом Кристины.

– Нападение на сотрудника при исполнении? – прохрипел он, его голос был охрипшим со сна и неожиданно глубоким.

– Скорее, проверка бдительности, лейтенант, – прошептала Кристина, хитро улыбаясь. – Плохо несете службу, Майоров. Любой преступник мог бы сейчас… обезоружить вас.

Саша выдохнул, его ладони сами собой легли ей на талию, притягивая ближе. Лосины подчеркивали стройность её бедер, а его толстовка на ней выглядела как самое соблазнительное платье в мире.

– Преступники так не улыбаются, Солдатова, – он окончательно проснулся, и в его глазах вспыхнул тот самый огонь, который Кристина умела разжигать одним взглядом. – Ты что здесь делаешь? Тебе спать пора.

– Мне скучно спать, когда мой личный полицейский патрулирует чужие сны, – она качнулась на его коленях, чувствуя, как напряглись мышцы под его форменными брюками. – Леха там пирожки ест, а ты тут голодный… во всех смыслах.

Саша усмехнулся, запуская пальцы под край толстовки, ощущая кончиками пальцев нежную кожу её спины. Это прикосновение подействовало на него сильнее любого адреналина.

– Ты провокатор, Крис. Ты хоть понимаешь, что мы в служебной машине? Прямо посреди деревни?

– И что? – она вызывающе вскинула подбородок. – Выпишешь мне штраф? Или заберешь в отделение за нарушение тишины?

– Я тебя сейчас сам арестую, – Саша перехватил её за затылок, притягивая к своему лицу. – Пожизненно. Без права переписки.

– О, какие жесткие меры, – выдохнула она ему в губы. – А наручники у тебя с собой?

Саша не ответил. Он впился в её губы требовательным, жадным поцелуем, вкладывая в него всю усталость ночи и всю ту страсть, которую он сдерживал последние часы. Кристина ответила с той же неистовостью, её пальцы запутались в его коротких волосах, прижимая его к себе еще плотнее.

В тесном салоне машины стало жарко. Рация на приборной панели что-то неразборчиво прохрипела, но для них этот звук доносился словно с другой планеты.

– Кристина… – Саша оторвался от её губ, тяжело дыша. Его лоб уперся в её лоб. – Ты меня с ума сведешь. Леха может выйти в любую минуту.

– Пусть выходит, – она прикусила мочку его уха, заставляя парня шумно выдохнуть. – Пусть видит, что его напарник занят важным государственным делом. Охраной общественного порядка в моем лице.

Саша прикрыл глаза, пытаясь собрать остатки самообладания. Его руки скользнули ниже, сжимая её бедра в обтягивающих лосинах.

– Ты специально надела мою толстовку? – спросил он, глядя на неё снизу вверх.

– Специально, – призналась она, её глаза блестели в полумраке. – Чтобы ты помнил, чей это запах. И кто тебя ждет дома.

– Я и так помню, – он снова притянул её к себе, зарываясь лицом в её волосы. – Каждую минуту помню. Иногда мне кажется, что я патрулирую не улицы, а свои мысли о тебе.

Кристина смягчилась, её дерзость на мгновение уступила место нежности. Она прижалась щекой к его погону, чувствуя жесткую ткань формы.

– Саш, ты очень устал? – спросила она тихо.

– Теперь уже нет, – он улыбнулся, его ладонь мерно поглаживала её по спине. – Ты — лучший энергетик, который я когда-либо пробовал. Но тебе правда нужно идти. Если Леха нас застукает, я до пенсии не отмоюсь от его шуточек.

– Ну и пусть шутит, – Кристина нехотя начала отстраняться. – Завидует просто. У него Полина пирожками занимается, а у меня… другие методы.

Она ловко соскользнула с его колен, поправляя толстовку. Саша смотрел на неё, и в его взгляде было столько нескрываемого обожания, что у Кристины на мгновение перехватило дыхание.

– Иди, – он протянул руку и коснулся её щеки. – Скоро рассвет. Я закончу смену и приеду. Спи.

– Буду ждать, – она послала ему воздушный поцелуй и выскользнула из машины.

Саша смотрел ей вслед, пока её стройная фигура не скрылась за калиткой. Он глубоко вздохнул, поправляя форму и фуражку. Усталость никуда не делась, но теперь она была другой — приятной, наполненной смыслом.

Через пять минут из дома вышел Леха, жуя на ходу последний кусок пирога. Он сел за руль и подозрительно посмотрел на напарника.

– Саня, ты чего такой… сияющий? – Леха прищурился. – Вроде спал, а вид такой, будто лотерею выиграл. И в машине… духами какими-то пахнет. Цитрусовыми.

Саша невозмутимо посмотрел в лобовое стекло.

– Тебе кажется, Леха. Это освежитель новый. «Ночной патруль» называется. Поехали уже, смена сама себя не закончит.

Леха хмыкнул, заводя двигатель.

– Ну-ну, освежитель. Смотри, Майоров, а то твоя «рецидивистка» узнает, что у тебя тут в машине посторонние запахи, и устроит тебе допрос с пристрастием.

– Уж поверь, Леха, – Саша едва заметно улыбнулся, – я к этому допросу готов как никогда.

Машина тронулась, медленно выезжая на главную дорогу. Саша смотрел в окно на светлеющее небо. Впереди был еще час службы, рапорты и развод в отделе, но всё это казалось мелочью. Ведь он знал, что в старом доме, укрытая его огромной толстовкой, его ждет Кристина — его личный шторм, его нарушение всех уставов и его единственная правда в этом сложном, патрульном мире.

А Кристина, вернувшись в дом, забралась под одеяло, вдыхая запах Саши, который теперь стал еще сильнее. Она улыбалась, вспоминая его взгляд и то, как его сильные руки сжимали её талию. Она знала, что их отношения никогда не будут простыми, что будут ссоры, ревность и его вечная «служба». Но сейчас, в тишине просыпающейся деревни, это не имело значения.

Она заснула быстро, и ей снились синие проблесковые маячки, которые превращались в звезды, и лейтенант Майоров, который вместо протокола писал ей стихи на обороте бланка о задержании.

Смена продолжалась, жизнь шла своим чередом, но этой ночью в тесном салоне патрульной «Гранты» была написана еще одна глава их общей истории. Истории о том, что даже самая строгая форма бессильна перед кружевом, кожей и тем безумным чувством, которое они называли любовью.

Саша ехал по пустынной дороге, и в зеркале заднего вида отражались его глаза — глаза человека, который нашел свой причал в самом неспокойном море. И этот причал пах цитрусом, носил его толстовку и умел садиться на колени так, что весь мир вокруг переставал существовать.

– Саня, ты точно в порядке? – снова подал голос Леха. – Ты уже три минуты на красный светофор смотришь, который вообще-то выключен.

– В полном порядке, Леха, – отозвался Саша, переключая передачу. – Просто думаю о том, что жизнь — удивительная штука. Особенно ночью.

– Философ, блин, – проворчал Леха, но в душе он был рад за друга.

А над деревней вставало солнце, окрашивая небо в розовые и золотистые тона. Новый день обещал быть жарким, но для Саши и Кристины этот жар начался гораздо раньше — в тени ив, под шёпот рации и биение двух сердец в такт ночному патрулю.