← Назад к обзору

Случай

Внештатный сотрудник и протокол иронии

Утро в отделе ГИБДД началось не с кофе и даже не с развода нарядов, а с подозрительного оживления в курилке. Саша Майоров, только что сдавший смену и мечтавший лишь о душе и мягкой подушке, почувствовал неладное еще на входе в здание. Коллеги, обычно занятые заполнением бесконечных рапортов, при виде него начинали как-то странно переглядываться и прятать улыбки в кулаки.

– О, вот и наш «рыцарь жезла и капота»! – воскликнул Серега из второго экипажа, едва Саша переступил порог дежурки. – Саня, ну ты даешь! Мы-то думали, ты у нас кремень, сухарь и образец устава, а ты, оказывается, фотосессии на служебном транспорте устраиваешь.

Саша замер, нахмурившись. Усталость после бессонной ночи мешала быстро сообразить, о чем идет речь, но нехорошее предчувствие уже кольнуло где-то под ребрами.

– Какая еще фотосессия? – сухо спросил он, снимая фуражку и проводя рукой по коротким волосам.

– Да ладно тебе скромничать! – в разговор вклинился еще один коллега, протягивая Саше смартфон с открытым общим чатом подразделения. – Весь отдел уже оценил. Леха — гений композиции, не иначе.

На экране красовалась та самая фотография. Ночная трасса, мягкий свет фонарей и они с Кристиной. Она, дерзкая и смеющаяся, в его фуражке, сидящая на капоте, и он — стоящий между ее колен, обнимающий ее за бедра так, будто весь мир в этот момент мог провалиться в тартарары. Снимок получился на удивление живым и интимным, несмотря на форменную одежду и казенный антураж. Под фото уже красовалось десятка два комментариев: от «Майоров, это по какой статье ПДД такая эвакуация?» до «Где выдают таких понятых?».

– Леха… – процедил Саша сквозь зубы, чувствуя, как уши начинают гореть.

– А что Леха? – раздался бодрый голос из-за спины. Напарник, сияющий как начищенный самовар, ввалился в дежурку с охапкой бумаг. – Леха запечатлел историю! Саня, ты должен мне проставить за такой пиар. Ты посмотри, как охваты растут! Даже ребята из ППС спрашивают, не родственница ли это начальника главка, раз ей разрешено на капоте патрульки восседать.

– Я тебя сейчас сам «эвакуирую», прямо с крыльца, – пообещал Саша, но в этот момент дверь кабинета в конце коридора открылась, и на пороге появился майор Степанов.

В отделе мгновенно наступила тишина. Майор был человеком старой закалки, строгим, но справедливым. Он не терпел панибратства и всегда требовал безукоризненного соблюдения дисциплины. Коллеги начали потихоньку рассасываться по своим местам, ожидая неминуемого разноса за «неуставные отношения с гражданскими лицами на посту».

– Майоров, к полудню ко мне, – коротко бросил майор и скрылся в кабинете.

– Ну всё, Саня, суши сухари, – шепнул Леха, хотя в его глазах всё еще плясали чертики. – Сейчас тебе прилетит за «дискредитацию образа сотрудника».

Саша лишь тяжело вздохнул. Он знал, что Кристина, узнав об этом, либо придет в ярость, либо — что вероятнее — высмеет его так, что мало не покажется.

***

Кристина Солдатова проснулась от настойчивого писка телефона. Сообщение было от Лехи.

«Крис, ты — звезда. Весь отдел в восторге. Саня в кабинете у майора, пишет завещание. Если что, я подтвержу, что ты — внештатный сотрудник по психологической разгрузке личного состава. Ссылка на фото прилагается».

Кристина открыла снимок и на мгновение замерла. Она помнила ту секунду — запах ночи, тепло рук Саши и то странное чувство безграничного доверия, которое охватило ее на капоте машины. Фотография передавала это слишком явно. Ее «сложный характер» на долю секунды дал сбой, уступая место нежности, но она быстро взяла себя в руки.

– Ну, Майоров, ну, Леха… – пробормотала она, вскакивая с кровати. – Подставили офицера под монастырь.

Она быстро оделась, натянув джинсы и ту самую серую толстовку Саши, которая теперь официально считалась ее собственностью. Ее план был прост: если Сашу собираются распекать за эту фотографию, она должна быть там, чтобы превратить серьезный выговор в фарс. В конце концов, кто лучше нее умеет доводить ситуацию до абсурда?

***

В кабинете майора Степанова пахло табаком и старой бумагой. Саша стоял по стойке «смирно», глядя прямо перед собой. На столе майора лежал смартфон с тем самым фото.

– Значит, Майоров, – начал Степанов, медленно снимая очки и протирая их платком. – Нарушаем?

– Виноват, товарищ майор, – четко ответил Саша. – Допустил присутствие гражданского лица на месте несения службы. Готов понести взыскание.

Майор долго молчал, рассматривая фотографию.

– Готов, значит… – Степанов вдруг усмехнулся, и это было так неожиданно, что Саша едва не моргнул. – А девчонка-то характерная. Видно по глазам. Солдатова, кажется?

– Так точно. Кристина Солдатова.

– Помню ее. Она года два назад нашему участковому чуть палец не откусила, когда тот пытался ее за неправильную парковку приструнить. Бойкая.

Степанов встал из-за стола и подошел к окну.

– Знаешь, Майоров, я ведь тоже когда-то был молодым. И у меня тоже была такая… которая на капот запрыгивала, когда я в оцеплении стоял. Только тогда смартфонов не было, слава богу.

Саша молчал, не зная, как реагировать на такие откровения начальства.

– Взыскание я тебе, конечно, выпишу. Для порядка. Чтобы Лехе твоему неповадно было такие архивы собирать. Но чисто по-человечески… – Майор повернулся и посмотрел на Сашу с какой-то отеческой теплотой. – Рад за тебя. В нашей работе без надежного тыла быстро выгораешь. А тут видно — тыл не просто надежный, он еще и с зубами.

В этот момент дверь кабинета без стука распахнулась.

– Так, я не поняла, где тут записывают в нарушители общественного порядка? – Кристина влетела в кабинет с таким видом, будто собиралась брать его штурмом.

Саша зажмурился. «Началось», – пронеслось у него в голове.

Майор Степанов удивленно поднял брови.

– А вот и главная улика, – констатировал он.

Кристина подошла к столу, игнорируя предостерегающий взгляд Саши.

– Товарищ майор, или как вас там по уставу… Степанов, кажется? Слушайте, Майоров тут ни при чем. Это я его спровоцировала. Я вообще агент под прикрытием, проверяла бдительность сотрудников ГИБДД в ночное время. Сотрудник Майоров проверку не прошел — вместо того чтобы применить спецсредства, он применил личное обаяние. Требую занести это в протокол.

Майор Степанов не выдержал и рассмеялся — громко, от души, так, что в дежурке за дверью все вздрогнули.

– Ну, Солдатова! – сквозь смех проговорил он. – Ты всё такая же. Майоров, уводи ее отсюда, пока она мне весь отдел не перевербовала.

– Идем, – Саша быстро схватил Кристину за руку, опасаясь, что она продолжит свою «защитную речь».

– Подождите! – Степанов вдруг посерьезнел. – Майоров, фото оставь в чате. Пусть ребята видят, что мы тоже люди. А Кристине передай… фуражку пусть вернет. А то у нас по описи не хватает.

– Она ее приватизировала в счет морального ущерба! – выкрикнула Кристина уже из коридора.

***

Когда они вышли на крыльцо отдела, их уже поджидал Леха. Он сидел на капоте своей старой «девятки» и демонстративно жевал яблоко.

– Ну что, смертники? – весело спросил он. – Расстрел заменили пожизненным заключением друг с другом?

– Леха, я тебя когда-нибудь убью, – беззлобно пообещал Саша, щурясь на яркое утреннее солнце.

– Не убьешь, – Кристина обняла Сашу за талию, прижимаясь к его боку. – Кто же тогда будет делать такие эпичные кадры? Саш, посмотри на светлую сторону: теперь весь отдел знает, что ты занят. Никакие диспетчерши тебе больше глазки строить не будут.

– А они строили? – Саша удивленно посмотрел на нее.

– Строили-строили, – вставил Леха. – Но после вчерашнего фото они поняли, что против Солдатовой у них шансов меньше, чем у пешехода против катка.

Кристина довольно хмыкнула.

– Ладно, герои дорог. Поехали завтракать. Я проголодалась, пока спасала твою репутацию, Майоров.

Они загрузились в машину Саши. Леха, как всегда, устроился на заднем сиденье, продолжая комментировать всё подряд.

– Знаете, что самое смешное? – сказал он, когда они выехали со двора. – Бабушка Надя сегодня утром видела, как я выходил из подъезда, и спросила, почему это «наша девочка» ушла ночью к патрульной машине в одних штанах, а вернулась под утро и всё еще не замужем. Я ей пообещал, что мы работаем над этим вопросом.

– Леха! – в один голос крикнули Саша и Кристина.

– Всё-всё, молчу! – Леха поднял руки вверх. – Но фото я всё-таки распечатаю. Для истории.

Саша вел машину, чувствуя на своем плече голову Кристины. Она уже начала засыпать, убаюканная движением и теплом. Ее рука уютно устроилась в его ладони.

Впереди был выходной. Впереди были новые смены, новые поломки лифтов и бесконечные подколы Лехи. Но сейчас, в это солнечное утро, Саша понимал, что та ночная вспышка на трассе осветила не только их на капоте машины. Она осветила его жизнь, сделав ее ярче, сложнее и бесконечно ценнее.

– Спи, Солдатова, – тихо прошептал он. – Я на страже.

– Только попробуй меня сфотографировать спящей, – не открывая глаз, пробормотала она. – Убью обоих.

– Понял, – улыбнулся Саша, переглянувшись с Лехой в зеркале заднего вида.

Напарник лишь подмигнул и беззвучно одними губами произнес: «Сделаю видео».

Жизнь на пятнадцатом этаже продолжалась, и в этой главе их истории больше не было места сомнениям. Только дорога, только они и немного неуставного юмора, без которого эта любовь была бы не такой настоящей.