← Назад к обзору

Смерть

Черное солнце над Сеулом

Юкио сидел на самом краю парапета, свесив ноги в бездну. На этот раз он сменил свой привычный образ на нечто более строгое, но не менее мрачное. На нем была плотная черная водолазка, подчеркивающая рельеф мускулистой груди, строгие черные брюки и до блеска начищенные туфли. Длинный черный плащ, накинутый поверх, тяжело свисал вниз, едва колышимый ночным ветром.

В руках он держал обычный бумажный пакет из ближайшего фастфуда. Бог Смерти с невозмутимым видом жевал бургер, периодически запивая его ледяной колой из жестяной банки. Со стороны он мог показаться обычным молодым человеком, решившим устроить ночной пикник на крыше небоскреба, если бы не пронзительные ярко-голубые глаза, в которых отражались не огни города, а холод далеких звезд.

Воздух за его спиной внезапно стал плотным и приторно-сладким, словно пропитанным ароматом лилий и ладана. Юкио даже не обернулся. Он лишь аккуратно проглотил кусок и сделал глоток колы, чувствуя, как пузырьки газа приятно покалывают язык.

– Ну что, Судьба довольна, Азриэль? – Его голос, низкий и спокойный, разрезал тишину крыши.

Светящаяся фигура, сотканная из чистого белого сияния, медленно материализовалась в паре метров от него. Ангел выглядел величественно и в то же время тревожно. Его присутствие заставляло тени на крыше испуганно сжиматься, но тени самого Юкио оставались неподвижными, словно высеченными из гранита.

– Ты нарушил равновесие, Жнец, – произнес Азриэль, и его голос звучал как хорал тысячи голосов. – Ты не просто собрал жатву. Ты позволил существу из этого мира заглянуть за завесу. Ты дал ему Зеркало Бездны.

Юкио усмехнулся, обнажая ровные зубы, и отправил в рот последний кусочек бургера. Скомкав бумагу, он аккуратно положил её обратно в пакет.

– Он не просто «существо из этого мира», Азриэль. Он — Монарх Теней. Он уже одной ногой стоит в моем царстве. Я лишь помог ему снять повязку с глаз.

– Это не твоя роль! – Ангел сделал шаг вперед, и свет от его одежд стал нестерпимо ярким. – Ты должен быть беспристрастным судьей, концом пути, а не наставником для того, кто играет в бога. Судьба обеспокоена. Нити Сон Джин Ву теперь переплетены с твоими так плотно, что их невозможно распутать, не уничтожив обоих.

Юкио медленно встал и повернулся к посланнику небес. Несмотря на то что Ангел был выше и излучал божественную мощь, Юкио казался более внушительным. Его ярко-голубые глаза светились опасным, потусторонним огнем, а татуировки на правой руке, скрытые под рукавом водолазки, начали пульсировать, создавая вокруг него ореол абсолютной тишины.

– Судьба всегда была капризной сукой, – Юкио произнес это без тени почтения, заставив Ангела вздрогнуть. – Она ткала узоры, не спрашивая моего мнения веками. Но теперь я здесь. И если я решил, что этот Монарх заслуживает увидеть истину, значит, так тому и быть.

– Ты привязываешься к нему, – печально констатировал Азриэль, и его свет немного померк. – Бог Смерти, который начинает чувствовать биение чужого сердца... это начало конца. Ты ведь знаешь, чем это закончится для него? Если он не выдержит твоей сути, его душа просто испарится.

Юкио подошел к Ангелу вплотную. Между ними было всего несколько сантиметров — столкновение первозданного света и абсолютной тьмы.

– Он выдержит, – прошептал Юкио. – Он уже выдержал кольцо. Его воля тверже, чем все ваши небесные своды. А теперь иди, Азриэль. Передай Судьбе, что я сам допишу эту главу.

Ангел еще мгновение смотрел в глаза Жнеца, пытаясь найти там хоть каплю раскаяния, но нашел лишь холодную решимость. С тихим вздохом, похожим на шелест крыльев, светящаяся фигура растворилась в воздухе, оставив после себя лишь слабый запах озона.

Юкио остался один. Он снова сел на парапет и открыл банку колы. Но не успел он сделать глоток, как пространство позади него снова пришло в движение. На этот раз это была не золотистая пыль небес, а густая, вязкая тьма, которая была ему гораздо привычнее.

– Ты часто ешь такую дрянь? – раздался спокойный голос Сон Джин Ву.

Монарх Теней вышел из тени вентиляционной шахты. Он выглядел уставшим после событий в больнице, но его взгляд был острым и внимательным. Он смотрел на Юкио, подмечая перемену в его одежде.

– Вкусовые рецепторы — это единственное, что связывает меня с пониманием жизни, – Юкио не обернулся, но по его губам скользнула едва заметная улыбка. – К тому же, в этом городе делают неплохие бургеры. Хочешь? У меня осталась картошка.

Джин Ву подошел и встал рядом, глядя на ночной Сеул.

– Нет, спасибо. Я пришел не за едой.

– Я знаю, зачем ты пришел, – Юкио наконец повернул к нему голову. – Кольцо оставило след. Ты чувствуешь меня, как фантомную боль, верно?

Джин Ву кивнул. Он действительно ощущал присутствие Юкио как некий гравитационный центр, к которому его неумолимо тянуло.

– Система выдала мне новое уведомление, – Джин Ву посмотрел на свои руки. – Она говорит, что «Путь сердца» теперь не просто выбор, а обязательство. И что синхронизация с тобой меняет мои навыки.

Юкио рассмеялся, и этот смех был полон искреннего веселья.

– Система... Она всегда пытается структурировать то, что не поддается логике. Она видит в наших отношениях переменные и коэффициенты. Но она не понимает главного.

– И чего же она не понимает? – Джин Ву повернулся к нему всем корпусом.

Юкио встал, и его плащ взметнулся, словно крылья огромного ворона. Он сделал шаг к Джин Ву, сокращая дистанцию до предела. В свете луны его светлая кожа казалась фарфоровой, а татуировки, проступающие сквозь тонкую ткань водолазки, выглядели как живые тени.

– Она не понимает, что Смерть нельзя приручить через интерфейс, – Юкио протянул руку и коснулся воротника пальто Джин Ву. – Ты выбрал самый опасный путь из возможных, Монарх. Ты решил влюбить в себя того, кто является финалом любой любви.

– Я не привык отступать перед трудностями, – ответил Джин Ву, перехватывая запястье Юкио. – Даже если эта трудность — Бог Смерти в черном плаще, который ест фастфуд на крышах.

Они стояли так несколько секунд — два самых могущественных существа в этом мире, связанные невидимыми нитями судьбы и странным, пугающим притяжением. Джин Ву чувствовал холод, исходящий от Юкио, но этот холод не обжигал, а скорее успокаивал, как лед на воспаленной ране.

– Ты видел, что случилось в больнице, – тихо произнес Джин Ву. – Там были сотни детей. Если бы не ты...

– Если бы не я, они бы умерли и стали пищей для паразитов, – перебил его Юкио. – Ты должен понять, Джин Ву: я не «герой». Я не спасал их из доброты. Я просто восстанавливал порядок. Души должны уходить ко мне, а не в пробирки безумцев.

– Для тех детей и их родителей это не имеет значения, – Джин Ву сжал его запястье чуть сильнее. – Ты дал им шанс. И ты показал мне истину. За это я тебе благодарен.

Юкио прищурился. Его ярко-голубые глаза внимательно изучали лицо Монарха.

– Благодарность — это опасное чувство. Оно порождает привязанность. А привязанность — это слабость, которую я могу использовать против тебя.

– Или сила, которая поможет нам обоим, – парировал Джин Ву.

Юкио внезапно подался вперед, так что их лбы почти соприкоснулись. Его дыхание, пахнущее колой и чем-то древним, коснулось губ Джин Ву.

– Ты действительно думаешь, что сможешь удержать меня рядом? – прошептал Бог Смерти. – Я — ветер, который гасит свечи. Я — тишина, которая поглощает крики.

– Ты — тот, кто сидит на крыше и пьет колу, потому что ему одиноко в своей вечности, – голос Джин Ву был твердым. – Я вижу тебя, Юкио. Не Бога, не Жнеца. Тебя.

Юкио замер. Его зрачки расширились, поглощая голубизну радужки. На мгновение его маска безразличия треснула, обнажая нечто человеческое, глубоко запрятанное под слоями татуировок и божественной мощи.

Он резко отстранился, вырывая руку из хватки Джин Ву.

– Ты слишком много на себя берешь, Монарх Теней, – Юкио поправил плащ, и его голос снова стал холодным. – Но... твоя дерзость мне нравится.

Он подошел к краю крыши и посмотрел вниз, на поток машин.

– В Гангнам-гу открылись новые Врата ранга А, – произнес Юкио, не оборачиваясь. – Ассоциация охотников в панике. Они думают, что это обычный инцидент. Но я вижу изнанку. Там не монстры. Там — отголоски того, что «Верде» пытались создать в подвалах больницы.

Джин Ву мгновенно подобрался. Его тени внутри него зашевелились, предвкушая битву.

– Ты хочешь, чтобы я разобрался с этим?

– Я хочу, чтобы мы разобрались с этим вместе, – Юкио обернулся, и на его лице снова играла та самая опасная, хищная улыбка. – Система хочет, чтобы я стал твоим «возлюбленным»? Что ж, давай начнем с совместного свидания в Бездне. Посмотрим, как ты сражаешься, когда рядом с тобой стоит истинная Смерть.

Джин Ву невольно усмехнулся. Предложение было безумным, опасным и абсолютно в стиле Юкио.

– Свидание в подземелье ранга А... – Джин Ву вызвал свои кинжалы, которые окутались черным пламенем. – Звучит как лучший план на вечер.

Юкио сделал шаг в пустоту, но не упал. Он пошел по воздуху, словно по невидимым ступеням, и его плащ развевался за спиной, как знамя апокалипсиса.

– Тогда не отставай, Монарх. Учти, я не буду тебя спасать. Если ты окажешься недостаточно силен, я просто заберу твою душу и поставлю её на полку как самый ценный трофей.

– Попробуй, если сможешь, – бросил Джин Ву и прыгнул следом, растворяясь в тени.

***

Врата в Гангнам-гу пульсировали багровым светом. Вокруг них уже было выставлено оцепление, охотники из крупных гильдий нервно проверяли снаряжение. Никто из них не заметил, как на крышу ближайшего здания приземлились две фигуры.

Юкио стоял в своем черном плаще, и его ярко-голубые глаза светились в темноте. Он чувствовал страх людей внизу, их мелкие, дрожащие души. Но рядом с ним пульсировала иная сила — мощная, темная и уверенная.

– Видишь эти нити? – Юкио указал на Врата. – Они ведут не в другой мир. Они ведут в карманное измерение, созданное искусственно. Это ловушка.

Джин Ву прищурился. С кольцом или без, теперь, после синхронизации, он тоже начал замечать странности. Мана Врат была нестабильной, она пахла химикатами и гнилью.

– Кто бы это ни сделал, он хочет выманить сильнейших охотников, – сказал Джин Ву.

– Или он хочет выманить тебя, – Юкио посмотрел на Монарха. – Твоя сила привлекает хищников из других реальностей. Но они не учли одного.

– Чего именно? – спросил Джин Ву, делая шаг к краю крыши.

Юкио положил руку ему на плечо. Его пальцы, холодные и крепкие, сжали ткань пальто.

– Они не учли, что у тебя теперь очень ревнивый покровитель.

С этими словами Юкио взмахнул рукой, и огромная Коса Смерти материализовалась в его ладони. Голубое пламя на лезвии осветило всё вокруг, заставив охотников внизу в ужасе задрать головы.

– Пойдем, Джин Ву, – голос Юкио прозвучал как гром. – Покажем им, что бывает, когда Смерть и Тень объединяются.

Они сорвались вниз одновременно. Две черные молнии, прорезавшие ночное небо Сеула. В этот момент Система в голове Джин Ву выдала финальное сообщение на сегодня:

[СИНХРОНИЗАЦИЯ: 30%. ВЫ ОТКРЫЛИ СОВМЕСТНЫЙ НАВЫК: «ТАНЕЦ ПОСЛЕДНЕГО ВЗДОХА».]

Джин Ву почувствовал, как сила Юкио вливается в него, смешиваясь с его собственной маной теней. Это было пьянящее чувство абсолютного могущества.

Они ворвались во Врата, и багровое сияние поглотило их. Впереди была битва, которая должна была стать легендой, но для них это было лишь начало. Начало долгого и опасного пути, где любовь и смерть шли рука об руку, а границы между мирами стирались под ударами косы и кинжалов.

А где-то в высших сферах Азриэль смотрел на затухающие нити судьбы и понимал: старый мир умер этой ночью. На его руинах рождалось нечто новое — нечто, созданное Богом Смерти и Монархом Теней.

Юкио, разрубая первого монстра, который оказался искаженным человеческим телом, весело крикнул сквозь грохот битвы:

– Эй, Джин Ву! Если мы выживем, с тебя еще один бургер!

Джин Ву, окруженный вихрем своих теней, лишь коротко рассмеялся в ответ.

– Договорились, Смерть. Но на этот раз выбираю я!

И в этом смехе, среди крови и тьмы, зародилось нечто более прочное, чем любые системные контракты. Истинная связь двух душ, нашедших друг друга на самом краю вечности.