← Назад к обзору

смерть

Ловушка для серенькой мышки

Холодное стекло ампулы в кармане юбки казалось Алине раскаленным углем. Она шла по коридору, глядя перед собой невидящим взором, а в ушах всё еще звенел вкрадчивый голос Уварова: «Мышка... Маленькая, серенькая мышка».

Ей хотелось закричать, сорвать с себя эту невидимую удавку, побежать к ребятам и всё рассказать. Рассказать, что их «добрый» физрук — чудовище, что он вколол ей яд, что он заставляет её шпионить. Но перед глазами тут же всплывало его лицо, когда он сжимал её шею. Холодное, расчетливое, лишенное всякой человечности. Он не шутил. Он убьет её, не моргнув и глазом, а потом найдет новую жертву среди её друзей.

– Алина! Ты где пропадала? – Даша вынырнула из-за угла, испугав её до икоты. – Мы тебя в библиотеке ждем. Андрей нашел какие-то старые записи Войтевича.

Алина вздрогнула, непроизвольно прижимая руку к карману.

– Я... я в медпункте была. Голова что-то разболелась, – соврала она, чувствуя, как внутри всё сжимается от мерзкого ощущения собственной лжи.

– Опять? – Даша сочувственно коснулась её плеча. – Ты в последнее время сама не своя. Бледная такая. Пойдем, посидишь с нами, может, отвлечешься.

Они вошли в библиотеку. Андрей, Макс и Вика склонились над пожелтевшими листами. Атмосфера была наэлектризована азартом и тревогой — обычное состояние их компании в последнее время.

– Смотрите, – Андрей указал на схему. – Здесь отмечен уровень, которого нет на наших картах. Это под самым старым крылом. Уваров там постоянно крутится, я сам видел, как он выходил из той неприметной двери за спортзалом.

– Уваров? – переспросила Вика, прищурившись. – Он физрук, ему положено крутиться около спортзала.

– Не так, Вик, – покачал головой Андрей. – Он выходил оттуда в три часа ночи. И вид у него был такой, будто он не кросс бегал, а в шахте вкалывал.

Алина присела на край стула, стараясь не смотреть на друзей. Каждое их слово теперь имело вес. Каждая их догадка была тем, что Уваров хотел знать. «Что они узнали нового и откуда...» — его приказ пульсировал в висках.

– Мы решили спуститься туда сегодня ночью, – тихо сказал Макс, обводя всех взглядом. – Алина, ты с нами?

Сердце Алины пропустило удар.

– Нет, – быстро ответила она, слишком быстро. – Я... я не могу. Я всё еще плохо себя чувствую. И Уваров... он ведь предупреждал, что охрану удвоили.

– Откуда ты это знаешь? – Андрей резко поднял голову, его пронзительный взгляд заставил Алину похолодеть.

– Ну... – она лихорадочно соображала, – я слышала, как он говорил с кем-то в коридоре. С Петром Алексеевичем. Они обсуждали новые меры безопасности. Ребята, это опасно. Пожалуйста, не ходите туда сегодня.

– Опасность — наше второе имя, Васильева, – хмыкнул Макс, но в его глазах не было веселья. – Если мы не узнаем, что они там прячут, мы никогда не выберемся из этого ада.

Весь остаток дня Алина провела как в лихорадке. Она должна была их остановить. Если они пойдут и их поймают, Уваров решит, что она его не предупредила. Или, что еще хуже, он решит преподать ей урок, убив кого-то из них прямо там, внизу.

После ужина, когда школа погрузилась в сумеречный покой, Алина снова направилась в учительское крыло. Ноги были ватными, а во рту пересохло. Она постучала в знакомую дверь.

– Входи, мышонок, – раздался приглушенный голос.

Уваров сидел за столом, перебирая какие-то бумаги. На нем была белоснежная рубашка с расстегнутым воротником, рукава закатаны до локтей. Он выглядел как обычный человек, занятый рутиной, если бы не пистолет, лежащий на краю стола в качестве пресс-папье.

– Принесла что-нибудь интересное? – спросил он, не поднимая глаз.

Алина сделала шаг в комнату, плотно закрыв дверь.

– Они собираются спуститься сегодня ночью, – выдохнула она, чувствуя себя последней дрянью. – В старое крыло, за спортзалом. Андрей нашел какие-то записи.

Вадим медленно поднял голову. На его губах заиграла тонкая, едва заметная улыбка.

– Записи, значит... Неугомонный мальчишка. И во сколько планируется этот «подвиг»?

– В час ночи. Вадим Юрьевич, пожалуйста... – Алина шагнула ближе, её голос дрожал от слез. – Вы ведь обещали. Не убивайте их. Вы сказали, что просто хотите, чтобы они не мешали.

Уваров встал и медленно подошел к ней. Он был намного выше, и его тень полностью накрыла её. Он протянул руку и коснулся её щеки — жест, который мог бы показаться ласковым, если бы не ледяной холод в его глазах.

– Я ценю твою честность, Алина. Видишь, как это просто? Ты говоришь мне правду, а я дарю тебе еще один день жизни.

Он отошел к шкафчику и достал шприц. Алина зажмурилась, чувствуя, как по щеке катится слеза. Укол в шею был быстрым, но после него по венам разлилось странное тепло, смешанное с горечью.

– Это антидот? – прошептала она.

– Он самый, – Вадим убрал шприц. – А насчет твоих друзей... Не волнуйся. Я не собираюсь их убивать. Пока что. Мы просто устроим им небольшую проверку на прочность. А ты... ты сделаешь так, чтобы они задержались в библиотеке подольше. Придумай что-нибудь. Отвлеки их.

– Но как?

– Ты умная девочка, отличница, – он снова улыбнулся, и в этой улыбке было что-то хищное. – Придумай повод. Скажи, что тебе страшно, попроси Андрея остаться с тобой. Сделай так, чтобы в час ночи в подземелье пошли не все. Мне нужно, чтобы они разделились.

Алина смотрела на него с ужасом. Он играл ими, как шахматными фигурами, а она была его главным ферзем, который сам того не желая, рубил своих же.

– Иди, – скомандовал он. – И помни: я буду наблюдать.

Алина вышла из комнаты, пошатываясь. Она знала, что должна сделать. Но когда она вернулась к ребятам, слова застряли у неё в горле. Они уже собирали рюкзаки, проверяли фонарики.

– Алина, ты какая-то совсем зеленая, – Вика подошла к ней, обеспокоенно заглядывая в глаза. – Может, тебе всё-таки в изолятор лечь?

– Нет, – Алина судорожно вздохнула. – Ребята, Андрей... можно тебя на минуту?

Андрей отставил рюкзак и отошел с ней в сторону.

– Что случилось?

– Мне страшно, Андрей, – она вцепилась в его рукав, и это не было ложью. Ей было смертельно страшно. – Пожалуйста, не ходи сегодня. У меня такое плохое предчувствие... Словно что-то должно случиться. Побудь со мной, хотя бы полчаса.

Андрей мягко улыбнулся и накрыл её ладонь своей.

– Алин, ну ты чего? Мы сто раз так делали. Мы быстро: нырнем, посмотрим и обратно.

– Нет! – её голос сорвался на вскрик. – Пожалуйста! Только не сегодня!

В библиотеке повисла тишина. Макс и Даша переглянулись.

– Ладно, – Андрей вздохнул, его взгляд смягчился. – Ребят, идите без меня. Я догоню. Успокою Алинку и приду.

– Андрей, мы не можем терять время, – нахмурился Макс.

– Идите, я знаю дорогу. Десять минут ничего не решат.

Макс недовольно кивнул, и они с Дашей и Викой выскользнули из библиотеки. Алина смотрела им вслед, чувствуя, как внутри всё выгорает. Она сделала это. Она разделила их.

– Ну всё, тише, – Андрей обнял её за плечи. – Я здесь. Рассказывай, что тебя так напугало?

Алина прижалась к его груди, слушая ровный стук его сердца. Она знала, что прямо сейчас Уваров или его люди ждут Макса и девочек в старом крыле. Она знала, что предала их.

– Андрей, – прошептала она, давясь слезами. – Прости меня.

– За что? – удивился он.

– За то, что я такая трусиха.

Они просидели в тишине около пятнадцати минут. Алина молилась только об одном — чтобы Уваров сдержал слово и не убил их. Внезапно где-то в глубине здания раздался глухой звук, похожий на хлопок, а затем завыла сирена.

Андрей подскочил, его лицо мгновенно стало жестким.

– Началось. Сиди здесь!

Он бросился к выходу, но Алина перегородила ему дорогу.

– Нет! Не ходи туда! Там ловушка!

Андрей замер, его глаза расширились.

– Ловушка? Откуда ты... Алина, что происходит?

– Он знает! Уваров знает! – закричала она, теряя контроль. – Он заставил меня! Он вколол мне яд, Андрей! Если я не буду рассказывать, я умру!

Тишина, последовавшая за её словами, была страшнее самой сирены. Андрей смотрел на неё так, будто видел впервые. В его глазах отразилась такая смесь боли, разочарования и ужаса, что Алина захотела провалиться сквозь землю.

– Ты... ты нас сдала? – его голос был едва слышным шепотом.

– Он бы убил меня... – всхлипнула она.

Андрей не ответил. Он просто оттолкнул её в сторону и выбежал из библиотеки.

Алина осталась одна в пустом зале. Вой сирены разрывал ночную тишину, а тени от книжных стеллажей казались длинными пальцами, тянущимися к её горлу. Она медленно опустилась на пол, закрывая уши руками.

Через час всё было кончено. Макса и Дашу поймали охранники прямо у входа в секретный сектор. Их не убили, но отвели в кабинет директора. Андрея перехватили в коридоре. Вике удалось скрыться, но она была напугана до смерти.

Алина сидела в своей комнате, глядя в окно на заснеженный двор. Дверь тихо скрипнула. Она не обернулась. Она знала, кто это.

– Ты отлично справилась, мышонок, – Уваров прошел в комнату и положил на тумбочку новую ампулу. – Твои друзья теперь под домашним арестом, их записи изъяты. А ты... ты спасла им жизнь. Если бы они вошли внутрь, охрана имела приказ стрелять. Так что, технически, ты герой.

Он подошел сзади и положил руки ей на плечи. Алину передернуло, но она не пошевелилась.

– Они меня ненавидят, – мертвым голосом произнесла она.

– Ненависть проходит, – философски заметил Вадим. – А жизнь остается. Завтра они остынут, и ты сможешь снова втереться к ним в доверие. Скажешь, что Уваров тебя пытал, что ты не выдержала... Они поверят. Они ведь добрые, Алина. В отличие от нас с тобой.

Он наклонился и поцеловал её в макушку.

– Отдыхай. Завтра будет новый день. И новые задания.

Когда дверь за ним закрылась, Алина взяла ампулу. Красная жидкость внутри поблескивала, как кровь. Она знала, что Уваров прав — она выжила. Но глядя на свое отражение в темном оконном стекле, она видела не милую отличницу Алину Васильеву.

Она видела маленькую серую мышку, которая только что добровольно заперла себя в клетке, ключи от которой были у дьявола в спортивном костюме. И самое страшное было в том, что завтра она снова пойдет к нему, чтобы купить себе еще один день этого кошмара.