← Назад к обзору

Смерть

Истина, сокрытая в тенях

Дом встретил меня удушающей тишиной. Раньше я называл это покоем, но теперь, после слов Юки, каждый квадратный метр этой роскошной квартиры казался мне декорацией в дешевом театре. Дорогая мебель, мягкий свет, фотографии в рамках — всё это было лишь камуфляжем.

Я прошел в гостиную, не снимая обуви. Хэ Ин спала. Я чувствовал её ровное дыхание из спальни, её ману — яркую, чистую, но теперь она казалась мне чужой. Словно мы были двумя разными видами, случайно оказавшимися в одной клетке.

– Игрис. Белларион.

Две тени мгновенно соткались из воздуха, преклонив колени. Их верность была единственной константой в моей жизни, но даже они сейчас казались мне слишком материальными для тех новостей, что я принес.

– Мой повелитель, – Игрис склонил голову, его голос звучал как шорох старых доспехов.

– Мне нужны ответы, – я сел в кресло, чувствуя, как тяжесть собственного тела давит на меня. – Игрис, ты отправишься в архивы Ассоциации и частных клиник. Найди все медицинские записи Ча Хэ Ин за последние три года. Всё, что скрыто под грифом «секретно», всё, что она удаляла. Белларион... следи за ней. Каждое движение, каждая встреча, каждый звонок. Если она встречается с кем-то, кто не является официальным лицом... я должен знать.

Тени замерли. Я почувствовал их замешательство. Они привыкли сражаться с монстрами, защищать мою семью, а не шпионить за ней.

– Вы сомневаетесь в моей воле? – мой голос стал ледяным, и комната заполнилась жаждой крови, от которой задрожали стекла.

– Никогда, мой Король, – Игрис исчез первым, растворившись в полумраке. Белларион последовал за ним, оставив после себя лишь легкое колебание воздуха.

Я остался один. Взгляд упал на дверь детской, где спал Сухо. Мой сын. Мальчик, который обладал огромным потенциалом, но всегда сжимался, когда я пытался его обнять. Юки сказал, что он меня боится. Что я для него — стихийное бедствие. Неужели я настолько ослеп в своем стремлении быть «нормальным», что не заметил страха в глазах собственного ребенка?

Я поднялся и направился в библиотеку. Это была комната, заполненная редкими фолиантами и древними свитками, которые я собирал по всему миру после победы над Монархами. Я искал знания о системе, о создателе, о правителях... но никогда не искал ничего о Смерти как о личности.

Я подошел к стеллажам, где хранились апокрифы, найденные в подземельях S-ранга. Мои пальцы скользили по корешкам, пока не остановились на книге, переплетенной в кожу неизвестного существа. На ней не было названия, только символ — песочные часы, в которых вместо песка застыла пустота.

– Жнец... – прошептал я, открывая первую страницу.

Бумага была настолько старой, что казалась живой. Текст постоянно менялся, подстраиваясь под восприятие читателя. Я сосредоточился, вливая ману в страницы, заставляя их раскрыть свои тайны.

«Смерть не есть конец, и не есть начало. Это изначальная сила, предшествующая свету и тьме. Монархи — лишь искры в её костре, Правители — лишь пыль на её мантии...»

Я читал час за часом. Информация лилась в мой разум, ломая привычные представления о мироздании. Если верить этим записям, то, что я считал «силой смерти», будучи Монархом Теней, было лишь крошечным осколком истинного могущества. Как если бы я черпал воду из океана чайной ложкой и называл себя повелителем морей.

Юки. Окумура Юки. Это имя не встречалось в книгах, но описание сущности, которую называли «Первородным Жнецом», пугающе совпадало с тем парнем на вышке. Он не был монстром из системы. Он был тем, кто стоит за пределами всех систем.

– Если ты — Смерть, то зачем тебе наследник от меня? – спросил я тишину библиотеки.

Ответ пришел из глубины книги: «Истинная Смерть бесплодна, ибо она есть абсолютный ноль. Чтобы создать продолжение, ей нужен сосуд, познавший и жизнь, и смерть, и возрождение. Тот, кто стоит на грани двух миров».

Мои руки задрожали. Значит, он не лгал. Ему нужен был я, потому что я — единственный в истории, кто умер как человек и воскрес как концепция.

Внезапно тень под моими ногами запульсировала. Появился Игрис. Он не произнес ни слова, просто протянул мне пачку документов, материализовавшихся из тьмы. Это были копии отчетов из элитной закрытой клиники, которой владела семья Ча.

Я начал читать. Дата. Процедура. Дата. Снова процедура.

Трижды за последние два года. Трижды Ча Хэ Ин избавлялась от плода, даже не ставя меня в известность. В графе «причина» везде стояло одно и то же: «Риск нестабильности маны плода». Но я знал, что это ложь. Моя кровь, смешанная с её, создала бы сильнейшее существо, способное выдержать любое давление.

– Почему? – мой голос сорвался на хрип.

– Мой Король, – Игрис заговорил тише обычного, – есть еще кое-что. Белларион обнаружил, что королева Ча регулярно посещает закрытый клуб в Каннаме. Она встречается там с человеком... охотником ранга А. Его мана слаба, но он... он человек. Обычный человек.

Я почувствовал, как внутри меня что-то оборвалось. Весь мой мир, за который я сражался, который я восстанавливал из пепла, оказался фальшивкой. Я был Монархом Теней, богом этого мира, но в собственном доме я был лишь удобным инструментом. Красивым фасадом, за которым Хэ Ин прятала свою жажду «нормальной» жизни с кем-то, кто не напоминает ей о смерти при каждом прикосновении.

Я закрыл глаза. В памяти всплыли слова Юки: «Твоя жизнь — ад в золотой клетке... Скажи, ты счастлив, Джинву?»

– Нет, – произнес я, и этот звук был подобен треску ломающегося льда. – Я не счастлив.

Я встал, и библиотека вокруг меня начала растворяться в фиолетовом пламени моей ярости. Книги, свитки, стены — всё это больше не имело значения.

– Юки! – позвал я, зная, что он услышит. – Ты здесь?

Тишина. А затем — знакомый запах табачного дыма. Он сидел прямо на моем рабочем столе, закинув ногу на ногу и пуская кольца дыма в потолок.

– Быстро ты, – усмехнулся Жнец, стряхивая пепел на мой дорогой ковер. – Я думал, тебе понадобится пара дней, чтобы переварить правду. Но, видимо, твои тени работают лучше, чем твоя интуиция.

– Ты знал, – я подошел к нему вплотную. – Ты знал всё это время.

– Джинву, я Смерть, – Юки спрыгнул со стола, его глаза сверкнули в полумраке библиотеки. – Я вижу каждую оборванную нить жизни. Каждого ребенка, который не родился. Каждую измену, которая убивает душу. Я видел, как она смотрела на тебя с отвращением после того, как ты засыпал. Ты пахнешь вечностью, а ей хочется запаха пота и дешевого парфюма.

Он подошел ко мне и положил руку на плечо. В этот раз я не пытался его ударить.

– Посмотри на себя, – прошептал он. – Великий Сон Джинву. Ты спас мир, чтобы стать терпилой у женщины, которая тебя боится и презирает. Ты защищаешь людей, которые забудут твое имя через поколение. Ты достоин большего.

– И что ты предлагаешь? – я посмотрел ему прямо в глаза. – Стать твоим инкубатором? Родить тебе сына и... что потом?

Юки рассмеялся, и в этом смехе не было издевки, только странная, темная нежность.

– Не «инкубатором», Джинву. Моим равным. Моим супругом в пустоте. Наш сын станет новым правителем этого и других миров. Он не будет бояться тебя, потому что он будет частью тебя и частью меня. Мы создадим нечто, чего еще не видело мироздание.

Он провел пальцем по моей скуле, и там, где он касался, кожа начинала светиться черным светом.

– Твоя жена... хочешь, я заберу её сегодня? – спросил он буднично, словно предлагал выкинуть мусор. – Её нить такая тонкая, такая гнилая. Один щелчок — и ты свободен.

– Нет, – отрезал я. – Я сам разберусь со своим прошлым.

– О, мне нравится этот тон, – Юки улыбнулся, обнажая идеально белые зубы. – Монарх возвращается. Хватит играть в человека, Джинву. Это платье тебе не по размеру.

Я обернулся к двери библиотеки. За ней был коридор, ведущий в спальню, где лежала женщина, которую я считал своей любовью.

– Ты сказал, что человек не способен выносить твоего наследника, – я снова повернулся к Юки. – Почему ты уверен, что я смогу?

Юки подошел вплотную, так что я почувствовал холод, исходящий от его тела.

– Потому что ты уже мертв внутри, – он прижал ладонь к моей груди, там, где должно было биться сердце. – Но твоя мана... она кипит. Она жаждет выхода. Ты — идеальный сосуд. Сила теней и сила изначальной смерти... Представь, какая это мощь.

Он наклонился к моему уху, его дыхание было холодным, как арктический ветер.

– Я дам тебе то, о чем ты даже не смел мечтать. Я дам тебе семью, которая никогда не предаст. Я дам тебе сына, который будет твоим продолжением, а не твоим страхом. Но сначала... ты должен сжечь этот кукольный домик.

Я посмотрел на свои руки. Тени вокруг меня бесновались, чувствуя мое состояние. Они больше не хотели прятаться. Они хотели сожрать эту ложь, этот город, этот мир, который заставил их господина страдать.

– Сухо... – вспомнил я о сыне.

– Он не твой, Джинву, – жестоко произнес Юки. – Посмотри на него внимательно своими глазами Монарха. В нем нет ни капли твоей истинной сущности. Она пила подавители маны во время беременности, чтобы он родился «нормальным». Она калечила его потенциал еще в утробе, чтобы он не был похож на «монстра»-отца.

Это было последней каплей. Стены библиотеки треснули. Моя мана вырвалась наружу, сокрушая всё на своем пути. Я больше не сдерживался. Квартира содрогнулась от мощного импульса.

– Ты прав, – я поднял голову. Мои глаза светились густым фиолетовым пламенем. – Хватит притворяться.

Юки довольно кивнул и протянул мне руку.

– Тогда идем. Нам нужно подготовить твое тело. Процесс будет... болезненным. Но я обещаю, тебе понравится результат.

Я посмотрел на его протянутую ладонь. На татуировки, которые казались картой самой бездны.

– Что будет с этим миром? – спросил я, уже зная ответ.

– Он останется, – пожал плечами Юки. – Смерть не уничтожает всё сразу, это было бы скучно. Мы просто уйдем на другой уровень. Пусть они живут в своем маленьком раю, пока не придет их время. А оно придет. Ко всем.

Я вложил свою руку в его. Холод пронзил меня до самого основания души, но это был правильный холод. Честный.

– Веди, – сказал я.

В этот момент дверь библиотеки распахнулась. На пороге стояла Ча Хэ Ин. Она была бледной, в глазах застыл ужас. Она смотрела на меня, на разрушенную комнату и на Юки, который стоял рядом со мной, по-хозяйски обнимая меня за талию.

– Джинву? Что... кто это? Что происходит? – её голос дрожал.

Я посмотрел на неё. Впервые за много лет я видел её не как жену, а как постороннего человека. Красивая оболочка, внутри которой не было ничего, кроме страха и эгоизма.

– Я ухожу, Хэ Ин, – мой голос звучал спокойно, лишенный всяких эмоций. – Игрис оставил документы на столе. Там всё: клиники, твои счета, твои встречи в Каннаме.

Она пошатнулась, её лицо стало серым.

– Джинву, я... я могу объяснить... это ради нас, ради Сухо...

– Сухо останется с тобой, – перебил я её. – Ты так хотела нормальной жизни? Ты её получишь. Я оставляю тебе этот дом, деньги, статус. Живи своей ложью дальше. Но Монарха Теней для тебя больше не существует.

– Но кто он? – она указала дрожащим пальцем на Юки.

Юки усмехнулся и, прежде чем мы растворились в тени, произнес:

– Я тот, кто даст ему то, что ты побоялась даже вообразить. Я — его новая истина.

Мир вокруг нас свернулся в точку. Последнее, что я видел, — это как Ча Хэ Ин падает на колени среди обломков моей прошлой жизни.

А затем наступила тьма. Но в этой тьме я впервые за долгое время чувствовал себя живым. Юки не отпускал мою руку, и его присутствие наполняло меня силой, которую я не мог объяснить. Это не была сила системы. Это была сила принятия.

Мы оказались в пространстве, где не было ни верха, ни низа. Только бесконечное звездное небо и тишина, которая не давила, а убаюкивала.

– Добро пожаловать домой, Монарх, – Юки повернул меня к себе. Его лицо теперь не скрывало своей истинной природы — древней, прекрасной и пугающей. – Теперь начнем. Твой сын ждет своего часа.

Я закрыл глаза, отдаваясь холоду и тьме. Сон Джинву, герой человечества, умер в ту ночь. Но Монарх Теней только начинал свой истинный путь. Путь, который вел за пределы жизни и смерти, к трону, который не могла предложить ни одна система.

И где-то в глубине моего существа я почувствовал первый робкий отклик новой жизни. Тёмной, могущественной и абсолютно моей. Юки прижал меня к себе, и я впервые за столетия улыбнулся по-настоящему.

Игра закончилась. Началась вечность.