← Назад к обзору

Сон юкио

Возвращение блудного пламени

Аэропорт Инчхон встретил Сон Юкио привычным шумом, запахом дорогого кофе и холодным стерильным светом ламп. Он шел сквозь толпу, и люди невольно расступались перед ним. Дело было не только в его росте или атлетическом телосложении, которое теперь казалось еще более внушительным под удлиненным черным кардиганом. От него исходила аура такой плотности, что даже обычные люди чувствовали — мимо проходит некто, способный остановить самолет голыми руками.

Его внешность почти не изменилась за последние два года. Всё те же растрепанные черные волосы, ярко-синие глаза, черные серьги в ушах. Но те, кто знал его раньше, заметили бы пугающую деталь: Юкио выглядел ровно на двадцать. Ни одной новой морщинки, ни тени усталости на лице, которое словно застыло в вечной, идеальной молодости. Год назад, во время инцидента в Японии, когда он в одиночку выжег гнездо мутировавших магических зверей, его сила перешагнула невидимый порог. Статус «Бессмертного пламени» стал не просто титулом, а физической реальностью. Сон Юкио перестал стареть.

Но сейчас его мысли были заняты не вечностью.

На груди Юкио, под полами кардигана, висела специальная эргономичная переноска. В ней, укутанный в мягкое одеяло, спал маленький сверток. Крошечный мальчик, которому едва исполнился месяц, посапывал, прижавшись к теплому телу отца. У ребенка уже пробивались пушистые черные волоски, а его мана, еще совсем слабая, пульсировала в такт мане Юкио — точь-в-точь как маленькая электрическая искра.

Юкио вышел на стоянку и поймал такси.

– Район Каннам, – коротко бросил он водителю, усаживаясь на заднее сиденье и бережно придерживая ребенка.

Всю дорогу он смотрел в окно на пролетающий мимо Сеул. В Японии жизнь была простой и жестокой. Сражения, выпивка, редкие ночи в сомнительных компаниях. С матерью этого ребенка он познакомился в Осаке. Она была обычной девушкой, официанткой в небольшом баре, где охотники заливали стресс после рейдов. Случайная связь, всплеск страсти, о котором он забыл на следующее утро. А через девять месяцев она нашла его в госпитале, изможденная и напуганная.

Ее организм не выдержал. Вынашивать ребенка от существа, чья кровь состоит из жидкого огня и молний, для обычного человека было смертным приговором. Она умерла через два часа после родов, успев лишь прошептать, что мальчик похож на него.

Юкио назвал его Райден. Гром.

Когда такси остановилось перед знакомыми воротами дома семьи Сон, Юкио на мгновение замер. Он не предупреждал о приезде. Он не звонил отцу уже полгода. А теперь он стоял здесь, бунтарь-одиночка, вернувшийся с «сюрпризом», который перевернет жизнь Монарха Теней.

Он толкнул калитку. Она была не заперта. Двор выглядел так же, как и два года назад: подстриженный газон, тренировочная площадка, тишина. Юкио подошел к парадной двери и, помедлив секунду, нажал на звонок.

Дверь открыл Сухо. Младший брат за это время возмужал, в его взгляде появилось больше уверенности, а плечи стали шире. Увидев брата, он сначала застыл, а потом его лицо расплылось в широкой улыбке.

– Юки! Ты вернулся! Мама, отец, Юкио приехал! – выкрикнул он вглубь дома, делая шаг вперед, чтобы обнять брата.

Но Юкио слегка отстранился, выставляя руку.

– Тише, Сухо. Разбудишь.

– Кого разбужу? – Сухо нахмурился, переводя взгляд на грудь брата.

В этот момент из кухни вышла Ча Хэ Ин, вытирая руки полотенцем, а за ее спиной показалась высокая фигура Сон Джинву. Теневой Монарх выглядел как всегда — спокойным, величественным и всевидящим. Его глаза сузились, сканируя старшего сына.

– Юкио, – негромко произнес Джинву. – Ты изменился. Твоя мана... она больше не течет. Она стоит как монолит.

– Привет, пап, – Юкио прошел в прихожую, чувствуя, как на него уставились три пары глаз. – Привет, мам.

Хэ Ин подошла ближе, ее материнское чутье уже кричало о том, что что-то не так. Она посмотрела на переноску, из которой высунулась крошечная ручка, сжатая в кулачок.

– Юкио... это что? – прошептала она, прикрывая рот ладонью.

Юкио вздохнул, расстегнул крепления и аккуратно вытащил младенца на руки. Мальчик зашевелился, открыл глаза — пронзительно-синие, точная копия глаз отца — и издал короткий, требовательный писк. В воздухе вокруг ребенка пробежала крошечная синяя искра.

– Это Райден, – сказал Юкио, глядя прямо в глаза отцу. – Мой сын. Ваш внук.

В прихожей повисла такая тишина, что было слышно, как тикают часы в гостиной. Сухо открыл рот, но не смог вымолвить ни слова. Хэ Ин медленно опустилась на банкетку, ее глаза наполнились слезами.

Джинву сделал шаг вперед. Его аура, обычно холодная и темная, на мгновение дрогнула. Он смотрел на младенца, в котором пульсировала кровь его рода — кровь, смешанная с первобытной стихией.

– Где его мать? – спросил Джинву.

– Умерла, – коротко ответил Юкио. – Месяц назад. Она была человеком. Ее тело не справилось с его энергией.

Джинву подошел вплотную. Он был выше Юкио на полголовы, но сейчас они казались двумя равными столпами силы. Отец протянул руку и осторожно коснулся крошечного лба внука кончиком пальца. Райден тут же схватил деда за палец, и по руке Монарха Теней прошел легкий электрический разряд.

Джинву едва заметно улыбнулся.

– У него тяжелая рука, – повторил он ту самую фразу, которую сказал два года назад про самого Юкио. – И очень быстрый разряд.

– Юкио, дай мне его, – Хэ Ин поднялась, протягивая дрожащие руки.

Юкио бережно передал сына матери. Как только Райден оказался в руках бабушки, он успокоился и снова закрыл глаза. Хэ Ин прижала его к себе, вдыхая запах младенца, смешанный с озоном и гарью — запахом, который всегда преследовал ее старшего сына.

– Он прекрасен, – всхлипнула она. – Он твоя вылитая копия, Юки.

– Я знаю, – Юкио устало опустился на пол прямо в прихожей, привалившись спиной к стене. – Я не знал, куда еще идти. В Японии за мной начали охотиться гильдии, как только прознали, что у меня есть наследник. Они думали, что я слаб, пока вожусь с ним.

– Они ошибались? – Сухо наконец обрел дар речи и присел рядом с братом.

Юкио поднял на него взгляд. В глубине его синих глаз промелькнуло нечто такое, от чего Сухо стало не по себе. Это был взгляд человека, который стер с лица земли город и даже не заметил этого.

– Две гильдии больше не существуют, Сухо. Я просто... я очень устал.

Джинву положил руку на плечо старшего сына. Юкио вздрогнул, чувствуя знакомую прохладу тени, которая всегда действовала на него как усмиряющее средство.

– Ты поступил правильно, что вернулся домой, – сказал Джинву. – Здесь его никто не тронет. И тебя тоже.

– Пап, – Юкио посмотрел на отца. – Я перестал стареть. Год назад. Это... это нормально?

Джинву долго смотрел на него, и в его взгляде Юкио прочитал странную смесь гордости и сочувствия.

– Для того, кто стал сосудом для вечной стихии — да. Ты перешел в статус высшего существа, Юкио. Твоя человеческая часть окончательно слилась с магической. Теперь время для тебя — лишь пустой звук.

– Значит, я буду видеть, как он растет, а я остаюсь таким же? – Юкио кивнул в сторону сына.

– Ты будешь его защитником, – ответил Джинву. – Как я был твоим.

Они прошли в гостиную. Хэ Ин уже вовсю хлопотала, укладывая Райдена на диван среди мягких подушек и параллельно отдавая распоряжения Сухо принести теплые полотенца и молоко. Дом, который два года был слишком тихим без выходок старшего сына, мгновенно наполнился жизнью.

Юкио сидел в кресле, наблюдая за этой суетой. Он чувствовал себя странно. Он вернулся не как побежденный, но как человек, нашедший якорь в бесконечном океане своей мощи.

– Сухо, – позвал он брата.

– А? – Сухо обернулся, держа в руках стопку детских вещей, которые Хэ Ин хранила «на всякий случай».

– У тебя есть сигарета?

Сухо покосился на отца, который стоял у окна, заложив руки за спину.

– Ты с ума сошел? Отец тебя в порошок сотрет. И вообще, ты теперь папаша. Тебе вредно.

Юкио фыркнул и закрыл глаза, откидывая голову на спинку кресла.

– Ладно, забудь. Просто... налей мне чего-нибудь крепкого.

Джинву обернулся, его фиолетовые глаза мерцали в полумраке.

– Выпьешь со мной, Юкио. Нам нужно обсудить твой новый статус. И то, как мы будем скрывать присутствие Райдена от Ассоциации. Его мана уже сейчас фонит как у охотника B-ранга. Если он чихнет, в районе выбьет пробки.

– Весь в отца, – пробормотал Сухо, проходя на кухню.

Вечер опустился на Сеул. В доме семьи Сон горел свет. На диване спал маленький ребенок, чье появление ознаменовало новую эру для их рода. Сон Юкио, вечно молодой бунтарь с сердцем из молний, наконец-то нашел свой дом.

Он смотрел на Райдена и чувствовал, как внутри него, под слоями ярости и маны, рождается нечто новое. Ответственность. Любовь, которая была сильнее любого пламени.

– Я не дам тебе сгореть, малыш, – прошептал он так тихо, что услышал только Джинву.

Теневой Монарх едва заметно кивнул. Он знал, что путь его сына будет трудным, но теперь он был уверен: пламя Юкио больше никогда не будет разрушительным без причины. У этого огня теперь была цель.

– Добро пожаловать домой, Юки, – сказала Хэ Ин, присаживаясь на подлокотник его кресла и обнимая сына за плечи.

Юкио впервые за два года по-настоящему расслабился. Он был дома. И его сын был в безопасности. А всё остальное — гильдии, враги, вечность без старения — могло подождать до завтра.

– Мам, – Юкио улыбнулся своей фирменной полуулыбкой. – А что на ужин? Я не ел ничего нормального с тех пор, как уехал.

– Всё, что ты любишь, дорогой. Всё, что ты любишь.

И в этот момент, глядя на свою семью, Сон Юкио понял: бессмертие — это не так уж и плохо, если тебе есть ради кого жить вечно.