Свед для монарха
Клеймо на душе
Я чувствовал, как реальность окончательно распадается на куски, оставляя лишь жар чужого тела и оглушительный стук собственного сердца. Стол под моей спиной казался ледяным, но этот контраст с обжигающей кожей Алекса только подстегивал чувства. Больше не было Теневого Монарха, не было спасителя человечества — остался только мужчина, ведомый самым древним и необузданным инстинктом: жаждой обладания.
– Джинву... – его голос был едва слышным рокотом, похожим на далекие раскаты грома перед бурей.
Алекс перехватил инициативу с той же стремительностью, с какой он нападал на монстров S-ранга. Одним мощным движением он перевернул меня, вжимая в гладкую поверхность стола. Теперь я лежал на спине, тяжело дыша, а он навис сверху, загораживая собой свет ламп. Его светлые волосы, растрепанные и влажные от пота, щекотали мое лицо.
Я инстинктивно обхватил его талию ногами, притягивая к себе, не желая оставлять между нами ни миллиметра свободного пространства. Мои пальцы впились в его широкую спину, ногти глубоко впились в кожу, оставляя красные борозды на месте, где под кожей перекатывались тугие мышцы. Я чувствовал каждую татуировку на его теле, словно они были выжжены не чернилами, а самой его сутью.
Алекс припал к моей груди, его горячее дыхание обжигало кожу. Он начал покрывать мое тело поцелуями, которые больше походили на укусы — клейма, которые он оставлял в ответ на мою ревность. Когда его губы нашли мой сосок, я не выдержал и громко застонал, выгибаясь навстречу его ласке. Он взял его в рот, слегка прикусывая, и по моему позвоночнику пробежала волна такого острого наслаждения, что перед глазами поплыли черные пятна.
– Твой... – выдохнул он мне в кожу, и я почувствовал вибрацию его голоса всем своим существом. – Ты же знаешь, что я только твой. Зачем тебе эти вспышки гнева?
– Потому что мир не заслуживает даже твоего взгляда, – прохрипел я, запуская руки в его волосы и заставляя его поднять голову, чтобы встретиться со мной взглядом. – Ты слишком яркий, Алекс. Ты слепишь их всех. А я хочу, чтобы ты светил только во тьме. В моей тьме.
Он усмехнулся — той самой дерзкой, самоуверенной улыбкой, которая когда-то заставила меня замереть на месте во время нашей первой встречи. В его голубых глазах сейчас плясали настоящие молнии. Мана Громового дракона резонировала с моей силой, создавая вокруг нас поле невероятного напряжения. Воздух пах озоном и жженой бумагой — документы, лежащие на краю стола, начали едва заметно тлеть от избытка энергии.
– Тогда возьми то, что принадлежит тебе по праву, Монарх, – прошептал он, и его бедра снова прижались к моим.
Каждое его движение было наполнено первобытной силой. Мы не просто занимались сексом — мы сражались, мы признавались в любви, мы уничтожали и созидали друг друга заново. Я чувствовал, как мои тени, обычно послушные и тихие, сейчас бесновались по углам кабинета, вторя моему состоянию. Игрис и Бер, должно быть, заблокировали весь этаж, чувствуя, что их господин находится в состоянии высшего эмоционального пика.
Я запрокинул голову, когда Алекс вошел в меня снова, на этот раз глубже и увереннее. Крик сорвался с моих губ, отражаясь от стен кабинета. Это было больно и прекрасно одновременно. Я чувствовал, как его мана проникает в мои энергетические каналы, смешиваясь с холодом смерти и согревая её изнутри.
– Еще... – выдохнул я, царапая его плечи. – Не останавливайся.
– Я и не собирался, – его голос стал жестче, в нем проснулся охотник, преследующий свою цель.
Он двигался ритмично, с каждым разом наращивая темп. Стол под нами жалобно скрипел, не рассчитанный на такие нагрузки, но нам обоим было плевать. В этот момент я чувствовал себя живым так, как не чувствовал со времен Двойного подземелья. Мое сердце, когда-то почти остановившееся, теперь колотилось в унисон с его сердцем.
Я смотрел на него, на этого золотого бога, который добровольно спустился в мое царство теней. Его кожа блестела от пота, глаза горели лихорадочным блеском, а татуировки дракона на шее и предплечье, казалось, ожили, извиваясь в такт его движениям. Он был воплощением жизни, яростной и неукротимой. И он был моим.
Когда финал стал неизбежен, Алекс схватил мои руки, переплетая свои пальцы с моими и прижимая их к столу над моей головой. Он смотрел мне прямо в глаза, не позволяя отвернуться или закрыться.
– Смотри на меня, Джинву, – приказал он. – Только на меня.
Вспышка была ослепительной. Синий свет молний смешался с абсолютной чернотой моей маны. На мгновение мне показалось, что всё здание Ассоциации содрогнулось от этого выброса энергии. Я вскрикнул, теряя связь с реальностью, чувствуя, как каждая клетка моего тела вибрирует от удовольствия, переходящего в изнеможение.
Алекс рухнул на меня, тяжело дыша, уткнувшись лицом в изгиб моей шеи. Его тело всё еще подрагивало от остаточных разрядов электричества. Я медленно разжал пальцы, чувствуя, как силы покидают меня, оставляя лишь приятную тяжесть и звенящую тишину в голове.
Мы лежали так несколько минут, слушая, как постепенно затихает гул маны в воздухе. Тени в углах комнаты медленно втянулись обратно в пол, принимая свои привычные формы.
– Знаешь, – первым заговорил Алекс, его голос всё еще был хриплым. – Если мы продолжим в том же духе, Ассоциации придется выделять бюджет на ремонт твоего кабинета после каждого нашего свидания.
Я невольно усмехнулся, проводя ладонью по его влажным волосам.
– Я сам оплачу ремонт. У Монарха достаточно золота из подземелий.
– О, ну конечно, – он приподнялся на локтях, глядя на меня с нежностью, которую теперь не скрывал. – Богатый и могущественный Сон Джинву. Но даже у тебя не хватит золота, чтобы выкупить меня у самого себя.
Я потянулся к нему, мягко коснувшись губами его подбородка.
– Мне и не нужно тебя выкупать. Ты сам пришел.
– Пришел, – согласился он, усаживаясь на краю стола и помогая мне подняться. – И, кажется, застрял здесь надолго. Твоя тьма... она затягивает, Джинву.
Я сел рядом, чувствуя прохладу вечернего воздуха из приоткрытого окна. Ярость и ревность ушли, сменившись глубоким чувством удовлетворения. Глядя на Алекса — растрепанного, со следами моих зубов на плече и моей отметиной на губах — я понимал, что никакая стажерка и никакой другой человек в этом мире не сможет разрушить то, что было между нами.
– Прости за... это, – я кивнул на его исцарапанную спину.
Алекс обернулся, пытаясь рассмотреть повреждения, и весело рассмеялся.
– Ты шутишь? Это лучшие шрамы, которые я когда-либо получал. Буду носить их с гордостью. Пусть все знают, что у Теневого Монарха очень острые когти.
Он спрыгнул со стола и начал собирать разбросанную по полу одежду. Его движения снова стали легкими и грациозными, как у хищника. Я наблюдал за ним, чувствуя, как внутри разливается тепло.
– Джинву, – он остановился, застегивая брюки, и серьезно посмотрел на меня. – Больше не сомневайся. Никогда. Я не из тех, кто меняет золото на медь. Ты — единственный, кто может выдержать мой шторм. И единственный, чью тьму я не боюсь.
– Я знаю, – ответил я, поднимаясь и подходя к нему. – Просто иногда... мне сложно поверить, что ты реален. Что ты действительно выбрал меня.
Алекс притянул меня за затылок и коротко, но властно поцеловал.
– Реален. Можешь проверить еще раз, если сомневаешься. Но сначала — еда. Я серьезно, я готов съесть целого верховного орка. Твои приступы собственничества сжигают слишком много калорий.
Я улыбнулся — на этот раз искренне и открыто.
– Пойдем. Ресторан на набережной, скорее всего, закрыт на ремонт после нашей прошлой зачистки, но я знаю одно место, где готовят отличный стейк.
– Надеюсь, там нет симпатичных официанток? – подмигнул он, натягивая порванную майку.
– Если будут — я просто призову Бера, чтобы он стоял у нас за спиной с самым грозным видом, – пообещал я.
Мы вышли из кабинета, и я почувствовал, как мои тени радостно приветствуют нас. Сеул за окном сиял миллионами огней, и где-то там, в темноте, всё еще таились угрозы и новые врата. Но сейчас, идя плечом к плечу с Громовым драконом, я знал: что бы ни принесла следующая ночь, мы встретим её вместе.
Потому что Смерть и Жизнь больше не были врагами. Они нашли свой баланс в тишине моего кабинета и в ярости наших чувств. И это была самая сильная магия, которую я когда-либо встречал.