← Назад к обзору

Свед для монарха

Тень в ожидании шторма

Тишина в моем кабинете стала почти осязаемой. Без Алекса эти стены, казалось, впитывали свет, становясь холоднее и мрачнее. Прошло всего три дня с тех пор, как он улетел в Японию для урегулирования вопросов с местной Ассоциацией и зачистки одного крайне нестабильного подземелья, а мне уже казалось, что из Сеула выкачали весь кислород.

Я сидел в своем кресле, уставившись на отчеты о последних рейдах, но буквы расплывались перед глазами. Мои чувства, обычно обостренные до предела, сейчас работали вполсилы — я подсознательно искал в пространстве тот самый запах озона и персика, ту искру маны, которая заставляла мою кровь бежать быстрее. Но вокруг была лишь пустота и безмолвные тени моих воинов, затаившиеся в углах.

– Неделя, – прошептал я сам себе, откидываясь на спинку кресла. – Он сказал, что вернется через неделю.

Система молчала, не подкидывая новых заданий, и это безделье убивало. Чтобы хоть как-то отвлечься, я сосредоточился на ощущении связи с Берном и Игрисом, которые патрулировали окраины города. В последнее время количество врат увеличилось, и хотя я справлялся с ними без особых усилий, отсутствие Алекса рядом делало каждую победу пресной.

Внезапно мои чувства уловили движение за дверью. Кто-то приближался. Шаги были легкими, уверенными, ритмичными. Это была не тяжелая поступь председателя Го Гун Хи и не суетливый бег Каяла.

Дверь тихо отворилась. В кабинет вошла Ча Хэ Ин.

Она выглядела как всегда безупречно: строгий костюм охотника, собранные волосы, проницательный взгляд. Но было в её позе что-то необычное — какая-то нерешительность, которую я редко видел у охотницы S-ранга.

– Охотник Сон Джинву, – она слегка поклонилась, проходя вглубь комнаты.

– Охотница Ча, – я выпрямился, возвращая лицу маску бесстрастия. – Что-то случилось? Новые врата?

– Нет, с безопасностью всё в порядке, – она остановилась у моего стола, сжимая пальцы в замок. – Я пришла по личному вопросу.

Я нахмурился. Личные вопросы с Ча Хэ Ин у нас возникали редко, и обычно они касались тренировок или обмена опытом. Но сейчас от неё исходило странное волнение. Её мана пульсировала неровно, выдавая внутреннее смятение.

– Я слушаю, – коротко ответил я.

Она молчала несколько секунд, глядя куда-то в сторону окна, а затем резко сделала шаг вперед, сокращая дистанцию. Её глаза встретились с моими, и в них я прочитал то, что обычно старался игнорировать.

– Джинву-сан, – начала она, и её голос дрогнул. – Я долго хранила это в себе. С того самого момента, как вы спасли меня в муравьином подземелье... я не могла перестать думать о вас.

Я почувствовал, как внутри меня шевельнулись тени. Это было неприятное предчувствие.

– Вы — самый сильный человек, которого я знаю, – продолжала она, подходя еще ближе. – Но дело не только в силе. Ваша воля, ваша решимость... я восхищаюсь вами. Я хотела сказать... вы мне очень, очень нравитесь. Нет, это больше, чем симпатия. Я люблю вас.

Она произнесла это на одном дыхании, и в кабинете повисла тяжелая, удушливая тишина. Я сидел неподвижно, чувствуя, как ситуация становится критической. Ча Хэ Ин была прекрасной женщиной и выдающимся охотником, но её слова вызывали у меня лишь одно желание — чтобы она поскорее ушла.

Она, видимо, приняла мое молчание за нерешительность. Прежде чем я успел отреагировать, она наклонилась ко мне. Её лицо оказалось совсем рядом, я почувствовал тонкий цветочный аромат её духов, который показался мне резким и чужим по сравнению с озоновым шлейфом Алекса.

Она закрыла глаза и потянулась к моим губам.

В долю секунды я поднял руку, мягко, но непреклонно упираясь ладонью ей в плечо, останавливая её в паре сантиметров от своего лица.

– Ча Хэ Ин, – мой голос прозвучал холоднее, чем ледники в подземельях ледяных эльфов. – Придите в себя.

Она вздрогнула и открыла глаза. В них отразилось непонимание, смешанное с нарастающим стыдом. Она медленно отстранилась, её лицо залила густая краска.

– Джинву-сан... я...

– Послушайте меня внимательно, – я поднялся из кресла, возвышаясь над ней. Мой рост в сто девяносто сантиметров и аура Теневого Монарха сейчас работали на полную мощь, создавая стену, которую невозможно было преодолеть. – Я уважаю вас как коллегу и как сильного охотника. Но это всё.

Она опустила голову, её плечи мелко дрожали.

– У меня есть человек, которого я люблю, – продолжал я, и при мысли об Алексе мой голос невольно смягчился, хотя слова оставались твердыми. – Мы вместе уже год. И для меня нет никого другого.

Ча Хэ Ин резко вскинула голову.

– Но... кто? В Ассоциации никто не знает... я думала, вы всегда один.

– Это не касается Ассоциации, – отрезал я. – Это касается только меня и моего парня. Алекс сейчас в Японии, и я не потерплю подобных сцен ни в его отсутствие, ни тем более при нем.

При упоминании имени Алекса она, кажется, всё поняла. Окумура Алекс, Громовой дракон. Тот, кто всегда был рядом со мной на рейдах в последнее время, тот, с кем я обменивался взглядами, которые трудно было истолковать двояко, если присмотреться.

– Окумура-сан?.. – прошептала она, и в её голосе послышалось горькое осознание.

– Да, – я обошел стол и подошел к окну, давая ей возможность прийти в себя и сохранить остатки достоинства. – Я прошу вас больше не поднимать эту тему. Пусть этот разговор останется в стенах этого кабинета.

– Простите меня, – её голос был едва слышен. – Я... я не знала. Я совершила ошибку.

– Забудьте об этом, – я не оборачивался, чувствуя, как она поспешно направляется к выходу. – Сосредоточьтесь на работе, охотница Ча. Это то, что у нас получается лучше всего.

Дверь закрылась с негромким щелчком. Я выдохнул, чувствуя, как напряжение медленно покидает плечи. Внутри всё еще клокотало глухое раздражение. Ревность Алекса была бурной и яркой, как вспышка молнии, моя же была похожа на глубокий, темный омут. Мне было неприятно, что кто-то попытался вторгнуться на территорию, которая принадлежала только нам двоим.

Я достал телефон и посмотрел на экран. Сообщений от него не было — разница во времени и плотный график рейдов в Японии мешали нормальному общению.

– «Джинву, если я узнаю, что ты там скучаешь без меня и строишь глазки корейским красавицам, я поджарю твой любимый диван», – вспомнил я его слова перед отлетом.

Я усмехнулся, проводя пальцем по фотографии на заставке, где Алекс, смеясь, пытался надеть на меня дурацкую кепку с ушами.

– Тебе не о чем беспокоиться, дурак, – тихо сказал я в пустоту кабинета. – Твоя тьма никого не подпустит.

Я снова сел за стол, но работать уже не мог. В голове крутилась сцена с Ча Хэ Ин, и я чувствовал потребность услышать его голос. Не выдержав, я набрал его номер, хотя знал, что он может быть занят.

Гудки шли долго. Я уже собирался сбросить вызов, когда на том конце раздался шум, треск электричества и знакомый, слегка запыхавшийся голос.

– Джинву? Ты чего звонишь в такое время? У вас же там полночь скоро!

– Просто захотел услышать тебя, – честно признался я, чувствуя, как на лице сама собой появляется улыбка. – Как успехи в Японии?

– О, эти ребята просто невозможны! – Алекс явно был в хорошем настроении, несмотря на усталость. – Они пытались доказать мне, что их система ранжирования лучше, пока я не снес верхушку того проклятого замка одним ударом. Теперь они зовут меня «Господин Молния» и кланяются каждые пять минут. Раздражает до жути.

Я рассмеялся, представляя его недовольное лицо.

– А ты как? – его голос внезапно стал серьезным и тихим. – Всё спокойно? Никто не покушался на собственность Монарха?

Я на мгновение замялся, вспоминая недавний инцидент.

– Всё под контролем, Алекс. Я присматриваю за городом. И за своими тенями.

– Хм, ты как-то странно это сказал, – я почти видел, как он прищурился на том конце провода. – Джинву, если кто-то к тебе подкатывал, клянусь, я вернусь раньше и устрою локальный апокалипсис.

– Возвращайся просто так, – мягко сказал я. – Мне не нужен апокалипсис. Мне нужен ты.

На том конце воцарилась тишина, нарушаемая только помехами связи.

– Черт, Сон Джинву, ты не имеешь права говорить такие вещи, когда я на другом конце океана, – выдохнул он. – Я теперь вообще не смогу уснуть. Жди меня через четыре дня. Я закончу здесь всё быстрее, даже если мне придется сжечь это подземелье дотла.

– Береги себя, – сказал я. – И не перенапрягайся. Твои молнии мне нужны живыми.

– Люблю тебя, мрачный ты тип, – бросил он и отключился.

Я положил телефон на стол. Холод в кабинете больше не казался таким колючим. Тень внутри меня довольно свернулась клубком, согретая этим коротким разговором.

Пусть Ча Хэ Ин или кто-то другой пытается найти во мне то, что им нужно. Они видели лишь внешнюю оболочку — силу, статус, непоколебимость. Но только один человек знал, что скрывается за этой тьмой, и только ему было позволено в ней находиться.

Я подошел к окну и посмотрел на ночной Сеул. Где-то там, за горизонтом, Громовой дракон прорубал себе путь домой. А я... я буду ждать. Потому что Теневой Монарх умеет ждать вечность, если знает, что в конце его ждет ослепительная вспышка света.

В углу кабинета материализовался Бер, склонив голову в безмолвном вопросе.

– Всё в порядке, – ответил я на его немую тревогу. – Просто продолжай следить за периметром. И если Ча Хэ Ин снова придет... скажи ей, что я занят. Навсегда.

Муравей издал тихий скрежещущий звук, похожий на смешок, и растворился в тени.

Я снова сел за работу. Теперь, когда я услышал его голос, отчеты больше не казались такими скучными. Каждая минута приближала меня к его возвращению, и это было единственное, что имело значение. В мире охотников S-ранга, где смерть всегда ходит по пятам, иметь что-то — или кого-то — настолько незыблемого, было высшей наградой Системы.

И я не собирался её терять. Ни из-за Правителей, ни из-за монстров, ни из-за чьих-то неуместных чувств.

Моя тьма принадлежала только его свету. И так будет всегда.