← Назад к обзору

Свет и тень

Вкус искушения в тени бога

Вечерний Сеул переливался неоновыми огнями, отражаясь в лужах после недавнего дождя. Юки шагал уверенно, его кеды едва слышно касались асфальта, а бежевая водолазка казалась светлым пятном в сгущающихся сумерках. Джинву шел рядом, чуть позади, словно его личный телохранитель или, скорее, сама Тень, обретшая плоть. Несмотря на разницу в их темпераментах, со стороны они смотрелись пугающе гармонично.

– Нам вон туда, – Юки указал на неприметную вывеску в узком переулке, где мигала надпись «У Ким-старшего». – Место выглядит как дыра, но поверь моему вкусу, Джинву-я. Здесь готовят так, что ты забудешь, как дышать.

Они вошли внутрь. Помещение было крошечным, пропитанным ароматами острого бульона, чеснока и пряностей. Пар поднимался от огромных кастрюль, создавая уютную, почти интимную завесу. Юки, не дожидаясь приглашения, прошел в самый дальний угол, где стоял единственный столик, скрытый за деревянной ширмой и тенью старого кондиционера.

– Здесь нас не найдут ни репортеры, ни фанатки, ни этот ворчливый старик из Ассоциации, – Юки сбросил наушники на стол и с наслаждением вытянулся на стуле, отчего ткань водолазки натянулась на его груди, подчеркивая рельеф мышц.

Джинву сел напротив. Его взгляд по-прежнему был сосредоточен на Юки. Он всё еще пытался осознать это странное чувство полноты, которое возникало рядом с этим парнем. Система молчала, не выдавая никаких предупреждений, а тени внутри него буквально мурлыкали от удовольствия, расползаясь по полу под столом, чтобы коснуться кед Юки.

– Ты всегда такой... – Джинву запнулся, подбирая слово. – Шумный?

Юки рассмеялся, запрокинув голову. Его ярко-голубые глаза сверкнули в тусклом свете лампы.

– Это называется «энергичный», дорогой мой Охотник Сун. Жизнь слишком коротка, даже если ты S-ранг. Сегодня ты герой, а завтра какой-нибудь монарх решит, что твой мир — отличная площадка для пикника. Нужно брать от жизни всё, пока она дает.

Вскоре перед ними появились две огромные дымящиеся чаши рамена. Юки заказал себе «Огненного дракона» с двойной порцией соуса, а Джинву — классический вариант.

– Приятного аппетита, – бросил Юки и тут же принялся за еду, ловко орудуя палочками.

Разговор потек сам собой. Юки рассказывал о своих недавних рейдах, перемежая серьезные тактические подробности едкими шутками над коллегами-охотниками. Джинву в основном слушал, изредка вставляя короткие комментарии, но внутри него происходила настоящая буря. Он ловил каждое движение Юки: как тот морщил нос от остроты, как поправлял растрепанные черные волосы, как звенели его серьги-кольца при каждом повороте головы.

– Знаешь, – Юки вдруг замолчал, глядя на Джинву через облако пара. – Ты ведь единственный, кто не смотрит на меня как на экспонат в музее или как на опасную бомбу. Все остальные либо хотят со мной переспать, либо боятся, что я их испепелю. А ты... ты смотришь так, будто видишь что-то другое.

– Я вижу тебя, Юки, – тихо ответил Джинву, откладывая палочки. – Не твой ранг и не твою внешность. Я вижу твою искру. Мои тени... они никогда не ошибаются в людях. Они тянутся к жизни, которой им не хватает. А в тебе её больше, чем в ком-либо другом.

Юки замер, и на мгновение его дерзкая маска дала трещину. В глубине его голубых глаз отразилось что-то похожее на признательность и легкую грусть. Но через секунду он снова ухмыльнулся, возвращая себе привычный вид.

– Ого, Сун Джинву умеет говорить комплименты? Запишите это в анналы истории, – он подмигнул и вернулся к еде.

В какой-то момент капля густого красного соуса соскользнула с палочки и упала на палец Юки. Он на мгновение остановился, глядя на неё, а затем, не раздумывая, поднес руку к губам.

Джинву почувствовал, как время замедлилось. Юки медленно и чувственно облизал палец, слизывая острый соус. В этот момент его губы приоткрылись, обнажая кончики острых клыков — характерная черта некоторых охотников с высокой концентрацией маны. Этот жест был абсолютно естественным для него, но для Джинву он стал ударом под дых.

Взгляд Юки, направленный прямо на Джинву из-под растрепанной челки, стал вызывающим, почти хищным. Он словно пробовал не соус, а саму атмосферу между ними, проверяя Джинву на прочность.

Тень под ногами Джинву резко дернулась, и Игрит внутри его сознания издал звук, похожий на одобрительный рокот.

– Вкусно, – выдохнул Юки, не отводя взгляда. Его голос стал на тон ниже, потеряв свою обычную беззаботность. – Хочешь попробовать?

Джинву почувствовал, как по его венам разливается холодная мощь его маны, вступая в резонанс с обжигающим светом, исходящим от Юки. Расстояние между ними через стол казалось одновременно бесконечным и ничтожным.

– Юки, – Джинву произнес его имя так, будто это было заклинание. – Ты понимаешь, что ты делаешь?

Юки медленно опустил руку, его пальцы коснулись края стола, играя с цепочкой-подвеской на шее.

– Я всегда знаю, что делаю, – он подался вперед, так что их лица оказались в опасной близости. – Я же говорил, я — свет, а ты — тень. Но разве ты не знал, Джинву, что чем ярче свет, тем глубже и темнее становится тень, которую он отбрасывает? Мы связаны. Ты чувствуешь это так же четко, как и я.

Джинву не ответил словами. Он просто протянул руку и накрыл ладонь Юки своей. Кожа Юки была горячей, почти обжигающей, в то время как рука Джинву хранила могильную прохладу. Этот контраст был настолько резким, что оба на секунду затаили дыхание.

– Твои тени... – прошептал Юки, глядя на их соединенные руки. – Они сейчас касаются моих щиколоток. Это... странно. Но мне нравится.

– Они не могут устоять, – признался Джинву. – Как и я.

Юки снова усмехнулся, но на этот раз в его улыбке не было дерзости — только искренность. Он перевернул руку, переплетая свои пальцы с пальцами Джинву. Его татуировки на предплечье, казалось, ожили в полумраке, переплетаясь с черными всполохами энергии Джинву.

– Значит, мы договорились, – Юки выпрямился, не выпуская руки Джинву. – Никаких секретов от «родственной души». Если ты соберешься спасать мир в одиночку, я выбью из тебя всё дерьмо за то, что не позвал меня.

– Договорились, – Джинву позволил себе легкую улыбку.

Они просидели в этой забегаловке еще час, доедая остывший рамен и разговаривая о вещах, которые не имели никакого отношения к монстрам и рангам. Юки рассказывал о своей любви к быстрым мотоциклам и о том, как он однажды случайно подпалил ковер в кабинете председателя, а Джинву ловил себя на мысли, что готов слушать этот голос вечно.

Когда они вышли на улицу, ночь уже полностью вступила в свои права. Воздух стал холоднее, но Юки, казалось, этого не замечал. Он достал сигарету, щелкнул зажигалкой, и огонек на мгновение осветил его лицо — идеальное, словно высеченное из фарфора, с этими невероятными голубыми глазами.

– Тебе в какую сторону, Тень? – спросил он, выпуская дым.

– Туда же, куда и тебе, – ответил Джинву.

Юки рассмеялся, и этот смех эхом разнесся по пустому переулку.

– Тогда пошли. У меня дома есть отличный виски, который я приберег для особого случая. Думаю, сегодняшний вечер вполне тянет на такой.

Они пошли по ночному Сеулу, плечом к плечу. Охотник S-ранга Окура Юки, который был слишком ярким для этого мира, и Сон Джинву, который стал самой смертью, чтобы этот мир защитить. Свет и Тень, нашедшие друг друга в бесконечном цикле битв. И пока они были вместе, ни одна тьма не казалась слишком густой, и ни один свет не был слишком ослепляющим.

Тени Джинву следовали за ними, радостно переплетаясь с длинными тенями Юки на асфальте, словно танцуя в предвкушении новой, общей главы их истории. А Юки, прибавив громкость в своих наушниках, которые теперь висели на шее, просто наслаждался моментом, зная, что теперь его «дом» — это не просто квартира, а человек, идущий рядом.