← Назад к обзору

Сын

Грань между мирами и эхо лазури

В стерильной белизне медицинского отсека резиденции семьи Сон пахло озоном и целебными травами. Сон Юкио лежал на кровати, его обычно бледная кожа теперь казалась почти прозрачной, сливаясь с простынями. Плечо было плотно забинтовано, но сквозь слои марли всё равно проступало слабое, едва заметное лазурное свечение — остатки той колоссальной маны, что вырвалась на свободу.

Сон Джин Ву стоял у окна, заложив руки за спину. Его взгляд был устремлен вдаль, туда, где за горизонтом скрывались горы, ставшие местом их недавнего сражения. В комнате царила тяжелая тишина, прерываемая лишь ровным дыханием спящего подростка и тихим шелестом страниц — Сухо сидел в кресле в углу, механически перелистывая скетчбук, но его глаза были сухими и пустыми.

– Печати не просто сломаны, – не оборачиваясь, произнес Джин Ву. – Они выжжены изнутри. Его тело... оно перестраивается.

– Он выживет, Джин Ву? – Голос Ча Хэ Ин, сидевшей у кровати сына, дрогнул. Она не выпускала холодную руку Юкио из своей, словно пытаясь передать ему всё свое тепло.

– Он не просто выживет, – Джин Ву наконец повернулся, и в его глазах вспыхнул фиолетовый огонь. – Он пробудился. Но это пробуждение не похоже ни на моё, ни на пробуждение любого другого охотника. Он не наследовал систему. Он сам стал источником.

В этот момент тени в углах комнаты начали беспокойно пульсировать. Игрис и Берру материализовались одновременно, склонив головы в глубоком поклоне перед своим господином.

– Мой Король, – проскрипел Берру, его усики нервно дергались. – Барьер, который сковал нас в горах... я нашел его остатки. Это не магия этого мира. Это древний прах, собранный из пустоты между измерениями. Те, кто напал... они знали, как блокировать вашу связь с нами.

– Но они не учли Юкио, – добавил Игрис, и его голос прозвучал с оттенком суровой гордости. – Они считали его слабым звеном, простым человеком. Они не знали, что в нем дремлет сила, способная разорвать сами основы пространства.

Юкио внезапно вздрогнул. Его веки затрепетали, и изо рта вырвался тихий стон. Хэ Ин тут же подалась вперед.

– Юки? Ты слышишь меня?

Парень медленно открыл глаза. Но это были не те небесно-голубые глаза, которые знала его семья. Сейчас они полыхали чистым, ослепительным светом, в котором кружились искры золота и лазури. Он попытался приподняться, но резкая боль в плече заставила его поморщиться.

– Тише, сынок, – Джин Ву оказался рядом в мгновение ока, осторожно удерживая его за здоровое плечо. – Тебе нужно восстановиться.

– Пап... – голос Юкио был хриплым, словно он долго кричал. – Где они? Те тени... костяные монстры... они были моими?

Джин Ву обменялся взглядом с Игрисом.

– Да, Юкио. Это была твоя сила. Ты призвал их, когда мы были в опасности.

Юкио замолчал, глядя в потолок. Он помнил это чувство — как будто внутри него лопнула плотина, и ледяной океан хлынул в вены, превращаясь в обжигающее пламя. Это было страшно, но в то же время... правильно.

– Я чувствую их, – прошептал он, и его взгляд сфокусировался на отце. – Они не ушли. Они где-то здесь, под кожей. И они... они хотят есть, пап. Им нужна мана.

Джин Ву нахмурился. Голод тени — это было знакомое ему чувство, но для шестнадцатилетнего парня это могло стать проклятием.

***

В то же самое время, в другом измерении, Сон Джин Ву и его жена Хэ Ин стояли перед зеркалом реальности, которое теперь шло трещинами. Всплеск силы Юкио был настолько мощным, что отозвался даже здесь, в их тихом и гармоничном мире.

– Его сила резонирует с нашей реальностью, – сказал Джин Ву, касаясь дрожащей поверхности разлома. – Он не просто пробудился. Он пробил брешь. Хэ Ин, если он не научится контролировать этот лазурный огонь, он может случайно уничтожить границы между мирами.

– Мы должны помочь ему, – Хэ Ин сжала руки на груди. – Посмотри на него, он напуган. Он не знает, что делать с этой мощью.

Их сын Сухо подошел ближе, его лицо было серьезным.

– Отец, я чувствую его. Это странно... словно часть меня кричит там, за гранью. Если он — моя версия в том мире, то почему он такой другой?

– Потому что он — воплощение хаоса и жизни, – отозвался Джин Ву. – В нем соединилось то, что в нас разделено. Мы должны передать ему знание. Не силу — её у него и так в избытке — а волю.

Джин Ву закрыл глаза, концентрируя свою ману. Он начал плести тонкую нить связи, прокладывая путь сквозь пустоту к сознанию своего сына в параллельной реальности.

***

Юкио снова заснул, но этот сон не принес ему покоя. Он оказался в бесконечном пространстве, где не было ни верха, ни низа — только серое марево и далекие вспышки звезд.

– Кто здесь? – крикнул он, и его голос эхом разнесся по пустоте.

– Ты — это ты, – раздался голос, удивительно похожий на голос его отца, но в нем было больше спокойствия и какой-то древней печали.

Из тумана вышел человек. Он выглядел точно так же, как Сон Джин Ву, но его одежда была другой, а во взгляде не было той вечной настороженности воина, к которой привык Юкио. Рядом с ним стоял парень — Сухо, но старше, с более мягкими чертами лица.

– Ты... другой папа? – Юкио нахмурился, непроизвольно сжимая кулаки. Лазурные искры заплясали на его пальцах.

– Можно сказать и так, – мужчина мягко улыбнулся. – Я пришел не для того, чтобы пугать тебя. Я пришел показать тебе, что твоя сила — это не проклятие и не оружие. Это ты сам.

– Я едва не убил всех там, в горах! – выкрикнул Юкио. – Если бы не тени, если бы я не сорвал печати... Папа мог погибнуть! Мама... я видел, как они нападали на неё!

– И ты защитил их, – спокойно произнес другой Джин Ву. – Посмотри на свою лазурь, Юкио. Она не черная, как моя тень. Она цвета неба. Твоя сила рождена не из желания властвовать, а из желания созидать и оберегать. Ты — Монарх Жизни в мире Теней.

Юкио посмотрел на свои ладони. Пламя, бушевавшее в нем, начало утихать, становясь мягким, пульсирующим светом.

– Как мне с этим жить? – спросил он тихо. – Я больше не смогу просто кататься на скейте. Я чувствую каждую тень в доме, каждый вздох Игриса... это слишком громко.

Другой Сухо подошел к нему и протянул руку.

– Ты всегда будешь бунтарем, Юки. Даже с этой силой. Просто теперь твой танец будет иметь значение для всего мира. Прими это. Не борись с океаном внутри — стань самим океаном.

Фигуры начали бледнеть, растворяясь в сером тумане.

– Помни, Юкио, – донесся голос другого отца. – Ты не один. Даже в других мирах мы гордимся тобой.

***

Юкио резко открыл глаза и сел в кровати. На этот раз боли не было. Плечо, которое должно было заживать неделями, было абсолютно здоровым — регенерация Монарха Жизни сделала свое дело.

В комнате было темно, только лунный свет падал на ковер. Рядом, в кресле, дремал Игрис, его шлем покоился на коленях. Юкио осторожно встал с кровати. Он чувствовал себя странно — легким, как никогда раньше. Каждое движение было наполнено невероятной грацией.

Он подошел к окну и открыл его. Прохладный ночной воздух коснулся его лица. Юкио посмотрел на свою тень на полу. Теперь она не была просто черным пятном. В глубине неё копошились существа, созданные из лазурного пламени и костей — его личная гвардия, преданная только ему.

– Проснулись? – раздался тихий голос из угла.

Игрис поднялся, надевая шлем. Его алые глаза светились в темноте.

– Да, Игрис, – Юкио обернулся и улыбнулся. Это была его старая, дерзкая улыбка, но в ней появилось что-то новое — осознание своей ответственности. – Слушай, старик. Папа ведь собирался меня тренировать?

– Истинный Король Теней ждет вас на рассвете, – ответил рыцарь.

– Отлично, – Юкио потянулся, и в его суставах что-то сладко хрустнуло. – Скажи ему, что я буду готов. Но сначала... мне нужно найти свои наушники. Кажется, я оставил их в горах, когда всё начало взрываться.

Игрис издал звук, похожий на смешок.

– Я уже нашел их, мой господин. Они на тумбочке. Целы и невредимы, как и ваша решимость.

Юкио схватил наушники, надел их и включил музыку. Мощный бит заполнил его сознание. Он подошел к зеркалу и посмотрел на свое отражение. Короткие черные волосы, фарфоровая кожа и глаза, в которых теперь навсегда поселилось небо.

– Ну что, Сеул, – прошептал он, подмигивая самому себе. – Посмотрим, готов ли ты к моему новому ритму.

Он вышел из комнаты, и его тени бесшумно скользнули за ним. Впереди был рассвет, первая настоящая тренировка с отцом и мир, который еще не знал, что его защищает не один Монарх, а два. И если один был тишиной ночи, то второй стал ослепительным всплеском лазури, который не погасить ни одному врагу.

Где-то в глубоких подземельях Ассоциации Охотников завыли сирены — приборы зафиксировали всплеск маны невиданного ранга. Но семья Сон об этом не беспокоилась. Они сидели на кухне, пили чай и ждали, когда их «бунтарь» спустится к завтраку, чтобы снова наполнить этот дом жизнью, хаосом и светом, который был ярче любых звезд.

– Ты чувствуешь это? – спросила Хэ Ин, глядя на Джин Ву.

– Да, – ответил он, улыбаясь. – Он идет. И он больше не боится.

Дверь распахнулась, и Юкио ввалился в кухню, на ходу пытаясь застегнуть свежую футболку.

– Всем доброе утро! Мам, надеюсь, оладьи еще остались? А то после спасения мира у меня аппетит как у Берру в голодный год!

Смех заполнил комнату, разгоняя остатки ночных кошмаров. Сон Юкио вернулся. И на этот раз он привел с собой целую вечность.