← Назад к обзору

Сын

Гроссмейстер вне доски

В гостиной особняка Сон тишина стала почти осязаемой. Она не была мирной; она давила на плечи, словно гравитационное поле охотника высшего ранга, вышедшего из-под контроля. Сон Джинву, человек, чей взгляд заставлял содрогаться монархов, сейчас выглядел потерянным. Его глаза, обычно холодные и расчетливые, были полны немого вопроса.

– Когда наш мальчик успел так отстраниться от нас? – голос Джинву прозвучал глухо, почти шепотом. Он смотрел на свои руки, которыми когда-то держал маленького Юки, защищая его от всего мира. Но, кажется, он не заметил, как мир сына стал полностью закрытым для него.

Ча Хэ Ин бессильно опустилась на край дивана. Её пальцы дрожали, когда она убирала телефон в сумочку. Она всегда чувствовала, что между ней и младшим сыном стоит невидимая стена, но списывала это на подростковый бунт, на отсутствие маны, на его желание выделиться среди «героической» семьи. Но слова, прозвучавшие из динамика — холодные, колкие, полные яда и правды — ударили больнее любого монстра из врат.

– Мы всегда думали, что оберегаем его, – проговорила она, глядя на мужа. – Давали ему свободу, деньги, не заставляли тренироваться... Мы думали, что он счастлив в своей беззаботности. Но он... он только что назвал нас владельцами «трофея». Джинву, он считает, что мы его не любим, а просто терпим?

Сон Сухо, всё ещё стоявший посреди комнаты с багровым лицом, наконец обрел дар речи. Его кулаки сжимались и разжимались, а в груди клокотала обида.

– Под юбкой у мамы? Верный песик? – Сухо резко повернулся к родителям. – Вы слышали это? Он не просто отстранился, он нас презирает! Пока я рискую жизнью в подземельях, пока я тренируюсь до кровавого пота, чтобы соответствовать имени семьи, этот бездельник смеет учить меня жизни? Да он и дня не продержался бы в реальном мире без вашей безлимитной карты!

– Хватит, Сухо, – негромко, но властно прервал его Джинву. – Твой брат прав в одном: ты слишком зациклен на том, что думаем мы с матерью. Но его тон... и то, что я услышал на заднем плане...

Джинву нахмурился, воссоздавая в памяти звуки. Его чувства охотника национального уровня были обострены до предела. Хриплый голос Юки, его тяжелое дыхание и тот приглушенный стон — это не было похоже на шум клуба. Это было что-то глубоко личное, интимное. И осознание этого факта вызывало у отца странное чувство тревоги.

* * *

В это же время в пентхаусе «Мортэ» Юки сидел в кресле у панорамного окна, потягивая из бокала персиковое саке. На его коленях лежал планшет с отчетами о последних испытаниях экзоскелетов для охотников ранга E и D. Это была его страсть — давать шанс тем, кого система считала «пушечным мясом».

Ли Вон подошел сзади, его руки легли на широкие плечи Юки, мягко разминая напряженные мышцы.

– Ты был слишком суров с ними, – неброско заметил адвокат, целуя мужа в макушку. – Твой брат ведь просто ограниченный дурак, он не со зла.

– В том-то и проблема, Ли Вон, – Юки откинул голову назад, глядя на мужа снизу вверх. Его ярко-голубые глаза в свете ночного города казались светящимися. – Они все «не со зла». Они искренне верят, что я — пустое место, которое нужно опекать. Отец видит во мне слабость, которую нужно прятать. Мама видит во мне ребенка, который никогда не повзрослеет. А Сухо... он просто видит во мне тень своего величия.

Юки сделал глоток саке, наслаждаясь сладковатым вкусом.

– Они не понимают, что пока они смотрят на уровни маны, я смотрю на структуру мира. Мана — это лишь ресурс, Ли Вон. Технологии, ум и стратегия — вот что правит реальностью. Завтра «Мортэ Индастриз» подписывает контракт с правительством Германии. Мы ставим им систему раннего обнаружения врат, которая на 40% эффективнее разработок Ассоциации. И никто, слышишь, никто не знает, что за этим стоит «бесполезный» сын Сон Джинву.

Ли Вон усмехнулся, его серые глаза потеплели.

– И всё же, Юки... Дети растут. Мину и Джину скоро начнут задавать вопросы. Ты не сможешь вечно скрывать их от дедушки и бабушки. Особенно учитывая, что Мину уже сейчас пытается передвигать игрушки взглядом. Ты уверен, что он «пустой», как ты?

Юки замер. Это была его самая большая тайна и самый большой страх. Если его дети проявят силу, Сон Джинву почувствует их. Мана — это маяк, который невозможно скрыть от величайшего охотника.

– Я разработал подавители, – тихо сказал Юки, ставя бокал на столик. – Маленькие браслеты, которые выглядят как обычные украшения. Они маскируют их фон. Пока они маленькие, я защищу их от этой «героической» судьбы. Я хочу, чтобы они сами выбирали, кем быть, а не становились пешками в игре Ассоциаций или охотничьих кланов.

Ли Вон вздохнул и сел на подлокотник кресла, притягивая Юки к себе.

– Ты настоящий тиран, когда дело касается защиты семьи. Но ты забываешь, что ты сам — Сон Юки. В тебе течет кровь человека, который вернул мир к жизни. Ты не можешь просто исчезнуть.

Юки усмехнулся, его пальцы коснулись пирсинга в ухе.

– Я и не исчезаю. Я просто переставил фигуры. Знаешь, в чем прелесть быть «пустым»? Тебя не принимают в расчет. Тебя не сканируют, за тобой не следят спутники маны. Я — баг в их системе. И пока этот баг существует, я могу строить свою империю.

Внезапно в тишине пентхауса раздался сигнал оповещения. Юки взглянул на экран монитора, встроенного в стену. Система безопасности зафиксировала попытку удаленного взлома его личных данных.

– О... – Юки прищурился, и его губы растянулись в хищной полуулыбке. – Кажется, наш «золотой мальчик» решил поиграть в детектива. Сухо нанял хакеров, чтобы отследить мой звонок.

– И что ты будешь делать? – Ли Вон выпрямился, его лицо мгновенно стало серьезным. Как адвокат и правая рука директора «Мортэ», он знал, чем грозит раскрытие.

– То же, что и всегда, – Юки быстро застучал по клавиатуре планшета. – Я дам ему ложный след. Пусть его ищейки найдут заброшенный склад в Инчхоне, оформленный на подставное лицо. И пусть там их встретит пара моих «игрушек» — охранных дронов нового поколения. Сухо нужно преподать урок: не лезь в дела тех, кого ты не можешь понять.

Юки закончил манипуляции и отложил планшет. Он встал, потягиваясь, и его татуировка на плече заиграла в свете ламп. Рост 195 сантиметров и идеально проработанные мышцы делали его похожим на древнего бога, решившего спуститься к смертным.

– Пойдем спать, Ли Вон. Завтра тяжелый день. Нужно утвердить бюджет на благотворительный фонд для сирот «Врата надежды». И... – Юки замялся на секунду. – Нам нужно купить те персики, которые привезли из Японии. Мину их обожает.

Ли Вон рассмеялся, обнимая мужа за талию.

– Директор гигантской корпорации, грозный стратег и тайный благотворитель... беспокоится о персиках для сына. Если бы твои враги видели тебя сейчас, они бы умерли от шока.

– Пусть умирают, – Юки нежно поцеловал мужа в лоб. – Главное, чтобы мои дети были сыты, а ты был рядом. А семья Сон... они справятся. У них есть их мана и их слава. А у меня есть всё остальное.

* * *

В особняке Сон Джинву стоял у окна, глядя на спящий город. Он чувствовал, как в воздухе что-то меняется. Его младший сын, которого он считал слабым звеном, только что обрушил на них правду, к которой они не были готовы.

– Сухо, – позвал Джинву, не оборачиваясь.

– Да, отец? – старший сын подошел, всё еще кипя от негодования.

– Не пытайся его выследить. Я видел твой взгляд, когда ты уходил в свою комнату. Ты хочешь доказать ему, что он не прав. Но Юки... он не тот, кем мы его считали. Если ты пойдешь за ним сейчас, ты можешь найти то, к чему не готов.

– О чем ты, папа? – Сухо нахмурился. – Он просто избалованный мальчишка!

Джинву медленно повернулся. Его глаза светились холодным, потусторонним светом.

– Избалованные мальчишки не говорят с такой уверенностью в голосе. Избалованные мальчишки не смотрят на мир как на шахматную доску. Я почувствовал это через телефон, Сухо. В его голосе не было страха. Там была власть. И это пугает меня больше, чем любая мана, которую он мог бы иметь.

Джинву подошел к жене и положил руку ей на плечо.

– Завтра я сам попробую найти его. Но не как охотник. А как отец, который слишком поздно понял, что его сын — это не его продолжение, а совершенно другая, независимая сила.

Ча Хэ Ин кивнула, но в её сердце всё равно жила тревога. Она помнила запах персикового саке, который когда-то учуяла от одежды Юки, и его странные татуировки, которые он скрывал под длинными рукавами. Она чувствовала, что её маленький мальчик ушел навсегда, а на его месте вырос кто-то, кого она совсем не знает.

А в это время в тихом пентхаусе Сон Юки укрывал одеялом своих сыновей, поправляя мягкие пряди волос на лбу Мину. Он знал, что отец начнет искать. Он знал, что Сухо не остановится. Но он также знал, что его игра только начинается.

– Спите спокойно, – прошептал он, и в его глазах блеснула искра настоящего гения. – Ваша очередь ходить наступит нескоро. А пока... папа защитит этот мир для вас. Даже если миру придется об этом никогда не узнать.