← Назад к обзору

Сын монарха

Наследие в муке и пелёнках

– Убейте меня прямо здесь... – Сон Юки сидел за кухонным столом, уткнувшись лбом в прохладную мраморную столешницу. – Какой из меня отец? Я только-только научился не пересаливать багеты, а тут... человек. Настоящий, живой человек, который полностью зависит от меня.

Его голос звучал глухо и надломленно, словно он только что проиграл битву с целой армией монстров S-ранга. На затылке парня сиротливо сдвинулась черная кепка, а пальцы нервно барабанили по столу, выдавая его крайнюю степень растерянности.

– Перестань драматизировать, Юки, – Хэ Ин, сиявшая ярче любого магического артефакта, возилась с маленькой Миной на ковре в центре кухни. – Посмотри на неё. Она же просто чудо. Твоя абсолютная копия.

Мина, одетая в нежно-розовый комбинезон, увлеченно пыталась поймать солнечный зайчик, прыгающий по полу. Когда ей это не удавалось, она забавно морщила носик и издавала короткий, требовательный звук, точь-в-точь повторяя мимику Юки, когда у того не поднималось тесто. Её ярко-голубые глаза светились любопытством, а пухлые ручки не знали покоя.

– Она не чудо, мам, она — приговор моей спокойной жизни, – Юки приподнял голову, глядя на дочь с нескрываемым ужасом, смешанным с благоговением. – Я вчера пытался поменять ей подгузник. Это было сложнее, чем уклоняться от твоих выпадов на тренировке. Она двигается быстрее, чем я успеваю застегнуть липучки! У неё что, врожденный навык уклонения?

Чхэ Хэ Ин звонко рассмеялась, прижимая внучку к себе.

– Это называется моторика, дорогой. И вообще, я всегда мечтала о дочке, а теперь у меня есть внучка. Знаешь, сколько всего нам нужно купить? Я уже составила список. Завтра мы едем по магазинам. Нам нужна лучшая кроватка, развивающие игрушки и, боже мой, столько платьев!

– Мам, она дочь пекаря и... ну, меня, – Юки вздохнул, потирая лицо. – Зачем ей платья? Ей нужен спортивный костюм и удобная обувь, чтобы бегать по муке.

– Оставь свои суровые методы для Сухо, – отрезала Хэ Ин, чмокнув Мину в макушку. – Моя внучка будет принцессой. Джинву, ты слышишь? Ты займись документами. Нужно официально оформить опеку и гражданство, чтобы ни у кого в Ассоциации не возникло лишних вопросов.

Сон Джинву, до этого момента молча стоявший у окна и наблюдавший за семейной сценой, медленно обернулся. Его взгляд, обычно холодный и пронзительный, сейчас был наполнен странным теплом.

– Документы — это меньшее из зол, – произнес он, и тени в углах комнаты послушно качнулись. – Игрис уже проверяет архивы в Японии, а Бер занимается юридической стороной вопроса. Никто не посмеет оспорить права моего сына на его ребенка.

Юки снова застонал и уронил голову на руки.

– Папа, ты задействовал теневых маршалов, чтобы оформить свидетельство о рождении? Серьезно? Бер, наверное, сейчас в ужасе. Он привык пожирать врагов, а не заполнять бланки в министерстве юстиции.

– Он справляется, – невозмутимо ответил Джинву. – К тому же, он нашел это... забавным. Сказал, что «маленькая госпожа» пахнет так же, как твои лучшие булочки с корицей.

Юки невольно улыбнулся. Несмотря на весь свой страх, он чувствовал, как внутри него, где-то за ребрами, разливается непривычное, тягучее тепло. Каждый раз, когда Мина смотрела на него своими огромными глазами, его железная дисциплина давала трещину.

– Кстати о пополнении, – Хэ Ин лукаво посмотрела на мужа и сына. – Я созвонилась с вашей тетей. Она в полном восторге и уже пакует чемоданы. Приедет через пару дней, чтобы помочь с ребенком и, как она выразилась, «вправить мозги молодому отцу».

– Тетя Кён Хи? – Юки выпрямился, и в его глазах промелькнул истинный, непритворный страх. – Мам, ты серьезно? Она же... она же заставит меня есть суп три раза в день и будет проверять, надел ли я шапку под кепку! Она страшнее любого национального охотника!

– Она любит тебя, Юки, – Хэ Ин поднялась, удерживая Мину на бедре. – И она единственная, кто знает о детях больше, чем все мы вместе взятые. Джинву, не стой столбом. Помоги мне перенести вещи из гостевой комнаты. Мы будем делать там детскую.

Джинву послушно направился к жене. Проходя мимо Юки, он на мгновение положил руку ему на плечо.

– Это сложнее, чем кажется, сын, – тихо сказал Теневой Монарх. – Но поверь, это единственная битва в твоей жизни, которую стоит проиграть.

Когда родители вышли из кухни, Юки остался один. Ну, почти один. Мина, которую Хэ Ин на минуту посадила в высокий детский стульчик, внимательно наблюдала за отцом.

Юки вздохнул и пододвинул свой стул ближе к ней.

– Ну что, мелочь? – он поправил кепку, глядя в глаза дочери. – Похоже, мы с тобой попали. Бабушка уже планирует захватить все магазины Сеула, дедушка натравил на юристов армию тьмы, а скоро приедет тетя и добьет нас дисциплиной.

Мина в ответ лишь радостно пустила пузырь и потянулась ручкой к золотой цепочке на шее Юки.

– Э, нет, это не игрушка, – Юки мягко перехватил её крохотную ладонь.

Его пальцы, привыкшие к тяжелым весам и грубому труду, казались огромными рядом с её прозрачной кожей. Он почувствовал, как она крепко сжала его мизинец. Хватка была уверенной, сильной.

– А ты крепкая, – прошептал Юки, и на его губах появилась та самая, едва заметная улыбка. – Вся в меня. Никакой маны, зато воли — хоть отбавляй.

Он осторожно потянулся к тарелке с нарезанным яблоком, которую оставила мама, и протянул кусочек девочке.

– Хочешь попробовать? Это не пюре из банок, это настоящая еда. Я сам выбирал на рынке.

Мина с сомнением посмотрела на яблоко, потом на отца, и вдруг широко улыбнулась, обнажая два крохотных нижних зуба. Она взяла кусочек и начала увлеченно его мусолить.

Юки откинулся на спинку стула, наблюдая за ней. В этот момент он понял, что его жизнь пекаря, его тренировки и его тихая гордость за отсутствие маны — всё это было лишь подготовкой к этой минуте.

– Знаешь, – сказал он, обращаясь к дочери, – я не знаю, каким я буду отцом. Наверное, непутевым. Буду забывать, где лежат твои носки, и кормить тебя выпечкой вместо каши. Но я обещаю тебе одну вещь.

Он наклонился ближе, и его ярко-голубые глаза вспыхнули тем самым внутренним светом, который он пробудил под завалами.

– Никто и никогда не причинит тебе боли. Я стану твоей тенью, твоим щитом и твоей крепостью. И если этот мир попробует забрать тебя у меня... ну, тогда они узнают, на что способен человек, которому нечего терять, кроме улыбки своей дочери.

Мина радостно взвизгнула и бросила обслюнявленное яблоко прямо в Юки. Кусочек попал ему в лоб и шмякнулся на футболку.

– Эй! Это было прямое попадание! – Юки рассмеялся, вытирая лицо. – Ну точно, моя кровь. Точность сто из ста.

Он встал, подхватил девочку на руки и подбросил её в воздух. Мина залилась заливистым смехом, который эхом разнесся по огромному дому, заставляя тени Джинву на мгновение замереть в почтении.

– Ладно, Мина Сон, – Юки прижал её к груди, чувствуя, как её маленькое сердце бьется в такт его собственному. – Пошли смотреть, как дедушка пытается разобраться с детской кроваткой. Уверен, Теневой Монарх против инструкции из Икеи — это зрелище, которое нельзя пропускать.

Он вышел из кухни уверенной походкой. Его плечи были расправлены, а страх... страх никуда не делся, но теперь он стал его топливом. Сон Юки больше не боялся быть отцом. Он боялся не успеть стать для этой девочки всем миром.

А за окном садилось солнце, окрашивая Сеул в золотистые тона. Где-то там, в тени небоскребов, охотники всё еще спорили о рангах и уровнях маны. Они не знали, что в тихом особняке на окраине города только что родилась сила, перед которой померкнет любая магия. Сила человека, который просто любил свою дочь.

Юки шел по коридору, насвистывая мелодию, а Мина увлеченно жевала козырек его кепки. Жизнь была странной, непредсказуемой и чертовски сложной. Но глядя на то, как маленькая ручка крепко держит его за цепочку, Сон Юки понял: он абсолютно, совершенно счастлив.

– Игрис! – крикнул он, проходя мимо одной из теней, застывших в карауле. – Найди мне рецепт самого полезного детского печенья в мире. И чтобы без сахара, дедушка будет ворчать.

Тень рыцаря едва заметно склонила голову, и Юки показалось, что даже сквозь доспехи просочилось одобрительное фырканье.

Впереди был ремонт, приезд грозной тети и миллион бессонных ночей. Но Сон Юки был готов. Ведь теперь у него был самый важный заказ в жизни. Заказ на счастливое детство для одной маленькой голубоглазой «ошибки природы», которая стала его личной абсолютной истиной.