Сын монарха
Тень во власти Кармы
Мрак в комнате сгустился, становясь почти осязаемым. «Территория Монарха» отсекла все звуки внешнего мира, оставив лишь тяжелое дыхание двоих и едва слышный треск магической энергии. Сон Джинву, Верховный правитель теней, человек, перед которым трепетали боги и демоны, сейчас чувствовал, как его собственный самоконтроль рассыпается в прах.
Он осторожно уложил Юки на спину. Длинная футболка парня задралась, обнажая фарфоровую бледность кожи и изящные изгибы тела, которое теперь сочетало в себе мужскую силу и новообретенную, пугающую хрупкость. Юки выглядел сломленным, но в то же время невероятно манящим. Его растрепанные черные волосы рассыпались по подушке, а небесно-голубые глаза, затуманенные слезами и действием яда, искали поддержки в лице отца.
Джинву медленно потянулся к краю его футболки и потянул её вверх, снимая через голову. Теперь Юки лежал перед ним полностью обнаженным. Его атлетичное тело, украшенное татуировкой, пульсировало фиолетовым светом. Кармическое возмездие, его дар и проклятие, резонировало с состоянием хозяина, окрашивая воздух в нежно-сиреневый цвет.
– Папа... – голос Юки дрожал, срываясь на выдох. – Пожалуйста... мне так плохо... и так странно.
Джинву не ответил словами. Он опустился на колени между бедер сына, чувствуя, как от того исходит жар, сравнимый с пламенем преисподней. Его пальцы, мозолистые от рукоятей мечей, коснулись нежной, влажной плоти, которая появилась на месте мужского достоинства Юки.
Едва коснувшись чувствительного бугорка и проникнув одним пальцем внутрь, Джинву почувствовал, как Юки выгнулся дугой. Тонкие пальцы парня впились в плечи отца, ногти царапали кожу, но Монарх даже не шелохнулся.
– Ах... ах, нет... – простонал Юки, запрокидывая голову. – Еще... Прошу тебя, не останавливайся.
Джинву сглотнул, чувствуя, как внизу живота завязывается тугой узел. Юки выглядел божественно. Его щеки пылали лихорадочным румянцем, губы, покусанные до крови, припухли, а взгляд был совершенно не осознанным. В этот момент Джинву окончательно осознал: он не позволит этому яду сжечь его сына, но и не отдаст право «лечения» никому другому.
Те охотники... они хотели осквернить то, что принадлежало только ему. Сама мысль о том, что чьи-то чужие, грязные руки могли касаться этой фарфоровой кожи, заставляла теневую мощь внутри Джинву реветь от ярости. Но сейчас гнев трансформировался в темную, густую страсть.
– Юки, – негромко произнес Джинву, и его голос прозвучал как рокот самой бездны. – Ты понимаешь, что происходит? Если я сделаю это, пути назад не будет.
– Мне всё равно... – Юки судорожно выдохнул, его бедра непроизвольно качнулись навстречу руке отца. – Я хочу... чтобы это был ты. Только ты. Помоги мне, папа.
Эти слова стали последней каплей. Джинву резким движением сбросил с себя одежду. Его тело, покрытое шрамами от сотен сражений, выглядело массивным и угрожающим на фоне изящного Юки. Он навис над сыном, закрывая собой весь свет, становясь для него единственной реальностью.
Джинву начал входить медленно, стараясь быть осторожным, но природа Монарха требовала доминирования. Юки резко вскрикнул, его глаза широко распахнулись, и из них хлынули новые слезы. Он судорожно схватился за изголовье кровати. Раздался громкий треск — усиленное магией дерево не выдержало хватки парня и разлетелось в щепки.
– Большой... он слишком большой... – прохрипел Юки, его тело задрожало от невыносимого давления и растяжения. – Папа, больно!
– Тише, маленький мой, тише, – прошептал Джинву, наклоняясь и накрывая губы сына своими в глубоком, властном поцелуе. – Дыши. Просто дыши вместе со мной.
Он замер, давая телу Юки привыкнуть к своему размеру. Внутри парня всё горело, магические каналы пульсировали, пытаясь переварить чужеродную энергию яда и мощь Теневого Монарха одновременно. Татуировка на груди Юки вспыхнула ярко-фиолетовым, и внезапно по комнате поползли тени.
Юки неосознанно активировал свои способности. Вокруг кровати начали материализоваться кости, создавая подобие клетки, а в углах комнаты вспыхнули фиолетовые огни — зачатки гастер-бластеров. Его сила «Кармического возмездия» пыталась защитить хозяина от того, что она воспринимала как атаку, но Джинву подавил этот всплеск одним лишь присутствием.
– Твоя сила признает меня, Юки, – прошептал Джинву, чувствуя, как внутренние мышцы сына начинают обволакивать его, принимая. – Подчинись мне. Отдайся этой тени.
Когда Джинву начал двигаться, Юки закричал снова, но на этот раз в крике сквозила не только боль, но и дикое, первобытное наслаждение. Яд «Смены Сути» работал как катализатор, превра