Сын монарха
Кровь Монарха и аромат спасения
– Ты чувствуешь это, Игритт? – спросил я, глядя в окно на бескрайнюю синеву океана, которая сегодня сливалась с таким же чистым небом.
Тень верного рыцаря колыхнулась за моей спиной, принимая более четкие очертания. Игритт не ответил словами, но я почувствовал его молчаливое согласие. Воздух вокруг меня больше не был пропитан запахом старой пыли, разочарований и вечного холода, который сопровождал мой брак с Хэ Ин. Теперь здесь, на нашей новой вилле, всё дышало жизнью.
Я повернулся и посмотрел на Юджина. Моя истинная омега спал на террасе, укрывшись легким пледом. Солнечные блики играли на его светлых волосах, а на шее, прямо над ключицей, алела свежая метка. Моя метка.
Когда мы впервые вошли в этот дом, я не смог сдержаться. Инстинкты, которые я подавлял десятилетиями, вырвались наружу с такой силой, что даже Система на мгновение ослепла от уведомлений. Я заявил свои права на него в ту же секунду, как закрылась дверь. Это не было актом агрессии — это было возвращением домой. Юджин принял меня так, словно ждал этого вечность. Его мана, такая мягкая и глубокая, обволокла мою тьму, превращая её в уютные сумерки.
Только сейчас, став по-настоящему свободным, я понял, какую ошибку совершил, пытаясь построить «нормальную» жизнь с бетой. Хэ Ин была прекрасной женщиной, но она никогда не могла понять, что значит быть парой Монарха. Для неё моя сила была бременем, для Юджина она стала частью его собственного дыхания. Беты живут в мире логики и социальных норм, но мы — альфы и омеги — живем в мире запахов, инстинктов и первобытной магии крови.
– Джинву? – Юджин приоткрыл глаза и улыбнулся мне. – Почему ты стоишь в тени? Иди сюда.
Я подошел к нему, чувствуя, как мой внутренний зверь довольно урчит. Сесть рядом, вдохнуть его запах — это было лучше любого зелья восстановления маны.
– Я просто думал о Юки, – признался я, перебирая пальцами его волосы. – Я чувствую его через связь. Его гон... он проходит тяжело, но он не один.
Юджин сел, потягиваясь, и плед соскользнул с его плеч.
– Ли Вон с ним. Я знаю это. Они связаны не меньше, чем мы с тобой, Джинву. Твой сын прошел через ад, чтобы найти свою тишину. Не мешай ему сейчас.
Я кивнул. Юджин был прав. Я чувствовал, как далеко в Сеуле мана Юки пульсирует в унисон с маной Ли Вона. Это было похоже на рождение новой звезды — яркое, болезненное и ослепительно прекрасное.
– Я наконец-то понимаю его, – тихо произнес я. – Все те годы, когда я смотрел на него и видел лишь бунтаря, я ошибался. Он просто был голоден по истинности. Как и я.
– Нам всем нужно было пройти через этот пепел, чтобы начать дышать, – Юджин положил голову мне на плечо. – Хэ Ин и Сухо... они найдут свой путь. Но их путь никогда не пересечется с нашим, потому что они не слышат зов крови.
Я закрыл глаза, наслаждаясь моментом. Впервые за сотни лет мне не хотелось никуда бежать, никого спасать и ничего завоевывать. Монарх Теней нашел свой покой в объятиях омеги, чьи глаза были цвета безоблачного неба.
– Ты ведь знаешь, что Юки скоро придет к нам? – спросил Юджин с легкой хитринкой в голосе. – И он придет не один.
– Я чувствую это, – я усмехнулся, вспоминая недавние всплески энергии в Каннаме. – Кажется, я скоро стану дедушкой. Доминантные альфы не тратят время зря, когда находят свою пару.
Юджин рассмеялся, и этот звук был для меня слаще любой музыки.
– Тогда нам стоит подготовить комнату для гостей. И, возможно, купить побольше фрезий. Ли Вон их обожает.
Я обнял его крепче, чувствуя, как наше общее будущее обретает четкие контуры. Мы были изгоями в мире обычных людей, мы были богами среди смертных, но здесь, на этом берегу, мы были просто парой, которая наконец-то обрела друг друга.
– Игритт, – позвал я мысленно.
– Да, мой Повелитель? – отозвалась тень.
– Приготовь вино. Самое лучшее, что есть в моих запасах. Мы будем праздновать. Не победу в войне, а начало жизни.
Я смотрел на океан и знал: что бы ни случилось дальше, какая бы угроза ни пришла из других миров — мы встретим её вместе. Я, мой сын, наши омеги. Мы — новая стая. И горе тому, кто попытается нарушить наш покой.
– Знаешь, Юджин, – я повернул его лицо к себе, заглядывая в бездонные голубые глаза. – Я благодарен Юки. Если бы не его ярость, если бы не его отказ быть «нормальным», я бы так и гнил в том особняке, притворяясь счастливым.
– Дети часто мудрее своих родителей, – прошептал Юджин, касаясь моих губ своими. – Особенно если в их жилах течет кровь Монарха.
В этот вечер солнце садилось за горизонт особенно медленно, словно давая нам возможность насладиться каждой секундой этого нового, истинного мира. Мира, где запах фрезий и морозного воздуха значил больше, чем все титулы и ранги. Мира, где мы наконец-то были дома.