← Назад к обзору

Сын монарха

Гнев Небесного Дракона

Я видел своего сына разным. За те годы, что прошли с момента его рождения, я запомнил его весёлым мальчишкой, гоняющимся за тенями в нашем саду, видел его угрюмым подростком, когда он осознал тяжесть своего наследия, и спокойным, уверенным в себе мужчиной, каким он вернулся из Европы. Но в тот вечер, в саду поместья Ассоциации, я впервые увидел его в истинном гневе. И это зрелище заставило даже мою кровь, кровь Монарха Теней, на мгновение застыть.

Всё началось после того, как Алекс и Ли Вон отошли в сторону для разговора. К ним приблизилась группа людей, чей вид так и кричал о высокомерии. Это были Асакуры — клан, который веками кичился своим происхождением. Они называли себя потомками древних богов, полубожественными сущностями, стоящими выше простых смертных и даже выше охотников S-ранга. В их жилах якобы текла кровь Нефритового Императора, и вели они себя соответственно.

– Сон Алекс? – голос лидера группы, высокого мужчины с ледяным взглядом, прозвучал как удар хлыста. – Мы слышали, что сын самого Теневого Монарха вернулся. Мы пришли посмотреть, достоин ли ты своей фамилии или ты просто тень своего отца.

Я стоял в тени колоннады, наблюдая за происходящим. Хэ Ин сжала мою руку, почувствовав, как пространство вокруг нас начало уплотняться. Алекс медленно повернулся к ним. Его лицо было лишено эмоций, но глаза... ярко-голубая радужка начала пульсировать, предвещая бурю.

– И кто же вы такие, чтобы судить о моем достоинстве? – голос Алекса был тихим, но в нем слышался рокот далекого грома.

– Мы — Асакуры. Избранные богами, – мужчина сделал шаг вперед, и вокруг него закружились вихри золотистой энергии. – Мы вызываем тебя на ритуальный поединок. Здесь и сейчас. Покажи нам силу, о которой слагают легенды, или признай, что ты — ничто.

Алекс усмехнулся. Это была не та теплая улыбка, которую он дарил Сухо. Это был оскал хищника.

– Ритуальный поединок? – он медленно потянул плечами, разминая шею. – Ладно. Раз уж вы так просите, я уделю вам пару минут.

Они вышли на открытую площадку сада. Гости замерли, образовав широкий круг. Ли Вон стоял чуть в стороне, его серые глаза внимательно следили за каждым движением Алекса.

Бой начался без предупреждения. Трое Асакур бросились на него одновременно, используя сложнейшие техники боевых искусств, усиленные их божественной маной. Но Алекс... он не использовал магию. По крайней мере, сначала. Он двигался как ртуть, уклоняясь от ударов с точностью, которая граничила с предвидением. Его движения были расчетливыми, холодными, почти механическими. Он блокировал удары ладонями, перенаправлял инерцию противников, заставляя их врезаться друг в друга.

– Это всё? – бросил Алекс, отправив одного из нападавших в полет простым ударом локтя. – Я ожидал большего от «богов».

Лидер Асакур взревел от ярости. На его руке вспыхнула золотая печать.

– Ах ты, ублюдок! Ты хоть знаешь, кто я? Я потомок Нефритового Императора! Преклонись!

Он ударил кулаком в землю, и на Алекса обрушилась колоссальная гравитационная волна. Земля под ногами моего сына треснула и просела на добрый метр. Обычного охотника S-ранга такая мощь просто вмяла бы в скалу, превратив кости в пыль.

Но Алекс даже не шелохнулся. Он стоял в центре кратера, и его фигура казалась незыблемой скалой посреди бушующего океана.

– Гравитация? – Алекс поднял голову, и я увидел, как на его правой руке тускло блеснул браслет, который я раньше не замечал. – Смешно.

Браслет в мгновение ока начал трансформироваться. С тихим металлическим звоном он обволок его предплечье и кисть, превращаясь в нечто неописуемое. Это был божественный артефакт SSS-уровня, живое оружие, которое, казалось, пульсировало в такт его сердцу. Металл перетекал, меняя форму, пока не превратился в тяжелую, покрытую рунами алебарду, от которой исходило черное сияние.

– Если ты потомок богов, – Алекс сделал шаг вперед, и гравитационное давление Асакуры просто лопнуло, как мыльный пузырь, – то я потомок Небесного Дракона по материнской линии.

В этот момент реальность вокруг него начала искажаться. Его облик стал меняться прямо на глазах. Черные волосы стремительно отросли, рассыпаясь по плечам, и часть их сама собой завязалась в низкий, небрежный хвост. Его одежда — футболка и джинсы — истлела в искрах черной молнии, сменяясь на нечто древнее и величественное.

Теперь на нем было короткое черно-золотое кимоно с детализированным рисунком извивающегося дракона на спине. Штаны с золотыми вставками и высокие черные сапоги дополняли образ воина из забытых эпох. Его зрачки вытянулись в вертикальные щели, а кожа приобрела легкий, почти незаметный чешуйчатый блеск.

– Встаньте, – прошептал он, и этот шепот перекрыл нарастающий гул ветра.

Из его тени начала подниматься тьма. Но это не была моя фиолетовая тьма. Тень Алекса была густого, кроваво-красного цвета, словно пропитанная яростью самой земли. Из этой багровой бездны стали выходить фигуры.

Впереди всех стояла женщина-рыцарь в изящных доспехах, чьи глаза горели красным пламенем — она была похожа на моего Иггдрасиля, но в ее движениях было больше грации и скрытой угрозы. За ней последовала Королева Ос, чьи крылья издавали низкочастотный гул, заставляющий стекла в здании Ассоциации мелко подрагивать. Его теневая армия была меньше моей, но каждый солдат в ней был концентрацией чистой разрушительной силы.

– Рев Громового Дракона... – произнес Алекс, занося алебарду.

Воздух взорвался. Я услышал не просто гром — это был истинный рев мифического существа, пробудившегося ото сна. Огромная черная молния, сплетенная с багровым пламенем теневой магии, ударила в центр площадки.

Когда свет погас и пыль осела, от хваленых Асакур не осталось ничего, кроме обгоревших кусков их дорогой одежды. Сами они лежали без сознания, впечатанные в остатки фундамента, их «божественная» мана была полностью подавлена и развеяна.

Алекс стоял посреди разрушения, его алебарда снова превратилась в браслет. Он медленно обернулся, и его вертикальные зрачки встретились с моими. В этом взгляде была дикость, которую я раньше видел только у самых опасных существ в Хаосе, но в то же время там была безграничная преданность.

– Они слишком много шумели, отец, – спокойно сказал он, и его облик начал возвращаться в норму. Волосы укоротились, кимоно исчезло, сменившись прежней одеждой. Только взгляд оставался прежним — взглядом дракона, который защищает свою территорию.

Ли Вон первым нарушил тишину. Он подошел к Алексу, не выказывая ни капли страха перед только что продемонстрированной мощью.

– Вы разрушили сад, который стоит три миллиарда вон, – заметил адвокат, поправляя очки. – Но должен признать, это было эффектно.

Алекс посмотрел на него и вдруг рассмеялся — тем самым живым смехом, который я так любил.

– Выстави им счет, Ли Вон. Скажи, что это налог на глупость.

Я подошел к сыну и положил руку ему на плечо. Я чувствовал, как его тело всё еще вибрирует от избытка энергии.

– Твоя мать... она никогда не говорила мне, что в ее роду были Небесные Драконы, – тихо сказал я.

– Она и сама не знала, пока я не родился, – Алекс пожал плечами. – Эта кровь спала тысячи лет. Видимо, твоя сила послужила катализатором.

Я посмотрел на Хэ Ин, которая стояла чуть позади, бледная, но восхищенная. Потом на Сухо, чьи глаза сияли так ярко, что казалось, он сейчас начнет прыгать от восторга.

– Брат, это было просто... вау! – выдохнул Сухо, подбегая к нам. – Научишь меня так же? Пожалуйста!

Алекс потрепал младшего брата по волосам.

– Сначала научись не ломать телефоны, когда волнуешься, мелкий. А потом поговорим о драконах.

В ту ночь я понял одну важную вещь. Мой сын не был просто наследником Теневого Монарха. Он был чем-то новым, уникальным сплавом двух великих сил — тьмы и небесного пламени. И если раньше я беспокоился о его будущем, то теперь я знал: он не просто выживет в этом мире. Он подчинит его себе, если того захочет.

– Идемте в дом, – сказал я, обнимая свою семью. – Нам нужно многое обсудить. И, Алекс... спасибо, что не разнес здание Ассоциации целиком.

– Я старался, пап, – усмехнулся он, переглядываясь с Ли Воном. – Честное слово, я очень старался.

Мы уходили с разрушенной площадки, и тени послушно следовали за нами, смешиваясь с искрами затихающей грозы. Сеул продолжал жить своей жизнью, не подозревая, что сегодня ночью он стал свидетелем рождения легенды, перед которой склонятся даже боги.