Сын монарха
Сердце Монарха
Я стоял у панорамного окна своего кабинета, заложив руки за спину. Огни вечернего Сеула расстилались передо мной, словно россыпь драгоценных камней на черном бархате. Город жил, дышал и пульсировал, не подозревая, что его покой охраняют тени, скрытые в каждом углу. Но сейчас мои мысли были далеки от безопасности человечества.
В груди ворочалось тяжелое, глухое чувство — смесь тревоги, собственнического инстинкта и горькой гордости. Бер, ощущая мое состояние, беспокойно шевелился в тени, его когти едва слышно скребли по полу.
– Мой Король, – прострекотал он, материализовавшись наполовину. – Вы позволили этому человеческому щенку уйти. Он забрал частицу вашего света. Почему вы не дали мне приказ?
Я не обернулся. Я смотрел вниз, туда, где черная машина Чон Ли Вона вливалась в поток машин, увозя моего старшего сына.
– Потому что, Бер, если я сломаю Ли Вона, я сломаю и Алекса, – мой голос прозвучал тише, чем обычно. – Ты видел его глаза. В них не было страха. В них была та же одержимость, что когда-то вела меня через двойные подземелья.
Я вспомнил лицо сына, когда он бросился к адвокату. Вспомнил этот отчаянный, почти болезненный блеск в его голубых глазах. Алекс всегда был бунтарем. С самого детства, когда он впервые разбил коленку и отказался плакать, я знал, что его путь не будет легким. Он унаследовал мою силу, но сердце у него было от Юки — страстное, открытое и не знающее полумер.
Я сел в кресло и закрыл глаза. Перед внутренним взором проплывали отчеты Ассоциации о семьях охотников. Я видел десятки, сотни случаев, когда отцы-альфы, ослепленные своей властью и желанием защитить «чистоту крови» или статус семьи, запрещали своим детям-омегам видеться с теми, кого те выбрали.
Последствия всегда были ужасными. Омеги чахли, теряли волю к жизни, а иногда... иногда они выбирали самый страшный путь. Я помнил отчет о молодом омеге из клана «Белый Тигр», который покончил с собой прямо в день своей свадьбы с «подходящим» партнером, потому что его истинного альфу изгнали из страны.
Я содрогнулся. Сама мысль о том, что Алекс может смотреть на меня с ненавистью, что он может погаснуть, как догорающая свеча, заставляла мою ману выходить из-под контроля. Стены кабинета мелко задрожали.
– Я поступил как отец, – прошептал я самому себе. – Не как Монарх. Не как сильнейший человек на планете. Просто как отец.
В дверь тихо постучали. Я не оборачивался, зная, кто это. Только один человек в мире мог входить ко мне без страха, когда моя аура была настолько нестабильна.
– Ты всё правильно сделал, Джин Ву, – Юки подошел сзади, его прохладные ладони легли мне на виски, мягко массируя их. – Перестань винить себя за то, что позволил ему лететь.
– Он слишком быстро вырос, Юки, – я накрыл его руку своей, чувствуя, как внутри наконец-то воцаряется подобие мира. – Еще вчера он просил меня показать ему «черных рыцарей» перед сном, а сегодня он... он уже пахнет другим мужчиной. Он выбрал того, кто готов ради него пойти против меня.
– Разве не об этом мы мечтали? – Юки обошел кресло и сел на край моего стола, заглядывая мне в глаза. – Чтобы наши дети были достаточно сильными, чтобы иметь собственное мнение? Чтобы они не дрожали перед твоей тенью?
– Одно дело — мнение, другое — Чон Ли Вон, – я криво усмехнулся. – Этот парень — акула. Он адвокат до мозга костей. Он просчитывает ходы на десять шагов вперед. Я боюсь, что Алекс для него — слишком сложная задачка, которую он хочет решить.
– Или же Алекс — это единственное, что он не может просчитать, – возразил Юки. – Я видел, как Ли Вон смотрел на него из окна, когда думал, что никто не видит. В его взгляде не было расчета. Там была жажда. Такая же, какую я видел у тебя, когда мы только встретились.
Я вздохнул, признавая поражение. Юки всегда видел глубже.
– Если он будет счастлив, то и я буду счастлив, – произнес я, и эти слова дались мне с трудом. Мой внутренний альфа всё еще хотел запереть сына в самой высокой башне и выставить Иггриса на стражу. – Но я не спущу с этого адвоката глаз. Если он хотя бы на секунду заставит Алекса сомневаться в себе...
– То ты превратишь его юридическую фирму в филиал царства теней, я знаю, – Юки нежно коснулся моего подбородка, заставляя улыбнуться. – Но дай им шанс совершить собственные ошибки. Это и называется жизнью.
Я притянул мужа к себе, утыкаясь лицом в его живот. Его запах — спокойный, родной — был моим единственным спасением от тьмы, которая всегда была рядом.
– Тэджу уже спит? – спросил я, меняя тему.
– Уснул прямо на ковре в детской, в окружении своих игрушечных монстров, – Юки тихо рассмеялся. – Миджун и Сухо пытались его перенести, но он вцепился в хвост одного из твоих теневых муравьев, которых ты ему оставил «для охраны».
Я представил эту картину, и тяжесть в груди окончательно растворилась. Моя семья. Мое всё.
– Знаешь, – я поднял голову, глядя на Юки. – Я ведь действительно видел многих. Тех, кто ломал своих детей. Они думали, что спасают их, а на самом деле просто убивали в них душу. Я не хочу быть для Алекса тюремщиком. Я хочу быть его тылом.
– Ты уже им стал, – Юки поцеловал меня в лоб. – Позволив Ли Вону уйти живым, ты дал Алексу самое важное — право на выбор. И поверь, он оценит это больше, чем любые подарки или защиту.
Я встал, чувствуя, как силы возвращаются ко мне. Вечер только начинался, и хотя впереди было много трудностей — включая неизбежный разговор с семьей Чон и объяснение Алексу правил «безопасных свиданий» под присмотром невидимых теней — я чувствовал, что главное сражение выиграно. Сражение с самим собой.
– Пойдем домой? – предложил я. – Хочу проверить, не отгрыз ли Тэджу хвост моему солдату.
– Пойдем, – Юки взял меня за руку. – А Алекс... он вернется. Теперь он всегда будет возвращаться, потому что знает: здесь его не осудят, а поймут.
Мы вышли из кабинета, и свет в нем погас сам собой. Тени скользнули следом за нами, заполняя пространство тихим шепотом.
Где-то там, в большом городе, мой сын сейчас смеялся, прижимаясь к своему альфе. Он чувствовал себя свободным. Он чувствовал себя любимым. И ради этого ощущения я был готов терпеть в своей семье даже дерзкого адвоката с запахом кедра.
В конце концов, быть отцом — это тоже своего рода магия. Самая сложная и непредсказуемая из всех, что мне доводилось встречать. И я собирался освоить её в совершенстве, чего бы мне это ни стоило.
Ведь мой маленький мальчик вырос. И теперь пришло время позволить ему написать свою собственную историю, даже если в ней не будет места для Теневого Монарха на каждой странице.
Главное, чтобы в ней всегда было место для счастья.