← Назад к обзору

Сын монарха теней

Призраки старого дома

Юкио открыл глаза и первым делом почувствовал тишину. Это была не та звенящая тишина пустых складов или опасных переулков, к которой он привык. Это была мягкая, пыльная тишина места, которое долго ждало своих хозяев. Воздух пах старым деревом, сушеными травами и чем-то неуловимо знакомым, что заставило его сердце сжаться в комок.

Он попытался резко сесть, но тело отозвалось не болью, а странной легкостью. Раны на горле исчезли, ребра больше не ныли, а мана внутри него текла ровно, словно весенний ручей. Браслета-блокиратора на руке не было.

– Проснулся? – Голос был негромким, но он заполнил собой всё пространство комнаты.

Юкио повернул голову. Сон Джин Ву сидел в старом кресле у окна. В тусклом свете раннего утра он не выглядел как бог или сильнейший охотник человечества. Он выглядел как человек, который не спал несколько веков.

– Где я? – Юкио спустил ноги с кровати, нащупывая кроссовки. – И почему я еще жив?

– Ты в доме моей матери, – Джин Ву не шевельнулся, продолжая смотреть в окно на просыпающийся Сеул. – Здесь ты в безопасности. Ни Ассоциация, ни те твари, на которых ты охотишься, не найдут тебя здесь.

– Мне не нужна твоя защита, – Юкио встал, пошатываясь от легкого головокружения. – Я ухожу.

– Сядь, Юкио, – в голосе Джин Ву проскользнула сталь Монарха, и тени в углах комнаты на мгновение удлинились. Но он тут же смягчил тон. – Пожалуйста. Я не буду тебя держать силой. Но нам нужно поговорить. Не как охотникам. Как...

– Как кто? – Юкио горько усмехнулся, вскидывая подбородок. – Как отец и сын? Ты опоздал на эту роль. Моим отцом был холодный ветер в Окинаве и счета за электричество, которые мама не знала, как оплатить. Она любила призрак. Она рассказывала мне о герое, который спас мир, но я видел только женщину, которая увядала от тоски по человеку, которому было плевать на её существование.

Джин Ву наконец повернулся к нему. В его глазах отразилась такая бездонная скорбь, что Юкио на мгновение замолчал.

– Ты прав, – просто сказал Джин Ву. – Мне нет оправдания. Я стал настолько сильным, что перестал замечать жизни тех, ради кого эта сила изначально была нужна. Я думал, что обеспечил мир и безопасность, но я просмотрел самое важное. Юми... она всегда была сильнее меня. Она ушла не потому, что испугалась, а потому, что не хотела быть обузой для того, кто возомнил себя богом.

– Она не была обузой! – выкрикнул Юкио, и его собственная тень под ногами вскипела, принимая очертания оскалившегося зверя. – Она была всем! Она вырастила меня в тени твоей славы, скрывая мое имя, скрывая мои способности, чтобы ты не нашел нас и не превратил мою жизнь в такое же холодное шоу, как жизнь твоего второго сына!

Джин Ву вздрогнул при упоминании Сухо.

– Сухо... он не виноват в моих ошибках. Но ты прав, я не дал ему выбора. Я пытался сделать из него идеального наследника, забыв спросить, хочет ли он этого.

– Мне плевать на него, – отрезал Юкио, направляясь к двери. – И на тебя тоже. Я продолжу делать то, что делаю. Те дети, которых я спас вчера... они важнее твоих политических игр с Ассоциацией.

– Те существа, с которыми ты столкнулся, – Джин Ву встал, и в комнате внезапно стало тесно от его присутствия. – Это не обычные монстры из врат. Это отголоски внешних богов. Они ищут слабые места в этом мире. И твоя сила... она для них как маяк. Ты не сможешь вечно сражаться с ними в одиночку, Юкио. Твой блокиратор был только началом.

Юкио остановился у самого порога, взявшись за ручку двери.

– Значит, я умру в бою. Это лучше, чем гнить в твоем золотом дворце под присмотром теней.

– Я не предлагаю тебе дворец, – Джин Ву сделал шаг вперед, но остановился, соблюдая дистанцию. – Я предлагаю тебе правду. И обучение. Твоя сила теней... она дикая. Она разрушает тебя изнутри, потому что ты используешь её на чистой ненависти. Если ты продолжишь в том же духе, ты сгоришь через пару лет.

– И что ты хочешь взамен? – Юкио обернулся, его голубые глаза сверкнули льдом. – Чтобы я признал тебя? Чтобы я стал частью твоей «идеальной семьи» и улыбался на камерах рядом с Ча Хэ Ин?

– Нет, – Джин Ву покачал головой. – Хэ Ин... мы больше не живем вместе. После того дня в парке скрывать правду стало невозможно. Она уехала в поместье своего клана. Сухо остался со мной, но он почти не выходит из своей комнаты. Моя семья разрушена, Юкио. И это справедливо. Это цена моей лжи.

Юкио на мгновение замер. Он не ожидал такой честности от человека, которого считал монолитом высокомерия.

– Я хочу лишь одного, – продолжал Джин Ву. – Позволь мне помочь тебе закончить то, что ты начал. Те дети, работорговля, внешние угрозы... я дам тебе ресурсы. Я дам тебе знания. Ты можешь продолжать ненавидеть меня, можешь никогда не называть меня отцом. Но не дай своей жизни оборваться из-за моей глупости. Юми не для того спасала тебя, чтобы ты погиб в грязном переулке.

Юкио долго молчал, глядя на свои ладони. Он вспомнил лицо сестры, Мины, её смех, который оборвался в тот страшный день в Окинаве. Вспомнил тихие слезы матери по ночам.

– Ты говоришь, что хочешь помочь, – наконец произнес он, не оборачиваясь. – Тогда ответь на один вопрос. Только честно. Если бы ты знал тогда, шестнадцать лет назад, что она уходит с ребенком... ты бы остановил её? Или твоя амбиция стать сильнейшим всё равно перевесила бы?

Джин Ву подошел к окну и прижал лоб к холодному стеклу.

– Я бы бросил всё, – прошептал он. – Ранги, систему, трон Монарха. Я бы остался тем самым слабым охотником E-ранга, лишь бы она была жива, а вы с Миной росли в доме, где есть смех, а не тени. Но я был слишком горд своей силой. Я думал, что мир вращается вокруг меня.

Юкио почувствовал, как комок в горле мешает дышать. Он резко дернул дверь и вышел в коридор.

– Я приду через три дня, – бросил он через плечо. – К тому самому дереву в парке. Если ты действительно хочешь помочь... принеси мне список всех баз Ким Тхэ Сика в стране. И не вздумай посылать за мной Игриса. Я его вижу.

Джин Ву остался стоять в пустой комнате. Когда шаги сына стихли, из тени медленно вышел Игрис. Рыцарь выглядел почти виноватым.

– Мой господин... – начал он.

– Всё в порядке, Игрис, – Джин Ву слабо улыбнулся. – Он заметил тебя. Это хороший знак. Его чувства обострены до предела.

– Он очень похож на вас, господин, – заметил рыцарь. – Такая же непреклонность. Но в нем есть то, чего у нас никогда не было. Сострадание, которое не заглушено жаждой битвы.

– Это заслуга Юми, – Джин Ву коснулся старой фотографии на полке, которую он принес сюда вчера. На ней молодая Юми смеялась, щурясь от солнца. – Она вырастила его человеком. А я... я должен научить его быть Монархом, который не теряет человечности.

***

Юкио шел по улицам, которые еще не полностью проснулись. Город казался ему другим. Раньше Сеул был для него полем боя, враждебной территорией, где нужно было скрываться. Теперь же он чувствовал за своей спиной присутствие силы, которая могла стереть этот город с лица земли одним щелчком пальцев, но которая предпочла смиренно ждать его решения.

Он зашел в круглосуточное кафе и заказал самый крепкий кофе. Сев у окна, он достал из кармана помятую фотографию. На ней маленькая девочка с такими же голубыми глазами, как у него, обнимала плюшевого медведя.

– Видишь, Мина... – прошептал он, касаясь пальцем изображения сестры. – Наш «герой» наконец-то проснулся. Но я не знаю, смогу ли я когда-нибудь его простить.

В этот момент его телефон завибрировал. Сообщение было с неизвестного номера.

«Второй склад на окраине Инчхона. Там держат еще десятерых. Полиция будет там через час, если ты не успеешь раньше. С.Д.В.»

Юкио сжал телефон. Его губы тронула едва заметная, хищная усмешка.

– С.Д.В... – повторил он. – Решил поиграть в информатора? Что ж, посмотрим.

Он допил кофе одним глотком, оставил деньги на столе и вышел в утренний туман. Его тень, теперь более плотная и послушная, скользила за ним, словно верный пес.

***

Инчхон встретил его запахом соли и ржавчины. Складской комплекс находился в зоне, которая формально считалась закрытой после последнего прорыва врат. Юкио двигался бесшумно, используя тени как прикрытие. Он видел патрули — обычные бандиты, вооруженные магическим оружием низкого качества.

Он не стал церемониться. Его движения стали отточенными, почти танцующими. Он не убивал, но оставлял за собой шлейф из потерявших сознание тел. Когда он добрался до центрального ангара, он почувствовал ту самую ауру — тяжелую, липкую, принадлежащую существу извне.

– Опять ты, – раздался голос из темноты.

На этот раз противников было двое. Такие же «сосуды», как тот, на крыше, но более стабильные.

– Вы, ребята, плодитесь как тараканы, – Юкио выхватил клинок. – Кто ваш хозяин?

– Ты скоро встретишься с ним, наследник без царства, – один из монстров бросился вперед, превращая руки в длинные хлысты.

Юкио приготовился к удару, но внезапно пространство вокруг него застыло. Время словно замедлилось. Из его собственной тени, без всякого приказа, поднялась фигура. Это не был Игрис или Беру. Это был воин в легких доспехах, чье лицо было скрыто темным туманом, но движения которого Юкио узнал бы из тысячи.

– Тень... мамы? – выдохнул он, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

Теневой воин не ответил. Он (или она) двигался с грацией, которой Юкио учился все эти годы. Одним взмахом призрачного меча он перерезал хлысты монстра, а вторым — отправил его в полет через весь ангар.

Юкио не стал тратить время на удивление. Он присоединился к бою. Вместе с этой странной тенью они зачистили ангар за считанные минуты. Когда последний враг пал, тень повернулась к Юкио и на мгновение приложила прозрачную ладонь к его щеке. Парень почувствовал тепло — то самое, которое согревало его в холодные ночи в Окинаве.

– Мама... – прошептал он, но фигура уже растворилась, возвращаясь в его ауру.

В углу ангара, за решетками, он нашел детей. Они были напуганы, но живы.

– Всё хорошо, – Юкио сорвал замки. – Идите к выходу. Там вас встретят.

Когда дети убежали, Юкио остался один в тишине склада. Он чувствовал, что за ним наблюдают, но на этот раз это не вызывало у него ярости.

– Ты дал мне её тень, – сказал он в пустоту. – Как ты это сделал? Она ведь не была охотником.

– Она была частью моей души, – голос Джин Ву донесся из самого темного угла. – Когда она ушла, часть моей силы ушла с ней. Она не тень в обычном понимании. Она — воспоминание, обретшее форму благодаря твоей крови и моей магии. Она всегда была с тобой, Юкио. Охраняла тебя, когда я не мог.

Юкио опустил голову. Его плечи мелко задрожали.

– Ты всё равно сволочь, Сон Джин Ву, – сказал он, вытирая глаза.

– Знаю, – Джин Ву вышел на свет. – Но я сволочь, которая готова потратить остаток вечности, чтобы это исправить.

Юкио посмотрел на него. Впервые он увидел в этом человеке не бога, а мужчину, который совершил непоправимую ошибку и теперь стоял на руинах своей жизни, пытаясь спасти хотя бы один уцелевший кирпич.

– Три дня, – напомнил Юкио. – В парке. И не опаздывай. Мама терпеть не могла, когда ты опаздывал.

Джин Ву кивнул, и в его взгляде впервые за долгие годы промелькнула искра настоящей, человеческой надежды.

Юкио вышел со склада, щурясь от яркого солнца Инчхона. Дождя не было. Небо было чистым и пронзительно голубым — таким же, как глаза его матери и его собственные. Он знал, что впереди еще много боли, много вопросов без ответов и, возможно, новые битвы с богами.

Но теперь он не был один. За его спиной стояла тень женщины, которая любила его больше жизни, и тень мужчины, который только учился быть отцом.

Мир Сон Джин Ву действительно перевернулся. Но, возможно, именно в этом перевернутом состоянии он наконец-то встал на ноги.

Джин Ву смотрел вслед сыну, и его тени беззвучно радовались. Монарх Теней нашел своего наследника, но, что более важно, человек по имени Сон Джин Ву нашел свой путь домой. Путь, который лежал через прощение, кровь и бесконечную любовь, которую не смогла убить даже смерть.

В этот день в Сеуле не было дождя. В этот день в Сеуле начиналась новая история. История о том, как тени прошлого перестали быть кошмарами и стали щитом для будущего.