Сын монарза
Шепот черной стали
Я смотрел в окно своего кабинета, но не видел огней ночного Сеула. В отражении стекла я видел человека, которого весь мир считал богом, но который не мог справиться с собственным сыном. Тень у моих ног беспокойно колыхнулась — Бер учуял моё раздражение.
Алекс. Мой первенец. Моя самая большая ошибка и, возможно, моё самое опасное творение.
Я знал, что он почувствовал мой визит к Чон Ли Вону. У Алекса была поразительная чувствительность к магическим следам, особенно к моим. Он рос в тени моей славы, в тени «идеальной» семьи, которую я создал с Хэ Ин. Я видел, как он отдаляется, превращаясь из любопытного ребенка в холодного, расчетливого хищника. Но этот адвокат... Ли Вон был переменной, которую я не мог контролировать.
Утром, когда солнце только коснулось шпилей небоскребов, я вышел на тренировочную площадку нашего поместья. Это была защищенная зона, способная выдержать удары ранга S. Там уже стоял он.
Алекс. Его рост в сто девяносто сантиметров делал его внушительным, но именно его аура заставляла пространство вокруг него сжиматься. Растрепанные черные волосы, выбритые виски, серьги, поблескивающие на утреннем свету. Его облегающая футболка с драконом казалась второй кожей, подчеркивая каждый узел жестких мышц.
В его небесно-голубых глазах, так не похожих на мои, сегодня горел не просто бунт. Там был лед.
– Сон Джинву, – его голос прозвучал низко, вибрируя от скрытой угрозы. – Не смей больше приближаться к Чон Ли Вону. Никогда.
Я замер, сложив руки на груди. Давление моей маны невольно возросло, заставляя воздух вокруг нас потяжелеть.
– Ты забываешься, Алекс. Я твой отец, и я забочусь о безопасности этой семьи. Этот человек...
– Эта семья? – Алекс перебил меня, и его губы искривились в горькой усмешке. – Я не лезу в твою золотую идиллию с Ча Хэ Ин и её драгоценным Сухо. Я не претендую на твой трон и твои тени. Так какого черта ты лезешь в мою жизнь?
Он сделал шаг вперед, и под его подошвами пробежали искры черного электричества.
– Я хочу тренировку, – отчеканил он. – Прямо сейчас. Покажи мне, на что способен Монарх, если у него забрать его армию. Один на один.
Я кивнул. Мне нужно было понять, насколько далеко он зашел.
– Нападай.
Алекс не просто сдвинулся с места — он исчез. Скорость его движений была запредельной для человека, не использующего систему. Но он использовал не систему, а чистую, концентрированную ярость, преобразованную в черную молнию.
Первый удар пришелся в блок, но я почувствовал, как по моим рукам прошел разряд, игнорирующий мои пассивные щиты. Алекс не просто бил — он целился в узлы маны. Его движения были пропитаны эстетикой ассасинов, которую он так любил: точность, скрытность и внезапность.
– Ты слишком привык полагаться на свою мощь! – выкрикнул он, уходя от моего захвата с невероятной гибкостью.
Он двигался как ртуть. В какой-то момент он оказался у меня за спиной. Его рука, обтянутая сетчатой митенкой, метнулась к моей шее. Он не пытался задушить меня — его пальцы впились в болевые точки на затылке, те самые, что отвечают за циркуляцию магической энергии в позвоночнике.
На мгновение мои каналы маны онемели. Это было невозможно. Ни один человек, ни один охотник не мог заблокировать силу Монарха Теней. Но Алекс смог.
– Ты хотел надеть на меня ошейник, – прохрипел он мне прямо в ухо, удерживая меня в захвате. Его дыхание было горячим и злым. – Ты боишься моей силы, потому что не понимаешь её. Ты думаешь, что я — нестабильная бомба?
Я резко развернулся, сбрасывая его руку, но он тут же нанес удар ладонью мне в грудь. В момент контакта вспыхнула черная молния. Удар был такой силы, что меня отбросило назад, и я врезался в укрепленную стену площадки. Бетон треснул, расходясь паутиной.
Я стоял, чувствуя странную пустоту в груди — его удар временно парализовал моё ядро.
Алекс стоял в центре площадки, тяжело дыша. Искры на его пальцах постепенно гасли, подчиняясь его воле. Идеальный контроль.
– Я идеально контролирую свою силу, отец, – сказал он, и в его голосе не было ни капли сыновней любви, только холодная констатация факта. – И если я захочу, я просто уничтожу твое ядро маны. Я сам надену на тебя ошейник, если ты еще раз посмеешь угрожать Ли Вону.
Он запустил руку в свои растрепанные черные волосы, убирая челку со лба. Его фарфоровая кожа была бледной, а татуировка ассасина на руке казалась живой в лучах восходящего солнца.
Достав пачку сигарет, он щелкнул зажигалкой прямо здесь, на тренировочном поле, где курение было строго запрещено. Глубокая затяжка, и облако дыма скрыло его лицо.
– Я всё сказал, – бросил он, разворачиваясь. – Сегодня меня не ждите. Хотя, кого я обманываю? Вы и так меня никогда не ждете.
Он зашагал к выходу, его цепи на карго-брюках негромко позвякивали в тишине. Его высокая, статная фигура в черном плаще казалась чужеродным пятном на фоне нашего светлого, безупречного дома.
Я остался стоять у разбитой стены, глядя ему вслед. Моё ядро медленно восстанавливалось, тени возвращались, но чувство тревоги только росло. Он не был просто «проблемным ребенком». Он был кем-то, кто мог переписать правила этого мира.
Вечером в доме было тихо. Ча Хэ Ин уехала на благотворительный вечер вместе с Сухо. Я сидел в огромной, залитой светом столовой один. Передо мной стоял ужин, приготовленный лучшими поварами, но еда казалась безвкусной.
Семнадцать лет. Семнадцать лет одиночества в этой золотой клетке.
Я посмотрел на пустой стул напротив. Алекс никогда не садился здесь. Он всегда находил повод уйти, поесть в своей комнате или в городе. Я думал, что даю ему свободу, но на самом деле я просто не знал, как подойти к нему, не разрушив всё вокруг.
Он был прав. Я боялся. Но не его силы, а того, что он — единственное живое доказательство моей человечности, моей слабости, которую я когда-то проявил. И теперь эта «слабость» выросла в нечто, что могло поставить меня на колени.
Я вспомнил его взгляд — ледяной, решительный. Он нашел свою опору в этом адвокате. И ради этой опоры он был готов сжечь моё королевство.
Где-то в глубине дома послышался шум открывающейся двери. Я на мгновение понадеялся, что это он, но тени доложили — это вернулись Хэ Ин и Сухо. Их смех наполнил холл, принося с собой запах свежести и благополучия.
– Джинву, ты уже дома? – голос Хэ Ин был теплым. – Сухо сегодня показал отличные результаты на аттестации!
Я заставил себя улыбнуться, выходя им навстречу. Я обнял жену, потрепал по волосам радостного Сухо, который взахлеб рассказывал о своих успехах. Мы были идеальной семьей с плаката.
Но перед моими глазами всё еще стоял Алекс, стоящий в одиночестве в клубах сигаретного дыма, с черными молниями в руках.
Той ночью я долго не мог уснуть. Я чувствовал, как город дышит под окнами. Где-то там, в одной из высоток, мой сын сейчас клал голову на плечо Чон Ли Вона, находя утешение, которое я не смог ему дать.
Я — Сон Джинву, Теневой Монарх. Я победил правителей и монархов. Но я проигрывал битву за собственного сына. И самое страшное было в том, что я начинал понимать: в этой войне я не был героем.
Алекс не был системной ошибкой. Он был новой системой. И когда он решит заявить о себе в полную силу, мой мир теней может просто развеяться под ударом его черных молний.
Я закрыл глаза, прислушиваясь к тишине поместья. Семнадцать лет. Он всегда был один, даже когда я был рядом. И теперь он нашел того, кто готов был стоять с ним против всего мира. Включая меня.
– Бер, – тихо позвал я.
Тень верного слуги мгновенно возникла в углу комнаты.
– Да, мой Повелитель?
– Следи за ним. Но не приближайся. Если он заметит тебя... он не просто прогонит тебя. Он может тебя уничтожить.
– Повелитель? – в голосе Бера прозвучало искреннее удивление. – Но молодой господин...
– Молодой господин больше не ребенок, Бер. Он — охотник, который научился убивать богов в их собственных тенях.
Я отпустил тень и уставился в потолок. Завтра будет новый день, новые отчеты, новые тренировки с Сухо. Но где-то там, за пределами моей досягаемости, Алекс и его адвокат уже начали свою игру. И я подозревал, что в этой игре мне отведена роль препятствия, которое они собираются снести с лица земли.
Черная молния против вечной тени. Битва, которую я никогда не хотел начинать, уже шла полным ходом. И впервые в жизни я не был уверен, что хочу выйти из неё победителем.