← Назад к обзору

Сыни

Пепел богов и багряный рассвет

– Господин Сон, вы слушаете? – Голос председателя Ассоциации охотников Кореи звучал глухо, словно сквозь слой ваты.

Сон Джинву сидел в во главе длинного стола переговоров, сложив пальцы «домиком». Его взгляд был устремлен в пространство, а аура, обычно спокойная и контролируемая, сегодня едва заметно вибрировала, заставляя тени в углах зала совещаний нервно подергиваться. Рядом сидел Сухо, который то и дело поглядывал на отца, чувствуя его необъяснимую тревогу.

Прошла неделя с того момента, как Юки улетел в Японию. Официально — по запросу японской стороны для зачистки врат ранга А на Окинаве. Неофициально — Джинву хотел дать сыну немного пространства, чтобы тот мог освоиться со своей силой вдали от его подавляющего присутствия. Юки сам настоял на одиночной миссии. «Я должен понять, на что способен мой зверь без твоей подстраховки, пап», — сказал он тогда, сверкнув своими алыми глазами перед уходом в портал аэропорта.

– Да, председатель, я слушаю, – ответил Джинву, хотя внутри него нарастало предчувствие катастрофы.

Внезапно тяжелые двери зала совещаний распахнулись с таким грохотом, что несколько чиновников подскочили на своих местах. В помещение вбежал молодой охотник-связист, его лицо было мертвенно-бледным, а руки тряслись так, что планшет едва не выскользнул из пальцев.

– Срочно... включите новости! Окинава! – закричал он, забыв о всяком этикете. – Там... там божественные врата!

По спинам присутствующих прошел ледяной табун мурашек. «Божественные врата» — термин, который использовали лишь в исключительных случаях, когда уровень маны зашкаливал за все мыслимые пределы.

Сухо первым схватил пульт и нажал на кнопку. Огромный экран на стене вспыхнул, являя миру кадры, от которых у видавших виды охотников перехватило дыхание.

Окинавы больше не существовало. То, что когда-то было живописным курортным городом, превратилось в выжженную, дымящуюся пустошь. Руины зданий, искореженный металл и тела... сотни тел охотников и гражданских, разбросанных среди обломков. Но в центре этого хаоса, на площади, превращенной в кратер, происходило нечто за гранью человеческого понимания.

– Юки... – выдохнул Сухо, вскакивая с места.

На экране, среди пыли и магического марева, была видна фигура подростка. Юки стоял на коленях, его тело было буквально пригвождено к земле тремя длинными, светящимися золотом копьями. Одно прошло сквозь плечо, другое пробило живот, третье — бедро. Его левая рука отсутствовала по локоть, а из обрубка хлестала густая, темно-красная кровь, которая испарялась, едва коснувшись раскаленной земли.

Над ним, паря в нескольких метрах от поверхности, возвышались три существа. Они были прекрасны и ужасны одновременно: облаченные в белое золото доспехи, с лицами, лишенными эмоций, и глазами, в которых горело холодное пламя звезд. Высшие боги. Изначальные сущности, которые не должны были появиться в этом мире.

– ЮКИ! – Джинву вскочил, и его ярость мгновенно заполнила зал. Стены пошли трещинами, а столы начали рассыпаться в труху под давлением его маны.

На экране Юки медленно поднял голову. Его лицо было залито кровью, один глаз заплыл, но второй — ярко-алый, светящийся — горел такой жаждой жизни, что даже боги на мгновение замерли.

– Кха... – Юки сплюнул вязкий сгусток крови прямо на золотой сапог одного из божеств, стоявшего ближе всех. – Это всё... на что вы способны?

Бог, державший в руках четвертое копье, замахнулся для последнего удара. Но в этот миг Юки сделал нечто невозможное. Он схватил здоровой рукой лодыжку божества. Его пальцы, окутанные черным туманом и красными молниями, впились в божественную плоть.

– Моя рука... – прохрипел Юки, и его голос, усиленный микрофонами репортеров, разнесся по всему залу совещаний. – Мне она еще пригодится.

Воздух вокруг него закрутился воронкой. Темно-красная мана Хаоса начала буквально высасывать золотистое сияние из бога. Существо впервые издало звук — пронзительный, вибрирующий крик боли. На глазах у миллионов телезрителей рука Юки начала восстанавливаться. Мышцы, кости и кожа нарастали с пугающей скоростью, питаясь жизненной силой небесного существа.

Юки с рывком выдернул из себя копья. Каждое движение сопровождалось фонтаном крови, но он не издал ни звука. Встав в полный рост, он пошатнулся. Его тело было изрешечено, органы разорваны, а регенерация, потратившая все ресурсы на восстановление конечности, начала давать сбои.

– Встаньте, – прошептал Юки. Его голос был едва слышен, но он отозвался в душах всех присутствующих. – Встаньте те, кто ждал...

Из его тени, которая теперь разлилась на сотни метров, поглощая свет божественных врат, начали подниматься фигуры. Это не были обычные тени. Они были сотканы из первородной тьмы и багрового пламени. Огромный волк Фенрир, чьи глаза сияли синим огнем, Королева Оз с её бритвенно-острыми нитями и еще десятки существ, которых Джинву никогда раньше не видел. Армия Хаоса, спавшая в крови Юки, наконец пробудилась.

– Папа... смотри... – Юки посмотрел прямо в камеру дрона, парящего над полем боя. Он знал, что Джинву видит его. – Я справлюсь...

Но в следующую секунду его тело подвело его. Из его рта хлынула свежая кровь, и он начал заваливаться назад. Разорванные легкие и поврежденное сердце больше не могли поддерживать сознание.

– СУХО, ЗА МНОЙ! – взревел Джинву.

Он не стал ждать портала. Он просто разорвал пространство голыми руками, создавая проход прямо в эпицентр битвы на Окинаве.

***

На Окинаве пахло гарью и божественной кровью, которая имела приторный аромат ладана. Джинву и Сухо вышагнули из разлома в тот самый момент, когда двое оставшихся богов занесли свои мечи над падающим Юки.

– ТЕНИ! – голос Джинву пророкотал над руинами, заглушая шум ветра.

Тысячи черных солдат мгновенно заполнили пространство. Игрис принял на свой щит удар божественного клинка, а Беру, издав безумный визг, вцепился в крыло другого бога.

Джинву оказался рядом с сыном прежде, чем тот коснулся земли. Он подхватил его обмякшее тело, чувствуя, насколько оно легкое и израненное. Юки был горячим, как печь, его мана лихорадочно пульсировала, пытаясь склеить разорванные внутренности.

– Юки! Слышишь меня? Юки! – Джинву прижал его к себе, вливая свою ману, пытаясь стабилизировать его состояние.

Юки приоткрыл глаза. В них больше не было алого огня, только бесконечная усталость.

– Пап... ты пришел... – он попытался улыбнуться, но только снова закашлялся кровью. – Я... я забрал у него силу... я восстановил руку... видел?

– Видел, дурак ты этакий, – Джинву прижал лоб к его лбу, чувствуя, как у него самого наворачиваются слезы — впервые за сотни лет. – Ты всё сделал правильно. Теперь отдыхай.

Сухо стоял рядом, его золотистая аура сияла, отражая атаки божественных прислужников, которые начали сыпаться из врат.

– Отец, их слишком много! Врата не закрываются! – крикнул Сухо, разрубая очередного крылатого монстра своим мечом.

Джинву поднял взгляд на врата. Они пульсировали белым светом, выплевывая всё новых и новых «богов». Это было не просто подземелье. Это было вторжение.

– Сухо, охраняй брата, – Джинву осторожно передал Юки на руки старшему сыну. – Никого не подпускай.

– А ты? – Сухо встревоженно посмотрел на отца.

Джинву встал. Его фигура начала расти, окутываясь черным доспехом Монарха Теней. Земля под его ногами превратилась в жидкую тьму.

– Я иду убивать богов, – просто ответил он.

В этот момент Юки, лежа на руках у брата, слабо потянул Джинву за край плаща.

– Пап... – прошептал он. – Оставь мне... одного... я должен... закончить...

Джинву замер. Он посмотрел в глаза младшего сына и увидел там не только боль, но и железную волю. Юки не хотел быть спасенным. Он хотел быть воином.

– Хорошо, – Джинву кивнул. – Одного я оставлю тебе. Но сначала — ты должен выжить.

Джинву обернулся к вратам. Его аура взорвалась, поглощая свет божественных врат.

– КТО ИЗ ВАС СМЕЛ ТРОНУТЬ МОЕГО СЫНА?! – его голос заставил небо содрогнуться.

Битва, развернувшаяся на Окинаве, вошла во все учебники истории как «День Падения Небес». Сон Джинву сражался не как человек, а как само воплощение смерти. Он разрывал божественные сущности голыми руками, его тени пировали на остатках их маны.

Сухо, защищая Юки, создал вокруг них непроницаемый купол света. Юки, несмотря на критические раны, заставлял себя оставаться в сознании. Его рука, та самая, которую он восстановил, сжимала рукоять кинжала, материализовавшегося из его собственной крови.

– Сухо... отпусти купол... – прохрипел Юки.

– Ты с ума сошел? Ты едва дышишь! – возмутился брат.

– Отпусти... один прорвался... – Юки указал пальцем в сторону дыма.

Из завесы пыли вышел третий бог — тот самый, у которого Юки выпил силу. Он выглядел жалко: его доспехи были разбиты, крылья обгорели, но в руках он всё еще сжимал золотое копье. Он жаждал мести.

– Я сам... – Юки оттолкнул Сухо и, пошатываясь, поднялся на ноги.

Его тело дрожало, из ран на животе всё еще сочилась кровь, но он выпрямился. Красная мана снова начала окутывать его, смешиваясь с золотистыми искрами, украденными у врага.

– Ты... смертный червь... – прошипел бог, замахиваясь копьем.

Юки не стал уклоняться. Он сделал шаг навстречу, позволяя копью снова пробить его плечо — на этот раз левое. Сухо вскрикнул, но Юки лишь оскалился. Он сократил дистанцию, оказываясь вплотную к божеству.

– Я не смертный, – прошептал Юки, вонзая свой кровавый кинжал прямо в горло богу. – Я — Сон Юкио. И это моя территория.

Он резко провернул кинжал, и божество начало рассыпаться золотистым пеплом. Юки стоял, тяжело дыша, пока пепел оседал на его волосах и плечах. Копье, лишившись магической подпитки, исчезло, оставив в плече глубокую рану.

Юки посмотрел на свои руки, покрытые кровью и пеплом, а затем на отца, который в этот момент как раз добивал последнего врага у самого входа во врата.

– Я... справился... – Юки почувствовал, как мир вокруг него начинает вращаться.

Он начал падать, но на этот раз его подхватил Сухо.

– Ты безумец, мелкий, – Сухо прижал брата к себе, его голос дрожал от смеси ужаса и восхищения. – Настоящий безумец.

Джинву подошел к ним, когда врата начали медленно закрываться, не выдержав давления его мощи. Он снял шлем, и его лицо выражало целую гамму чувств: от ярости до безграничной гордости.

– Мы уходим домой, – сказал Джинву, кладя руку на плечо Юки. – Слышишь? Домой.

Юки лишь слабо кивнул, прежде чем окончательно провалиться в спасительную темноту.

***

Через три дня Юки пришел в себя в госпитале Ассоциации. Всё его тело было забинтовано, а магические капельницы подавали концентрированную ману прямо в кровь.

Первое, что он увидел, когда открыл глаза — это Джинву, сидящего в кресле у окна. Отец чистил персик, аккуратно срезая кожицу тонким ножом.

– Проснулся? – не поворачивая головы, спросил Джинву.

– Пить... – прохрипел Юки.

Джинву подал ему стакан воды, поддерживая за затылок. Юки жадно выпил всё до капли.

– Ты напугал нас, Юки. Очень сильно напугал, – Джинву отставил стакан и посмотрел сыну в глаза. – Япония в руинах. Ассоциация в шоке. Весь мир обсуждает парня, который выпил силу бога, чтобы отрастить руку.

Юки попытался улыбнуться, но бинты на лице мешали.

– Но я ведь отрастил её, пап. Значит, я могу контролировать Хаос.

Джинву вздохнул и протянул ему дольку персика.

– Ты можешь. Но цена была слишком велика. Еще минута — и я бы тебя не спас.

– Но ты ведь спас, – Юки съел персик, чувствуя, как по телу разливается приятная сладость. – Ты всегда приходишь, когда я зову.

Джинву замолчал, глядя в окно на заходящее солнце.

– Больше никаких одиночных миссий, – наконец сказал он. – Пока ты не научишься использовать ту силу, которую забрал у того бога. Она теперь часть тебя. И она... нестабильна.

Юки посмотрел на свою левую руку. Под бинтами он чувствовал странное тепло. Золотистые искры теперь навсегда смешались с его красной маной.

– Я чувствую её, пап. Она... теплая. Не такая, как моя.

– Это свет, Юки. Теперь в твоей тьме есть свет. И это сделает тебя еще опаснее для наших врагов.

Дверь палаты распахнулась, и внутрь ввалился Сухо с огромным пакетом еды.

– О, очнулся! – радостно крикнул он. – Я тут принес твои любимые пирожные с персиком. А еще Хаин звонила, она прилетает завтра. Готовься к долгой лекции о безопасности.

Юки застонал, закрывая лицо здоровой рукой.

– Только не это... лучше бы меня бог копьем добил...

Джинву и Сухо рассмеялись. В палате стало уютно и тепло, несмотря на тяжесть недавних событий.

Юки лежал, слушая перепалку брата и отца, и чувствовал, как внутри него пульсирует новая, невероятная мощь. Он знал, что это был только первый бой. Что те, кто послал богов, еще вернутся. Но теперь он не боялся.

Потому что он был Сон Юкио. Сын Монарха Теней. Носитель Крови Хаоса. И теперь — Пожиратель Света.

– Пап? – позвал Юки, когда Сухо ушел за чаем.

– Да?

– Спасибо. За то, что позволил мне закончить тот бой самому.

Джинву посмотрел на сына, и в его глазах Юки увидел не только отца, но и союзника.

– Ты заслужил это право, Юки. Но в следующий раз... постарайся оставить хотя бы пару костей целыми. Для моего спокойствия.

Юки улыбнулся — на этот раз по-настоящему.

– Постараюсь. Но ничего не обещаю.

За окном госпиталя наступала ночь, но для семьи Сон это было лишь начало нового рассвета. Рассвета, который они встретят вместе, какими бы богами ни пугала их судьба. Юки закрыл глаза, погружаясь в спокойный сон, зная, что его тени теперь всегда будут на страже. Его тени, в которых теперь навсегда поселился свет поверженных богов.