← Назад к обзору

Тайная любовь

Изумрудное пробуждение и прогулка по лезвию

Солнечное утро в доме Фёдора обещало быть спокойным, но только для тех, кто плохо знал Вару. Для него же новый день был чистым холстом, который он просто обязан был испачкать.

Рита проснулась от мягкого света, пробивающегося сквозь занавески гостевой комнаты. Она потянулась, чувствуя приятную бодрость, и, напевая под нос какую-то мелодию, отправилась в ванную. Дом постепенно оживал: из кухни доносился запах кофе и приглушённый бубнёж Куромаку, рассуждающего о графике дежурств.

Стоило Рите толкнуть дверь ванной и сделать шаг через порог, как сверху раздался подозрительный щелчок. Девушка не успела даже поднять голову, как на неё обрушился холодный, вязкий поток. Ведро, с грохотом упавшее следом, лишь довершило картину.

Секундная тишина была прервана громким, раскатистым смехом, доносившимся из-за угла коридора.

– Ха-ха-ха! Ну что, «зубастая», как тебе новый имидж? Теперь ты официально в моей банде! – Вару буквально согнулся пополам от восторга, вытирая выступившие от смеха слёзы из-под зелёных очков.

Рита стояла неподвижно. Зелёная краска — густая и пахучая — стекала с её волос на лицо, капала с кончика носа и медленно пропитывала светлую футболку. Она медленно стёрла ладонью краску с глаз, и её зелёные глаза встретились с линзами очков Вару. В этот момент в ней боролись два чувства: дикое желание рассмеяться над нелепостью ситуации и потребность немедленно восстановить справедливость.

– Вару! – голос Риты прозвучал неожиданно громко и властно, эхом отразившись от стен коридора. – Иди сюда, живо!

Смех Вару мгновенно оборвался. Что-то в её тоне подсказало ему, что лимит терпения гостьи был исчерпан гораздо быстрее, чем он рассчитывал.

– Ой, да ладно тебе, это же просто пранк! – он сделал шаг назад, когда Рита, не обращая внимания на капающую с неё грязь, решительно направилась к нему. – Эй, эй, полегче!

– Я предупреждала? – Рита ускорила шаг. – Я говорила, что могу дать отпор?

Вару, осознав, что «жертва» настроена крайне серьёзно, развернулся и припустил по коридору.

– Спасайтесь, зелёный монстр атакует! – вопил он, проносясь мимо выходящего из комнаты Габриэля.

– А почему она зелёная? Она превращается в траву? Или в Вару? – Габриэль замер, хлопая глазами, но его вопрос остался без ответа.

Погоня переместилась в гостиную. Фёдор, как раз наливавший себе чай, застыл с чайником в руке.

– Только не это... – прошептал он, глядя на то то, как его подруга, похожая на ожившую болотную кикимору, преследует хохочущего валета.

Пик, вышедший на шум, скрестил руки на груди и прислонился к косяку. Его взгляд был полон холодного презрения к выходке своего валета, но в глубине души он почувствовал странное уважение к Рите — она не плакала, как Зонтик, и не читала нотаций, как Феликс. Она действовала.

– Поймаю — прибью! – пообещала Рита, ловко перепрыгивая через пуфик.

Вару затормозил у дивана, пытаясь увернуться, но поскользнулся на собственной капле краски, которую Рита принесла на подошвах. В этот момент Рита, не теряя ни секунды, схватила его за воротник футболки.

– Попался, шутник.

Раздался глухой звук удара, вскрик Вару и последующая за этим тишина.

Через полчаса на кухне собрались все. Атмосфера была... специфической.

Вару сидел на краю стула, прижимая к левому глазу пакет с замороженным горошком. Под его очками, которые он так и не снял, начал наливаться внушительный фингал. Он выглядел непривычно притихшим, хотя время от времени всё же пытался буркнуть что-то язвительное.

Рита сидела напротив. Она уже успела отмыться, хотя в корнях её тёмных волос и на кончиках прядей всё ещё виднелись изумрудные отблески, которые никак не желали смываться. Она спокойно пила кофе, словно ничего не произошло.

– На 95 процентов уверен, что это было заслуженно, – констатировал Куромаку, поправляя очки. – Вару, твои деструктивные наклонности привели к логическому физическому противодействию.

– Да пошёл ты, Курилка, – огрызнулся Вару, шипя от боли, когда пакет с горошком слишком сильно надавил на скулу.

– Вару, это было очень плохо! – Феликс сокрушённо качал головой, расставляя тарелки с кашей. – Но Рита... бить людей — это тоже не очень по-доброму... хотя, признаю, эффективно.

– Иногда добро должно быть с кулаками, Феликс, – философски заметил Данте, прикрыв глаза. – Кто сеет ветер, пожинает бурю. А кто льёт краску, получает в глаз.

Зонтик сидел в самом углу, стараясь не привлекать внимания. Он переводил испуганный взгляд с фингала Вару на спокойную Риту. Ему было жаль Вару, несмотря на все его издевательства, но одновременно он чувствовал небывалый восторг от того, что кто-то смог поставить зелёного задиру на место.

Пик молча ел свою порцию, изредка поглядывая на Зонтика. Заметив, что валет всё ещё прижимает к себе вчерашний бинт на руке, Пик нахмурился.

– Как рука? – внезапно спросил он, обращаясь к Зонтику.

Тот вздрогнул, едва не выронив ложку.

– А... э-э... лучше, спасибо, Пик. Почти не болит.

Вару из-за своего горошка покосился на них и хотел было выдать колкость про «сладкую парочку», но встретился взглядом с Ритой и почему-то решил промолчать. Его сердце странно ёкнуло. Она не просто дала ему сдачи — она сделала это красиво. В его извращённом понимании мира это был высший знак внимания.

– Так, – прервал тишину Фёдор, потирая виски. – Чтобы разрядить обстановку и смыть остатки... агрессии, мы сегодня все вместе идём в город. Нам нужно закупить продукты, а потом просто погуляем в парке. Возражения не принимаются.

– О, прогулка! – оживился Ромео, поправляя причёску. – Прекрасный повод для дам продемонстрировать свои наряды, а для кавалеров — свою галантность. Рита, этот изумрудный оттенок в твоих волосах... он придаёт тебе некий лесной шарм.

– Спасибо, Ромео, – усмехнулась девушка. – Главное, чтобы этот шарм не остался на подушках Фёдора.

Прогулка началась сумбурно. Габриэль убегал вперёд, спрашивая у каждого столба, зачем он здесь стоит, Феликс пытался построить всех в шеренгу «для максимального счастья», а Куромаку сверял маршрут по карте.

Рита шла чуть позади, наслаждаясь свежим воздухом. К её удивлению, рядом с ней пристроился Вару. Он уже убрал горошек, и фингал теперь «сиял» во всей красе, контрастируя с его зелёными волосами.

– Эй, – буркнул он, не глядя на неё.

– Что, хочешь добавки? – Рита приподняла бровь.

– Ой, напугала ежа голым... лицом, – он хмыкнул. – Слушай, краска была дорогая. Немецкая. Могла бы и оценить качество пигмента.

Рита остановилась и внимательно посмотрела на него. Под этой маской наглости она видела растерянного парня, который просто не знал, как общаться с людьми без конфликтов.

– Пигмент отличный, Вару. Волосы теперь светятся в темноте?

– Проверь ночью, – он подмигнул ей, и на секунду его обычная ухмылка стала чуть менее колючей. – Кстати... удар у тебя поставлен неплохо. Где научилась?

– Жизнь научила, – просто ответила она, продолжая путь. – Если хочешь, могу научить и тебя. Не драться, а... ну, хотя бы иногда не быть таким несносным.

– Мечтай, – фыркнул Вару, но не отошёл ни на шаг, продолжая идти рядом с ней.

Тем временем впереди разыгрывалась другая драма. Зонтик, засмотревшись на витрину магазина с красивыми блокнотами, споткнулся о неровность тротуара. Он уже приготовился к падению и привычному чувству стыда, как чья-то сильная рука перехватила его за локоть.

– Смотри под ноги, Тряпка, – грубовато, но без злобы произнёс Пик.

Зонтик поднял глаза. Лидер стоял совсем близко, и от него пахло кожей и чем-то хвойным.

– С-спасибо, Пик... Извини, я такой неуклюжий.

Пик не отпустил его руку сразу. Он задержал пальцы на предплечье Зонтика чуть дольше, чем того требовала ситуация.

– Просто иди рядом, – бросил Пик, отворачиваясь, чтобы скрыть лёгкий румянец, проступивший на скулах. – А то ещё потеряешься в трёх соснах.

Зонтик почувствовал, как внутри него разливается тепло, гораздо более приятное, чем солнечный свет. Он робко придвинулся ближе к Пику, и тот, вопреки своему обычному поведению, не отодвинулся.

В магазине начался настоящий хаос. Куромаку пытался рассчитать оптимальное соотношение цены и калорийности макарон, Феликс скупал все сладости с улыбками на упаковках, а Ромео застрял в отделе парфюмерии, обрызгивая себя и прохожих тестерами.

Рита стояла у стеллажа с соками, когда заметила, что Вару пытается незаметно подложить в корзину Фёдора огромную упаковку супер-острого перца.

– Даже не думай, – прошептала она ему на ухо, внезапно оказавшись сзади.

Вару подпрыгнул на месте.

– Да ты что, привидение?!

– Я твой голос совести, – улыбнулась Рита. – Положи на место.

– Совесть — это для слабаков, – проворчал он, но перец всё же вернул на полку. – Ты скучная, Ритка. С тобой даже повеселиться нельзя.

– Можно. Но по-другому. Давай наперегонки до кассы? Кто проиграет, тот несёт все сумки до дома.

Глаза Вару азартно блеснули.

– Ты сама напросилась!

Они сорвались с места, лавируя между тележками и недовольными покупателями. Фёдор, увидев это, только тяжело вздохнул и прикрыл глаза ладонью.

– Они же нас опозорят на весь район...

– Вероятность того, что нас выгонят из магазина, возросла до 89 процентов, – меланхолично заметил Куромаку.

После магазина компания отправилась в парк. Погода была идеальной. Данте устроился под старым дубом, приняв позу лотоса, и Габриэль тут же сел рядом, пытаясь повторить его позу и засыпая вопросами о том, почему деревья не умеют ходить.

Зонтик присел на край лавочки, любуясь прудом, в котором плавали утки. Пик стоял неподалёку, прислонившись к дереву и делая вид, что ему совершенно неинтересно происходящее. На самом деле он краем глаза наблюдал за Зонтиком, отмечая, как мягко ложатся блики воды на его голубые волосы.

«Он выглядит таким... спокойным здесь», – подумал Пик. В груди возникло странное, почти забытое чувство нежности. Ему захотелось подойти, сесть рядом и просто молчать, чувствуя присутствие другого человека. Но лидер клонов не мог позволить себе такую слабость. Или мог?

Преодолевая внутреннее сопротивление, Пик подошёл к лавке и сел на другой её край. Зонтик вздрогнул, но, увидев, кто это, робко улыбнулся.

– Тут очень красиво, правда?

– Вода как вода, – буркнул Пик, но через секунду добавил тише: – Но здесь... тихо. Это хорошо.

Зонтик осмелел и подвинулся чуть ближе.

– Я рад, что ты пошёл с нами. Без тебя... прогулка была бы не такой.

Пик посмотрел на него — прямо в эти чистые, полные обожания глаза. На мгновение ему показалось, что он тонет.

– Ты слишком добрый, Зонт. Мир тебя не пощадит.

– Зато у меня есть ты, – прошептал Зонтик и тут же испугался собственной смелости, уткнувшись в шарф.

Пик замер. Эти слова ударили сильнее, чем любой вызов Вару. Он хотел что-то ответить, но слова застряли в горле. Вместо этого он просто положил свою тяжёлую ладонь на плечо валета и слегка сжал его. Это было больше, чем любое признание.

В это время на другой стороне поляны Рита и Вару сидели на траве. Сумки пришлось нести Вару — он проиграл в гонке, запутавшись в собственных ногах на финише.

– Ладно, признаю, ты была быстрее, – тяжело дыша, сказал Вару. – Но это только потому, что я... э-э... поддался даме.

– Конечно-конечно, – Рита рассмеялась, глядя на него. – Вару, у тебя всё лицо в пыли.

Она достала салфетку и, прежде чем он успел возмутиться, аккуратно вытерла его щеку. Вару замер. Его язвительность куда-то испарилась, сменившись странным оцепенением. Он смотрел на неё через свои зелёные очки и впервые в жизни не хотел отпускать шутку.

– Ты странная, – наконец выдавил он. – Почему ты не злишься на меня? Я же тебя краской облил.

– Потому что я вижу, что ты не злой, Вару. Ты просто... громкий. Тебе хочется, чтобы тебя замечали. И я тебя заметила.

Вару отвернулся, чувствуя, как горят уши.

– Глупости какие-то. Я великий Вару, мне не нужно чьё-то внимание.

– Ну да, ну да, – Рита легла на траву, глядя в небо. – Рассказывай это кому-нибудь другому. А пока — просто посиди со мной. Без шуток и пакостей. Хотя бы пять минут.

Вару проворчал что-то невнятное, но послушно улегся рядом, заложив руки за голову.

Вечер медленно опускался на город. Фёдор, наблюдая за своими подопечными со стороны, впервые за долгое время почувствовал не усталость, а умиротворение. Он видел, как Пик и Зонтик сидят на одной лавке, как Вару и Рита о чём-то тихо спорят на траве, как Феликс и Ромео пытаются накормить уток остатками печенья.

Дом Фёдора всё ещё был полон хаоса, но сегодня этот хаос был... тёплым. И хотя завтра Вару наверняка придумает новый розыгрыш, Пик снова спрячется в свою холодную броню, а Зонтик будет дрожать от любого шороха, что-то фундаментально изменилось. В их замкнутый мир ворвался новый человек, принеся с собой запах зелёной краски и смелость быть собой.

И, возможно, это было именно то, что им всем было нужно.

– Ну что, домой? – крикнул Фёдор, поднимаясь с травы.

– А можно ещё пять минут? – спросил Габриэль. – А почему минуты заканчиваются? А куда они уходят?

Все рассмеялись. Даже Пик позволил себе лёгкую полуулыбку, которую заметил только Зонтик. А Вару, поднимаясь с земли, незаметно для всех спрятал в карман маленькую изумрудную ленточку, которая выпала из волос Риты. Просто на память. О дне, когда он получил в глаз, но нашёл что-то гораздо более важное.