← Назад к обзору

Тень прошлого

Новая жизнь, старые шрамы

Прошел год. Год, наполненный событиями, которые навсегда изменили жизнь Ангелины. Год, в течение которого её мир перевернулся с ног на голову, а затем снова встал на ноги, но уже совершенно иначе. Особняк Богдановых на острове стал её домом, а Евгений, тот самый «псих Богданов», — её мужем. Минхо рос, превращаясь из беспомощного младенца в любознательного малыша, делающего первые неуверенные шаги и лепечущего свои первые слова.

Ангелина сидела на террасе, наблюдая, как Минхо гоняется за бабочкой в саду. Солнце ласково грело, ветерок шелестел листвой, принося с моря свежий, соленый воздух. Она погладила свой слегка округлившийся живот. Внутри неё билось ещё одно маленькое сердечко. Дмитрий. Она уже знала, что это будет мальчик, и имя пришло к ней само собой, как дань памяти отцу, которого она потеряла так рано.

Евгений, как и обещал, изменился. Он стал заботливее, внимательнее, хотя его острый ум и непредсказуемый характер никуда не делись. Но теперь эти черты были направлены не на манипуляции, а на защиту и созидание. Он построил вокруг неё и Минхо невидимую, но прочную стену, оберегая от внешнего мира и своих собственных демонов. Он по-прежнему был занят своими проектами, своей «Анастасией», но теперь он делился с ней своими мыслями, своими планами, словно она стала частью этого грандиозного замысла.

– О чем задумалась, мой ангел? – голос Евгения раздался сзади, и она почувствовала его руки на своих плечах. Он поцеловал её в макушку, затем опустился рядом, приобнимая за талию.

– Обо всем, – Ангелина улыбнулась, прижимаясь к нему. – О том, как всё изменилось.

– К лучшему, надеюсь?

– Возможно, – она задумчиво посмотрела на Минхо. – Ты ведь знаешь, что я всё ещё не до конца тебе доверяю, Евгений.

Он усмехнулся.

– И не надо. Доверие – это роскошь. Главное, что ты здесь. Со мной. И наши дети.

Евгений протянул руку, и Минхо, заметив отца, тут же подбежал к ним, схватившись за его палец.

– Папа! – звонко воскликнул малыш.

Евгений поднял его на руки, подбросил вверх, и Минхо залился счастливым смехом. Ангелина смотрела на них, и сердце сжималось от нежности. Она никогда не думала, что сможет быть счастливой. А уж тем более с этим человеком.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Евгений, опуская Минхо на землю. – Не устала?

– Всё хорошо, – она погладила живот. – Дмитрий тоже передаёт привет.

Евгений склонился, поцеловал её живот.

– Привет, сынок. Ждём тебя.

Вечером, когда Минхо уснул, а няня отпустила их, они сидели вдвоём в гостиной у камина. Евгений пил виски, Ангелина – травяной чай.

– Я хочу рассказать тебе кое-что, – сказал Евгений, поставив стакан. – О «Анастасии».

Ангелина напряглась. Эта тема всегда вызывала у неё смешанные чувства. С одной стороны, любопытство. С другой – страх перед тем, что это оружие может принести миру.

– Слушаю, – ответила она.

– «Анастасия» – это не просто оружие массового поражения, как ты думаешь, – начал он. – Это ключ к изменению мирового порядка. Но не через разрушение. Через контроль. Представь себе технологию, которая позволяет управлять любой системой. От энергосети до военной инфраструктуры. Без единого выстрела.

Ангелина слушала, затаив дыхание. Это было безумно, но в то же время… гениально.

– Ты хочешь сказать, что ты собираешься стать… мировым правителем? – спросила она, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

Евгений улыбнулся.

– Не правителем, Ангелина. Контролёром. Тот, кто держит в руках этот ключ, будет диктовать свои условия. И я хочу, чтобы этот ключ был у меня. Не для того, чтобы уничтожить, а чтобы создать новый, лучший мир. Мир, где не будет войн. Где все будут жить по моим правилам.

Его глаза горели фанатичным огнем, и Ангелина почувствовала, как по спине пробежал холодок. Это был тот самый, прежний Евгений. Одержимый.

– А если кто-то не захочет жить по твоим правилам? – спросила она.

– Тогда они будут вынуждены, – спокойно ответил он. – Или исчезнут.

Ангелина встала, подошла к окну. За ним простиралась бескрайняя тьма, лишь изредка прорезаемая светом маяка.

– Я боюсь тебя, Евгений, – прошептала она.

Он подошел к ней сзади, обнял её.

– Не бойся. Я не причиню тебе вреда. И нашим детям. Я защищу вас от этого мира. И от самого себя, если понадобится.

Она повернулась к нему, посмотрела в его голубые глаза. В них по-прежнему таилась бездна, но теперь она видела там и что-то ещё. Любовь. Свою, странную, опасную любовь.

– Ты обещал быть честным, – сказала она.

– Я всегда честен с тобой, – ответил он. – Даже когда это не нравится. Ты – единственная, кто видит меня таким, какой я есть. И кто не отворачивается.

Она прижалась к нему, вдыхая его запах. Да, он был психом. Но он был её психом. И она любила его. Со всеми его демонами.

Дни летели незаметно. Ангелина чувствовала себя хорошо, беременность протекала легко. Евгений окружал её заботой и вниманием. Он даже начал учить её играть в шахматы, объясняя свои стратегические ходы и параллели с реальной жизнью. Она с удивлением обнаружила, что ей нравится.

Однажды вечером, когда они сидели на веранде, Евгений сказал:

– Я хочу, чтобы ты знала. Моя семья… они не знают всей правды о «Анастасии». Они думают, что это просто крупный бизнес-проект. Я не хочу, чтобы они пострадали, когда всё это начнется.

– Когда «начнется»? – Ангелина почувствовала тревогу.

– Скоро, – ответил он. – Всё готово. Осталось лишь дождаться подходящего момента.

Она посмотрела на него, и в её глазах читался немой вопрос.

– Не волнуйся, – он погладил её по руке. – Ты и дети будете в безопасности. Я позаботился об этом.

Наступил день родов. Ангелина почувствовала первые схватки рано утром. Евгений был рядом, его лицо было напряженным, но он держался. Он вызвал лучших врачей, которые прибыли в особняк.

Роды были долгими и мучительными. Ангелина стиснула зубы, стараясь не кричать, но боль была невыносимой. Евгений держал её за руку, его взгляд не отрывался от неё.

– Ты сильная, мой ангел, – шептал он. – Ты справишься.

Спустя несколько часов, в комнате раздался громкий крик.

– Мальчик! – воскликнул доктор.

Ангелина, обессиленная, открыла глаза. Ей протянули маленький свёрток. Она увидела крошечное личико, покрытое темными волосиками, и широко распахнутые голубые глаза. Точь-в-точь как у Евгения.

– Дмитрий, – прошептала она, и слезы покатились по её щекам. – Мой Дмитрий.

Евгений склонился над ней, поцеловал в лоб.

– Он прекрасен, Ангелина. Совсем как ты.

Он взял сына на руки, и Ангелина увидела, как в его глазах блеснули слезы. Это был тот самый психопат, который держал её взаперти, который готов был изменить мир силой. И это был тот же самый человек, который сейчас держал на руках своего новорожденного сына, и в его взгляде читалась безграничная нежность.

Минхо, которому уже исполнилось два года, с любопытством заглядывал в комнату. Он ещё не понимал, что происходит, но чувствовал особую атмосферу.

– Братик! – воскликнул он, указывая на Дмитрия.

Евгений улыбнулся.

– Да, Минхо. Твой братик.

Ангелина смотрела на своих мужчин: Евгения, Минхо и крошечного Дмитрия. Она не знала, что ждет их впереди. Мир Евгения был опасен, полон интриг и борьбы за власть. Но теперь она была не одна. У неё была семья. И ради них она была готова на всё.

Она знала, что её шрамы, как физические, так и душевные, никогда не исчезнут. Но теперь они были частью её истории. Истории о том, как ненависть превратилась в любовь, а одержимость – в семью. Истории о том, как она, Ангелина Нор, нашла свое место рядом с Евгением Богдановым, с её психом, который, возможно, наконец-то обрел человечность.

Спустя несколько недель Ангелина полностью восстановилась. Дмитрий рос крепким и здоровым. Мир Евгения, казалось, затих, но она знала, что это лишь затишье перед бурей. Он по-прежнему проводил много времени в своем кабинете, работая над «Анастасией». Но теперь он чаще приходил к ней, чтобы просто побыть рядом, поговорить, почитать.

Однажды вечером, когда они сидели в гостиной, Евгений взял её за руку.

– Я хочу, чтобы ты знала, – сказал он. – Я не собираюсь останавливаться. «Анастасия» будет завершена. И я изменю мир. Но теперь… у меня есть причина, чтобы сделать его лучше. Для вас. Для наших сыновей.

Ангелина посмотрела на него. В его глазах по-прежнему горел тот фанатичный огонь, но теперь он был смягчен любовью.

– Я верю тебе, – сказала она. – Но обещай мне одно. Не забывай, что ты не один. У тебя есть мы.

– Никогда не забуду, – ответил он, прижимая её руку к губам. – Мой ангел. Моя Анастасия.

Она улыбнулась. Теперь она понимала, что «Анастасия» – это не только оружие. Это была и она сама. Её сила, её стойкость, её любовь. Она была частью его грандиозного плана. И она была готова к этому. Готова сражаться рядом с ним, если понадобится. Потому что теперь у неё было то, за что стоило бороться. Семья.

(Продолжение следует...)