← Назад к обзору

Трио из колдотворца

Высший пилотаж по-русски и хвостатые проблемы

Утро в Хогвартсе началось с того, что по коридорам пронесся слух: сегодня совместный урок полетов. Для большинства студентов это означало привычную муштру с мадам Трюк, но для иностранцев это был шанс показать себя. Впрочем, у русской троицы из Колдотворца были свои планы на этот счет.

Саша Бессмертный стоял на поле для квиддича, заложив руки за спину. Его черная повязка на глазах на фоне белоснежной рубахи с золотым шитьем выглядела вызывающе. Рядом Рома Горыныч пытался поправить маску, которая то и дело сползала из-за того, что он постоянно хихикал, а Женя Зимова угрюмо куталась в свою меховую шапку, несмотря на то что солнце припекало совсем не по-осеннему.

– Слушайте, – Рома оглядел строй новеньких, блестящих на солнце метел «Нимбус-2001», которые выставили специально для гостей. – А зачем им эти палки с прутьями? Это что, швабры для чистки облаков?

– Это их транспорт, Ром, – вздохнул Саша, поправляя воротник. – Будь вежлив. В чужой монастырь со своим самоваром не ходят, хотя я бы сейчас не отказался от нашего самовара на дровах. Он летал куда стабильнее.

– Если я сяду на эту щепку, она под моим весом треснет, – скептически заметила Женя. – У меня кости из-за магии Яги плотнее, чем у них весь замок.

К ним подошла мадам Трюк, сурово поблескивая желтыми глазами. Она оглядела высоких, статных русских учеников и остановила взгляд на Роме, который был самым низким из троицы, но самым… энергичным.

– Итак, ученики Колдотворца! – звучно произнесла она. – Я слышала о вашем мастерстве, но в Хогвартсе мы придерживаемся классических канонов. Прошу вас взять метлы.

Рома подошел к ближайшей метле, брезгливо коснулся древка пальцем и скомандовал:

– Вверх!

Метла не просто прыгнула ему в руку — она буквально вжалась в его ладонь, мелко дрожа. Казалось, неодушевленный предмет почувствовал первобытную мощь, исходящую от парня с драконьим шрамом.

– Ого, – Блейз Забини, стоявший в паре метров, не сводил глаз с Ромы. – Ты видел, как она его слушается?

– Она просто боится, что он её сожрет, – прошептал Драко Малфой, стоя рядом с Сашей. – Бессмертный, а ты как? Увидишь вообще, куда лететь, или положишься на интуицию?

Саша повернул голову к Драко. Под повязкой блеснули синие зрачки, хотя Малфой этого и не видел.

– Малфой, я вижу структуру воздуха. Твоя метла, например, имеет микротрещину у основания. Если сделаешь резкий вираж влево — рискуешь приземлиться на завтрак к Хагриду.

Драко побледнел и судорожно перехватил древко.

– А теперь — взлетаем! – скомандовала мадам Трюк.

То, что произошло дальше, вошло в историю Хогвартса как «Великое Русское Безумие».

Вместо того чтобы плавно подняться в воздух, Рома Горыныч просто подпрыгнул, и метла, словно приклеенная к его ладоням, рванула ввысь с такой скоростью, что за ним остался огненный след. Он не сидел на ней — он стоял на древке одной ногой, исполняя что-то среднее между брейк-дансом и шаманским танцем.

– Ромка, тормози, ты сейчас звуковой барьер прошибешь! – крикнула Женя, легко взмывая следом. Она летала на метле так, будто это было удобное кресло, лениво закинув ногу на ногу.

Саша же двигался иначе. Он медленно поднялся в воздух, и вокруг него пространство начало искажаться. Он не просто летел — он управлял векторами движения.

– Тео, смотри! – Драко дернул Нотта за рукав. – Он делает «бочку» без рук!

Саша действительно отпустил метлу. Она просто плыла под ним, подчиняясь его воле, пока он спокойно листал какую-то маленькую книжку, которую достал из кармана красных портов.

– Эй, англичане! – Рома пронесся мимо гриффиндорцев, зависнув вниз головой. – А вы так можете?

Он внезапно расхохотался, и из-под его маски вырвался небольшой сноп искр. В этот момент его маска чуть сдвинулась, обнажая острые клыки и раздвоенный язык, которым он весело облизнулся.

И тут началось странное.

Парни из Хогвартса и Дурмстранга, до этого момента просто наблюдавшие за полетами, вдруг словно сошли с ума. Уровень харизмы Ромы, помноженный на его дикую, необузданную магию, подействовал на окружающих как мощнейшее приворотное зелье.

– Рома! Покажи еще раз тот разворот! – крикнул какой-то пятикурсник из Хаффлпаффа, отчаянно пытаясь догнать Горыныча на своей старой «Чистомете».

– Горыныч, ты лучший! – заорал Виктор Крам, который, кажется, впервые в жизни забыл о собственной славе, завороженно глядя на то, как рыжий парень вытворяет немыслимые кульбиты.

Через пять минут за Ромой по небу неслась целая кавалькада влюбленных парней. Это выглядело как миграция гусей, где вожаком был маленький, но очень гордый и саркастичный дракон.

– Саш, помоги! – прокричал Рома, пролетая мимо друга на бешеной скорости. – Они за мной хвостом ходят! Я им что, медовый пряник?

– Ты просто очень… компактный и привлекательный, – усмехнулся Саша, даже не отрываясь от книги. – Смирись, Ром. Это твоя карма за то, что ты вчера у Блейза стащил печенье.

Блейз Забини, кстати, был единственным, кто не пытался догнать Рому в небе. Он стоял на земле, скрестив руки на груди, и с очень собственническим видом наблюдал за происходящим.

– Куда они все лезут? – проворчал Блейз. – Он же их сожжет и не заметит.

– Ревнуешь? – подмигнула ему Пэнси, которая не сводила глаз с Жени.

Женя в этот момент решила показать класс. Она резко спикировала вниз, пролетев в паре сантиметров от земли, и в последний момент свечой ушла вверх, сорвав с головы шапку. Ее длинные остроконечные уши на мгновение показались на солнце, а руны на шее вспыхнули изумрудным светом.

– О Мерлин… – выдохнула Пэнси. – Она же просто богиня.

Тем временем в небе ситуация накалялась. Рома, которому надоело преследование, решил действовать радикально.

– Так, парни, – он резко затормозил, из-за чего преследователи едва не врезались друг в друга. – Кто первый долетит до той башни и не врежется в горгулью — тому я разрешу посмотреть на мой шрам. А кто проиграет — тот идет чистить котлы к Снейпу!

– Идет! – хором ответили парни, и небо над Хогвартсом превратилось в зону боевых действий.

Саша плавно опустился рядом с Теодором Ноттом и Драко.

– Утомительно это всё, – произнес он, спрыгивая с метлы. Метла тут же упала на траву, словно лишившись жизни. – У вас тут слишком много правил и слишком мало смысла. Зачем летать по кругу, если можно летать сквозь?

– Сквозь? – переспросил Теодор, глядя на Сашу с нескрываемым обожанием. – Ты имеешь в виду пространственные складки?

– Именно, – Саша улыбнулся. – В Колдотворце мы учим геометрию пространства раньше, чем алфавит. Если ты знаешь, где выход, тебе не нужно расстояние.

Он подошел к Теодору почти вплотную. Нотт затаил дыхание. Саша протянул руку и поправил воротник на мантии слизеринца.

– У тебя интересный фон, Теодор. Пахнет старой бумагой и запретными заклинаниями. Мне нравится.

Тео почувствовал, как его щеки заливает румянец. Драко, стоявший рядом, кашлянул, привлекая внимание.

– А мой фон? Чем пахнет мой?

Саша повернулся к Малфою, склонив голову набок.

– Твой? Морозным утром и очень дорогим мылом. И еще… страхом не оправдать чьи-то ожидания. Брось это, Драко. В Колдотворце мы живем так, будто завтра Кощей решит отменить мир. Это очень бодрит.

В этот момент на поле приземлилась Женя. Она выглядела слегка растрепанной, но довольной.

– Саш, Рома там окончательно вошел в роль. Он заставил тех парней петь «Калинку» на метлах. Кажется, Крам уже выучил первый куплет.

– Бедный Виктор, – вздохнул Саша. – Он же профессионал, а Рома делает из него фаната народной самодеятельности.

С неба спустился Рома. Он выглядел победителем, хотя его маска была слегка перекошена.

– Всё, разогнал! – объявил он. – Сказал им, что если еще раз увижу их ближе чем на десять метров, превращу их метлы в садовых гномов.

– Ты же не умеешь, – заметила Женя.

– Я — нет, а ты умеешь. Я просто блефовал, – Рома подмигнул Блейзу, который тут же подошел к нему.

– Ты в порядке? – спросил Забини, стараясь говорить равнодушно, хотя его глаза выдавали беспокойство.

– Да что мне сделается, – Рома потянулся, и в его суставах что-то отчетливо хрустнуло. – Слушай, Блейз, а у вас в столовой есть что-то острее, чем эти ваши пресные пудинги? У меня во рту такое чувство, будто я вату жевал.

– Для тебя я найду всё, что угодно, – серьезно ответил Блейз.

Рома замер, внимательно глядя на слизеринца своими желтыми глазами.

– Ого. А ты смелый. Обычно люди пугаются, когда я так смотрю.

– Я не «обычно», – парировал Блейз.

Саша наблюдал за этой сценой с легкой улыбкой. Он чувствовал, как нити судеб переплетаются в этом странном, холодном замке. Русская магия была дикой, первобытной, она не терпела рамок, и Хогвартс, со всеми его древними стенами, начинал трещать по швам под её напором.

– Ладно, герои полетов, – Саша хлопнул в ладоши. – Нас ждет трансфигурация. Женя, ты помнишь, что папа просил не превращать учителей в мебель, даже если они очень на это напрашиваются?

– Я постараюсь, – вздохнула Женя, надевая шапку. – Но если Макгонагалл еще раз скажет, что наши методы «нетрадиционны», я не гарантирую, что её стол не начнет кукарекать.

– Вот это по-нашему, – хохотнул Рома.

Троица направилась к замку. Сзади них шли слизеринцы, и каждый из них думал о своем. Драко — о том, что повязка на глазах Саши скрывает не только шрам, но и целую вселенную, в которую ему безумно хотелось заглянуть. Тео — о магических кодах, которые Саша записывал в блокнот. Блейз — о том, как удержать этого маленького огненного демона рядом с собой. А Пэнси… Пэнси просто любовалась тем, как уверенно шагает Женя, чьи шаги не оставляли следов на траве.

В этот день Хогвартс понял: мир больше никогда не будет прежним. Потому что когда приходят те, кто летает на чем угодно и не ест по неделям, правила перестают работать. Остается только магия — чистая, как сибирский лед, и горячая, как дыхание дракона.

– Кстати, Саш, – Рома обернулся уже у самых дверей. – А ты заметил, что Поттер на тебя весь урок смотрел так, будто ты у него любимую сову отобрал?

– Поттер? – Саша на секунду остановился. – Ах, этот мальчик со шрамом-загогулиной… Он просто чувствует, что настоящая молния — здесь.

Он коснулся повязки на лбу и вошел в замок, а за его спиной в небе над Хогвартсом медленно таял огненный след, оставленный Ромой — след, который никто не мог стереть.