Убийца Поттер и семья пять с Плюсом
Теневой бартер, тунец высшей пробы и кошачий хаос
В пригородном особняке семьи Пять-с-плюсом стояла обманчивая, почти зловещая тишина.
За окнами гостиной шелестели аккуратно подстриженные вязы, автоматический разбрызгиватель на лужайке мерно щелкал, орошая траву мелкими брызгами, а в воздухе над журнальным столиком из светлого дуба с тихим металлическим потрескиванием разрывалась ткань пространственно-временного континуума.
Гарри Поттер сидел в глубоком кресле, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди. На нем были привычные черные армейские штаны, темно-вишневая безрукавка и белый фартук с гербом дома Блэк, который он так и не снял после утренней выпечки маффинов. На коленях парня лежал блокнот в кожаном переплете с логотипом гонконгского портового терминала, а в зубах он лениво перекатывал вишневый леденец.
Прямо посреди идеально вычищенного ковра гостиной зависла пульсирующая багровая клякса. Она пахла дешевым табаком марки «Лаки Страйк», пересоленным соевым соусом, бензином марки АИ-92 и чистым, незамутненным абсурдом, способным свести с ума любого дипломированного мага из Отдела Тайн.
Из портала медленно, с достоинством сицилийского дона, шагнуло существо.
Ростом оно было едва ли выше сорока сантиметров. Круглая белая голова с кошачьими ушами, карикатурно насупленная морда, темные солнцезащитные очки-авиаторы, закрывающие глаза, крошечный серый плащ-тренч и дымящаяся сигарета, зажатая в уголке зубастой пасти.
Неко Арк Хаос стряхнул невидимую пылинку с крошечного лацкана, поправил очки крохотной пухлой лапкой и выпустил в потолок идеальное кольцо вонючего сизого дыма.
– Дори-дори-дори… – проскрипел он утробным, замогильным басом, словно говорило древнее лавкрафтовское божество, простудившее связки в ледяных склепах Р’льеха. – В воздухе этой дыры пахнет дешевым средством для мытья стекол и мещанским благополучием. Мой экзистенциальный сплин протестует против подобной дислокации, мистер Поттер.
– Заткнись и подотри лапы о газету, Хаос, – абсолютно невозмутимо отозвался Гарри, даже не шелохнувшись. – Если ты оставишь следы эктоплазмы на ковре тети Энн, я лично заправлю тебя в кофемолку и сварю из тебя альтернативный сорт темного латте. Мы здесь по делу.
Существо хрипло, инфернально расхохоталось, оскалив мелкие острые зубки:
– Дерзкий сопляк. Ты торгуешься с воплощением мертвого апостола и хаотического сплетения бесконечных пародийных таймлайнов. В моем измерении люди расплачиваются душами и рассудком, а ты требуешь соблюдения чистоты полового покрытия? Нья-ха-ха!
– В твоем измерении ты питаешься консервами с истекшим сроком годности и дерешься с горничными за мусорные баки на задворках Акихабары, – парировал Гарри, лениво щелкнув пальцами. – Давай к делу. У меня через два часа спарринг с кузиной, а потом нужно встретить близнецов из школы. Где товар?
Неко Арк Хаос посерьезнел. Он затянулся сигаретой так, что кончик вспыхнул ядовито-красным, и сунул короткую лапу в бездонный карман своего крошечного плаща.
Пространство вокруг кота закрутилось спиралью. Раздался тяжелый, торжественный гул церковных колоколов, пахнуло ладаном, миррой и концентрированной святой водой.
С глухим стуком на дубовый столик опустился длинный деревянный футляр из мореного ясеня с выжженным на крышке крестом Святой Церкви.
– Чёрные Ключи, – проскрипел Хаос, скрестив лапки на пузе. – Спецзаказ из запасников Восьмого Отдела. Экзекуторское литье. Лезвия из концентрированной праны, рукояти из освященного серебра с гравировкой семидесяти трех псалмов против нежити, вампиров и зарвавшихся волшебников. Длина клинка – метр двадцать при активации, бронепробиваемость – вскрывает борт советского БТР, как банку со шпротами. Концептуальное действие: «закрепление тени». Если пригвоздишь тень врага к земле, он не сможет аппарировать, телепортироваться или даже почесать задницу без твоего высочайшего соизволения.
Гарри медленно подался вперед.
Его серо-зеленые глаза вспыхнули профессиональным огоньком оружейника. Он осторожно, кончиками пальцев приоткрыл футляр.
Внутри, на черном бархате, покоились шесть тонких рукоятей, формой напоминавших эфесы рапир, но снабженных кольцами под пальцы для скоростного метания между костяшками кулака – оружие палачей Ассоциации и верховных инквизиторов. Гарри подцепил одну рукоять, привычным движением экзекутора пропустил через кольцо средний палец и крутанул.
Вспышка!
Из серебряного навершия со свистом вырвался тончайший, полупрозрачный клинок из чистого белого света, разорвав воздух тонким басовитым гулом. Температура в комнате упала на пару градусов, от лезвия повеяло священным холодом.
– Балансировка идеальная, – тихо пробормотал Гарри, деактивируя клинок легким усилием воли. – Плотность духовной материи – класс «А». Церковники знают толк в зачистке еретиков. С этим набором я смогу разобрать любого чистокровного лорда на атомы еще до того, как он успеет договорить «Авада».
– Естественно, ня! – осклабился Хаос, стряхивая пепел прямо в стоящую на полке вазочку династии Мин (Гарри успел перехватить пепел ладонью и сдуть в мусорку). – А теперь – моя цена. Где то, ради чего я пробивал дыру сквозь четыре параллельных измерения и таможенный контроль МАКУСА? Где чертов морской титан?!
Гарри усмехнулся в стиле Данте:
– Товар прибыл полчаса назад. Контрабанда из Токийского залива через каналы мистера Чанга. Прямой рейс рефрижератором до военного аэродрома Норфолка, оттуда – в багажнике пикапа дяди Джеймса под слоем сухого льда.
Поттер встал, подошел к тяжелому термическому контейнеру, стоявшему в углу у фикуса, и откинул стальные защелки.
В гостиной запахло морозной свежестью, соленым ветром открытого океана и чистейшим, безупречным рыбьим жиром.
На подушке из колотого льда лежал грандиозный, безупречный отруб тихоокеанского голубого тунца весом килограммов под сорок. Мясо глубокого рубинового оттенка с тончайшими мраморными прожилками чистейшего жира «оторо» переливалось в свете люстры, словно драгоценный гранат. Никакой заморозки – идеальное охлаждение при температуре минус два градуса.
Солнцезащитные очки сползли с круглой морды Неко Арк Хаоса.
Его глаза оказались огромными, налитыми кровью сферами чистого апокалиптического безумия. Челюсть кота отвисла до самого ковра, из пасти вытекла тонкая струйка слюны, а сигарета с шипением упала на пол.
– Оторо… – благоговейно прошептал демон-кот, падая на колени и простирая лапки к ящику. – Брюшная часть дикого тунца высшей категории… Содержание омега-три кислот зашкаливает… Это же… это же божественный нектар для истощенной кошачьей экзистенции! Дори-дори-дори-и-и!
– Руки, – Гарри мягко, но непреклонно перекрыл доступ к контейнеру рукоятью Чёрного Ключа. – Сначала обмен. Документы на оружие и ключи – мне, рыба – тебе. По рукам?
– По рукам, смертный! Клянусь кровью предков и хвостом праматери! – завопил Хаос, подскакивая на метр в воздух.
– Гарри, милый, я дома! – раздался от входной двери звонкий, бодрый голос. – Операция закончилась на час раньше, я успела заскочить в пекарню за багетами!
Гарри замер.
Его глаза расширились. Наемник, хладнокровно отстреливавший мутантов Манки Фиста, покрылся испариной быстрее, чем если бы в комнату вошел взвод советского спецназа с огнеметами.
– Черт, – выдохнул Поттер. – Она должна была быть в клинике до пяти.
– Нья? – Хаос недоуменно повернул круглую голову к коридору. – Кто посмел нарушить ритуал великого бартера между мирами?! Я испепелю этого дерзкого смертного лучом…
В гостиную вошла доктор Энн Пять-с-плюсом.
Она была в элегантном бежевом пальто, с шелковым шарфом на шее и бумажным пакетом со свежей выпечкой под мышкой. Ее взгляд скользнул по комнате: термоконтейнер с гигантским куском рыбы, футляр с мистическими церковными клинками, темный портал, тихо шипящий под потолком… и сорокасантиметровый белый кот в плаще, стоящий на задних лапах посреди ковра.
Секунда. Две.
Лицо ведущего нейрохирурга округа озарилось выражением такого всепоглощающего, материнского умиления, перед которым спасовали бы любые демонические легионы ада.
– БОЖЕ МОЙ! – воскликнула Энн, роняя пакет с багетами прямо на кресло. – КАКОЙ ОЧАРОВАТЕЛЬНЫЙ КОТИК!
– Ч-что?! – опешил Хаос, пятясь назад и судорожно нащупывая в кармане гранату с антиматерией. – Женщина, стой где стоишь! Я – Хаос! Я – воплощение первобытного страха и ночных кошмаров Цукуёми! Мой гнев сокрушает…
Энн даже не слушала.
С профессиональной скоростью хирурга, перехватывающего зажим на разорванной аорте, она преодолела расстояние между ними в два шага, опустилась на колени и сгребла воплощение хаоса в свои мягкие, пахнущие лавандовым мылом объятия.
– Гарри! Где ты его нашел?! – щебетала женщина, прижимая сопротивляющееся чудовище к своей груди и методично, со знанием анатомии почесывая его прямо за круглыми ушами. – Посмотри на этот крошечный плащик! А эти очки! Это же просто чудо! Ты подобрал бездомного котенка? Он, наверное, так замерз на улице!
– ПУСТИ МЕНЯ, ЖЕНЩИНА! – истошно взревел Хаос басом сорокалетнего грузчика, отчаянно молотя лапками по воздуху. – Я НЕ КОТЕНОК! Я ДРЕВНЯЯ СУЩНОСТЬ КЛАССА «АПОСТОЛ»! Я СОЖРУ ТВОЙ РАССУДОК! ГАРРИ ПОТТЕР, СТРЕЛЯЙ В НЕЕ! ЭТО НАРУШЕНИЕ ПРАВ МЕЖПРОСТРАНСТВЕННЫХ СУЩНОСТЕЙ! ГДЕ ЖЕНЕВСКАЯ КОНВЕНЦИЯ?! НЬЯ-А-А-А!
Гарри стоял ни жив ни мертв, прикрыв лицо ладонью:
– Тетя Энн… я бы не советовал… у него специфический характер…
– Глупости! Животные просто чувствуют стресс! – заявила Энн, и ее пальцы с идеальной точностью нажали на нервный узел у основания кошачьей шеи.
Хаос мгновенно замер.
Его багровые глаза под очками закатились. Пасть приоткрылась, явив миру розовый язычок. Тело демонического кота обмякло, превратившись в бесформенный кусок пушистого теста в руках женщины.
– Пуррр… – предательски, против воли самого владыки хаоса, вырвалось из его утробы. – Дори… дори… нья-а-а… черт побери эту смертную… как она нащупала эту точку… это запрещенная магия…
– Вот видишь, он просто был голоден и напуган, – ласково улыбнулась Энн, поднимаясь с колен и держа чудовище на руках, словно годовалого младенца. – А что это за запах? Гарри, ты купил рыбу?
– Э-э… да, – выдавил парень, лихорадочно прикидывая, как спрятать Чёрные Ключи. – Свежий тунец. Хотел приготовить сашими к ужину.
– Прекрасно! – просияла миссис Пять-с-плюсом. – Наш маленький гость заслужил самый лучший кусочек!
Она решительно прошагала на кухню, усадила разомлевшего Хаоса на высокий барный стул, накинула кухонное полотенце ему на шею на манер слюнявчика и достала разделочный нож.
Гарри последовал за ней, не веря собственным глазам.
Неко Арк Хаос – существо, которого опасались высшие чины Часовой Башни и инквизиторы Ватикана – сидел на табуретке, подперев пухлые щеки лапками, и завороженно наблюдал, как доктор медицины тонкими, безупречными ломтиками нарезает для него драгоценный тунец высшей пробы.
– Вот, малыш, кушай на здоровье, – Энн поставила перед ним фарфоровое блюдце, украшенное веточкой петрушки и каплей соевого соуса с низким содержанием соли.
Хаос посмотрел на рыбу.
Затем на сияющую теплом женщину.
Его солнцезащитные очки с тихим звоном упали на столешницу. Огромные глаза наполнились чистейшими, кристальными слезами гастрономического экстаза.
Он схватил первый ломтик обеими лапами и засунул в пасть целиком.
Свет на кухне на секунду померк. Где-то в астральном плане хор ангелов затянул торжественную мессу.
– СУБАРАШИ-И-И! – взревел кот, проглатывая рыбу со скоростью промышленного шредера. – БОЖЕСТВЕННО! ТАЕТ НА ЯЗЫКЕ! ЭТО ЛУЧШЕЕ «ОТОРО» В ЭТОМ ПРОКЛЯТОМ СЕКТОРЕ ВСЕЛЕННОЙ! ЖЕНЩИНА, ТЫ НЕ СМЕРТНАЯ, ТЫ БОГИНЯ ПЛОДОРОДИЯ И МОРСКИХ ГЛУБИН!
Он смел все шесть ломтиков за три секунды, вылизал тарелку до зеркального блеска, громко и смачно рыгнул, выпустив облачко ароматного пара, и блаженно растянулся на стойке пузом кверху, подергивая задней лапкой.
– Дори-дори-дори… – умиротворенно бормотал он, прикрыв глаза. – Война окончена. Мир прекрасен. Человечество заслуживает пощады. По крайней мере, эта его конкретная рыжеволосая представительница…
Энн с нежностью почесала ему пузико:
– Какой воспитанный котик. Гарри, налей ему молочка.
– Тетя Энн, у него непереносимость лактозы на квантовом уровне, – кашлянул Поттер. – Ему лучше холодного зеленого чая.
В этот момент входная дверь снова хлопнула.
– Энн! Гарри! Вы не представляете, что произошло на полигоне! – в дом буквально влетел Джеймс Пять-с-плюсом.
Отец семейства был взъерошен, на щеке красовалась полоса сажи, из кармана пиджака торчал гаечный ключ на тридцать два, а в руках он держал обгоревший кусок сопла:
– Военные свернули испытания прототипа ионного ускорителя! Сказали, что тяга нестабильна на третьей секунде! Нестабильна! Да они просто не умеют калибровать плазменные инжекторы! Мне нужен новый источник направленного импульса, иначе проект орбитального челнока закроют к концу месяца!
Джеймс влетел на кухню, на ходу снимая очки, и резко замер.
Его взгляд упал на барную стойку.
Там, сыто потягиваясь и почесывая пузо, лежал Неко Арк Хаос. Заметив мужчину с деталями ракетного двигателя, демон-кот лениво приоткрыл один глаз.
– Хм? – басом протянул Хаос, выпустив изо рта тонкую струйку дыма (откуда он взял новую сигарету, осталось загадкой). – Импульс нестабилен, говоришь, очкарик? Плазма рассеивается в сопле Лаваля?
Джеймс моргнул. Протер очки полой пиджака. Снова надел.
– Э-э… да? – неуверенно ответил ученый. – Турбулентность в камере сгорания создает обратную волну давления…
– Дилетанты. Жалкие земные неучи, – фыркнул Хаос, садясь на стойке и поправляя плащ. В его крошечных лапках мгновенно материализовались черные очки, которые он водрузил обратно на морду. – Мать этого дома накормила меня лучшим тунцом в мироздании. Я нахожусь в благостном расположении духа. Мужик, считай, что тебе крупно повезло.
Кот сунул лапу в карман плаща по самое плечо, покряхтел, вытащил оттуда старый носовой платок, гаечную гайку, половину надкусанного онигири, снова нырнул в карман и с торжествующим «Нья!» извлек на свет нечто неописуемое.
Это был металлический цилиндр размером с термос, сияющий холодным хромом и переплетенный светящимися фиолетовыми трубками. Внутри цилиндра пульсировала крошечная, размером с грецкий орех, черная дыра, заключенная в силовое поле.
– Гравитационно-тахионный микродвигатель типа «Хаос-Драйв», серия ноль-семь, – гордо проскрипел кот, небрежно брякнув прибор на разделочную доску рядом с петрушкой. – Тяга – сорок тысяч килоньютонов на микроне распада темной материи. Не греется, не шумит, работает на чистой кошачьей злости и статическом электричестве. Прикрутишь к своему челноку – долетишь до Плутона за время, необходимое для заваривания лапши быстрого приготовления. Дарю. В знак признательности за рыбу.
Джеймс Пять-с-плюсом уронил обгорелое сопло. Оно со звоном покатилось по кафелю.
Ученый подошел к стойке на ватных ногах, благоговейно протянул дрожащие руки к прибору, его глаза за стеклами очков расширились до предела:
– Антигравитационная сингулярность… Замкнутый контур Лоренца… Векторное смещение метрики пространства… БОЖЕ МОЙ! ЭТО ЖЕ НОБЕЛЕВСКАЯ ПРЕМИЯ! НЕТ, ЭТО ДЕСЯТЬ НОБЕЛЕВСКИХ ПРЕМИЙ!
– Не благодари, смертный, – лениво махнул лапкой Хаос, снова заваливаясь на бок. – Только инструкцию не потеряй. Там на шестой странице написано: «В случае разгерметизации контура немедленно кричите „Нья-а-а!“ и прыгайте в ближайший шкаф». Иначе засосет в измерение гигантских резиновых уток.
– Джеймс, дорогой, помой руки перед тем, как трогать подарки нашего гостя, – спокойно заметила Энн, вытирая нож полотенцем. – Гарри, упакуй остатки рыбы, Ким скоро вернется с тренировки, нужно приготовить что-нибудь питательное.
– Уже занимаюсь, – Гарри спрятал футляр с Чёрными Ключами под безрукавку и вернулся в гостиную, где стоял термоконтейнер.
И ровно в эту секунду входная дверь распахнулась в третий раз за день.
***
– Я говорю тебе, Ким, «Буэно Начо» изменили рецептуру сырного соуса! – в прихожую ввалился Рон Так-себе, отчаянно жестикулируя полупустым стаканом с газировкой. – В нем пропала та самая пикантная нотка паленой резины, которая делала начос шедевром кулинарии!
– Рон, они просто перестали использовать просроченный чеддер, – донесся усталый голос Ким, которая заходила следом, вытирая полотенцем мокрые после тренировки рыжие волосы. – Твой желудок просто привык к экстремальным условиям…
Рон внезапно замер на пороге гостиной.
Его ноздри затрепетали. Глаза остекленели, превратившись в два локатора.
Из нагрудного кармана его куртки пулей выскочил Руфус. Лысый слепыш встал на задние лапы на плече хозяина, его крошечный розовый носик яростно задвигался, улавливая молекулы запаха в воздухе.
– Ким… – благоговейно прошептал Рон, указывая дрожащим пальцем на термоконтейнер посреди комнаты. – Ты чувствуешь это?
– Рон, нет… – Ким насторожилась, мгновенно заметив на ковре Гарри, стоящего в позе боевой готовности.
– Это не просто рыба, Ким! – закричал Рон, и в его глазах вспыхнуло безумие истинного фаната фастфуда. – Это ТО САМОЕ МЯСО! Я видел такое в кулинарном шоу в три часа ночи! Тихоокеанский тунец экстра-класса! Руфус, ты понимаешь, ЧТО произойдет, если засунуть ЭТО в кесадилью с двойным сыром?!
– Нако-о-ос! – истошно завопил слепыш, отдавая честь лысой лапкой.
– В АТАКУ-У-У! – взревел Рон, бросаясь вперед в отчаянном, голодном прыжке тигра-недомерка.
Руфус спрыгнул с его плеча, летя снарядом прямо к открытому ящику с рубиновым филе.
– Стоять, идиоты! – рявкнул Гарри, вскидывая руку. – Это священный груз!
Но остановить их не успел даже он.
Потому что из темного портала под потолком раздался заливистый свист армейской сирены.
ВИУ-ВИУ-ВИУ!
– ТРЕВОГА! ПЕРИМЕТР ПРОРВАН! – проскрипел из кухни разъяренный бас Неко Арк Хаоса. – НЕДОНОСКИ В МЕШКОВАТЫХ ШТАНАХ ПОСЯГНУЛИ НА КОШАЧЬЮ ДОБЫЧУ! РОТА «НЕКО», К БОЮ! ЗАЩИТИТЬ ОТОРО ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ! НЬЯ-А-А-А-А!
Воздух в гостиной с треском разорвался.
Из багрового портала, словно десант из вертолета в фильмах Джона Ву, посыпались они.
Рота Неко Арков.
Десятки. Сотни крошечных, сорокасантиметровых белых кошачьих созданий в военной экипировке.
Одни были в крошечных касках времен Вьетнамской войны с надписями «Born to Nya», другие сжимали в пухлых лапках саперные лопатки, третьи несли базуки, стреляющие вантузами, а головной отряд спецназа катился кубарем по ковру, размахивая игрушечными световыми мечами и издавая оглушительный, хоровой вопль:
– БУРЕНЬЮ-Ю-Ю-Ю-Ю!
– ДЕСАНТ! – в панике завопил Рон, пытаясь затормозить кроссовками по паркету, но инерция несла его прямо на строй миниатюрных чудовищ.
ХЛОП!
Первый Неко Арк в каске сиганул с журнального столика, в полете проведя идеальный прием «дроп-кик» двумя лапами прямо в переносицу Рона. Парень взвыл, замахал руками и рухнул на спину.
– ОНИ НА МНЕ! КИМ, ОНИ ЖРУТ МОИ ШНУРКИ! – верещал Рон, катаясь по полу.
Трое кошачьих спецназовцев методично вязали его лодыжки скотчем, пока четвертый деловито колотил его по лбу пустой банкой из-под кошачьих консервов, выкрикивая: «Дори! Дори! Дори!».
В это же время в воздухе развернулась эпическая дуэль титанов.
Руфус, летевший к тунцу, встретился лицом к лицу с Элитным Командос Неко. Кошачий боец в черной бандане и с зубочисткой в зубах перехватил слепыша прямо над ящиком со льдом.
– Тпру-у-у! – пискнул Руфус, нанося серию молниеносных ударов лапками в стиле школы кунг-фу Пьяного Мастера.
– Нья-ха-ха! – мерзко осклабился Неко Арк, парируя удары миниатюрной сковородкой. – Слабо, лысая сарделька! Мой стиль «Кошачьего Хаоса» не знает поражений!
Они сплелись в клубок ярости, покатившись по ковру. Шерсть, розовые лапы, звон сковородки, крики «Нья!» и боевой писк слепыша слились в единое торнадо разрушения.
– РУФУС! ДЕРЖИСЬ! Я ПРИМЕНЯЮ СЕКРЕТНЫЙ ПРИЕМ! – Рон, умудрившись освободить одну ногу, попытался отбиться подушкой от дивана.
Но рота Неко Арков была беспощадна.
Два кота с криками «Банзай!» выкатили из-под кресла миниатюрную пушку, заряженную клубком шерсти, пропитанным валерьянкой. БАМХ! Шерстяной снаряд впечатался Рону точно в живот, выбив дух.
Сверху, спикировав с люстры на парашюте из носового платка, на голову парня приземлился Неко-снайпер и начал яростно трепать его за ухо:
– СДАВАЙСЯ, ГАДКИЙ ГАЙДЗИН! РЫБА ПРИНАДЛЕЖИТ ОРДЕНУ ПУШИСТЫХ! БУРЕНЬЮ-Ю-Ю!
– КИ-И-ИМ! СПАСИ-И-И! – орал Рон, отмахиваясь руками от целой стаи нападающих созданий, которые бегали по нему, как по футбольному полю.
Ким Пять-с-плюсом стояла посреди этого безумия, застыв в классической боевой стойке с поднятыми кулаками. Ее челюсть отвисла так низко, что готова была пробить пол.
– Что… во имя… всего святого… ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! – закричала она, переводя ошарашенный взгляд с катающегося по полу Рона на десант белых зубастых кошек. – Гарри! Это твои родственники из Англии?!
Гарри, стоявший в метре от эпицентра побоища, даже не шелохнулся.
Он лениво достал изо рта палочку от доеденного леденца, щелчком отправил ее точно в мусорную корзину в углу комнаты и вздохнул с глубочайшим, вселенским сарказмом Сакаты Гинтоки:
– Нет, Кимберли. Мои английские родственники куда более уродливы и гораздо хуже воспитаны. Это официальные представители межпространственного криминалитета.
– СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ! ОНИ СЕЙЧАС СОЖРУТ РОНА!
– Рон попытался украсть тунец высшей категории у взвода тяжело вооруженных психопатов с комплексом Наполеона, – невозмутимо парировал Гарри, глядя на наручные часы. – С точки зрения естественного отбора он заслужил порку вантузом. Но ладно. У меня режим тишины до шести вечера.
Гарри глубоко вдохнул.
Его глаза вспыхнули серебром. Воздух в гостиной мгновенно застыл.
ХОЛОД.
Не яростный, разрушительный взрыв магии, а тончайший, кристальный импульс абсолютного нуля, прошедший ровно по уровню плинтуса.
ЩЕЛК.
Вся стая Неко Арков, Рон, катающийся Руфус и пушка с валерьянкой мгновенно оказались приморожены к ковру тончайшей, прозрачной коркой льда толщиной в миллиметр. Никаких травм – чистая кинетическая фиксация.
– Нья?! – хором пискнули тридцать кошачьих глоток, застыв в самых нелепых позах: кто с занесенной лопаткой, кто вниз головой, кто верхом на носу Рона.
– Холодно-о-о… – простонал примороженный за штаны Рон.
– Контракт закрыт, господа офицеры, – ледяным тоном произнес Гарри, подходя к застывшей роте. – Боевые действия на территории нейтрального сектора караются конфискацией сухпайка. Всем вернуться в казармы, пока я не вызвал сюда санитарную обработку Часовой Башни.
Из кухни, неторопливо вытирая лапки салфеткой, вышел Неко Арк Хаос. Он посмотрел на примороженную роту, затем на Гарри, сплюнул окурок и махнул пухлой лапой:
– Отставить, бойцы. Хозяин прав. Мы получили оторо, и мы сыты.
Кот повернулся к порталу и гаркнул:
– РОТА, В КОЛОННУ ПО ДВА! ШАГОМ МАРШ ОБРАТНО В БЕЗДНУ!
Лед мгновенно растаял под теплым взглядом Хаоса. Миниатюрные кошачьи солдаты с поразительной дисциплиной построились в шеренгу, подхватили на плечи свою пушку, отдали воинское приветствие Гарри («Буренью!») и стройными рядами затопали прямо в багровый зев портала.
Руфус, взъерошенный и злой, пулей взлетел Рону за воротник, обиженно шипя в сторону уходящей армии.
Хаос задержался у самого края портала.
Он подошел к ящику со льдом, легко, одним движением поднял сорокакилограммовый кусок тунца на плечо (законы физики в его присутствии жалобно скулили в углу) и повернулся к семейству Пять-с-плюсом.
Сняв очки, демон-кот отвесил безупречный, галантный поклон в сторону кухни:
– Мое почтение хозяйке дома. Ваш соус был великолепен. Мистер Пять-с-плюсом, не забудьте заземлить тахионный контур через медный кабель толщиной в палец, иначе ваш сарай улетит на орбиту Юпитера.
Затем его тяжелый, демонический взгляд скрестился с Гарри:
– С тобой приятно иметь дело, Убийца Волшебников. Церковные Ключи твои. Если понадобятся концептуальные пули с ядом гидры или пара термоядерных гранат из будущего – стучи три раза в дно мусорного бака за закусочной «Буэно Начо». Пароль: «Рыба ищет где глубже, а кот – где оторо».
– Бывай, блохастый, – усмехнулся Поттер.
– Дори-дори-дори! – пророкотал Хаос и шагнул в портал.
Пространственная клякса с громким хлопком схлопнулась, оставив после себя лишь легкий запах ладана и морской соли.
В гостиной воцарилась тишина.
Рон сидел на полу, мокрый, взъерошенный, с красным следом от вантуза на лбу, и тупо моргал.
– Ким… – пролепетал он дрожащим голосом. – Скажи мне, что это был кошмар от просроченного буррито. Скажи, что на меня не нападали боевые коты в касках.
Ким медленно перевела взгляд с Рона на Гарри.
Т