Убийца Волшебников и Дьявол может плакать версия 2
Свинец, пицца и немного домашнего уюта
– ...со времён падения Вавилона? – закончил Гарри, брезгливо кончиками двух пальцев поднимая с пола полусгнившую коробку с засохшей коркой сыра. – Серьёзно, мужик. Я видел логова мантикор, я зачищал подвалы опиумных притонов в Коулуне, но это... это плевок в лицо самой концепции санитарии.
Данте медленно приоткрыл один глаз. Кусок пиццы так и остался торчать у него в зубах. Он окинул взглядом наглого пацана в идеально выглаженном черном пальто, с белоснежным воротничком и галстуком, который держал мусор так, словно это была капсула с сибирской язвой.
– Леди, – не вынимая пиццы изо рта, невнятно произнёс охотник на демонов, – верни его туда, где подобрала. Кажется, эта штука сломана. Она не визжит от ужаса и пытается воспитывать меня в моём собственном офисе.
– Сам верни, если сможешь, – фыркнула Леди, с грохотом прислоняя свою чудовищную ракетницу «Калина Анн» к журнальному столику. – Этот шкет за три минуты перебрал мне карбюратор и настроил зажигание так, что байк теперь урчит, как довольная кошка. А ещё у него в карманах спрятано достаточно огнестрела, чтобы устроить локальный переворот в банановой республике.
– О-о-о, – Данте наконец сел, сбросив ноги в тяжелых красных сапогах со стола, и с хрустом потянулся. – Механик? И любитель пушек? Малыш, должен тебя огорчить: клубничное мороженое я никому не отдаю, а зарплату здесь выдают исключительно долгами и неприятностями.
– Мне не нужны твои деньги, старик, – Гарри уже снял пальто, аккуратно встряхнул его, свернул подкладкой наружу и повесил на спинку единственного более-менее чистого стула. Под пальто обнаружилась безупречно сидящая оперативная кобура под мышками и пара модифицированных «Беретт», вороненая сталь которых тускло блеснула в полумраке. – Мне нужно безопасное убежище на пару месяцев, пока мои документы для поездки в Японию проходят через каналы в Гонконге. Но находиться в этом свинарнике выше моих сил. Где у вас ведро, тряпка и хлорка?
Данте моргнул раз. Потом другой. Перевёл взгляд на Леди, которая едва сдерживала злорадную усмешку, затем снова на Гарри.
– Ты сейчас серьёзно? Ты ворвался в легендарное агентство «Devil May Cry» и первое, что требуешь — это хлорку?
– Во-первых, меня сюда затащили силой, применив несанкционированный захват за ухо, – Гарри закатал рукава белоснежной рубашки до локтей, обнажая жилистые предплечья, покрытые тонкими белыми шрамами от осколков и пуль. – Во-вторых, пыль забивает спусковые механизмы. В-третьих, если я ещё пять минут буду дышать этим амбре из заплесневелого пепперони и оружейного нагара, у меня начнется отек легких. Так где швабра?
– В чулане под лестницей, – лениво хмыкнул Данте, снова откидываясь на спинку дивана и закидывая руки за голову. – Но предупреждаю: там лет пять никто не убирался. Возможно, тамошняя плесень уже обрела разум и требует признания независимости.
– С ней я хотя бы смогу договориться на нормальном английском, в отличие от вас, – пробурчал Гарри и решительным шагом направился к чулану.
Леди не выдержала и расхохоталась в голос, плюхаясь в старое кресло напротив Данте.
– Ну каков, а? Где ты ещё найдёшь наёмника с повадками сварливой домохозяйки?
– Он не просто наёмник, Мэри, – голос Данте внезапно потерял всю свою показную лень. Полуприкрытые глаза цвета жидкого серебра следили за закрывшейся дверью чулана. – Ты видела, как он двигается? Ни одного лишнего шага. Центр тяжести смещён идеально для мгновенного ухода с линии огня. А руки... пальцы привыкли не только к гаечным ключам, но и к быстрой стрельбе навскидку. Но самое забавное не это.
– А что? – Леди нахмурилась, уловив перемену в тоне напарника.
– От него веет холодом. Не метафорическим, а вполне осязаемым. Словно внутри этого щенка спит кусок полярного ледника. И магия... странная, древняя, но густо замешанная на чём-то очень знакомом. Почти нечеловеческом.
Не успела Леди ответить, как дверь чулана с грохотом распахнулась. Из клубов потревоженной вековой пыли вышел Гарри. В одной руке он держал ржавое ведро, в другой — швабру, а в зубах у него была зажата пачка мусорных пакетов. Лицо парня выражало такую вселенскую скорбь и презрение к роду человеческому, словно он лично наблюдал за закатом цивилизации.
– Цирк уродов, – констатировал Гарри, швыряя пакеты на пол. – Ни капли моющего средства. Водопровод гудит, как перед взрывом. Но ничего. Бывало и хуже. В конце концов, я четыре года прожил в замке, где привидения считали нормой вываливать эктоплазму прямо на лестницах.
Следующие два часа превратились в театр одного актёра.
Данте и Леди с немым изумлением наблюдали за тем, как четырнадцатилетний подросток с грацией профессионального диверсанта и яростью одержимого демона методично зачищал пространство офиса. Гарри двигался с пугающей эффективностью. Он не просто убирал — он оптимизировал каждый квадратный дюйм.
Пустые коробки из-под пиццы исчезали в мешках со скоростью автоматной очереди. Запылившиеся стопки журналов выстраивались в идеальные ровные башни. Оконные стёкла, не видевшие тряпки со времен открытия агентства, под воздействием пары ловких движений и какого-то подозрительного шипящего спрея из его саквояжа засияли так, что полуденное солнце буквально ослепило Данте.
– Эй, полегче со светом! – заныл полудемон, прикрывая глаза локтем. – Я ночной хищник, мне противопоказан ультрафиолет!
– Потерпишь, граф Дракула на минималках, – огрызнулся Гарри, протирая верхнюю полку массивного шкафа. – Лучше скажи, почему этот музыкальный автомат искрит каждый раз, когда мимо него проходишь?
– Потому что он с характером. Пнешь слева — играет рок. Пнешь справа — жует пластинку.
Гарри тяжело вздохнул, спрыгнул со стремянки, подошёл к старому «Джукбоксу», достал из кармана зачарованную отвёртку и плоскогубцы. Десять секунд тихих щелчков, вспышка крошечной лазурной искры на кончиках его пальцев — и автомат мягко щелкнул реле, озарившись ровным неоновым светом. Из динамиков чисто, без единого хрипа, полились первые аккорды классического блюза.
Данте даже привстал с дивана, разинув рот:
– Он починил его... Без единого пинка? Это чертова магия.
– Это базовые знания электротехники и щепотка структурного анализа, недоумок, – Гарри спрятал инструмент, вытер руки и направился в крошечную кухонную зону за перегородкой. – А теперь сидите тихо. Я не ел со вчерашнего вечера, а от вашей ауры нищеты и уныния у меня сводит желудок.
Из кухни донеслись звуки зажженного газа, стук ножа по разделочной доске — невероятно быстрый, ритмичный, словно стрекотал пулемёт, — и упоительный, сводящий с ума аромат жареного мяса, чеснока, свежих трав и томатов.
Леди сглотнула слюну:
– Данте... скажи, что я сплю. Мы подобрали не просто киллера. Мы нашли шеф-повара.
– Если он сейчас приготовит что-то несъедобное, я пристрелю его за моральный ущерб, – пробормотал Данте, но его нос уже жадно втягивал запахи.
Спустя двадцать минут Гарри вернулся в зал, неся на подносе три глубокие тарелки с дымящейся пастой, покрытой густым мясным соусом, свежим базиликом и щедрым слоем пармезана, который он каким-то чудом откопал в недрах своих бездонных чемоданов. Рядом стоял свежесваренный кофе в турке.
Поставив тарелки на вычищенный до блеска стол, Гарри бросил каждому по вилке:
– Ешьте. И если кто-нибудь уронит соус на вымытый пол — я скормлю его швабру целиком. Без соли и перца.
Данте не заставил себя упрашивать дважды. Он намотал внушительную порцию пасты на вилку, отправил в рот... и замер. Выражение его лица сменилось с насмешливого на благоговейное.
– Святые угодники... – прошептал охотник на демонов, закатывая глаза. – Забудь всё, что я сказал. Ты остаешься здесь навсегда. Я перепишу на тебя это здание. Я отдам тебе диван. Леди, ты свободна, у меня новый лучший друг.
– Эй, придержи коней, плащ ходячий! – возмутилась Леди, но, попробовав первую ложку, тоже затихла, с наслаждением прикрыв глаза. – О боги... Гарри, где ты этому научился?
– Жизнь научит, когда тебя с пяти лет игнорируют собственные родители, а домашние эльфы тайком подсовывают кулинарные книги французской и итальянской кухни, – сухо бросил Гарри, садясь напротив и неторопливо приступая к своей порции. – К тому же, еда — это та же алхимия. Ошибешься с температурой — испортишь результат. Нарушишь баланс специй — получишь яд.
– Домашние эльфы? – переспросила Леди, зацепившись за странное словосочетание. – Это какие-то наркоторговцы или секта?
– Не бери в голову. Просто пережитки феодального маразма моей родины, – отмахнулся парень.
Пока они ели, входная колокольчиковая система звякнула. Дверь распахнулась, впуская внутрь высокую, невероятно привлекательную блондинку в обтягивающем черном кожаном костюме. Солнцезащитные очки скрывали её глаза, а на поясе висели парные пистолеты.
– Данте, я принесла отчет по заказу в порту... – начала Триш, но осеклась на полуслове, оглядывая помещение.
Она медленно сняла очки, ошарашенно моргая.
– Я ошиблась дверью? Где горы мусора? Где вонь прокисшего пива? И почему... почему здесь пахнет как в мишленовском ресторане?
– Триш, познакомься, – Данте с набитым ртом указал вилкой на Гарри. – Это Гарри. Наше спасение от цинги и антисанитарии. Гарри, это Триш. Она демон, выглядит как моя покойная мать, периодически бьет меня током, но в целом безобидна, если не трогать её косметику.
Триш перевела тяжелый, оценивающий взгляд лазурных глаз на черноволосого подростка.
– Демон? – Гарри даже бровью не повёл, продолжая спокойно жевать. – Бывает. В моем родовом поместье портрет прадеда каждое полнолуние выл белугой и требовал крови девственниц. Демоном больше, демоном меньше. Главное — вытирайте ноги у входа, мисс. Я только что начистил половик.
Триш на секунду зависла, переваривая услышанное, а затем её пухлые губы растянулись в соблазнительной, опасной улыбке:
– О-о-о, а мальчик с характером. Данте, откуда ты его выкопал?
– Это я его нашла, – гордо заявила Леди, доедая пасту. – И, кстати, о формальностях. Данте, подпиши вот это.
Она вытащила из набедренной сумки плотную папку с гербовыми печатями и швырнула её на стол прямо перед полудемоном.
Данте лениво мазнул взглядом по верхнему листу:
– Опека? Временное попечительство агентства «Devil May Cry» над несовершеннолетним Гарри Джеймсом... Эмией? Серьёзно, Леди? Ты подделала государственные документы США?
– Не подделала, а использовала нужные связи в теневом секторе, – отрезала брюнетка. – Парень в международном розыске по линии каких-то британских шишек. Если его перехватят федералы или британская разведка, его упекут обратно в Лондон или сожрут живьём. А так — он официально числится моим младшим кузеном и стажёром в лицензированном детективном агентстве. Никакая ювенальная юстиция сюда носа не сунет. Если сунется — мы покажем им «Калину Анн».
Гарри на мгновение замер. Вилка в его руке опустилась на тарелку. Он внимательно посмотрел на Леди, затем на Данте. В его серых глазах мелькнуло что-то сложное — смесь настороженности, недоверия и едва заметного, глубоко запрятанного удивления.
– Зачем? – тихо спросил он. – Мы знакомы меньше трёх часов. Я для вас чужак с улицы. Опасный чужак с заряженными пистолетами.
Леди хмыкнула, скрестив руки на груди:
– Во-первых, ты починил мой байк. Во-вторых, ты приготовил это чертово кулинарное чудо. А в-третьих... – её разноцветные глаза на миг потемнели, в них промелькнула старая, неизбывная боль. – Я знаю этот взгляд, шкет. Взгляд человека, чья семья предала его и растоптала всё, что у него было. Мой папаша променял семью на демоническую силу и зарезал мою мать. Твои родители, судя по твоим оговоркам, просто вышвырнули тебя из своей жизни ради твоего брата. В этом дерьмовом мире нужно держаться тех, кто хотя бы умеет держать слово и прикрывать спину.
В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим блюзом из отремонтированного автомата.
Данте вздохнул, взял со стола огрызок карандаша и не глядя размашисто черканул внизу документа:
– Добро пожаловать в дурдом, мелкий. С этого момента ты официально на испытательном сроке. Правило первое: пиццу не трогать без спроса. Правило второе: демонов мочить быстро и со вкусом. Правило третье...
– Никаких правил, Данте, ты сам их не соблюдаешь, – перебила Триш, подходя к столу и беря чашку с кофе. Сделав глоток, она одобрительно приподняла бровь. – А парень действительно талантлив. Оставим его.
Гарри покачал головой, пряча промелькнувшую кривую усмешку:
– Ладно. Раз уж мы пришли к соглашению, давайте проясним кое-что ещё.
Он встал, подошёл к дивану, где лежали легендарные пистолеты Данте — «Эбони» и «Айвори». Огромные полуавтоматические монстры сорок пятого калибра, созданные гениальной оружейницей Нелл Голдштейн. Черный и белый.
Рука Гарри зависла над оружием.
– Можно? – спросил он, бросив короткий взгляд на хозяина.
– Валяй, – пожал плечами Данте. – Только осторожно, они кусаются.
Гарри аккуратно, словно величайшую драгоценность, взял в руки белый пистолет — «Айвори». Его глаза на мгновение затуманились, словно подёрнутые зеленоватой дымкой структурного анализа, которому его обучали в тайных лабораториях наёмников. Он взвесил оружие в руке, плавно отвел затвор назад, проверил патронник, оценил баланс рамки и эргономику рукояти.
– Невероятно... – сорвалось с его губ искреннее, почти детское восхищение. – Затворная рама изготовлена вручную из неизвестного сплава с добавлением демонической кости. Ствол с полигональной нарезкой, выдерживающий давление пороховых газов втрое выше стандартного магнума. Но самое главное... ударно-спусковой механизм. Он настроен под левую руку. Скорость возврата затвора увеличена за счёт двойной пружины.
Он отложил белый ствол и взял черный — «Эбони»:
– А этот — для правой руки. Прицельные приспособления смещены на полтора миллиметра для компенсации отдачи при стрельбе очередями на сверхвысоких скоростях. Кастомный компенсатор, пламегаситель интегрирован в ствол. Это не серийное оружие. Это шедевр. Работа Нелл Голдштейн, верно?
Данте впервые за всё время посмотрел на Гарри с неподдельным, глубоким уважением. Насмешливая полуулыбка исчезла с его лица.
– Ты знаешь о Нелл?
– В Гонконге мистер Чанг однажды показал мне её записи, – тихо ответил Гарри, бережно возвращая пистолеты на стол точно в том же положении, в каком они лежали. – Она была легендой среди оружейников. Создать пистолеты, способные выдерживать прохождение демонической энергии без разрушения кристаллической решетки металла... Это за гранью науки и чистой магии. Мои переделки по сравнению с этим — просто детские игрушки.
– Не прибедняйся, – усмехнулся Данте, поднимаясь на ноги. Его высокий рост и широкие плечи внезапно заполнили собой всё пространство комнаты. – Я видел, как ты держал свои стволы. Ты стреляешь по-македонски, верно? Стиль двух пистолетов. Но теория — это одно, а практика...
Воздух в офисе внезапно стал тяжелым. Данте сделал ленивый шаг вперед, заложив руки в карманы плаща:
– Покажи мне, чему тебя научили твои русские десантники и триады, шкет.
Гарри не сдвинулся с места. Напротив, его поза стала обманчиво расслабленной — плечи опущены, взгляд слегка расфокусирован, точь-в-точь как у бездельника Гинтоки, выбирающего мангу в ларьке.
– Зачем тратить патроны попусту, старик? – протянул он с ленивой хрипотцой. – К тому же, я только что вымыл полы. Если мы начнем палить, пули оставят дыры в стенах, а штукатурка нынче дорогая.
– А кто сказал, что мы будем стрелять боевыми? – оскалился Данте.
В следующую долю секунды полудемон исчез. Для обычного человека это выглядело бы так, словно мужчина просто растворился в воздухе. Но Гарри не был обычным человеком. Годы тренировок с ветеранами Балалайки, смертоносные спарринги с Майей Хисау и пробужденная демоническая кровь взвинтили его восприятие до абсолютного пика.
Мир вокруг замедлился. Гарри не стал уклоняться назад — это было бы фатально. Вместо этого он упал на спину, скользя по только что начищенному паркету ногами вперед.
Над его лицом с глухим свистом пронесся тяжелый сапог Данте, снесший бы ему голову.
В падении руки Гарри скрестились на груди. Две вороненые «Беретты» с глухим металлическим щелчком выскочили из подмышечных кобур прямо в ладони. Гарри даже не смотрел — мышечная память Реви и безумная акробатика Карен Лоу сработали на чистых рефлексах.
*Щёлк-щёлк-щёлк!*
Три холостых спуска с расстояния в двадцать сантиметров — точно в колено, пах и печень Данте.
Полудемон в воздухе совершил немыслимый кульбит, оттолкнулся носком сапога от потолочной балки и рухнул вниз, выбрасывая вперед ладонь для захвата. Гарри, продолжая скользить по инерции, крутанулся вокруг своей оси, вскочил на ноги с пружинистой легкостью акробата и выбросил левый ствол вперед, целясь в лоб приземляющегося охотника.
Но Данте уже ждал этого. «Эбони» возник в его руке так плавно, словно всегда там был.
*КЛАЦ!*
Ствол «Беретты» Гарри уперся точно в дуло черного гиганта Данте. Металл ударил о металл с сухим, звонким стуком.
В ту же секунду правая рука Гарри вынырнула из-под левого локтя, направляя второй пистолет снизу вверх — точно под подбородок Данте. Но и Данте не остался в долгу: белый «Айвори» уже упирался Гарри прямо в солнечное сплетение.
Они замерли.
Лицо к лицу. Меньше полуметра между ними.
От Данте веяло жаром преисподней, подавляющей, колоссальной мощью, которую он сдерживал лишь на сотую долю процента.
От Гарри волнами исходил абсолютный, парализующий холод. Температура в комнате упала на десять градусов за секунду. Тончайшая корочка инея мгновенно расцвела на стволах пистолетов в точке их соприкосновения. Глаза парня снова потеряли зеленый оттенок, обратившись в два куска зеркального, мертвого серебра.
Леди и Триш даже не пошевелились, наблюдая за этой картиной со смесью восхищения и шока. Весь размен ударами занял меньше двух секунд.
Секунду длилась мертвая тишина.
Затем Данте медленно, невероятно широко ухмыльнулся:
– Неплохо, пацан. Совсем неплохо. Реакция бешеная, хватка мертвая, а главное — никакой дурацкой жалости к противнику. Ты целился на поражение с первого мига.
– Нас учили: если достал оружие — стреляй, – хрипло отозвался Гарри. Серебро в его глазах медленно растаяло, уступая место привычной серо-зеленой радужке. Мороз отступил. – Разговоры оставляй для похорон.
Гарри плавно крутанул обе «Беретты» на указательных пальцах — невероятно сложный, пижонский трюк, заставивший бы рыдать от зависти любого стрелка из вестернов, — и одним движением убрал их обратно в кобуры под мышками.
Данте последовал его примеру, картинно закрутив «Эбони» и «Айвори» и с щелчком отправив их в кобуры на поясе.
– Стиль, – резюмировал охотник, удовлетворенно кивая. – Техника у тебя отличная, но не хватает лоска. Слишком много армейского прагматизма. В нашем деле важно не просто прикончить ублюдка, важно сделать это с размахом, чтобы зрители аплодировали стоя. Я научу тебя паре фокусов.
– Обойдусь без дешевого цирка, – фыркнул Гарри, поправляя галстук. – Моя задача — сделать так, чтобы цель сдохла до того, как успеет осознать, откуда прилетело.
– Скучный ты, – протянул Данте, плюхаясь обратно на диван. – Весь в Вергилия... тот тоже вечно ходил с кислой миной и бубнил про эффективность.
При упоминании этого имени Триш едва заметно вздрогнула, но промолчала, внимательно разглядывая Гарри.
– Кстати, о холоде, – Леди прищурилась, подходя ближе. – Что это было, Гарри? Ты маг льда?
– Сам не знаю, – честно ответил парень, пожимая плечами. – Это проявилось в четырнадцать месяцев, когда тот выродок напал на мой дом. Я заблокировал воспоминания, но домовики рассказывали, что я просто заморозил его к чертям собачьим. С тех пор эта сила спит внутри. Иногда просыпается в бою, когда адреналин зашкаливает. Британские волшебники считают, что это просто редкая стихийная магия.
– Это не стихийная магия, малыш, – тихо произнесла Триш, скрестив руки на груди. – Это демонический лед. Древний, чистый и очень высокородный. Люди не рождаются с такой силой. Либо в твоей родословной хорошенько отметился кто-то из высших демонов преисподней, либо...
– Либо судьба надо мной просто издевается, – закончил Гарри с кривой усмешкой в стиле Джозефа Джостара. – Что вполне в её духе. Слушайте, у меня вопрос поважнее. Где я буду спать? Надеюсь, на втором этаже нет залежей радиоактивных отходов?
– На втором этаже гостевая комната, – хмыкнула Леди. – Там чисто. Я сама выбивала оттуда пыль месяц назад, когда оставалась на дежурство.
– Слава богу, – выдохнул Гарри, подхватывая свои чемоданы. – Если понадоблюсь — я буду там. Мне нужно перебрать пару мистических кодов и модернизировать патроны для револьвера. И Данте...
Парень остановился на первой ступеньке лестницы и обернулся:
– Если ты хоть пальцем тронешь остатки пасты на плите — пеняй на себя. Она должна настояться до вечера.
Данте картинно прижал руку к сердцу:
– Клянусь честью охотника, шеф!
Гарри хмыкнул и скрылся на втором этаже. Хлопнула дверь, затем раздался тихий щелчок запираемого замка — профессиональная паранойя наёмника не отпускала его даже здесь.
Внизу повисла тишина.
Леди подошла к дивану, оперлась о спинку и посмотрела на Данте:
– Ну? Что скажешь?
Данте задумчиво вертел в пальцах пустую кофейную чашку. Его лицо было непривычно серьезным.
– Парня готовили как живое оружие. Причем не какие-то фанатики, а реальные спецы. Убийца Магов, про которого он упомянул... Я слышал о Кирицугу Эмии. Безжалостный ублюдок, выкашивавший магов десятками с помощью снайперских винтовок и пластида. Если Гарри учился у его людей, неудивительно, что он в свои четырнадцать двигается как машина для убийства.
– А его кровь? – спросила Триш.
– Кровь... – Данте прикрыл глаза, словно прислушиваясь к эху недавнего спарринга. – Когда он целился мне в подбородок, его лед отозвался на мою силу. Это не просто демон. Это кто-то из круга Мороза. Возможно, древний клан, запечатанный столетия назад на Востоке. Но сейчас это не имеет значения.
Он открыл глаза и снова криво усмехнулся:
– Главное — он готовит божественно, ненавидит бардак и может всадить пулю в глаз мухе с ста метров. Нам такой парень пригодится. Тем более, Леди... ты ведь не просто так притащила его сюда именно сейчас?
Леди вздохнула, убирая улыбку:
– Да. Из Фортуны приходят странные вести. Этот чертов «Орден Меча» активизировался. Они скупают артефакты, проводят какие-то мутные ритуалы и стягивают к себе последователей со всего света. А ещё... там объявился мальчишка. Наглый, с демонической лапой, орудует мечом с моторным приводом и стреляет из двухствольного револьвера. Зовут Неро.
– Неро, говоришь? – Данте задумчиво потер подбородок, где уже пробивалась серебристая щетина. – Любопытно. Кажется, намечается грандиозная вечеринка.
– И Гарри может стать отличным тузом в рукаве, – добавила Леди. – Британский магический мир считает его ничтожеством и беглецом. Никто не ожидает увидеть его здесь. Если орден начнет пускать в ход своих прикормленных колдунов, Ученик Убийцы Магов покажет им, почём фунт лиха.
– Не торопи события, Мэри, – осадил её Данте. – Пацану нужно перевести дух. Он только что разорвал все связи со своим прошлым. Я видел его глаза, когда он говорил о родителях. Он делает вид, что ему плевать, паясничает, строит из себя циника, но внутри у него всё выжжено дотла. Ему нужно время, чтобы собрать себя заново.
– А потом? – спросила Триш.
– А потом он отправится в Японию, как и планировал, – пожал плечами охотник. – Школа Бутэй, академия Тодо или куда он там намылился... Ему полезно побыть среди таких же отмороженных подростков. Может, найдет себе девчонку с катаной, которая выбьет из него эту старческую хандру.
***
Наверху, в небольшой, но уютной гостевой комнате, Гарри закончил раскладывать свои вещи.
На рабочем столе ровными рядами легли инструменты: миниатюрные тиски, паяльник, зачарованные напильники, пузырьки с оружейным маслом и растворами для гравировки рун. Рядом расположились разобранные до винтика верные «Беретты». Гарри методично, деталь за деталью, протирал механизмы спиртом, нанося на ударники тончайшую пленку защитных чар.
Закончив со стволами, он подошёл к окну и прислонился лбом к прохладному стеклу.
За окном шумел типичный американский пригород: проезжали редкие автомобили, где-то вдалеке лаяла собака, ветер гонял сухие листья по асфальту. Никаких сов, стучащих в окна. Никаких самодовольных портретов, поучающих жизни. Никакого Годрика с его сияющей улыбкой избалованного принца.
Гарри сунул руку в карман брюк и нащупал там плотный картонный билет на паром до Иокогамы с открытой датой. А рядом — визитку, оставленную мистером Чангом.
*«Академия Тодо. Обратиться к совету исполнителей или в клуб Дзюкэн. Спроси Нацумэ».*
– Япония подождет пару месяцев, – тихо пробормотал парень себе под нос, наблюдая, как на стекле от его дыхания расцветает крошечный ледяной узор, напоминающий цветок сакуры. – Сначала разберемся с местными демонами.
Он достал из саквояжа пачку сигарет, выбил одну, повертел в пальцах, но так и не зажег — привычка Майи Хисау держать табак в зубах во время размышлений передалась и ему.
Внизу хлопнула дверь — Данте, судя по звукам, всё-таки попытался подобраться к сковородке с пастой, но нарвался на окрик Леди и звонкий подзатыльник от Триш. Из гостиной донесся возмущенный вопль охотника на демонов:
– Эй! Я хозяин этого дома! Я имею право на внеочередную дегустацию!
– Отойди от плиты, пока мелкий не спустился и не прострелил тебе второе колено, идиот!
Гарри не сдержал короткого, тихого смешка.
Впервые за четырнадцать лет своей жизни он находился среди людей, которым было абсолютно плевать на его брата, на пророчество Дамблдора и на Волан-де-Морта. Для них он был просто наглым пацаном, который умеет стрелять, вкусно готовит и чинит сломанные вещи.
И, чёрт возьми, это было самое лучшее чувство на свете.
Спрятав незажженную сигарету обратно в пачку, Гарри вернулся к столу, взял в руки гравировальную иглу и принялся вырезать на стволе левой «Беретты» новую руну пробития барьеров.
Впереди был новый мир. Мир демонов, стрельбы, безумных напарников и далеких восточных кланов боевых искусств, о силе которых он пока только догадывался.
Но одно Гарри знал точно: кем бы ни были его будущие враги — волшебниками в мантиях, демонами из преисподней или мастерами древних боевых искусств — у него всегда найдется для них пара зачарованных пуль сорок пятого калибра и ледяная ухмылка наемника, которому нечего терять.