Убийца Волшебников и Дьявол может плакать версия 2
Свинцовая литургия чикагского калибра
Пыль, похожая на толченое стекло, медленно оседала в золотистых лучах полуденного солнца, пробивавшихся сквозь пробитый купол Оперного театра.
Где-то наверху, среди разорванных карнизов и лепнины, еще звенел удаляющийся свист рассекаемого воздуха — Данте ушел красиво, в своем репертуаре, оставив после себя руины, оскверненный алтарь и легкий запах серы вперемешку с земляничным мороженым.
Неро стоял посреди сцены, тяжело дыша. Его левая рука судорожно сжимала рукоять «Красной Королевы», мотор которой сердито поплевывал сизым дымом, а правая... Правая, лишенная бинтов, пылала густым индиговым светом. Острые чешуйчатые когти непроизвольно царапали мраморные плиты.
– Демоны... – глухо пробормотал юноша, глядя на разрушения. – Он сказал, что мы оба демоны...
Внизу, у подножия сцены, стонали покалеченные рыцари Ордена. Кредо лежал без сознания, раскинув руки в своих роскошных белых латах.
А прямо перед алтарем, раскинув парчовые одежды, все еще покоилось бездыханное тело Его Святейшества Санктуса. Огромная дыра во лбу старика больше не кровоточила. Кровь вообще вела себя странно: вместо того чтобы впитываться в мрамор, темная, маслянистая жижа начала мелко пузыриться, словно закипая от невидимого жара.
Гарри Поттер, не обращая внимания на потрясенного кузена, спокойно подошел к краю сцены. Он поднял упавший с карниза чистый белый платок, методично вытер закопченный ствол левой «Беретты», крутанул ее на указательном пальце и загнал в подмышечную кобуру.
– Знаешь, белобрысый, – лениво протянул Гарри, доставая из кармана пальто новую сигарету и так и не зажигая ее, перекатывая фильтр между губами, – твой начальник выглядит паршиво даже для покойника. В моем родном захолустье трупы хотя бы имели приличие лежать смирно, а не светиться подозрительным золотистым гноем.
Неро резко вскинул голову. Голубые глаза парня полыхнули яростью:
– Ты еще здесь, стрелок?! Ты видел, что сделал этот ублюдок в красном?! Он убил Его Святейшество! Он пробил его насквозь прямо перед народом Фортуны!
– Я видел, как мой наглухо отбитый дядюшка избавил мир от одного престарелого маразматика, – хладнокровно парировал Гарри, поправляя галстук. – И если бы ты хоть на секунду включил свои куриные мозги вместо того, чтобы реветь мотором своего драндулета, ты бы заметил, что у этого «святейшества» кровь пахнет тухлой мантикорой и демоническими вратами шестого круга.
– Заткнись! – рявкнул Неро, делая шаг вперед и занося «Демоническую Длань». – Ты ничего не знаешь об Ордене! Санктус нес свет!..
– Свет, говоришь? – Гарри прищурился.
В этот момент за их спинами раздался низкий, вибрирующий гул, словно под плитами собора проснулся древний тектонический разлом.
Воздух стал вязким, горячим и удушливым, пропитанным приторным запахом мирры, ладана и разлагающейся плоти. Белоснежный мрамор под телом понтифика пошел радиальными трещинами. Золотой круг с рунами Вознесения, начертанный на полу задолго до начала утренней службы, вспыхнул ослепительным янтарным пламенем.
– Что за?.. – Неро замер, медленно оборачиваясь к алтарю.
Тело Санктуса медленно, неестественно оторвалось от пола. Руки и ноги старика безвольно свисали, словно у тряпичной куклы на невидимых нитях кукловода. Пулевое отверстие в его черепе начало с шипением затягиваться — золотистые нити демонической протоплазмы сплетались воедино, выталкивая сплющенный кусок свинца наружу. Свинцовая пулька со звоном ударилась о камень.
Веки старика распахнулись.
Вместо старческих, слезящихся глаз на мир уставились два пылающих ока цвета расплавленного янтаря с вертикальными щелями зрачков. За его спиной с влажным треском разорвалась парча мантии, выпуская наружу пару массивных, перепончатых крыльев, покрытых золотой чешуей и сияющими перьями из застывшей плазмы.
– О-о-о... – раздался голос Санктуса.
Это больше не был дребезжащий фальцет дряхлого священника. Это был многоголосый, трубный бас, от которого вибрировали витражи в окнах и лопались хрустальные подвески люстр.
– Божественное провидение неоспоримо! – возвестил воскресший старец, зависая в трех метрах над полом. Его тело стремительно молодело, морщины разглаживались, мускулы наливались противоестественной, чудовищной силой полудемона. – Кровь Спасителя омыла меня! Смерть была лишь порогом, крещением в пламени истинного величия!
Неро попятился, опустив меч. Вся его вера, всё, чему его учили с раннего детства в сиротском приюте Ордена, рушилось прямо на глазах, осыпаясь ядовитым пеплом.
– Ваше... Святейшество?.. – выдавил юноша, белея лицом. – Но вы... вы стали...
– Я стал тем, кем человечеству суждено стать под моим началом! – громогласно возвестил Санктус, раскинув руки, вокруг которых начали формироваться золотые сферы концентрированной энергии. – Я — новый Бог этого мира! Никакой клинок смертного, никакая пуля из преисподней не способны оборвать дыхание того, кто слился с волей Спарды!
Гарри стоял чуть сбоку, скрестив руки на груди. Его левая бровь медленно поползла вверх, а на губах начала расцветать та самая невыносимая, саркастическая, кривая ухмылка, от которой когда-то выли волком учителя Хогвартса и скрежетали зубами наемники в Гонконге.
– М-да, – протянул Гарри достаточно громко, чтобы перекрыть эхо ангельского хора, звучавшего из ниоткуда. – Трагедия переходит в дешевый фарс. Клише на клише и клише погоняет. Неро, ты записываешь? Этот стендап заслуживает трансляции по кабельному телевидению.
Санктус резко повернул голову. Пылающие янтарные зрачки сфокусировались на черноволосом подростке.
– Жалкий червь, – процедил псевдо-ангел, и воздух вокруг его ладоней раскалился добела. – Ты осмелился осквернить святилище своим присутствием. Ты встал на пути очищения. Твоя плоть станет пеплом, а душа — топливом для пробуждения Спасителя!
– Ага, конечно, – Гарри лениво зевнул, прикрыв рот ладонью, а затем опустил руку и наклонил корпус вперед, выставив указательный палец правой руки прямо в переносицу парящего мутанта.
Поза была нелепой, театральной и до боли вызывающей — чистейший стиль Джозефа Джостара перед тем, как превратить жизнь противника в сущий кошмар.
– А теперь, Ваше Пернатое Преосвященство, – с издевательской плавностью произнес Гарри, прищурив серые глаза, – ты скажешь: «Ничтожный смертный, ты узришь гнев истинного бога и сгинешь в забвении!»
Санктус надул щеки, его крылья яростно взмахнули, порождая волну горячего ветра:
– Ничтожный смертный, ты узришь гнев истинного бога и сгинешь в забвении!.. – рявкнул он и внезапно осекся. Челюсть старика отвисла. Глаза округлились до размера чайных блюдец. – ЧТО-О-О?!
– То самое, дедуля! – заржал Гарри, и в следующую микросекунду законы евклидовой геометрии просто перестали существовать.
Как подросток ростом метр семьдесят, одетый в приталенное пальто, мог спрятать под полой предмет полуметровой длины и весом почти в пять килограммов — оставалось загадкой, которую даже отдел Тайн Министерства Магии не смог бы разгадать за сотню лет.
С резким, глухим металлическим щелчком Гарри выбросил руки из-под распахнутого черного сукна.
В его ладонях тускло блеснул вороненой сталью массивный, громоздкий, тяжелый, как надгробная плита, пистолет-пулемет Томпсона образца 1928 года. С характерным деревянным цевьем спереди, ребристым стволом и чудовищным круглым дисковым магазином на пятьдесят патронов калибра .45 ACP, закрепленным снизу.
Неро, стоявший в трех шагах, буквально поперхнулся воздухом:
– Откуда ты его достал?! Из задницы, что ли?!
– Из пространственного кармана с расширением четвертого порядка, невежда! – рявкнул Гарри, хищно оскалившись всеми тридцатью двумя зубами. – Привет из Чикаго тридцатых годов, святой отец! ЖРИ СВИНЕЦ, ВЫРОДОК!
*ТР-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Я-У-У-У!*
Звук выстрелов в замкнутом пространстве собора не был похож на обычную стрельбу. Это был сплошной, оглушительный, вибрирующий рев разорванного полотна, пулеметная дробь, слившаяся в единый вой разъяренной циркулярной пилы.
Гарри не стрелял короткими очередями, как учили в полицейских академиях. Он вжал спусковой крючок до упора и держал его, хохоча как безумный маньяк.
Отдача сорок пятого калибра должна была сломать подростку плечо и задрать ствол в потолок после первых трех выстрелов. Но Гарри стоял как вкопанный. Его ноги были намертво зафиксированы низким центром тяжести, мышцы предплечий превратились в стальные жгуты благодаря укрепляющей магии, а вокруг дульного компенсатора закружилась ледяная поземка.
Это были не простые пули.
Каждый из пятидесяти патронов в барабане был лично доработан Учеником Убийцы Магов. Тяжелые свинцовые пули с утяжеленным серебряным сердечником, на которых тончайшей гравировальной иглой были нанесены три руны: *Пробитие*, *Разрыв* и *Хлад Блэков*.
Санктус даже не успел возвести свой хваленый божественный барьер.
Первые десять пуль превратили золотую парчу его одеяний в кровавые ошметки, вбивая понтифика обратно в воздух. Следующие пятнадцать прошили его крылья, разнося золотые перья и перепонки в сизый пух и ошметки чешуи.
– А-А-А-Р-Г-Х! – взвыл «бог», захлебываясь свинцом.
Кинетическая энергия пятидесяти тяжелых пуль сорок пятого калибра просто разорвала гравитационную левитацию старика. Санктуса колотило в воздухе, словно тряпичную куклу, попавшую под струю пожарного брандспойта. Черная и золотая кровь фонтанами хлестала во все стороны, пачкая белоснежные мраморные колонны и золоченые лики святых.
– Сдохни! Сдохни! Сдохни! – орал Гарри, продолжая поливать парящее чудовище свинцовым шквалом. Пустые латунные гильзы золотым дождем со звоном осыпались на мостовую, образуя у его ног дымящуюся горку. – Получай святое причастие, старый хрыч! За упокой твоей чертовой секты!
*КЛАЦ!*
Затвор «Томпсона» с сухим щелчком встал на задержку. Ствол оружия раскалился до вишневого свечения, от ребристого металла валил густой, вонючий дым сгоревшего кордита.
Пятьдесят патронов улетели меньше чем за три секунды.
Изуродованное, продырявленное в пятидесяти местах тело Санктуса с глухим, костедробительным стуком рухнуло на ступени алтаря, подняв облако пыли. Крылья были перебиты у самого основания, грудь превратилась в кровавое месиво из костей и разорванной плоти, а челюсть висела на одной связке.
Тишина, упавшая на собор, была абсолютной, оглушающей и почти осязаемой.
Неро стоял с открытым ртом. Его пылающая демоническая лапа застыла в воздухе. Он переводил взгляд с дымящейся кучи плоти на ступенях на черноволосого парня, который с самым невозмутимым видом выщелкнул пустой круглый барабан из пистолета-пулемета.
– Ты... – выдавил Неро, и его голос сорвался на визг. – Ты всадил в него... целый ящик патронов?!
– Не ящик, а всего лишь барабан на пятьдесят штук, – флегматично поправил Гарри, доставая из кармана чистую ветошь и начиная аккуратно протирать закопченную ствольную коробку оружия. – Нормальный рабочий объем для зачистки коридоров. Хотя, признаю, баланс у «Томми-гана» паршивый, тяжелый он, зараза. Зато останавливающее действие — мое почтение. Мистер Чанг в Гонконге говорил, что один такой ствол заменяет целую роту гоминьдановцев при правильном угле обстрела.
– Он же был... он же вознесся! – Неро схватился за голову свободной левой рукой. – Он светился! У него крылья выросли!
– И что с того? – Гарри скривил губы в насмешливой гримасе Гинтоки, поковыряв мизинцем в ухе. – Если что-то летает и светится, это не значит, что оно не боится свинца сорок пятого калибра. Даже ангелы дохнут, если вынести им мозги и разворотить легкие. Чистая физика, малыш. Никакой поэзии.
Но радость победы оказалась преждевременной.
Из растерзанного тела на ступенях снова раздался глухой, клокочущий хрип. Раны Санктуса, скованные морозным инеем зачарованных пуль, начали с шипением оттаивать. Демоническая плоть внутри него пульсировала, черные вены расползались по мрамору, высасывая оставшуюся энергию из алтарного круга.
– Не... возможно... – прохрипел старик, и его раздробленная челюсть со щелчком встала на место. Глаза снова вспыхнули багровым пламенем. – Я... бессмертен... Мое тело... переродится в Спасителе!..
Санктус дернулся, собираясь оттолкнуться от пола и уйти в пространственный портал за алтарем.
– Ой, да заткнись ты уже, заезженная пластинка, – поморщился Гарри.
Парень не стал перезаряжать «Томпсон». Вместо этого он картинно забросил тяжелый автомат за спину, где тот мгновенно растворился в складках его зачарованного пальто, и щелкнул пальцами правой руки.
– Джозеф Джостар однажды научил мир главному правилу: если враг не сдох от пулемета, проверь его реакцию на взрывчатку!
Между пальцами Гарри натянулась тончайшая, почти невидимая стальная струна, зачарованная рунами невидимости и проводимости магии.
Неро проследил взглядом за струной и похолодел.
Пока Санктус корчился под свинцовым градом, Гарри каким-то непостижимым, шулерским движением успел опутать мантию старика этой нитью, на противоположном конце которой...
К поясу и крыльям поверженного понтифика были аккуратно, крест-накрест привязаны сразу четыре тяжелые магловские осколочные гранаты М67, выкрашенные в оливковый цвет, вперемешку с двумя флаконами концентрированного жидкого огня из подвалов дома Блэков.
Чеки на всех четырех гранатах уже были выдернуты. Предохранительные скобы удерживались лишь натяжением зачарованной лески в руке Гарри.
Санктус скосил пылающие глаза вниз, увидел гирлянду из взрывчатки у себя на груди и застыл. Вся его напыщенная божественность испарилась за одну долю секунды, уступая место первобытному, шкурному ужасу смертного старика.
– Т-ты... – прошептал понтифик.
– Твое следующее слово: «Пощади!» – весело крикнул Гарри.
– ПОЩАДИ-И-И!.. – взвизгнул Санктус.
Гарри широко, нагло подмигнул ошалевшему Неро:
– Ложись, кузен! Сейчас рванет!
Парень разжал пальцы.
Предохранительные скобы с сухим щелчком отлетели в стороны.
Неро среагировал на чистых звериных рефлексах: он рухнул на колени, закрывая голову своей гигантской демонической лапой, которая вспыхнула лазурным силовым щитом.
Гарри даже не пригнулся. Он лишь развернулся спиной к алтарю, натянул кепку глубже на лоб, засунул руки в карманы пальто и сделал неторопливый шаг вперед, в точности повторяя походку крутых парней из боевиков Джона Ву.
*ГРОХОТ!*
Оглушительный взрыв смешанной природы — магловский тротил, помноженный на проклятое пламя Блэков — буквально разорвал алтарную часть собора в клочья.
Ударная волна вынесла остатки цветных витражей, расколола вековые гранитные плиты и швырнула сотни килограммов каменных обломков во все стороны. Огненный смерч лизнул спину Гарри, но зачарованная ткань его пальто лишь слегка всколыхнулась, поглощая жар без единого следа копоти. Осколки гранат со звоном рикошетили от тончайшей ледяной пленки, мгновенно окутавшей фигуру подростка.
Куски разорванной плоти Санктуса разметало по всему залу, но самое главное — в центре взрыва с визгом схлопнулась пространственная червоточина.
Темный дух старика, лишенный большей части своей новообретенной физической оболочки, с истошным, полным ненависти воем втянулся в остатки алтарного портала, уносясь вглубь подземных лабораторий Ордена, к секретным цехам, где спал колоссальный каменный голем — Спаситель.
Эхо взрыва медленно затихло. С потолка редкими хлопьями сыпалась штукатурка.
Неро медленно опустил демоническую руку. Воздух в театре был серым от пыли и дыма. Алтаря больше не существовало — на его месте зияла дымящаяся полуметровая воронка, покрытая оплавленным стеклом и копотью.
– Он... сбежал? – сипло спросил Неро, поднимаясь на ноги и отряхивая синюю куртку от пыли.
– Сбежал, – Гарри остановился у края сцены и сплюнул остатки незажженной сигареты. – Такие тараканы с первого раза не дохнут. Но, по крайней мере, я сбил с него эту пафосную спесь и оторвал крылья. Теперь он будет ползать на брюхе по своим подвалам еще пару часов, пока регенерация не залатает дыры в его чертовом затылке.
Неро подошел ближе. Его дыхание было неровным, а взгляд голубых глаз лихорадочно ощупывал невозмутимое лицо черноволосого стрелка.
– Кто ты такой? – спросил беловолосый юноша, и на этот раз в его голосе не было агрессии. Лишь глухое, потрясенное любопытство. – Данте назвал тебя своим племянником. Но ты... ты человек? Волшебник? Или еще один демон?
Гарри повернулся к нему. Серые глаза мага на мгновение вспыхнули серебром, а затем вернулись к своему привычному, слегка насмешливому оттенку.
– Скажем так, Неро... Я тот, кто предпочитает решать семейные проблемы с помощью огнестрельного оружия и хорошей порции цинизма.
Парень подошел к лежащему без чувств Кредо, присел на корточки, пощупал пульс на шее рыцаря и удовлетворенно кивнул:
– Жить будет. Сотрясение средней тяжести и пара синяков. Твоей Кирие не придется оплакивать брата на похоронах.
Неро вздрогнул при упоминании имени девушки:
– Откуда ты знаешь про Кирие?
– Я наемник, малыш. Сбор информации — половина моей работы, – Гарри поднялся, отряхнул колени и внимательно посмотрел прямо в глаза юноши. – Послушай меня внимательно, кузен. Твой Орден прогнил до самых корней. Санктус использует вас всех, как пушечное мясо. Они собирают демоническую энергию, чтобы оживить древнего колосса и устроить здесь «судный день», а потом явиться в роли спасителей. Дешевый трюк для захвата власти.
– Но... Кредо... он ведь не мог знать! – с отчаянием выдохнул Неро.
– Кредо — слепой фанатик, верящий в устав, – отрезал Гарри. – Такие люди опасны не потому, что они злые, а потому, что они искренне верят, будто творят добро, когда вспарывают животы несогласным. Мой биологический отец в Англии был точно таким же идиотом. Молился на своего бородатого директора и повторял мантры о «свете», пока его семья трещала по швам.
Гарри подошел вплотную к Неро, ткнул пальцем ему в грудь — точно туда, где билось горячее полудемоническое сердце:
– Не будь как они. Забудь про святые клятвы. Забудь про орденские догмы. В этом дерьмовом мире есть только одна вещь, ради которой стоит обнажать клинок и пачкать руки в крови.
– Какая? – тихо спросил Неро.
– Те, кто тебе дорог, – просто ответил Гарри. – Твоя девчонка. Твой дом. Люди, которые смотрят на тебя не как на монстра с чешуйчатой лапой, а как на человека. Если этот город начнет рушиться — хватай Кирие и беги. А если Санктус посмеет тронуть её хоть пальцем...
Лицо Гарри на миг стало пугающе холодным, тем самым лицом ликвидатора, которое видели Пожиратели Смерти перед смертью:
– ...разорви его на части. Без жалости. Без сомнений. Используй всю эту силу в своей правой руке. Сила — это просто инструмент. Важно лишь то, во имя чего ты спускаешь курок.
Неро замер. Его чешуйчатые когти медленно сжались в кулак. Впервые в жизни кто-то говорил с ним о его проклятой демонической руке не со страхом, не с брезгливостью и не с религиозным фанатизмом, требующим скрыть скверну.
– Данте... он действительно твой дядя? – спросил Неро после долгой паузы.
– Двоюродный, – хмыкнул Гарри, и ледяная маска мгновенно сползла с его лица, уступая место привычной ленивой ухмылке. – По материнской линии. У нас там вообще родословная такая, что черт ногу сломит. Сплошные древние лорды, скандинавские ледяные чудовища и охотники на нечисть с дефицитом внимания. Так что привыкай, братец: ты теперь тоже часть этого дурдома.
– Я тебе не братец, – буркнул Неро, но в уголках его губ дрогнула слабая, смущенная усмешка.
– Конечно-конечно. Упрямый, дерзкий, с паршивым вкусом в одежде и замашками берсерка... Вы с Данте похожи больше, чем тебе хотелось бы думать.
В этот момент под сводами разрушенного купола послышался знакомый женский свист.
Гарри поднял голову. На одной из уцелевших балок, покачивая ногами в армейских ботинках, сидела Леди. На её плече покоилась гигантская «Калина Анн», а разноцветные глаза с садистским весельем осматривали поле боя.
– Эй, поваренок! – крикнула охотница. – Хватит чесать языком с молодежью! Триш передает, что Санктус уполз в сторону шахты Митис. А Данте уже отправился по его следам, попутно разгромив местный арсенал! Нам пора двигаться, если мы хотим получить свой гонорар до того, как этот город взлетит на воздух!
– Иду я, иду, неугомонная женщина! – крикнул в ответ Гарри, закатив глаза. – Вечно вы торопитесь на пожар, словно там бесплатную косметику раздают...
Он повернулся к Неро, сунул руку во внутренний карман пальто и вытащил тяжелую металлическую фляжку с гербом агентства «Devil May Cry», а также небольшую коробочку патронов с гравировкой рун.
– Держи, – Гарри всунул припасы в руки опешившему юноше.
– Что это?
– Во фляжке — мой фирменный отвар. Если этот жестяной рыцарь Кредо очнется и начнет блевать кровью от сотрясения — влей ему в глотку пару глотков. Поднимет мертвого за десять минут. А в коробке — разрывные патроны для твоей «Синей Розы». Я зачаровал их на пробитие святых барьеров. Обычный свинец броню этих псевдо-ангелов не берет, а вот эти крошки разнесут их щиты в клочья.
Неро сжал тяжелую коробку в ладони:
– Спасибо... Гарри.
– Не благодари. Счет за боеприпасы я потом пришлю на твой домашний адрес с процентами за срочность, – Гарри подмигнул парню, поправил воротник пальто и сделал шаг назад. – И еще кое-что, Неро.
– Что?
– Твой меч с мотором... – Гарри окинул «Красную Королеву» профессиональным взглядом механика. – Свечу зажигания замени. У тебя искра запаздывает на полсекунды при переключении на третью передачу. Из-за этого выхлоп коптит. Позорище, а не кастом.
– Эй! Мой меч идеален! – возмутился Неро, вспыхнув до кончиков ушей.
– Ага, расскажешь это моему гаечному ключу, деревенщина, – рассмеялся Гарри.
Парень развернулся, оттолкнулся от пола с кошачьей грацией, взлетел на пять метров вверх, уцепился за край ложи второго яруса и в пару неуловимых движений скрылся в проломе стены, следуя за Леди.
Неро остался один посреди руин.
Он посмотрел на коробку с зачарованными патронами в своей левой руке. Затем перевел взгляд на демоническую лапу, которая теперь мерцала спокойным, ровным лазурным светом.
Боль ушла. Страх ушел. Осталась лишь холодная, кристальная ясность цели.
– Защитить тех, кто дорог... – тихо повторил он слова черноволосого мага.
Юноша передернул затвор «Синей Розы», загоняя новые, смертоносные патроны в барабан, закинул ревущую «Красную Королеву» за спину и решительным шагом направился к выходу из собора.
***
Вечернее небо над Фортуной затянуло багровыми, грозовыми тучами.
Гарри и Леди стояли на крыше полуразрушенной башни, наблюдая за тем, как в центре города, проламывая мостовые и сминая дома, медленно поднимался из-под земли исполинский каменный титан — Спаситель, внутри которого билось оскверненное сердце Санктуса. Где-то у подножия этой громадины уже гремели выстрелы Данте, а в воздухе плясали молнии Триш.
– Ну и громадина, – присвистнула Леди, поправляя ремень ракетницы. – Данте придется попотеть, чтобы разнести эту статую на щебень.
– Разнесет, – лениво отозвался Гарри, прислонившись спиной к парапету и наблюдая, как на его ладони тает крошечная снежинка демонического льда. – У него слишком много свободного времени и патологическая нелюбовь к чужому пафосу. Он не успокоится, пока не всадит меч прямо в лоб этому истукану.
– А ты? – Леди повернула к нему голову, и ее разноцветные глаза блеснули в свете далеких пожаров. – Не пойдешь на финальный раунд?
– Моя работа здесь окончена, Мэри, – парень покачал головой. – Санктус сломан морально. Неро найдет свою девчонку и закончит дело. А мне пора двигаться дальше.
Он достал из кармана потертый билет на трансатлантический грузовой лайнер до Токио с пересадкой в Иокогаме. Рядом с билетом лежала визитка, переданная Зелретчем и мистером Чангом: *«Академия Тодо. Клуб Дзюкэн. Мая Нацумэ».*
– Япония? – прищурилась охотница.
– Япония, – подтвердил Гарри, пряча документы обратно. – Старик Зелретч был прав. Мой лед... он нестабилен. Патроны и пулеметы — это весело, но если я не научусь контролировать потоки внутренней энергии Ки, в один прекрасный день эта древняя демоническая кровь просто проморозит мои легкие до состояния стеклянной крошки. Мне нужна школа рукопашного боя. Настоящая, без дурацких палочек и министерских ограничений.
Леди помолчала, глядя на бушующее пламя внизу. Затем шагнула ближе, неожиданно протянула руку и с силой растрепала его черные волосы:
– Береги себя, шкет. Если в этой своей Японии попадешь в переделку, с которой не справятся твои пушки... просто набери агентство. Мы с Данте прилетим и разнесем этот их Токио к чертовой матери.
– Только попробуйте заявиться, – фыркнул Гарри, сердито поправляя челку, но в его голосе не было и следа раздражения. – Вы мне всю конспирацию сорвете своими красными плащами и базуками. И Данте передай: если он не помоет посуду на кухне до моего возвращения, я пришлю ему посылку с японскими консервированными соевыми бобами Натто. Он от одного их запаха в обморок упадет.
Леди весело расхохоталась:
– Договорились!
Гарри повернулся спиной к горящему городу. Ветер с океана пах солью, порохом и далекими вишневыми садами.
Впереди был Восток. Древние боевые кланы, катаны, рассекающие сталь, суровые тренировки и загадочная мечница Мая Нацумэ, о силе которой ходили легенды в подпольном мире наемников.
А за его спиной оставалась семья. Самая странная, опасная, безумная и смертоносная семья во всех известных мирах, которая никогда не предаст его ради чужого пророчества.
Поправив пальто и нащупав под полой холодную рукоять верного «Кольта», Убийца Волшебников шагнул в тень пожарной лестницы, навстречу своей новой судьбе.