Убийца волшебников и новая концепция магии
Баллистика чувств и вишнёвый порох
Запах машинного масла, канифоли и свежезаваренного чёрного чая с бергамотом создавал в техническом боксе школьного полигона атмосферу, бесконечно далёкую от чопорных аудиторий Первой Старшей Школы.
Гарри сидел на краю массивного дубового верстака, свесив одну ногу и лениво помахивая отверткой с намагниченным жалом. Перед ним в идеальном, хирургическом порядке лежали детали разобранного специализированного CAD пистолетного типа, принадлежавшего президенту Студенческого Совета. Рядом высилась стопка пустых бумажных тарелок, на которых ещё десять минут назад покоились свежайшие дайфуку с клубникой и сладкой бобовой пастой.
– Ты чудовище, Поттер-кун, – раздался от двери мелодичный, полный наигранного возмущения голос. – Я отдала за эти сладости половину своего недельного запаса талонов в кондитерскую «Минами», а ты проглотил их быстрее, чем боевой дрон выходит на сверхзвуковую скорость.
Маюми Саэгуса перешагнула порог мастерской, мягко притворив за собой тяжелую звукоизолирующую дверь. Форменный жакет «Цветка» сидел на ней с безупречной элегантностью, но в глазах цвета спелой вишни плясали те самые чертенята, которые обычно заставляли первокурсников в панике разбегаться по углам коридоров.
– Сахар — это топливо для гения, президент-сама, – не моргнув глазом парировал Гарри, даже не подняв головы от разобранного затвора. – Если бы я не получил свою дозу глюкозы, твой драгоценный накопитель псионов сейчас был бы откалиброван с погрешностью в три сотых миллиметра. А с такой погрешностью твои знаменитые «Магические пули» улетели бы в стратосферу и сбили какой-нибудь коммерческий спутник связи. И кто бы тогда платил неустойку? Твой почтенный батюшка?
– Мой отец вычел бы эту сумму из твоего жалования в комитете безопасности, – сладко улыбнулась девушка, подходя ближе и опираясь ладонями о край верстака. От неё пахло лепестками сакуры и лёгким ароматом дорогого вишнёвого мыла. – Ну и как успехи, великий заокеанский мастер? Мой малыш готов к полевым испытаниям?
– Твой «малыш» был собран руками криворуких консерваторов из исследовательской лаборатории Саэгуса, – хмыкнул Гарри в чисто гинтоковской манере, сдувая со лба непослушную прядь черных волос. – Они напихали туда столько параллельных контуров стабилизации, будто ты не элитный боевой маг, а парализованная первоклашка, у которой трясутся руки. Я выкинул к чертям три промежуточных реле, расточил посадочное гнездо под псионопроводящий кристалл и нанес на внутреннюю рамку руническую вязь подавления тепловой отдачи.
Он ловким, текучим движением собрал механизм воедино. Детали встали на свои места с сухим, сладостным металлическим щелчком, похожим на звук взводимого курка крупнокалиберного револьвера.
– Держи, – Гарри протянул ей модифицированный CAD рукоятью вперед. – Время отклика снижено на сорок два процента. Но предупреждаю: спуск стал тугим. Придется давить пальчиком с усилием в два килограмма, иначе система решит, что ты просто погладила спусковой крючок, и пошлет тебя к лешему.
Маюми взяла оружие. Её пальцы уверенно обхватили обновленную рукоять из шероховатого полимера с интегрированными серебряными нитями.
– Ого... – её брови взметнулись вверх. – Баланс действительно изменился. Он стал... агрессивнее.
– Оружие должно быть продолжением руки, куколка, а не музейным экспонатом, – Гарри спрыгнул с верстака, потягиваясь всем телом так, что хрустнули позвонки. – Ладно, хватит теории. Пойдем на рубеж. Посмотрим, способна ли ты удержать отдачу от собственного величия.
***
Стрелковый тир подземного тренировочного комплекса был пуст. Освещенная неоновыми полосами стометровая галерея упиралась в бронированный экран из композитной стали, способной выдержать прямое попадание танкового снаряда.
– Цели — стандартные подвижные голограммы имитации мобильных пехотинцев, – скомандовал Гарри, подходя к контрольному пульту и нажимая пару сенсорных клавиш. – Десять мишеней. Скорость перемещения — тридцать метров в секунду. Дистанция переменная — от сорока до восьмидесяти метров. Покажи мне, чему тебя учили в твоем хваленом клане, Маюми.
Девушка встала на стрелковую позицию. Вся её показная игривость испарилась за доли секунды. Взгляд сфокусировался, дыхание стало ровным и неслышным, а вокруг миниатюрной фигурки сгустилось плотное, обжигающее псионное поле. Наследница Саэгуса, одного из двух могущественнейших кланов страны, вошла в боевой транс.
*ПИИИП!*
Контрольный сигнал разорвал тишину.
В дальнем конце галереи вспыхнули яркие оранжевые маркеры, зигзагами рванувшиеся в стороны.
Маюми не стала принимать классическую стойку школьных дуэлянтов. Помня утренние наставления Гарри, она слегка согнула колени, подала корпус вперед, заблокировав кисти жестким «замком», и вскинула CAD.
*ЩЕЛК-ЩЕЛК-ЩЕЛК-ЩЕЛК!*
Звук работы модифицированного устройства напоминал сухую пулеметную очередь. Из ствола не вылетало пуль — Маюми формировала заклинания чистой кинетической энергии, сжатые до размеров субатомных сфер сухого льда. «Магические пули» рассекали воздух с пронзительным, звенящим свистом, похожим на визг циркулярной пилы.
*БАМ! БАМ! БАМ-БАМ-БАМ!*
Десять голографических мишеней взорвались снопами искр за неполные полторы секунды. Бронированный щит позади них покрылся глубокими воронками, от которых валил густой морозный пар.
Маюми опустила CAD, ее грудь часто вздымалась, а на щеках играл яркий румянец триумфа.
– Невероятно... – выдохнула она, оборачиваясь к парню. – Задержка между формированием последовательностей практически исчезла! Контур словно сам подхватывал псионы и сжимал их в точку фокуса! Гарри, это... это уровень разработок национального института магии!
Гарри стоял, привалившись плечом к бетонной колонне, скрестив руки на груди. На его лице играла привычная, слегка наглая ухмылка в стиле Данте:
– Скорость отличная, президент. Кучность — почти армейская. Но ты все еще слишком высоко задираешь локоть правой руки при переносе огня на левый фланг. В тире это не имеет значения, но если по тебе будет работать реальный снайпер, он снесет тебе плечевой сустав до того, как ты успеешь нажать на спуск второй раз.
– Ты неисправимый зануда, Поттер-кун, – надула губки Маюми, медленно подходя к нему вплотную. Оружие она не убрала, крутя его на пальце с неожиданным для благородной леди изяществом. – Тебе обязательно нужно найти хоть один недостаток? Неужели я не заслужила даже крошечной похвалы?
– Похвала расслабляет бойца, – Гарри окинул её оценивающим, откровенным взглядом Рё Саэбы, от которого у большинства благовоспитанных барышень перехватило бы дыхание. – А расслабленный боец в реальном столкновении быстро превращается в остывающий труп с красивой прической. Хотя должен признать... выглядела ты чертовски эффектно. Особенно когда прищуриваешь левый глаз перед выстрелом. В этом есть определенный... шарм.
Щёки Маюми мгновенно вспыхнули ещё ярче, но отступать она не собиралась. Сделав ещё полшага вперед, так что носки её туфель коснулись его потертых армейских ботинок, она запрокинула голову, заглядывая снизу вверх в его серо-зеленые глаза:
– Вот как? Значит, наш грозный убийца магов все-таки обращает внимание на такие мелочи? Я думала, тебя интересуют только калибры, смазка для затворов и клубничное молоко.
– Женщины и пули имеют много общего, – Гарри наклонился к ней, сокращая дистанцию до опасного минимума, чувствуя её прерывистое дыхание и тепло, исходящее от миниатюрного тела. – И те, и другие способны пробить броню в самом неожиданном месте. Но пуля хотя бы не требует десертов за каждую калибровку.
– Наглец, – прошептала Маюми, и в её глазах мелькнуло что-то настолько искреннее и волнующее, что у Гарри на долю секунды перехватило дыхание.
Дверь тира с грохотом распахнулась, разрушая повисшую между ними электрическую тишину.
– Эй, голубки! – в помещение ворвалась Эрика Тиба, за которой неторопливо вышагивал Тацуя Сиба. – Хватит ворковать над оружием! Маюми, тебя Мари обыскалась по всей школе. Собрание капитанов команд Турнира Девяти Школ через пятнадцать минут, а список инженерной поддержки первого потока все еще не утвержден!
Маюми мгновенно отпрянула от Гарри, с невероятной скоростью возвращая себе маску безупречного президента студсовета. Она одернула форменный жакет, пригладила волосы и строго посмотрела на вошедших:
– Ватанабэ-сан могла бы проявить чуточку больше терпения. Мы с Поттером-куном проводили плановую калибровку оборудования экстренного реагирования.
– Ага, конечно, – Эрика задорно осклабилась, переводя взгляд с раскрасневшейся Маюми на невозмутимого Гарри, который уже успел достать из кармана новую пачку мятных леденцов. – А судя по температуре воздуха, вы тут пытались растопить северный полюс. Гарри, ты живой? Тебя наша принцесса еще не превратила в ледяную статую?
– Хуже, Эрика, – сокрушенно вздохнул Гарри, закидывая леденец в рот. – Она украла мои дайфуку и теперь требует, чтобы я бесплатно работал её личным оружейником. Куда катится этот мир? В Гонконге за такую работу мне платили полновесным золотом, а здесь — пустые обещания и сверхурочные.
– Ты получишь свою оплату, наемник, – бросила через плечо Маюми, направляясь к выходу. У самых дверей она притормозила, лукаво оглянулась на Гарри и добавила с неподражаемой интонацией: – Сегодня в шесть вечера. Возле станции Сибуя. Есть одно место, где подают потрясающий вишневый пирог. И только попробуй опоздать, Поттер-кун. Иначе я лично внесу тебя в списки участников соревнований по «Монолиту» в качестве живой мишени.
Когда за ней захлопнулась дверь, Эрика присвистнула:
– Ну ты попал, стрелок. Свидание с наследницей Саэгуса. Если об этом прознают папарацци из школьной газеты, тебя вызовет на дуэль половина парней из третьего потока.
– Пусть вызывают, – равнодушно отозвался Гарри, подходя к Тацуе. – Будет повод размять кулаки. Тацуя, ты закончил анализ контуров охлаждения для летной магии Миюки?
Сиба кивнул, доставая из кармана информационный кристалл:
– Твоя идея с предварительной компрессией псионов через обратный рунический клапан сработала. Время удержания высоты увеличилось на двадцать восемь процентов. Но армейские аналитики клана заинтересовались источником этих формул. Мне стоило немалых трудов убедить их, что это мои собственные теоретические выкладки.
– Тетушка Майя прикроет, – Гарри пожал плечами. – Она знает, откуда растут ноги. Главное — чтобы Миюки чувствовала себя уверенно. На турнире на неё будет давить вся магическая элита страны.
– Она справится, – спокойно произнес Тацуя, но в глубине его глаз мелькнула тень той абсолютной, сокрушительной заботы, ради которой он был готов стереть с лица земли целые континенты. – Особенно зная, что в технической зоне находишься ты. Твоя способность блокировать кинетические векторы без создания псионных возмущений — идеальная страховка на случай диверсий.
– Диверсии будут, – помрачнел Гарри, и его лицо мгновенно потеряло всю подростковую беспечность, вернувшись к облику ветерана тайных операций. – «Бланш» разгромлен в городе, но их кураторы из азиатского синдиката «Безголовый Дракон» не оставят турнир в покое. Слишком много ставок на тотализаторе, слишком много влиятельных шишек соберется в одном месте. Я чувствую этот запах, Тацуя. Запах дешевой взрывчатки и наемных стволов.
– Тогда нам придется подготовиться, – так же холодно ответил Сиба.
***
Вечерний район Сибуя переливался миллионами огней гигантских видеоэкранов. Толпы людей текли по пешеходным переходам нескончаемыми реками, шум мегаполиса заглушал мысли, а воздух пах жареными каштанами, выхлопными газами и дорогим женским парфюмом.
Гарри стоял у подножия знаменитой статуи Хатико, засунув руки в карманы черной кожаной куртки. Под курткой привычно и надежно покоились две наплечные кобуры с модифицированными «Береттами». На нем были простые темные джинсы и серая толстовка с капюшоном — идеальный наряд, чтобы раствориться в толпе и не привлекать лишнего внимания.
– Заставляешь даму ждать, Поттер-кун?
Гарри повернул голову и на мгновение забыл, как дышать.
Маюми Саэгуса сменила строгую школьную форму на гражданскую одежду, и эта перемена была сродни разрыву светошумовой гранаты в замкнутом пространстве. На ней было приталенное пальто цвета спелой вишни, короткая плиссированная юбка, плотные черные чулки, подчеркивающие безупречную линию стройных ног, и изящные полусапожки на невысоком каблуке. Каштановые локоны свободно падали на плечи, слегка колыхаясь от вечернего бриза, а на шее был повязан тонкий шелковый шарф.
– Если ты сейчас начнешь цитировать устав школы о запрете на опоздания, я развернусь и уйду, – наконец выдавил Гарри, пытаясь вернуть самообладание. – Ты пришла на три минуты раньше назначенного времени. Это тактический обман противника.
– Это называется пунктуальностью, неотесанный ты варвар, – рассмеялась Маюми, подходя вплотную и совершенно естественно, словно делала это каждый день, беря его под руку. – И вообще, ты должен сказать, как потрясающе я выгляжу. Тебя в твоей Британии совсем не учили манерам благородных джентльменов?
– Благородные джентльмены в моей Британии обычно заканчивали с ножом между ребер в темном переулке, – хмыкнул Гарри, но руку не отнял, чувствуя, как тепло её ладони проникает сквозь плотную ткань куртки. – Но ты выглядишь... опасно. В смысле — смертельно привлекательно. Если какой-нибудь местный плейбой посмеет к тебе подкатить, мне придется пристрелить его просто из чувства эстетической справедливости.
Маюми зарделась, прижавшись к его плечу чуть плотнее:
– Вот видишь, можешь же, когда захочешь. Пошли, кровожадный ты рыцарь. Вишневый пирог сам себя не съест.
Кафе «Этуаль», спрятанное на втором этаже старого кирпичного здания в тихом переулке за торговым центром, оказалось уютным островком спокойствия посреди бушующего мегаполиса. Здесь играл негромкий джаз, пахло корицей и свежемолотой арабикой, а столики были разделены деревянными перегородками с живым плющом.
Они сидели у окна, наблюдая за суетой внизу. На столе перед ними стоял фарфоровый чайник с темным ароматным чаем и две тарелки с фирменным десертом — слоеным пирогом, источающим пар и густой запах спелой вишни с миндалем.
– М-м-м... – Гарри блаженно прикрыл глаза, отправив в рот первый кусок. – Черт дери, я готов признать поражение. Ради этого стоило переплыть океан и терпеть твои издевательства в студсовете.
– Я знала, что тебе понравится, – улыбнулась Маюми, маленькой ложечкой отламывая кусочек от своей порции. Она внимательно наблюдала за парнем сквозь пар от чая. – Гарри... можно задать тебе вопрос? Серьезный. Без шуток про оружие и кланы.
Гарри медленно опустил вилку. Взгляд его серо-зеленых глаз стал внимательным:
– Валяй, президент.
– Ты... скучаешь по дому? По той жизни, которая осталась там?
Юноша посмотрел в окно. Огни рекламных щитов дробились в каплях начинающегося дождя на стекле.
– Нет, – ответил он просто и без колебаний. – Там не было дома, Маюми. Поместье Поттеров было золоченой клеткой, в которой я был невидимкой. Знаешь, каково это — сидеть за праздничным столом в собственный день рождения и слышать, как все тосты поднимаются только за твоего брата? Видеть, как мать обнимает его, целует в лоб и говорит, какая он гордость, а потом поворачивается к тебе и с раздражением спрашивает, почему ты еще не вымыл обувь перед выходом?
Маюми тихо сжала пальцы на скатерти.
– Я научился выживать один, – продолжал Гарри глухим, ровным голосом. – Улицы Лондона, подворотни Гонконга, казармы в Роанапуре... Там было грязно, там пахло порохом и кровью, но там хотя бы не было лжи. Если враг хотел вышибить тебе мозги, он стрелял в лицо, а не улыбался и не рассуждал о «Высшем благе». Здесь, в Японии... благодаря тетушке Майе, Тацуе, Миюки... и тебе... я впервые за шестнадцать лет почувствовал, что мне не нужно спать с открытыми глазами и пистолетом под подушкой.
– Гарри... – Маюми протянула руку через стол и накрыла его ладонь своей. Её пальцы были теплыми и нежными. – Ты удивительный человек. Большинство магов на твоем месте сломались бы. Или превратились бы в чудовищ, жаждущих мести. А ты... ты продолжаешь защищать тех, кто рядом. Даже когда ворчишь и жалуешься на сверхурочные.
– Это профессиональная деформация, куколка, – попытался отшутиться Гарри, но голос его дрогнул. Он перевернул ладонь и переплел свои пальцы с её пальцами. – Синдром дурака, который не может пройти мимо чужой беды. Старик Зелретч назвал бы это неизлечимой формой идиотизма.
– Тогда я рада, что ты болен этим идиотизмом, – тихо произнесла Маюми, глядя ему прямо в глаза с такой пронзительной нежностью, что в груди у Гарри что-то сладко и мучительно сжалось.
Она подалась вперед через столик. Её лицо оказалось совсем рядом. Гарри почувствовал аромат вишни от её губ. Воздух между ними словно наэлектризовался, граница между школьными товарищами, магами противоборствующих кланов и просто парнем и девушкой истончилась до предела.
И в этот момент в ухе Гарри тихо зашипел скрытый микронаушник связи, настроенный на частоту экстренных служб безопасности Йоцуба.
*«Внимание объекту Ноль-Семь. Зафиксировано перемещение неидентифицированной штурмовой группы в районе Сибуя, сектор четыре. Направление — переулок за кафе „Этуаль“. Источник — гонконгский синдикат. Уровень угрозы — красный. Рекомендуется эвакуация VIP-персоны Саэгуса.»*
Гарри не вздрогнул. Его лицо не изменилось ни на миллиметр. Но пальцы, сжимавшие руку Маюми, на долю секунды напряглись.
Девушка мгновенно почувствовала перемену. Её боевой опыт был колоссален:
– Что-то не так?
– Кажется, наш романтический вечер придется слегка скорректировать, принцесса, – спокойно произнес Гарри, медленно убирая руку и доставая из кармана купюру, чтобы положить её на счет. – Хвост. Профессионалы. Заходят с пожарной лестницы и блокируют переулок внизу. Восемь... нет, десять целей. Судя по сигнатуре псионов — наемники с материка, напичканные боевыми стимуляторами.
Маюми нахмурилась, её вишневые глаза блеснули опасным багровым огнем:
– «Безголовый Дракон»? Они посмели сунуться в центр Токио?
– Они охотятся либо за тобой, чтобы сорвать участие Саэгуса в турнире, либо за мной, потому что старые долги Триады имеют привычку всплывать в самый неподходящий момент, – Гарри поднялся из-за стола, натягивая капюшон толстовки. – Уходим через служебный выход на крышу. В зале слишком много гражданских. Если начнется перестрелка, мы разнесем кафе в щепки.
– Согласна, – Маюми мгновенно собралась, её CAD уже скользнул из потайного кармана пальто прямо в ладонь. – Веди, стрелок.
***
Ночной дождь хлестал по жестяной кровле старого складского комплекса, примыкающего к зданию кафе. Ветер завывал между вентиляционными трубами, срывая капли воды и превращая их в водяную пыль.
Дверь на крышу с грохотом распахнулась от удара ноги.
Гарри и Маюми выскользнули наружу, мгновенно рассредоточившись по позициям. Гарри укрылся за массивным бетонным блоком лифтовой шахты, выхватывая обе модифицированные «Беретты». Маюми скользнула за вентиляционную установку, вскидывая свой компактный CAD.
Из темноты, сквозь пелену ливня, бесшумно вынырнули тени.
Десять человек в глухих тактических комбинезонах из армированного кевлара, лица скрыты масками ночного видения. В руках — укороченные штурмовые винтовки с интегрированными глушителями и специализированные армейские CAD на предплечьях. Никаких опознавательных знаков. Чистильщики синдиката высочайшего класса.
– Рассредоточиться! – прошипел сквозь шум дождя командир группы на кантонском диалекте. – Девчонку брать живой, парня ликвидировать на месте!
– Эй, ублюдки! – раздался из-за шахты громкий, насмешливый голос Гарри на безупречном, чистейшем китайском с характерным акцентом триад Коулуна. – Ваша мама не учила вас, что прерывать свидание красивой девушки — это верный способ отправиться на перерождение в виде навозных жуков?!
– Огонь!
Ночь разорвалась треском очередей.
Десятки зачарованных бронебойных пуль калибра 5.56, окутанных псионными вихрями для пробития магических щитов, ударили в бетонную шахту, выбивая тучи каменной крошки.
Гарри не стал ждать, пока укрытие разнесут в пыль.
*ШАГ ВПЕРЕД.*
Он вылетел из-за укрытия в скользящем падении на мокрую жесть крыши — классический прием мистера Чанга. Тело двигалось с нечеловеческой, балетной грацией, нарушая законы инерции.
*БАХ-БАХ! БАХ-БАХ!*
Два пистолета в его руках запели свою смертоносную песню. Но это были не обычные выстрелы. Гарри пустил по стволам чистый, первородный холод своей истинной родословной.
Пули, вылетавшие из «Беретт», были объяты сапфировым сиянием абсолютного нуля. Первая пара вошла в грудь ведущему штурмовику. Кевларовый бронежилет высшего класса защиты мгновенно заиндевевшего типа просто лопнул, как сухое печенье, не выдержав криогенного удара. Тело наемника отбросило назад, скованное льдом ещё до того, как оно коснулось крыши.
Второй стрелок попытался навести ствол винтовки на скользящего по мокрому металлу юношу, но вторая пуля Гарри ударила точно в казенную часть его оружия. Металл винтовки мгновенно промерз до молекулярного распада и взорвался ледяными осколками прямо в руках боевика, ослепляя и выводя его из строя.
– Маюми, левый фланг, три цели за трубами! – крикнул Гарри, крутанувшись на спине и уходя перекатом от ответной очереди.
– Принято! – звонкий девичий голос звенел сталью.
Саэгуса выскользнула из укрытия. Её движения были быстрыми, как полет ласточки. Модифицированный Гарри CAD в её руках заработал на пределе возможностей.
– «Магические пули: Веерный шквал сухого льда»!
Воздух на крыше взорвался. Десятки светящихся лазурных сфер сорвались со ствола её оружия, огибая вентиляционные шахты по невероятным дугам. Три наемника на левом фланге даже не успели активировать персональные барьеры — шквал сжатой кинетики смел их, впечатав в кирпичную стену соседнего здания с сокрушительной силой, ломая ребра и выбивая сознание.
– Твою мать, это монстры! – заорал оставшийся командир группы, видя, как половина его элитного отряда легла за неполные пять секунд. – Активировать глушитель псионов! Подавить их!
Двое оставшихся боевиков сорвали с поясов тяжелые цилиндрические гранаты — армейские излучатели кастомизированных пушионных волн, способные временно разорвать связь мага с информационным телом мира (Идеей).
– Назад, Маюми! – крикнул Гарри, видя, как цилиндры полетели в их сторону.
– Мой CAD заблокирован! – крикнула девушка, почувствовав, как псионные каналы в её теле отозвались резкой, колющей болью от начавшегося излучения помех.
Гарри оскалился.
– Заблокирован CAD? – его голос прозвучал так, будто он услышал самую смешную шутку в своей жизни. В глазах вспыхнул тот самый безумный серебряный огонь, который когда-то обратил в бегство лорда Волан-де-Морта. – Какая жалость, уроды... Моему оружию не нужны ваши чертовы компьютеры!
Он поднялся во весь рост под проливным дождем.
Капли воды, падавшие на его плечи, мгновенно застывали, превращаясь в мелкий белый град. Гарри скрестил руки с пистолетами перед грудью, а затем с чудовищной силой развел их в стороны.
*«НИФЛЬХЕЙМ: АБСОЛЮТНАЯ СТЕРИЛИЗАЦИЯ».*
Это не было заклинанием из современных магических справочников. Это было пробуждение древней, спящей крови Дореи Блэк и клана Йоцуба, доведенное до концептуального предела тренировками в чистилище Алайи.
Волна ледяного безмолвия прокатилась по крыше со скоростью ударной волны.
Летящие гранаты-глушители замерли в воздухе, покрывшись коркой инея толщиной в ладонь, а затем беззвучно рассыпались в сверкающую алмазную пыль. Дождь над крышей прекратился — все капли воды в радиусе тридцати метров мгновенно обратились в тончайшие ледяные иглы, зависшие в пустоте.
Оставшиеся четверо боевиков синдиката застыли, не в силах пошевелиться. Температура упала до минус шестидесяти градусов по Цельсию за доли секунды. Их оружие вымерзло, пальцы потеряли чувствительность, а легкие обжигало морозным воздухом при каждой попытке сделать вдох.
Гарри опустил пистолеты. Ленивым, уверенным шагом Данте, поигрывая тяжелыми стволами на пальцах, он подошел к дрожащему командиру наемников, который рухнул на колени, глядя на шестнадцатилетнего подростка с первобытным, животным ужасом.
– Передай своим хозяевам в Гонконге, – Гарри присел на корточки перед побелевшим лицом командира, ткнув холодным дулом «Беретты» прямо ему в лоб, – что этот город находится под защитой клана Йоцуба. А эта девушка... – он бросил короткий взгляд через плечо на Маюми, которая стояла позади, затаив дыхание и глядя на него расширенными глазами, – эта девушка находится под моей личной защитой. Если хоть одна шавка из «Безголового Дракона» посмеет взглянуть в её сторону на Турнире Девяти Школ... я приеду в ваш проклятый порт и утоплю весь ваш синдикат в гавани Виктория. Вы меня поняли?
– П-понял... – простучал зубами наемник, едва не теряя сознание от леденящего ужаса, исходившего от серо-зеленых глаз юноши.
– А теперь — спать, – Гарри коротко, выверенно ударил рукоятью пистолета боевика в висок, отправляя его в глубокий нокаут.
***
Спустя пятнадцать минут на крыше уже работали клинеры Йоцуба под личным руководством Хаямы. Без лишних слов, с идеальной слаженностью профессиональных ликвидаторов, они паковали бесчувственные тела боевиков в изолирующие пластиковые мешки и смывали следы криогенного разрушения специальными химическими реагентами.
Гарри и Маюми стояли чуть в стороне, под навесом эвакуационной лестницы.
Дождь постепенно стихал, ночной воздух был свежим и пах озоном.
– Твоя магия... – тихо произнесла Маюми, нарушая затянувшееся молчание. Она стояла, обхватив себя руками за плечи, и смотрела на Гарри снизу вверх. – Это был не просто лед, Поттер-кун. Ты заморозил даже псионные колебания глушителей. Ты остановил саму информацию. Это магия Стратегического класса.
Гарри вздохнул, убирая пистолеты в кобуры и натягивая куртку:
– Напугал? Можешь не отвечать. Я знаю, как это выглядит со стороны. В Англии меня за это считали темным монстром. Говорили, что нормальный человек не может повелевать таким холодом.
Маюми медленно покачала головой.
Она сделала шаг вперед, приблизившись к нему вплотную. Её маленькие, изящные ладони поднялись и легли на лацканы его кожаной куртки. Она не дрожала. В её вишневых глазах не было ни капли страха — лишь глубокое, всепоглощающее восхищение и нечто куда более теплое, заставившее сердце Гарри пропустить удар.
– Ты идиот, Гарри Поттер, – прошептала она, и её голос был мягким, как бархат. – Монстры используют силу, чтобы разрушать и запугивать. А ты... ты только что закрыл меня собой от пулеметного огня. Ты использовал свой холод, чтобы не дать взорваться гранатам и спасти людей внизу.
Она приподнялась на цыпочки.
Её дыхание коснулось его губ.
– Ты не монстр, стрелок. Ты мой рыцарь. Пусть даже у твоего рыцаря вместо меча два