Убийца Волшебников и Тайна Кристальной пещеры.
Баллада о тыквенной баллистике и призраках отцовского дома
– …СЕТКА С ТЯЖЕЛЫМИ СВИНЦОВЫМИ ГРУЗИЛАМИ! – истошно завопил Фред Джонс, со всей дури вдавливая тугой спуск пневматического гарпуна.
Сжатый воздух с глухим хлорным свистом вытолкнул из широкого дула сложенное полотно. Сетка из толстого капронового шнура раскрылась в воздухе правильным четырехметровым куполом, звякнув литыми балансирами, и с идеальной геометрической точностью накрыла шатающуюся фигуру безголового монстра.
Для существа, на чьей поролоновой шее уже красовалась пятнадцатифунтовая спелая тыква, это стало последней каплей.
Сломанная алюминиевая ходуля подломилась с противным хрустом. Монстр запутался в собственных волочащихся погребальных пеленах, нелепо взмахнул в воздухе каменной палицей и с протяжным грохотом рухнул брюхом прямо на аккуратную клумбу с белыми бегониями. Сверху его тут же припечатала сорванная бельевая веревка вместе с сушившимися хлопковыми простынями.
– ЕСТЬ! ЗАФИКСИРОВАН! – ликовал Фред, спрыгивая с подножки фургона и бросаясь вперед с мотком армированного скотча наперевес. – Натяжение строп равномерное, узел «кракен» сработал идеально!
– Отойди, Джонс, пока он не достал нож, – сухо бросил Гарри Поттер, спрыгивая с перил террасы.
Поттер не спеша подошел к бьющейся в сетке бесформенной куче тряпья, поролона и раздавленной тыквы. Его тяжелый армейский ботинок с глухим стуком опустился на деревянное топорище палицы, намертво прижимая бутафорское оружие к мокрому дерну.
Из недр расколотого овоща продолжали доноситься яростные, придушенные проклятия:
– Кха-кха! Да снимите же это немедленно! Глаза щиплет! Вся пасть в этой чертовой мякоти!
Дафна, осторожно выбравшаяся из фургона следом за Шэгги и Скуби, недоуменно моргнула:
– Погодите… Этот голос. Он совсем не похож на древнего перуанского жреца племени Хиваро.
– Разумеется, не похож, – Велма Динкли спустилась по ступенькам террасы, на ходу убирая блокнот в карман свитера. На ее лице играла легкая, всепонимающая улыбка аналитика. – Если, конечно, индейские шаманы шестнадцатого века не выписывали кулинарные журналы и не пользовались французским кремом для рук с экстрактом ромашки.
Гарри нагнулся, ухватился за зеленую плодоножку тыквы и с усилием потянул вверх.
ЧПОК!
Спелый овощ с влажным чавканьем слетел с головы пленника, осыпав траву оранжевыми волокнами и белыми семечками. Следом за тыквой Поттер безжалостно сдернул проволочный каркас с поролоновыми плечами и бутафорской культей шеи, обнажив скрытый под ними легкий альпинистский шлем с пластиковым забралом.
Шлем расстегнулся.
На траву, тяжело отдуваясь и размазывая по лицу тыквенное пюре вперемешку с потекшей тушью, выбралась миссис Мэрион Спартан.
– МИССИС СПАРТАН?! – хором ахнули Фред и Дафна.
– Р-Хозяйка?! – Скуби-Ду от удивления сел на хвост, вывалив длинный розовый язык.
Шэгги почесал затылок, нервно озираясь:
– Чува-а-ак… Я, конечно, знал, что семейная жизнь — штука сложная, но чтобы надевать на себя двухметровый труп без головы и пугать собственного мужа палицей с гвоздями… Это какой-то запредельный уровень супружеских скандалов!
В этот момент из разбитых дверей особняка на террасу выскочил сам доктор Рик Спартан. Великий исследователь все еще кутался в шкуру росомахи, но в правой руке воинственно сжимал двуствольный дробовик для охоты на слонов:
– СТОЯТЬ НА МЕСТЕ, ДЕМОН АНД! ИЗЫДИ В СВОИ ПЕРУАНСКИЕ БОЛОТА, ИБО С ТОБОЙ ГОВОРИТ КАВАЛЕР ОРДЕНА ЗОЛОТОГО…
Он запнулся на полуслове. Его глаза полезли на лоб, челюсть отвисла, а тяжелое ружье со стуком выпало из ослабевших пальцев прямо на ступени:
– Мэрион?.. Дорогая?.. Ты… Ты Страж Культа Слез?!
– Заткнись, Рик! Просто заткнись! – в ярости выкрикнула женщина, безуспешно пытаясь выпутаться из капроновых сетей Фреда. Ее уставшее лицо покраснело от унижения и бешенства. – «Кавалер ордена»! «Великий охотник»! Ты хоть раз в жизни заглядывал в почтовый ящик, идиот?!
– Но… Но древнее проклятие… – пролепетал Спартан, сжимаясь под ее взглядом.
– Единственное проклятие в этом доме — это твоя неизлечимая инфантильность! – Мэрион наконец выдернула руку из петли и ткнула испачканным пальцем в сторону мужа. – Банк прислал третье уведомление об отчуждении имущества! Наш долг по второй ипотеке перевалил за триста тысяч долларов! Ты заложил поместье, чтобы купить этот чертов сухогруз для перуанской авантюры! Ты привез из джунглей не золото инков, а ящик дохлых жуков, тридцать чучел обезьян и вот эту… вот эту сушеную картофелину с волосами!
Она с отвращением сплюнула прилипшее к губе тыквенное семечко:
– Ни одно издательство больше не берет твои бредовые мемуары! Кабельный канал закрыл передачу! Нам нечем платить за электричество, Рик! Зато ты заказал из Лондона подлинный викторианский костюм для сафари за пять тысяч фунтов!
– И ты решила… инсценировать нападение призрака? – тихо спросила Дафна, с жалостью глядя на несчастную женщину.
– А что мне оставалось?! – всхлипнула Мэрион, утирая нос рукавом засаленного кардигана. – Если бы Спартана растерзало «древнее чудовище», страховая компания не выплатила бы ни цента из-за пункта о форс-мажоре в зоне оккультных рисков. Но если бы Рик до смерти перепугался, признал, что артефакт смертельно опасен, и согласился продать свою коллекцию редкостей частному японскому фонду за пару миллионов… Мы бы закрыли долги! Мы смогли бы жить как нормальные люди! Купить домик во Флориде, сажать петунии…
Она перевела полный ненависти взгляд на Гарри:
– Все шло идеально! Я наняла театрального пиротехника для тумана, собрала ходули по схеме цирковых эквилибристов, встроила динамик… Рик уже готов был бежать в полицию и подписать отказ от дома! Но тут появился этот… этот терминатор с тыквой!
Гарри стоял, прислонившись плечом к стволу сосны, и неторопливо закуривал помятую сигарету. На его скулах играли тени от пламени зажигалки.
– Знаешь, Мэрион… – размеренно произнес британец, выпуская густую струю дыма в ночное небо. – В Роанапуре был один бухгалтер. Работал на наркокартель Манисарела. Когда боссы промотали общак на шлюх и скачки, он не стал наряжаться в зомби без башки, чтобы намекнуть им на финансовую дисциплину. Он просто перевел остатки средств на номерной счет на Кайманах, заминировал лимузин шефа тремя шашками пластида и спокойно улетел в Швейцарию под чужим паспортом. Это было рационально. Это решало проблему кардинально.
Поттер покачал головой, стряхивая пепел на разбитую ходулю:
– А ты потратила два месяца на то, чтобы склеить костюм из поролона и пугать мужика, который и без того писается от каждого шороха в кустах. Вместо того чтобы подать на развод, отсудить половину его дурацких мачете и сдать этот балаган под снос застройщикам. Женщины Кристальной Пещеры заслуживают отдельной палаты в институте судебной психиатрии.
– Эй! – возмущенно вскинулась Велма, сердито сверкнув очками.
– К тебе это относится во вторую очередь, Динкли, – не моргнув глазом, парировал Гарри. – Ты хотя бы бросаешься канализационными трубами, а не сушеными головами. В этом есть зачатки инженерной мысли.
Фред подошел к Спартану. В глазах лидера «Корпорации Тайна» больше не было того детского, щенячьего восторга, с которым он слушал авантюриста в школьном классе. На блондина было больно смотреть: его кумир, человек, написавший сорок книг о мужестве и выживании в первобытных дебрях, сейчас стоял на коленях в мокрой траве, жалкий, постаревший на десять лет, не способный даже взглянуть в глаза собственной жене.
– Вы врали, – глухо сказал Фред. – В ваших книгах… Там не было никакого преодоления стихии. Вы просто убегали от долгов и ответственности.
– Фредди… сынок… – пролепетал Рик, протягивая дрожащую руку. – Джунгли… они не такие, как город… Там все проще…
– В джунглях нет неоплаченных счетов за газ, да? – жестко отрезал Фред, отворачиваясь. – Пойдемте, ребята. Шериф Стоун уже едет. Ему понравится история про индейское проклятие с привкусом тыквенной каши.
***
Следующие три дня в Кристальной Пещере выдались на редкость серыми и промозглыми. Океан штормил, выбрасывая на пустынные пляжи бурые космы водорослей и обломки рыбацких сетей.
В мастерской Гарри Поттера царила рабочая, сосредоточенная тишина.
Под потолком тускло горели пыльные люминесцентные лампы. На тяжелом дубовом верстаке лежали аккуратно разложенные детали разобранного двенадцатизарядного карабина «Винчестер», а рядом, на металлической плите, Фред Джонс увлеченно паял контакты на тонкой текстолитовой плате.
Блондин изменился за эти дни. Исчезла его привычная экзальтированная болтовня о «великих ловушках древности». Он работал молча, сосредоточенно, впитывая каждое замечание Гарри, словно новобранец в учебном лагере коммандос.
– Сопротивление на датчике обрыва цепи должно быть не меньше двух килоом, Джонс, – не отрываясь от чистки затвора, произнес Гарри. – Иначе при перепаде влажности от морского тумана у тебя начнется самопроизвольная детонация сигнальных патронов.
– Я использую герметичные реле с золочеными контактами, – отозвался Фред, ловко орудуя паяльником. – Погрешность срабатывания — ноль целых четыре десятых миллисекунды. Если кто-то наступит на натяжной шнур, контур замкнется до того, как его стопа коснется грунта.
– Неплохо, – сдержанно кивнул Поттер. – Из тебя мог бы получиться толковый сапер в полку специального назначения. Если бы ты не тратил столько времени на дурацкие сети с рыболовными крючками.
Фред отложил паяльник, вытер лоб тыльной стороной ладони, испачканной канифолью, и посмотрел на Гарри:
– Знаешь… Доктор Спартан был последним.
– В каком смысле?
– Последним героем из моих детских журналов, – криво усмехнулся парень, разглядывая блестящую дорожку олова на плате. – Сначала выяснилось, что великие изобретатели города воруют патенты. Потом — что легендарные спортсмены продают матчи за страховку. Теперь — Спартан, который оказался просто трусом, прячущимся от собственной жены за крокодильими шкурами. Такое чувство, Гарри, будто в этом городе все взрослые — либо законченные психи, либо мерзавцы, нацепившие маски благодетелей.
Гарри отложил промасленную ветошь. В его зеленых глазах промелькнула холодная, древняя печаль, которую Фред часто видел у старых фронтовиков в городском парке ветеранов.
– Добро пожаловать в реальный мир, Джонс, – тихо сказал Поттер. – В нем нет белых рыцарей. Люди слабы. Они ломаются под тяжестью долгов, зависти, страха перед старостью или забвением. Твой Спартан — не монстр. Он просто мелкий, перепуганный дурак, который не умеет ничего, кроме как вязать узлы и сочинять небылицы.
Гарри подошел к верстаку, оперся о него ладонями и посмотрел прямо в лицо блондину:
– Запомни одну вещь, парень. Если ты ищешь идеального лидера, за которым можно идти с закрытыми глазами — ты либо подохнешь в первой же канаве, либо станешь таким же палачом, как я. Не сотвори себе кумира. Смотри на факты. Проверяй сектора обстрела сам. И доверяй только тем, кто прикроет твою спину, когда начнется настоящая стрельба.
Фред помолчал несколько секунд, переваривая услышанное, а затем уверенно кивнул:
– Я понял. Спасибо, Гарри.
Дверь мастерской скрипнула, и в помещение вихрем ворвалась Велма.
Девушка была в своем любимом оранжевом свитере, поверх которого была наброшена влажная от дождя дубленка. Ее щеки пылали от быстрой ходьбы, а очки запотели. В руках она сжимала тяжелую кожаную папку с гербом мэрии Кристальной Пещеры.
– Мальчики, бросайте свои железки, – выпалила она, переводя дух. – У нас чрезвычайная ситуация. И на этот раз дело касается не полоумных биологов.
Фред мгновенно подобрался:
– Что случилось, Велма?
– Твой отец, Фред, – Велма положила папку на свободный край стола и сняла очки, протирая их подолом свитера. – Полчаса назад он лично вызвал шерифа Стоуна и объявил в ратуше режим экстренной угрозы. Мэр утверждает, что его родовое поместье осаждено паранормальными силами.
– ЧТО?! – Фред побледнел. – Отец? Но он никогда… Он презирает мистику! Он всегда повторял, что призраки хороши только для продажи сувениров туристам!
– На этот раз он не продает сувениры, – покачала головой Динкли. – Служанка сбежала из особняка в одной ночной рубашке. Она клянется, что по коридорам второго этажа бродят стонущие тени в испанских латах шестнадцатого века, а в кабинете мэра сам по себе загорается холодный синий огонь. Городской совет в панике. Стоун оцепил поместье, но боится переступить порог. Мэр Джонс заперся в своем арсенале и стреляет из охотничьего карабина во все, что шевелится за дверью.
Гарри медленно выпрямился, и его брови сошлись на переносице. В голове ликвидатора мгновенно выстроилась цепочка недавних событий:
*«Мантикора в луна-парке. Мэр Джонс, который странно быстро сбежал с ярмарки прямо во время нападения монстра. Перевернутая вверх дном комната Фреда. Поиски Планисферы… А теперь — призраки в его собственном доме?»*
– Здесь что-то не сходится, – холодно произнес Поттер, подходя к оружейному шкафу. – Джонс-старший — прожженный коррупционер и манипулятор. Такие люди не стреляют в призраков от страха. Они стреляют только тогда, когда кто-то пытается отобрать у них то, что они украли сами.
Он распахнул стальные створки шкафа.
Внутри тускло блеснули ряды оружия: короткие штурмовые дробовики Remington 870, тяжелые пистолеты, ящики с патронами и разгрузочные жилеты. Гарри привычным, отточенным до автоматизма движением достал свой Calico M960 с цилиндрическим магазином на пятьдесят патронов, проверил ход затвора и бросил Фреду пару легких кевларовых бронежилетов скрытого ношения:
– Надевай, Джонс. И не спорь.
– Гарри, ты думаешь, отцу грозит реальная опасность? – голос Фреда дрогнул. Несмотря на все разногласия с родителем, блондин по-прежнему оставался его сыном.
– Я думаю, твой отец наконец-то нарвался на кого-то, кто играет крупнее, чем он сам, – жестко отрезал британец, защелкивая ремень кобуры на бедре. – Профессор Перикл или Мистер И. Они делают свой ход. Выдвигаемся.
***
Поместье мэра Фредерика Джонса-старшего возвышалось над Кристальной Пещерой, словно мрачный феодальный замок.
Построенное в псевдоготическом стиле из серого гранита, с остроконечными башенками, коваными решетками и тяжелыми дубовыми воротами, оно утопало в вековых вязах, чьи голые ветви сейчас царапали свинцовое предгрозовое небо.
Вокруг усадьбы царил абсолютный хаос.
Три патрульные машины шерифа стояли поперек подъездной аллеи с включенными проблесковыми маячками, заливая мокрый гравий тревожными всполохами красно-синего света. Сам шериф Бронсон Стоун, натянув бронежилет поверх парадного мундира задом наперед, нервно расхаживал возле капота, сжимая в руке мегафон:
– ГОСПОДИН МЭР! ЭТО ШЕРИФ СТОУН! МЫ КОНТРОЛИРУЕМ ПЕРИМЕТР! ПОЖАЛУЙСТА, ПРЕКРАТИТЕ СТРЕЛЯТЬ СКВОЗЬ ВИТРАЖИ СТОЛОВОЙ, ЭТО АНТИКВАРИАТ СЕМНАДЦАТОГО ВЕКА!
БА-БАХ!
В ответ со второго этажа особняка грохнул винтовочный выстрел. Свинцовая пуля выбила сноп искр из каменной горгульи на воротах, и Стоун с писком ласточкой нырнул в декоративный кустарник:
– ОН СНОВА СТРЕЛЯЕТ! ОН ПРИНЯЛ МОЮ ФУРАЖКУ ЗА ИСПАНСКОГО КОНКИСТАДОРА!
В этот момент на гравий с шуршанием выкатились «Мистический фургон» и черная «Импала» Гарри Поттера.
Из машин высыпала вся команда. Дафна была бледна, Шэгги нервно икал, прижимая к себе дрожащего Скуби, а Фред уже бежал к шерифу, на ходу натягивая куртку:
– Шериф! Что там происходит?! Где отец?!
Стоун высунул перепачканное грязью лицо из кустов, сердито поправляя сбитую фуражку:
– Где-где… Забаррикадировался в кабинете на третьем этаже! Кричит, что дом проклят конкистадорами Франсиско де Серро! Что тени требуют отдать им «Печать Конкисты»! Я послал туда двух помощников — они вылетели из парадных дверей через три минуты с седыми висками! Говорят, стены текут кровью, а из камина лезут призрачные псы в железных ошейниках!
– Истерический психоз с галлюцинаторным синдромом, – констатировала Велма, подходя ближе и вглядываясь в темные окна особняка. – Либо классическое применение психотропных аэрозолей короткого действия. Гарри, помнишь газ «Афродиты»?
Поттер стоял чуть позади, засунув руки в карманы куртки. Его взгляд методично сканировал крышу, водосточные трубы и вентиляционные отдушины усадьбы.
– Нет, – тихо произнес он. – Психотропный газ не умеет глушить сотовую связь.
Он вытащил из кармана свой модифицированный армейский сканер радиочастот. Маленький жидкокристаллический дисплей прибора бешено мигал красным:
– Плотное направленное электромагнитное поле в диапазоне от пятисот мегагерц до двух гигагерц. Кто-то врубил широкополосную «глушилку» военного образца прямо под коньком крыши. Здесь не просто призраки, Динкли. Здесь работает профессиональная группа радиоэлектронной борьбы.
Лицо Фреда окаменело. В глазах парня вспыхнула та самая холодная, решительная ярость, которую Гарри так ценил в настоящих бойцах:
– Мы идем внутрь. Прямо сейчас.
– Фредди, милый, это может быть смертельно опасно! – Дафна схватила его за рукав. – Если там профессионалы…
– Там мой отец, Дафна, – твердо сказал Фред, мягко, но непреклонно высвобождая руку. – Каким бы он ни был… он моя семья. Я не оставлю его там.
Гарри коротко усмехнулся углом рта, хлопнув блондина по плечу:
– Правильные слова, Джонс. Семья — это дерьмо, но бросать своих в огне не положено по уставу. Велма, Дафна — остаетесь у фургона, контролируете внешний периметр и рацию. Шэгги, Скуби…
– МЫ ОСТАЕМСЯ В МАШИНЕ ПОД ОДЕЯЛОМ! – радостно взвизгнул Шэгги, уже затягивая Скуби внутрь фургона. – Мы будем охранять запасы печенья ценой собственной жизни!
– Динкли, внутрь ни ногой, – строго посмотрел Гарри на Велму.
Девушка нахмурилась, поправила очки и шагнула к нему вплотную:
– Не командуй мной, Поттер. Если там акустические или оптические иллюзии — Фред с ними не разберется. Ему нужен мой спектрометр. Я иду с вами. И это не обсуждается.
Гарри посмотрел в ее упрямые карие глаза, вздохнул и покачал головой:
– Ты невыносима, женщина. Держись строго за моей спиной. Если я скажу «лечь» — падаешь в пыль и не думаешь о чистоте своего свитера. Пошли.
***
Внутри особняк мэра напоминал декорацию к фильму ужасов категории «Б», помноженную на высокотехнологичную диверсию.
Входные дубовые двери были сорваны с петель и валялись на мраморном полу холла. В воздухе висел плотный, белесый, пахнущий озоном и жженой резиной туман. Температура внутри здания упала почти до нуля — изо рта вырывались клубы пара.
Где-то в глубине дома монотонно, с чудовищной акустической силой капала вода.
КАП. КАП. КАП.
Каждый удар капли отдавался в ушах тяжелым, низкочастотным гулом, от которого вибрировали зубы, а к горлу подкатывала тошнота.
– Инфразвуковой генератор… – прошептала Велма, прижимая ладони к вискам. Она достала из сумки портативный анализатор частот: – Частота около семи герц. Так называемый «звук страха». Он вызывает спонтанную панику, аритмию и зрительные галлюцинации у любого, кто находится в зоне действия дольше трех минут.
– Источник в подвале или вентиляционной шахте, – Гарри уже держал Calico наготове, двигаясь в классической стойке зачистки помещений: мягкий перекат с пятки на носок, ствол направлен в сектор движения глаз. – Джонс, где лестница в кабинет?
– В конце галереи предков, направо! – Фред сжимал в руках тяжелый моток кевларового шнура и модифицированный электрошокер.
Они двинулись по широкому коридору, стены которого были увешаны портретами прежних мэров и основателей города.
И тут дом ожил.
У-У-У-У-У-Х-Х-Х…
Заунывный, леденящий душу стон прокатился под сводами лепного потолка.
Тени на стенах внезапно отделились от штукатурки. Прямо из воздуха, мерцая мертвенно-синим фосфоресцирующим светом, соткались три призрачные фигуры.
Это были испанские конкистадоры в изрубленных кирасах, с пробитыми ржавыми морионами на черепах. Их лица представляли собой иссохшую, серую плоть с горящими углями глазниц. В костлявых руках они сжимали длинные тяжелые рапиры и алебарды, с которых капала густая темная жидкость.
– ПРОКЛЯТИЕ ДЕ СЕРРО-О-О! – взвыл замогильный голос, исходивший сразу отовсюду. – ВЕРНИ ЗОЛОТО ПЛАНИСФЕРЫ, ВОР! ТВОЯ КРОВЬ ОМОЕТ КАМНИ КОНКИСТЫ!
Фред инстинктивно отшатнулся, вскидывая шокер:
– Они… Они настоящие?! Они парят в воздухе!
– Голографическая проекция высокой четкости с объемной лазерной разверткой на взвесь аэрозольного тумана, – механическим, абсолютно лишенным страха голосом отчеканила Велма, хотя ее пальцы мелко дрожали. – Проекторы вмонтированы в плинтуса! Не смотрите на них, это сенсорная перегрузка!
– Динкли права, – осклабился Гарри. – Но голограммы не умеют стрелять. А вот те, кто сидит за пультом — вполне.
Поттер резко вскинул пистолет-пулемет к правому плечу.
Но он целился не в призраков.
Его взгляд намертво зафиксировал темный угол под лепным карнизом на высоте четырех метров, где за паутиной и бронзовой люстрой тускло мерцал крошечный красный огонек оптического датчика.
ТАТ-ТАТ-ТАТ!
Короткая, хирургически точная очередь из трех патронов калибра девять миллиметров разорвала тишину коридора.
Пули разнесли скрытый проектор в пыль. Раздался треск короткого замыкания, сноп ярких синих искр брызнул на паркет, и сияющий призрак конкистадора мгновенно схлопнулся, оставив после себя лишь облачко вонючего пластикового дыма.
– Минус один кинотеатр, – бросил Гарри, меняя сектор. – Вперед! Наверх!
Они взлетели по широкой мраморной лестнице на третий этаж.
Здесь пахло пороховой гарью. В тяжелой дубовой двери кабинета мэра