← Назад к обзору

Ван Пис

Алое затмение над Маринфордом

Небо над Маринфордом было затянуто пеплом и пропитано запахом жженой плоти и пороха. Воздух дрожал от криков, звона стали и грохота разрушающихся зданий. Но для меня весь мир сузился до одной точки — до спины Эйса, заслоняющего собой Луффи.

Я видел это движение. Медленное, почти торжественное в своей жестокости. Кулак Акаину, превращенный в бурлящую, вязкую магму, устремился вперед. Жар был таким невыносимым, что даже на расстоянии у меня заслезились глаза. Адмирал целился в сердце. Он целился в мое сердце, потому что Эйс и был моим сердцем.

– Стой! – Мой крик захлебнулся в грохоте взрыва, но Система внутри моей головы сработала быстрее, чем мои связки.

«Внимание! Экстренное использование Инвентаря и Магазина! Списание 500 000 очков симпатии! Активация навыка: Пространственный сдвиг!»

Я не просто побежал. Я исчез из реальности на долю секунды, прорываясь сквозь пространство. Когда я материализовался, я был уже между Эйсом и этим раскаленным кулаком. Но я не собирался просто подставляться под удар. Мои руки коснулись груди Эйса и плеча Луффи.

– Простите меня, – прошептал я, глядя в расширенные от ужаса глаза Эйса. В них отражалось моё лицо — бледное, с горящими алым пламенем глазами. – Живите. Ради меня.

В моих руках вспыхнули небольшие, пульсирующие сферы. Это были «Возвратные метки» — редчайший и безумно дорогой предмет из Магазина Системы. Я не раздумывал ни секунды. Я кинул такие же сферы в сторону Белоуса, Марко и остальных командиров, которые были зажаты в тиски дозорными.

Раздался оглушительный хлопок. Пространство вокруг Эйса и Луффи свернулось в воронку.

– Кли, нет! Стой! – успел выкрикнуть Эйс, протягивая ко мне руку, но его пальцы лишь рассекли воздух.

Через секунду центр площади опустел. Все пираты Белоуса, их союзники и сам Старик исчезли, перенесенные магией Системы на палубу «Моби Дика», который уже качался на волнах далеко в открытом море, вне досягаемости пушек Маринфорда.

Я остался один. Один против трех Адмиралов, Главнокомандующего и тысяч элитных дозорных.

Акаину замер, его кулак задымился, когда цель исчезла прямо перед его носом. Он медленно повернул голову ко мне. В его глазах читалась холодная, беспощадная ярость.

– Ты... – прохрипел он, и магма начала капать с его локтей, прожигая камни мостовой. – Ты посмел дать им уйти. Твой грех неописуем, пират.

Я выпрямился, чувствуя, как по подбородку течет струйка крови — цена за мгновенную телепортацию стольких людей была велика. Но внутри меня что-то окончательно сломалось. Та стена, которую я строил годами, пытаясь остаться «добрым старшим братом», рухнула под весом осознания: они в безопасности. Теперь мне не нужно сдерживаться.

– Если придется стать монстром, чтобы защитить их... я готов, – произнес я, и мой голос, усиленный Системой, разнесся над площадью подобно раскату грома.

Я закрыл глаза и мысленно вошел в интерфейс. Магазин навыков светился бесконечными рядами иконок. У меня были миллионы очков — всё, что я копил годами, выполняя скрытые квесты и поддерживая уровень симпатии братьев на максимуме.

«Купить навык: "Берсерк Алого Тумана" (Уровень: Макс) – Подтверждаю. Купить навык: "Воля Бога: Подавление" – Подтверждаю. Купить навык: "Регенерация Древнего Феникса" – Подтверждаю. Списать все оставшиеся очки на усиление физических параметров».

Мир вокруг меня окрасился в кровавые тона. Я почувствовал, как мои кости хрустят, перестраиваясь, как мышцы наливаются нечеловеческой силой. Мои волосы, когда-то темные, вспыхнули алым, а из глаз ударили лучи чистого, концентрированного гнева.

– Убить его! – взревел Сэнгоку с трибуны. – Он — ключ к их спасению! Не дайте ему уйти!

На меня бросились сотни дозорных. Я видел их движения как в замедленной съемке. Каждый взмах их мечей, каждый выстрел был для меня медленным и неуклюжим.

– Исчезните, – выдохнул я.

Я не использовал меч. Я использовал саму свою ауру. Волна Воли Наблюдения и Подавления, усиленная Системой, ударила по площади. Дозорные падали рядами, их сознания просто выключались, не выдерживая давления моего гнева.

Акаину взревел и бросился на меня, превращаясь в огромного пса из магмы.

– Великое извержение!

Я просто поднял руку. Мои пальцы, окутанные черной Волей Вооружения, встретили раскаленную массу. Боль была острой, но «Регенерация Феникса» тут же начала залечивать ожоги. Я схватил адмирала за запястье и с силой, способной дробить горы, швырнул его в здание штаба.

– Кизару! Кузан! – крикнул Сэнгоку.

Желтая вспышка и ледяной поток ударили в меня одновременно. Я смеялся. Это был смех безумца, человека, который отдал всё ради одного мгновения тишины на палубе корабля своего брата.

Я двигался как тень. Мои удары находили цели, пробивая защиту даже самых сильных вице-адмиралов. Маринфорд превращался в руины. Я не просто сражался — я выжигал это место из истории.

– Ты не человек... – Кузан тяжело дышал, пытаясь заморозить мои ноги, но жар моей ауры испарял лед быстрее, чем он успевал кристаллизоваться.

– Я — их щит, – ответил я, нанося сокрушительный удар ногой, который отправил Адмирала в полет через всю площадь.

Битва длилась вечность и мгновение одновременно. Я был весь в крови. Не своей — их. Моя одежда превратилась в лохмотья, кожа была покрыта копотью и ранами, которые затягивались на глазах, оставляя лишь белые шрамы. Система постоянно мигала красным: «Критическая перегрузка! Угроза ментального разрушения! Остановитесь!»

Но я не мог остановиться. Я должен был убедиться, что никто не сможет преследовать их.

Я стоял в центре кратера, который когда-то был площадью Маринфорда. Вокруг меня лежали поверженные герои Дозора. Акаину пытался подняться, его лицо было залито кровью, а шляпа валялась где-то в обломках. Сэнгоку в своей золотой форме Будды смотрел на меня с ужасом.

– Кто ты такой?.. – прошептал Главнокомандующий.

Я посмотрел на свои руки. Они дрожали. Не от страха, а от избытка силы, которая буквально разрывала меня изнутри.

– Я тот, кто никогда не должен был существовать в этом мире, – тихо произнес я. – Но раз уж я здесь... я буду вашим ночным кошмаром.

Я активировал последний навык, на который у меня хватило очков. «Теневой переход: Забвение».

– Кли! – В моей голове прозвучал голос Эйса. Это была не Система, это была наша связь, которая всё еще пульсировала где-то глубоко в подсознании. – Вернись! Пожалуйста!

Я улыбнулся, глядя на заходящее солнце, которое тонуло в океане.

– Живи, Эйс. Стань свободным за нас двоих.

Вспышка алого света озарила руины Маринфорда, ослепляя всех выживших. Когда свет погас, на площади не осталось никого. Только глубокие борозды на камне и запекшаяся кровь напоминали о том, что здесь только что стоял человек, бросивший вызов всему миру.

***

На палубе «Моби Дика» царила гробовая тишина.

Эйс стоял у борта, вглядываясь в горизонт. Его руки всё еще дрожали, а на груди горела метка, которую оставил Кли перед тем, как отправить их сюда. Луффи сидел рядом на палубе, обхватив колени руками и тихо шмыгая носом.

– Он вернется, – глухо произнес Марко, хотя в его голосе не было уверенности. – Он всегда возвращался.

– Нет, – Эйс сжал кулаки так, что ногти вонзились в ладони. – На этот раз он не просто ушел. Он... он отдал нам свои жизни. Вы видели его глаза? В них не было жизни, только огонь.

Белоус сидел в своем кресле, его раны были перевязаны, но взгляд великого пирата был прикован к тому месту, где за горизонтом остался Маринфорд.

– Этот мальчишка... – пробасил Старик. – Он сделал то, что не под силу ни одному человеку. Он обманул саму судьбу.

Внезапно в центре палубы воздух задрожал. Все мгновенно вскочили, хватаясь за оружие. Эйс бросился вперед, его сердце колотилось как сумасшедшее.

Из пустоты на доски палубы выпало тело.

– Кли! – Эйс упал на колени, подхватывая его.

Я был в ужасном состоянии. Мои волосы снова стали черными, но на них запеклась корка крови. Одежда почти отсутствовала, а дыхание было таким слабым, что казалось — оно вот-вот прервется. Мои глаза были закрыты, но лицо выражало странное спокойствие.

Система внутри моей головы выдала последнее, затухающее сообщение: «Связь сохранена. Сюжет изменен. Цена уплачена. Переход в режим гибернации...»

Эйс прижал меня к себе, не обращая внимания на кровь, которая пачкала его кожу. Он плакал — открыто, не стыдясь своих слез, утыкаясь лицом в мое плечо.

– Ты здесь... ты здесь, придурок... – всхлипывал он. – Больше никогда... слышишь? Больше никогда не смей оставлять меня одного.

Луффи тоже подполз ближе, обнимая нас обоих своими длинными руками. Пираты Белоуса окружили нас плотным кольцом, создавая стену, которую не пробить ни одному адмиралу.

Я не слышал их. Я был в глубокой темноте, где не было ни Системы, ни боли, ни долга. Но я чувствовал тепло. Тепло рук Эйса, запах моря и тихий шепот братьев.

Я выполнил свое обещание. Я защитил их. И теперь, в этой тишине, я наконец-то мог просто быть Кли. Не монстром, не игроком с Системой, а просто старшим братом, который вернулся домой.

Над Гранд Лайн вставало новое солнце. Мир изменился навсегда, и имя того, кто это сделал, будет передаваться из уст в уста как легенда о «Алом защитнике». Но для маленькой лодки, качающейся на волнах, важным было только одно: они были вместе. И впереди их ждала свобода, за которую была заплачена такая высокая цена.

Эйс поднял голову и посмотрел на своих названых братьев.

– Мы пойдем на край света, – твердо сказал он. – И когда он проснется, он увидит мир, в котором ему больше не нужно будет сражаться в одиночку.

Белоус кивнул, и «Моби Дик» расправил свои паруса, уходя в туман, подальше от теней прошлого, навстречу новому рассвету.