← Назад к обзору

вау

Шепот теней и отблеск стали

Прошло три недели с того памятного ужина, когда маски были сброшены в буквальном и переносном смысле. Жизнь в Конохе текла своим чередом, но для Кли она приобрела совершенно иные краски. Теперь его дни были наполнены не только скучными отчетами о доходах клана и тренировками, но и тайными встречами, короткими взглядами и тем особым чувством защищенности, которое мог дать только Какаши Хатаке.

Кли сидел на широком подоконнике в своей комнате, лениво перебирая пальцами струны дорогой лютни. Его белые волосы, обычно аккуратно уложенные, сейчас беспорядочно рассыпались по плечам. На губах играла легкая улыбка. Он чувствовал себя победителем, но эта победа принесла с собой неожиданную ответственность. Любить Какаши оказалось не так просто, как выводить его на эмоции.

– Опять витаешь в облаках? – Голос отца заставил Кли вздрогнуть.

Глава клана вошел в комнату бесшумно, его тяжелый взгляд скользнул по расслабленной позе сына. Старик выглядел недовольным. Несмотря на успех сделки со Страной Ветра, он чувствовал, что его контроль над наследником ускользает.

– Я просто отдыхаю, отец, – Кли отложил инструмент и выпрямился, стараясь придать лицу выражение вежливого безразличия. – Все текущие дела завершены.

– Твои «отдыхи» слишком часто пересекаются с маршрутами одного конкретного джонина, – старик подошел к окну, глядя на деревню. – Я предупреждал тебя, Кли. Хатаке Какаши — опасный человек. Не потому, что он может убить тебя, а потому, что он делает тебя слабым. Ты стал... мягким.

– Я стал счастливым, – парировал Кли, и в его желтых глазах на мгновение вспыхнул прежний вызов. – Разве не это ты хотел видеть?

– Я хотел видеть лидера, – отрезал отец. – Завтра ты отправляешься на границу. Сопровождение каравана с особо ценным грузом. Это миссия ранга А, и я лично настоял, чтобы ты возглавил группу наших элитных бойцов. Покажи мне, что твои чувства не затупили твой клинок.

Кли промолчал. Он знал, что спорить бесполезно. Это было испытание, попытка отца снова загнать его в рамки «идеального наследника».

На следующее утро, когда солнце еще только начинало золотить верхушки деревьев, Кли уже стоял у главных ворот Конохи. На нем была походная форма клана — функциональная, дорогая и подчеркивающая его статус. Он проверял снаряжение своих людей, когда почувствовал знакомое присутствие.

Какаши стоял чуть поодаль, прислонившись к столбу. Его руки были в карманах, а единственный видимый глаз казался сонным, но Кли знал, что джонин сканирует всё пространство вокруг.

– Слышал, ты уходишь на серьезное дело, – произнес Какаши, когда Кли подошел к нему.

– Отец решил, что мне нужно проветриться, – Кли усмехнулся, поправляя перчатку. – Боится, что я окончательно превращусь в домашнего кота под твоим влиянием.

– Кот из тебя сомнительный, – Какаши хмыкнул, но его взгляд стал серьезным. – Будь осторожен, Кли. На границе сейчас неспокойно. Ходят слухи о группах нукенинов, которые охотятся за поставками из Страны Ветра.

Кли подошел ближе, почти вплотную, игнорируя взгляды своих охранников.

– Ты беспокоишься за меня, Какаши-сан? – Он понизил голос до бархатистого шепота, в котором снова зазвучали нотки прежней игры. – Это так мило. Может, хочешь пойти со мной? Я уверен, отец не откажется от услуг Копирующего ниндзя, если я хорошо попрошу.

– У меня свои задания, – Какаши мягко отстранился, хотя его рука на мгновение задержалась на локте Кли. – Просто... вернись целым. У нас еще не закончен спор о том, чья очередь выбирать вино для следующего ужина.

– Я выберу самое дорогое, – Кли подмигнул ему и, резко развернувшись, скомандовал своему отряду: – Выдвигаемся!

Путь до границы занял три дня. Караван двигался медленно, груз действительно был тяжелым и важным. Кли вел себя безупречно. Он контролировал каждый шаг охраны, лично проверял ловушки на стоянках и не позволял себе ни минуты расслабленности. В нем снова проснулся тот ледяной профессионал, который так пугал и восхищал Какаши.

На четвертый день, когда они вошли в узкое ущелье, называемое Глоткой Дракона, Кли почувствовал неладное. Воздух стал слишком неподвижным, даже птицы замолкли.

– Внимание! – крикнул он, выхватывая короткий меч с гравировкой клана. – Построение «стена»! Защищать повозки!

В ту же секунду со склонов ущелья посыпались кунаи с взрывными печатями. Грохот разрывов заполнил пространство, пыль и дым застлали глаза. Из тумана вынырнули фигуры в темных плащах — нападавших было вдвое больше, чем охраны.

– Нукенины из Скрытого Дождя, – процедил Кли, отражая атаку первого противника. – Дорого же вы стоите, раз решились напасть на нас.

Бой был яростным. Кли двигался как танцор, его белые волосы мелькали среди врагов, а желтые глаза светились яростью. Он не просто защищался — он вел охоту. Его техника была отточена до совершенства: быстрые выпады, использование стихии молнии, которой он обучился тайно от отца, и невероятная интуиция.

Однако врагов было слишком много. Лидер нападавших, массивный мужчина с огромным мечом-пилой, целенаправленно пробивался к Кли.

– Наследник клана... – прохрипел он, занося меч. – Твоя голова стоит больше, чем весь этот груз!

Кли уклонился, почувствовав, как лезвие обдало его холодом. Он был ранен в плечо, кровь пропитывала дорогую ткань формы, но он не чувствовал боли. В его голове пульсировала только одна мысль: он не может проиграть. Не сейчас, когда он только начал жить по-настоящему.

– Моя голова не продается, – Кли резко сократил дистанцию, пропуская меч противника над собой, и вонзил свой клинок, заряженный чакрой молнии, прямо в сердце нукенина.

Враг замер, его тело свело судорогой, и он рухнул на камни. Оставшиеся нападавшие, увидев гибель своего лидера, начали отступать.

Кли стоял посреди ущелья, тяжело дыша. Его люди начали собирать раненых и проверять сохранность груза.

– Кли-сама, вы ранены! – К нему подбежал один из медиков клана.

– Ерунда, – Кли отмахнулся, но вдруг почувствовал, как земля уходит из-под ног. Яд на лезвии противника начал действовать. – Просто... перевяжи...

Мир вокруг начал темнеть. Последнее, что он услышал перед тем, как окончательно провалиться в беспамятство, был шум ветра и какой-то странный, знакомый звук, похожий на чириканье тысячи птиц.

Он очнулся в палате госпиталя Конохи. Солнечный свет бил в окно, заставляя его щуриться. Тело казалось налитым свинцом, но боль в плече притупилась.

– Ты всегда любил эффектные выходы, но эффектные обмороки — это что-то новое, – раздался знакомый голос справа от кровати.

Кли медленно повернул голову. Какаши сидел на стуле, скрестив ноги, и читал свою неизменную книжку. Но Кли заметил, что книга перевернута вверх ногами, а под глазом джонина залегли глубокие тени.

– Какаши... – прошептал Кли, пытаясь улыбнуться. – Ты пришел меня спасать? Опять опоздал?

– На самом деле, я успел вовремя, чтобы добить тех, кто пытался сбежать с твоим грузом, – Какаши отложил книгу и подошел к кровати. – Твои люди доставили тебя в деревню в критическом состоянии. Яд был редким, Кли. Ты чуть не погиб.

Кли протянул здоровую руку и коснулся ладони Какаши.

– Но не погиб же. Значит, я всё еще твое персональное проклятие.

Какаши вздохнул, и в этом вздохе было столько облегчения, что Кли почувствовал укол вины. Джонин наклонился и прижался лбом к его лбу, не заботясь о том, что кто-то может войти.

– Твой отец был в ярости, – тихо сказал Какаши. – Но когда он увидел, что ты не только спас груз, но и лично устранил лидера нукенинов, он замолчал. Кажется, он наконец понял, что ты — не просто инструмент. Ты воин, который сам выбирает, за что сражаться.

– Я сражался за то, чтобы вернуться к тебе, – Кли закрыл глаза, наслаждаясь близостью Хатаке. – Отец может строить свои планы, может посылать меня на край света, но он больше не владеет моей душой. Она принадлежит... другому человеку.

Какаши слегка отстранился и, к величайшему удивлению Кли, стянул маску. В больничной палате, под ярким утренним солнцем, его лицо выглядело непривычно открытым.

– Знаешь, – Какаши едва заметно улыбнулся, – я тут подумал. Раз уж ты теперь официально герой клана и у тебя будет много свободного времени на реабилитацию... Может, мне стоит взять отпуск?

Желтые глаза Кли расширились от восторга.

– Отпуск? Копирующий ниндзя хочет отдохнуть? И куда же мы отправимся?

– Я знаю одно место в горах, – Какаши провел пальцем по щеке Кли. – Там нет торговых соглашений, нет миссий и нет твоего отца. Только горячие источники и тишина.

– И твои книги? – Кли насмешливо прищурился.

– Возможно, я оставлю их дома, – Какаши наклонился и нежно поцеловал его в губы. – Кажется, реальный сюжет в моей жизни стал гораздо интереснее выдуманного.

Кли рассмеялся, и на этот раз в его смехе не было ни грамма фальши или горечи. Он лежал на больничной койке, раненый и слабый, но чувствовал себя самым могущественным человеком в Конохе. Он прошел через холод и сталь, чтобы доказать себе и всему миру: его чувства — это не слабость, а самая мощная техника, которую он когда-либо осваивал.

– Какаши, – позвал он, когда джонин уже собирался надеть маску обратно.

– Да?

– Купи то вино. Самое дорогое. Я хочу отпраздновать нашу победу по-настоящему.

– Обязательно, Кли, – Какаши подмигнул ему. – За счет твоего клана, разумеется.

– Обожаю в тебе эту практичность, – Кли закрыл глаза, погружаясь в легкий, целебный сон, зная, что, когда он проснется, Какаши всё еще будет рядом.

Игра продолжалась, но теперь это была игра, в которой не было проигравших. Только двое людей, нашедших друг друга вопреки долгу, маскам и ожиданиям всего мира. И впереди у них была целая жизнь, полная новых глав, которые они собирались написать вместе.