← Назад к обзору

Ветер и огонь

Узы стихий и шёпот греха

Юми чувствовала себя так, словно её пропустили через жернова мельницы в Царстве Земли. Каждая клеточка тела вибрировала от странного, тягучего послевкусия вчерашней ночи, а лицо горело так сильно, что, казалось, на нём можно было поджарить яичницу. Она сидела на краю огромной кровати, зажатая между двумя полуобнажёнными мужчинами, и не знала, куда деть взгляд. Её небесно-голубые глаза метались по комнате, цепляясь за разбросанную одежду: её шёлковый пояс висел на спинке стула, а сапоги Зуко сиротливо валялись в разных углах.

Аанг и Зуко вели себя вызывающе спокойно. Более того, они выглядели пугающе довольными, словно два кота, добравшихся до самой жирной сметаны в мире. Аанг подпёр голову рукой, не сводя с Юми сияющего взгляда, а Зуко, прислонившись к спинке кровати, лениво перебирал пальцами прядь её чёрных волос.

– Юми, ты дышишь так тяжело, будто только что пробежала марафон по пустыне Ши Ши, – подал голос Аанг, и в его низком тембре проскользнула лукавая смешинка.

– Я... я просто... – Она запнулась, чувствуя, как слова застревают в пересохшем горле. – Вы хоть понимаете, что произошло?! Мы... вы... боги, Катара нас убьёт! Сокка вообще сойдёт с ума!

Зуко тихо хмыкнул, и этот звук, вибрирующий и глубокий, отозвался дрожью в позвоночнике Юми.

– Катара и Сокка не имеют к этому никакого отношения, – отрезал Хозяин Огня. – Это касается только нас троих. И судя по тому, как ты вчера... хм, требовала внимания, ты была не против нашего общества.

Юми вспыхнула ещё сильнее. В памяти всплыл обрывок воспоминания: она, закинув руки на плечи Зуко, притягивает его к себе для поцелуя, в то время как ладони Аанга уверенно скользят по её бедрам. О, духи, она действительно была инициатором?

– Мне нужен душ, – прохрипела она, пытаясь обрести хоть какое-то подобие достоинства. – Срочно. И подальше от вас двоих.

Она предприняла попытку встать. Ухватившись за край простыни, чтобы прикрыться, Юми резко дернулась вперед. Но стоило её ступням коснуться холодного пола, как реальность нанесла ответный удар. Колени подогнулись, словно сделанные из ваты. Мышцы ниже поясницы отозвались такой острой, ноющей болью, что Юми невольно вскрикнула. Мир качнулся, и она начала заваливаться вперед, ожидая жесткого столкновения с полом. Однако упасть ей не дали. Четыре сильные руки подхватили её одновременно.

– Осторожнее, – Аанг оказался рядом в мгновение ока, его реакция Аватара была безупречной. Он прижал её к своему боку, поддерживая за талию.

– Кажется, мы немного переусердствовали, – заметил Зуко, подхватывая её с другой стороны. Его голос звучал виновато, но в глазах всё ещё горел тот самый собственнический огонь. – Твоё тело не привыкло к таким... нагрузкам.

– Нагрузкам?! – Юми едва не задохнулась от возмущения, вися на них, как тряпичная кукла. – Вы двое — маги высшего порядка! Аватар и Хозяин Огня! Вы должны были... я не знаю... иметь хоть каплю самообладания!

Аанг осторожно усадил её обратно на кровать, но не отпустил. Он опустился перед ней на колени, глядя снизу вверх.

– Юми, послушай, – его голос стал серьёзным. – Восемь лет. Мы ждали восемь лет. Когда ты уехала, в моей жизни образовалась пустота, которую не могла заполнить ни медитация, ни долг Аватара. Я видел тебя во снах. И когда ты вернулась вчера... такая красивая, такая взрослая... я понял, что больше не смогу просто стоять в стороне и улыбаться, как старый друг.

Зуко сел позади неё, прижавшись грудью к её спине, и Юми почувствовала жар, исходящий от его тела.

– Аанг прав, – прошептал Зуко ей в затылок. – Мы обсуждали это. Ещё до твоего приезда. Мы знали, что если ты вернёшься, мы не станем сражаться друг с другом за тебя. Мы решили, что разделим это пламя. Если ты позволишь.

Юми замерла, поражённая этим признанием. Они договорились? Пока она странствовала по миру, пытаясь обрести покой, эти двое строили планы на её счёт?

– Вы сумасшедшие, – выдохнула она, чувствуя, как гнев борется с невероятным, пугающим восторгом где-то глубоко внутри. – Вы понимаете, что это неправильно? Мир ждёт от Аватара чистоты, а от Хозяина Огня — наследников и приличий.

– Мир получил мир и процветание, – Аанг взял её ладони в свои и запечатлел поцелуй на каждой костяшке. – А теперь я хочу получить своё счастье. И оно заключается в тебе. В нас.

– Юми, – Зуко развернул её к себе, заставляя посмотреть в глаза. – Ты ведь тоже это чувствуешь. Твоя магия огня... она откликается на мою. Она поёт рядом с Аангом. Мы — две половины одного целого, которое принадлежит тебе.

Юми посмотрела на свои руки, всё ещё дрожащие. Она вспомнила вчерашний вечер в баре. Она помнила, как её тянуло к ним обоим. К спокойной, уверенной силе Аанга и к скрытой, бушующей страсти Зуко. Она всегда любила их обоих, просто боялась в этом признаться даже себе.

– Я не могу ходить, – наконец произнесла она, решив сменить тему, потому что эмоциональный накал становился невыносимым. – И мне всё ещё нужен душ.

Аанг широко улыбнулся, и в этой улыбке снова проглянул тот мальчишка, которого она когда-то знала.

– Это мы можем устроить.

Прежде чем она успела возразить, Аанг подхватил её на руки, словно она ничего не весила. Юми вскрикнула и инстинктивно обхватила его за шею, стараясь не думать о том, что они оба всё ещё без одежды. Зуко поднялся следом, не собираясь оставаться в стороне.

Ванная комната в покоях Хозяина Огня была произведением искусства: огромная чаша из чёрного мрамора, встроенная в пол, и золотые краны в виде драконов. Аанг осторожно опустил Юми в тёплую воду, которую Зуко мгновенно подогрел своей магией до идеальной температуры. Юми блаженно зажмурилась, чувствуя, как расслабляются натруженные мышцы. Но расслабление длилось недолго. Вода заплескалась, когда оба мужчины скользнули в ванну вслед за ней.

– Эй! Места мало! – запротестовала она, хотя на самом деле чаша была размером с небольшой бассейн.

– Места достаточно, чтобы я мог смыть с тебя усталость, – тихо сказал Аанг, беря губку и начиная медленно водить ею по её плечам.

Зуко устроился позади неё, позволяя ей откинуться на его широкую грудь. Его руки легли ей на живот, и Юми почувствовала, как под кожей начинают бегать искры.

– Значит ли это... – начала она, глядя на пар, поднимающийся от воды, – что теперь всё изменится? Мы не сможем просто выйти к остальным и вести себя как обычно.

– Нам придётся быть осторожными, – согласился Зуко, целуя её в мокрое плечо. – По крайней мере, первое время. Но я не собираюсь прятать тебя вечно.

– Мы построим этот новый мир вместе, Юми, – Аанг отложил губку и накрыл её руку своей. – Втроём. Ты — наше равновесие.

Юми молчала, слушая биение сердца Зуко под своим ухом и глядя в сияющие глаза Аанга. Она знала, что впереди их ждёт множество трудностей. Катара наверняка устроит им ледяной душ в буквальном смысле, Сокка будет шутить до посинения, а политические советники Зуко придут в ужас. Но сейчас, в этой тёплой воде, окружённая любовью и силой двух самых важных мужчин в её жизни, она впервые за восемь лет почувствовала, что она действительно дома.

– Ладно, – прошептала она, сдаваясь. – Но если кто-то из вас ещё раз решит, что у него «нет самообладания», я поджарю вам обоим пятки.

Аанг и Зуко переглянулись и рассмеялись — искренне и счастливо.

– Договорились, – в унисон ответили они.

Юми закрыла глаза, позволяя себе просто чувствовать. Она вернулась в Республиканский город за новой жизнью, и, похоже, эта жизнь обещала быть гораздо более жаркой, чем она могла себе представить.

Через час, когда они наконец выбрались из воды и оделись, пришло время встретиться с реальностью. Юми выбрала закрытое платье, чтобы скрыть многочисленные следы на коже, но её походка всё ещё выдавала её с головой.

Они вышли в малую столовую, где их уже ждал завтрак. Но стоило им присесть, как двери распахнулись, и в комнату ввалился Сокка, жующий на ходу какой-то пирожок. За ним спокойно шла Тоф.

– О, вы проснулись! – воскликнул Сокка, не замечая странного напряжения в воздухе. – А мы гадали, куда вы пропали после бара. Юми, ты как? Вид у тебя такой, будто ты сразилась с армией духов и проиграла.

Юми застыла с чашкой чая в руках, чувствуя, как краснеют уши.

– У неё просто акклиматизация, Сокка, – спокойно ответил Аанг, придвигая к Юми тарелку с фруктами.

Тоф внезапно остановилась и прищурилась, хотя её невидящие глаза смотрели в пустоту. Она принюхалась и слегка наклонила голову.

– Странно, – протянула она с ехидной ухмылкой. – Я чувствую, как у вас троих сердца бьются в унисон. И Юми... ты так сильно фонишь гормонами и смущением, что я почти чувствую запах твоей паники.

Зуко кашлянул, пытаясь сохранить лицо Хозяина Огня.

– Тоф, сейчас не время для твоих шуток.

– Какие шутки, Искорка? – Тоф подошла ближе к столу и бесцеремонно уселась на свободный стул. – Я, может, и слепая, но я чувствую вибрации. И судя по тому, как Аанг сейчас собственнически положил руку на колено Юми под столом... поздравляю, ребята. Вы наконец-то решились.

Сокка подавился пирожком.

– Решились на что? Что здесь происходит? Юми, почему ты молчишь?

Юми посмотрела на Сокку, потом на Тоф, а затем на Аанга и Зуко, которые даже не пытались отрицать очевидное. Аанг лишь крепче сжал её руку, а Зуко гордо выпрямил спину.

– Сокка, – выдохнула Юми, закрывая лицо ладонью. – Иди ешь свой пирожок и не задавай вопросов, на которые не хочешь знать ответы.

– О нет, я хочу! – взревел Сокка. – Это что, значит, что мой лучший друг и мой... ну, Зуко... они... с тобой? Вдвоём?!

– Именно так, – отрезал Зуко. – И если у тебя есть возражения, можешь оставить их при себе.

Сокка открыл рот, закрыл его, снова открыл, а затем просто сел на пол.

– Мой мозг официально сломан, – пробормотал он. – Нам нужно больше кактусового сока.

Юми не выдержала и рассмеялась. Несмотря на весь хаос, на боль в теле и на неопределённость будущего, она чувствовала себя невероятно живой. Она посмотрела на Аватара и Хозяина Огня. Они были готовы бросить вызов всему миру ради неё. И она была готова ответить им тем же.

– Ладно, – сказала она, потягиваясь. – Раз уж тайна раскрыта, может, кто-нибудь передаст мне рис? Я зверски голодна.

Аанг и Зуко одновременно потянулись к блюду, едва не столкнувшись руками. Юми улыбнулась. Это будет долгое, сложное и очень интересное приключение. И она не променяла бы его ни на что на свете.