← Назад к обзору

Внучка

Стальные искры и терпкий виски

Лондон после полуночи всегда выглядел иначе — более хищным, более честным. Огни рекламных вывесок размывались в лобовом стекле «Астон Мартина», превращаясь в длинные неоновые нити. В салоне пахло дорогой кожей и тем самым парфюмом Джейсона, который теперь, казалось, пропитал и кожу Крис. Она прижимала платок к губе, чувствуя, как пульсирует разбитая плоть, но адреналин всё ещё не давал ей провалиться в сон.

Джейсон вел машину уверенно, почти агрессивно, но при этом удивительно плавно. Крис искоса наблюдала за ним. Его челюсть была плотно сжата, а взгляд сосредоточен на дороге. Он не выглядел как звезда боевиков с экрана; он выглядел как человек, который привык решать проблемы быстро и без лишней суеты.

– Куда мы едем? – нарушила тишину Крис. – Мой дом в другой стороне. Дед сейчас наверняка на студии или спит в своем «склепе», так что...

– Мы едем ко мне, – коротко бросил Стейтем, не поворачивая головы.

Крис резко выпрямилась в кресле, едва не выронив платок.

– Прости, что? Ты решил похитить внучку Князя Тьмы? Оззи вырвет тебе хребет и сделает из него подставку для микрофона, Джейсон.

Стейтем наконец взглянул на неё — быстро, оценивающе, и в его глазах промелькнула искра иронии.

– Твой дед сам позвонил мне два часа назад. Сказал, что у него «плохое предчувствие» насчет твоего похода в клуб. И попросил, чтобы, если всё пойдет прахом, я присмотрел за тобой до утра. В его доме сейчас ремонт, там куча рабочих и шум, а тебе нужно привести лицо в порядок.

– Я могу поехать в отель, – буркнула она, чувствуя, как щеки начинают гореть не только от пощечины.

– В таком виде? – он кивнул на её порванный топ и пятна крови на воротнике пиджака, который он успел подхватить на выходе. – Тебя примут либо за жертву преступления, либо за его организатора. У меня есть аптечка и нормальный лед. Не спорь, Крис. У меня нет настроения выслушивать твои капризы.

Крис фыркнула и отвернулась к окну.

– Ты всегда такой зануда?

– Только с теми, кто раздает пощечины направо и налево, не разобравшись в ситуации.

Машина свернула в закрытый жилой комплекс в районе Белгравия. Массивные кованые ворота бесшумно разъехались, пропуская их во внутренний двор. Дом Стейтема был таким же, как он сам: минималистичным, строгим и чертовски дорогим. Никакой лепнины или золотых статуй, только стекло, бетон и темное дерево.

Когда двигатель заглох, в тишине стало слышно, как остывает металл.

– Идем, – Джейсон вышел из машины и обошел её, открывая дверь Крис.

Она попыталась выйти с достоинством, но ноги после драки и порции виски немного подвели. Она покачнулась, и его рука мгновенно оказалась у неё под локтем, поддерживая. Крис замерла. Его прикосновение было твердым, почти властным, но в нем не было грубости.

– Я сама, – прошептала она, хотя не спешила вырываться.

– Конечно, сама, – усмехнулся он. – Ты же Осборн. Вы даже в ад спускаетесь без посторонней помощи.

Внутри дом встретил их приглушенным светом и идеальной чистотой. Джейсон провел её в просторную гостиную, совмещенную с кухней.

– Садись на барный стул. Я сейчас принесу всё необходимое.

Крис подчинилась. Она рассматривала интерьер, пока Джейсон гремел чем-то в ванной комнате. На полках стояли редкие книги, пара наград, но ничего лишнего. Всё говорило о дисциплине.

Он вернулся через минуту с металлической коробкой и пакетом со льдом, обернутым в полотенце.

– Держи, – он протянул ей лед. – Приложи к скуле. А губой займусь я.

Он подошел вплотную, вставая между её коленями. Крис невольно задержала дыхание. На таком расстоянии она видела каждую морщинку в уголках его глаз, чувствовал тепло, исходящее от его тела. Джейсон смочил ватный тампон в антисептике.

– Будет щипать, – предупредил он.

– Переживу.

Когда холодная жидкость коснулась ранки, Крис невольно дернулась и схватила его за запястье. Его кожа была горячей.

– Тише, фурия, – негромко произнес он, продолжая аккуратно очищать кожу. – Ты сегодня уже достаточно навоевалась.

– Тот парень... он назвал Сару шлюхой, – Крис почувствовала, как внутри снова закипает праведный гнев. – Я не могла просто стоять и слушать.

– Я знаю, – Джейсон отложил тампон и взял пластырь. – Но кулаки — это последний аргумент. Особенно когда ты весишь в два раза меньше противника. Тебе повезло, что я был рядом.

– Удача — моё второе имя, – съязвила она, но тут же поморщилась от боли.

– Твоё второе имя — неприятность, – поправил он, наклеивая тонкую полоску пластыря на её губу. – Но характер у тебя есть. Этого не отнять.

Его пальцы на секунду задержались на её подбородке. Взгляд Джейсона изменился — он стал тяжелее, глубже. Крис чувствовала, как между ними натягивается невидимая струна. Она была Крис Осборн, девушкой, которая не боялась никого и ничего, но под этим взглядом ей впервые захотелось стать хрупкой.

– Почему ты возишься со мной? – спросила она почти шепотом. – Только из-за деда?

Джейсон медленно убрал руку и отошел к барной стойке, доставая бутылку виски и два тяжелых стакана.

– Оззи — мой друг. Но дело не только в этом. Есть люди, в которых горит огонь. Его нельзя игнорировать. Ты либо хочешь погреться у этого костра, либо боишься обжечься.

Он налил янтарную жидкость в стаканы и один пододвинул ей.

– Пей. В лечебных целях.

Крис сделала глоток. Жидкость обожгла горло, приятно согревая изнутри.

– И что ты выбираешь? – она вскинула брови, возвращая себе привычную дерзость. – Греться или бояться?

Джейсон усмехнулся, прислонившись к стойке и глядя на неё поверх стакана.

– Я профессионал, Крис. Я умею работать с огнем.

Они просидели на кухне еще около часа. Разговор шел легко, на удивление обоим. Он рассказывал о съемках, где приходилось прыгать с мостов, а она — о том, как дед пытался научить её играть на гитаре, но в итоге она разбила инструмент о голову учителя по вокалу, который посмел сказать, что у неё «нет слуха».

– Он до сих пор хранит обломки той гитары, – смеялась Крис. – Говорит, это его лучший подарок на Рождество.

– Я бы не хотел быть твоим учителем, – покачал головой Джейсон.

– Почему? Боишься гитары?

– Боюсь, что уроки закончатся чем-то более разрушительным, чем разбитый инструмент.

Крис почувствовала, как усталость наконец берет свое. Глаза начали слипаться, а мягкий свет лампы превращался в туман.

– Тебе пора спать, – заметил Стейтем. – Гостевая комната наверху, вторая дверь направо. Там есть всё необходимое: чистые полотенца, футболки... Можешь взять мою, тебе всё равно не в чем спать.

– Твою футболку? – Крис приподняла бровь. – Это какой-то хитрый план?

– Это здравый смысл. Твоя юбка больше похожа на орудие пыток, а не на одежду для сна. Иди уже.

Она поднялась, чувствуя, как кружится голова. Путь до лестницы показался ей бесконечным лабиринтом. Когда она дошла до двери гостевой комнаты, Джейсон всё еще стоял внизу, наблюдая за ней.

– Спасибо, Джейсон. За всё.

– Спокойной ночи, Крис. Постарайся ничего не разгромить до утра.

Она зашла в комнату. Внутри было прохладно и пахло свежестью. На кровати действительно лежала аккуратно сложенная серая хлопковая футболка. Крис быстро переоделась, скинув неудобную кожу. Футболка была ей до колен, пахла кондиционером и едва уловимо — им.

Она легла в постель, закутавшись в одеяло, и закрыла глаза. Перед мысленным взором стояло лицо Стейтема в тот момент, когда она дала ему пощечину. Не ярость, а какое-то странное понимание.

Крис уже почти заснула, когда услышала тихие шаги в коридоре. Дверь приоткрылась, и в полосе света показался силуэт Джейсона. Он постоял мгновение, убеждаясь, что она спит, а затем тихо закрыл дверь.

– Безумная девчонка, – услышала она его едва слышный шепот через тонкую перегородку.

Крис улыбнулась во сне. Завтра будет новый день, и ей придется объясняться с Оззи, лечить синяки и, возможно, снова спорить со Стейтемом. Но сейчас, в его доме, под его негласной защитой, она впервые за долгое время чувствовала себя в полной безопасности.

Утро ворвалось в комнату вместе с ярким лондонским солнцем, которое немилосердно било в глаза. Крис застонала, натягивая одеяло на голову. Всё тело ныло, словно по ней проехался грузовик, а губа при каждом движении напоминала о вчерашнем триумфе в клубе.

Она села на кровати, оглядываясь. Футболка Джейсона задралась, открывая стройные ноги. Волосы превратились в воронье гнездо.

– Прекрасный вид, Осборн, – пробормотала она себе под нос, направляясь к зеркалу. – Дед бы гордился.

Спустившись вниз, она обнаружила Джейсона на кухне. Он уже был полностью одет — простая черная футболка, подчеркивающая рельеф мышц, и удобные брюки. Он стоял у кофемашины, и по дому плыл божественный аромат арабики.

– Выглядишь... живой, – прокомментировал он, оглядывая её. – Кофе?

– Двойной. И желательно с ядом, чтобы я не чувствовала этой боли, – Крис запрыгнула на барный стул, поджимая под себя ноги.

– Яд закончился, остался только кофе и омлет, – он поставил перед ней чашку. – Твой дед звонил десять минут назад. Он уже в курсе драки.

Крис замерла с чашкой у губ.

– И? Он в ярости?

– Нет. Он спросил, сколько зубов ты выбила тому придурку, и очень расстроился, когда я сказал, что только один.

Крис не выдержала и рассмеялась.

– Старый черт. Вечно ему мало шоу.

– Он пригласил нас обоих на ланч. Сказал, что хочет лично поблагодарить меня за твое спасение и обсудить какое-то «деловое предложение».

Крис прищурилась, глядя на Джейсона.

– Нас обоих?

– Именно. Так что допивай свой «яд», приводи себя в порядок, и поехали. Мой гардероб в твоем распоряжении, если найдешь там что-то, что не сделает тебя похожей на рэпера из девяностых.

– Это вызов? – Крис хитро улыбнулась. – Смотри, Стейтем, я могу составить такой образ, что ты сам захочешь его примерить.

– Уверен, что так и будет, – он улыбнулся в ответ, и в этой улыбке не было ни капли формальности.

Она пошла наверх, чувствуя на себе его взгляд. Между ними завязалась игра, правила которой еще не были написаны. И Крис Осборн была готова играть по-крупному.

Через полчаса она вышла из его спальни. На ней были его черные джинсы, которые она безжалостно затянула ремнем, сделав несколько новых дырок, и его белая рубашка, узлы которой она завязала на талии. Рукава были закатаны до локтей.

Джейсон, стоявший у окна с телефоном, обернулся и замолчал на полуслове.

– Ну как? – она покрутилась на месте. – Рэпер из девяностых или икона стиля?

Стейтем медленно убрал телефон в карман. Он прошелся по ней взглядом снизу вверх, задерживаясь на расстегнутых верхних пуговицах рубашки.

– Скажем так... Оззи точно решит, что я плохо на тебя влияю.

– Или наоборот, – подмигнула она. – Поехали, Джейсон. Не заставляй Князя Тьмы ждать. Ему это не нравится.

Они вышли к машине. Этот день обещал быть еще более непредсказуемым, чем прошлая ночь. И Крис знала, что пощечина была лишь началом чего-то, что перевернет их жизни с ног на голову.

– Кстати, – бросил Джейсон, заводя мотор. – Насчет тех уроков техники удара... Я передумал.

– Почему? – Крис удивленно вскинула брови.

– Потому что ты и так слишком опасна. Если я научу тебя бить правильно, ты станешь незаконным оружием массового поражения.

– Поздно, Стейтем, – рассмеялась она, откидываясь на сиденье. – Я уже такая. И ты только что сам вызвался быть моим куратором.

Машина выехала на улицы Лондона, растворяясь в потоке, а в салоне еще долго витал аромат вызова и едва уловимого предвкушения.