← Назад к обзору

Внучка

Слёзы радости и пьяные откровения

Прошло два месяца с того дня, когда жизнь в нашем доме перевернулась с ног на голову. Маленькая Ари росла удивительно спокойным ребенком, словно понимала, что её появление на свет было связано с бурей, которую её отцу пришлось пережить. Алекс, вопреки моим опасениям, оказался на редкость ответственным родителем. Конечно, он не оставил свои видеоигры про ассасинов и всё так же носил эти свои брюки в стиле «техно-карго» с цепями, но теперь на его плече вместо стильного плаща всё чаще висело детское полотенце.

Сегодня в нашем доме было необычайно шумно. Мои родители решили нанести официальный визит, чтобы познакомиться с правнучкой. Моя мать, едва переступив порог и увидев Ари на руках у Ча Хэ Ин, разрыдалась так, будто выиграла в лотерею.

– Ну наконец-то! – сквозь слёзы восклицала она, прижимая к себе крошечный сверток. – Наконец-то в этой семье девочка! А то одни пацаны, господи помилуй. Сначала ты, Джин Ву, потом Сухо, потом Алекс... У сестры твоей тоже сын, десятилетний сорванец. Я уже и не надеялась увидеть здесь хоть одно платьице!

Отец стоял рядом, неловко похлопывая её по плечу, но в его глазах тоже светилась гордость. Мы все собрались в просторном зале: мои родители, Хэ Ин, Сухо и даже моя сестра заскочила на часок. Не хватало только виновника торжества.

– А где Алекс? – спросила мать, оглядываясь. – Я привезла ему домашние пирожки, он же их так любит.

– Уехал спасать нашего общего знакомого, – ответил я, поглядывая на часы.

Около часа назад Алексу позвонил Чон Ли Вон. Наш идеальный, всегда собранный адвокат был, судя по голосу, мертвецки пьян. Видимо, корпоратив в его юридической фирме прошел слишком успешно. Алекс, ворча что-то про «беспомощных интеллигентов», схватил ключи от машины и умчался в ночь, пообещав вернуться быстро.

Прошел час, затем два. Стрелка часов неумолимо приближалась к полуночи. Ари уже давно уснула в своей кроватке наверху под присмотром Игриса (который, к слову, справлялся с ролью няньки с пугающей эффективностью), а Алекса всё не было.

Я набрал его номер в третий раз. Сначала шли долгие гудки, а потом трубку наконец сняли.

– Да! – почти выкрикнул Алекс. В трубке стоял какой-то невообразимый шум, шорох ткани и тяжелое дыхание.

– Сын, ты где? – спросил я, включив громкую связь, чтобы семья перестала на меня так вопросительно смотреть. – Мы тебя заждались. Бабушка переживает.

– Пап, я у Ли Вона, – голос сына звучал напряженно, он явно что-то тащил или кого-то удерживал. – Мы только что зашли к нему домой. Он вообще не хотел уходить из того ресторана, пришлось силой его тащить в машину, а потом сюда, на пятый этаж. Он тяжелее, чем кажется!

В этот момент на заднем плане раздался приглушенный, но очень узнаваемый голос адвоката. Обычно холодный и расчетливый, сейчас он звучал капризно и тягуче:

– Ли-и-и-и-и... Ли Вон, прекрати! – это уже был голос Алекса, в котором слышалась паника.

– Не-е-ет... – простонал Ли Вон где-то совсем рядом с микрофоном. – Почему твои чертовы штаны не растягиваются? На кой черт тебе столько ремней и цепей, Алекс? Это же... это же головоломка, а не одежда!

– Оставь мои штаны в покое! – рявкнул Алекс. – Я просто пытаюсь уложить тебя на диван, идиот!

– Заткнись... – Ли Вон, судя по звуку, вошел в стадию фатальной откровенности. – Заткнись и просто трахни меня, я же тебя так люблю! Почему ты такой тупой и не замечаешь?

В зале повисла такая тишина, что было слышно, как тикают часы в соседней комнате. Моя мать прикрыла рот ладонью, а отец медленно отставил чашку с чаем. Сухо замер с печеньем во рту, широко распахнув глаза.

– Ли Вон, стой! – крикнул Алекс в трубку.

Послышался резкий звон разбитого стекла — видимо, они задели столик или лампу. Следом донесся отчетливый звук рвущейся ткани — те самые знаменитые «техно-карго» Алекса, кажется, не выдержали напора пьяного адвоката.

– Стой, ты же всё испортишь! Ли... ммм... – связь внезапно оборвалась короткими гудками.

Я медленно опустил телефон на стол. В комнате всё еще стояла гробовая тишина. Мы все смотрели на черный экран смартфона, словно ожидали, что он сейчас продолжит трансляцию этого безумия.

Первым не выдержал Сухо. Он громко фыркнул, а затем расхохотался, едва не свалившись с дивана.

– Ну, братец! – выдавил он сквозь смех. – А я-то думал, почему он так часто начал «консультироваться по юридическим вопросам».

Хэ Ин, сохранившая относительное спокойствие, лишь покачала головой, хотя в уголках её глаз плясали искорки смеха.

– Сухо, учись у брата, – сквозь смех вставила моя сестра Джин А, — а то ты всё на своих тренировках пропадаешь, скоро на штанге женишься. А Алекс время зря не теряет. Сразу и дочка, и личный адвокат с глубокими чувствами.

Мать, оправившись от шока, вдруг довольно улыбнулась.

– А что? Мальчик видный, образованный, – рассудительно заметила она. – И Алекс при нем как-то... остепенился. Только вот штаны жалко, дорогие, наверное, были.

Я потер переносицу, чувствуя, как внутри нарастает странная смесь облегчения и родительского недоумения. Мой сын, мастер боевых искусств, знаток болевых точек, который мог уложить любого охотника без капли маны, оказался совершенно беспомощен перед одним пьяным юристом.

– Походу, его сегодня не стоит ждать домой, – подытожил Сухо, вытирая слезы от смеха. – Пап, ты как, пойдешь спасать его честь или пусть сами разбираются?

Я посмотрел на телефон, потом на свою семью. Вспомнил, как Алекс выглядел в последние недели — более живым, более спокойным, несмотря на ночные дежурства у колыбели. Вспомнил, как Ли Вон смотрел на него, когда думал, что никто не видит.

– Пусть сами разбираются, – наконец сказал я, чувствуя, как губы сами собой расплываются в улыбке. – Думаю, Ли Вон завтра утром будет очень сильно жалеть о сказанном, а Алекс... Алекс найдет способ припомнить ему это до конца жизни.

– Или они просто купят новые штаны, – добавила Хэ Ин, нежно глядя на меня.

Я кивнул. Жизнь семьи Сон никогда не была нормальной. У нас были тени, монархи, магические подземелья и дети, рожденные от интриг. Но в этот вечер, слушая смех своих родных и зная, что Ари мирно спит наверху, я впервые за долгое время почувствовал, что всё именно так, как и должно быть.

Даже если для этого потребовалось порвать пару дизайнерских брюк и выслушать пьяное признание в любви по громкой связи.

– Ну что ж, – отец поднялся, потягиваясь. – Раз главного героя не будет, давайте хоть пирожки доедим. Джин Ву, наливай еще чаю. Кажется, нам есть что обсудить.

И мы обсуждали. До поздней ночи. О том, каким будет будущее Ари, о том, что Сухо пора бы найти себе кого-то, кто будет рвать на нем одежду с таким же энтузиазмом, и о том, что Алекс, несмотря на всю свою дерзость, наконец-то нашел свой путь. Путь, который вел не только в тени прошлого, но и в светлое, пусть и немного сумасшедшее, будущее.