Внук
Наследник Бездны: Видение несбывшегося
– Система... покажи мне правду.
Голос Сон Джин-Ву прозвучал хрипло, почти неузнаваемо в утренней тишине кладбища. Он стоял перед скромным надгробием из серого гранита. «Ким Юми. 1988 – 2024». Фотографии не было — только имя и даты, которые теперь казались Джин-Ву приговором.
Он положил букет белых лилий на холодную землю. Юми любила лилии. Он вспомнил об этом только сейчас, спустя восемнадцать лет, когда аромат цветов ударил в нос, пробуждая похороненные глубоко внутри воспоминания о запахе её волос и тепле её рук.
Алекс не пришел. Джин-Ву ждал его два часа, вглядываясь в тропинку между могилами, надеясь увидеть высокую фигуру с взъерошенными волосами и ледяным взглядом голубых глаз. Но сын остался верен своему слову. Он не искал искупления для отца. Он просто вычеркнул его из своей реальности.
– Слова этого мальчишки... они бьют точнее, чем любое оружие Монархов, – прошептал Джин-Ву, опускаясь на колени перед могилой. – «Если бы я хотел мести, я бы просто убил тебя».
Внезапно воздух вокруг него завибрировал. Перед глазами всплыло полупрозрачное системное окно, которого он не видел уже очень давно.
[Внимание! Запрос принят.] [Запуск симуляции: «Альтернативная временная линия — Путь Мести Сон Алекса».]
– Что?.. – Джин-Ву не успел договорить.
Мир вокруг него мгновенно подернулся серой дымкой и рассыпался на тысячи осколков. Звуки птиц и шелест листвы сменились леденящим душу воем ветра и грохотом обрушивающихся зданий.
Джин-Ву обнаружил себя стоящим посреди руин собственного особняка. Тот самый «идеальный дом», который он строил для Ча Хэ-Ин и Сухо, лежал в руинах. Стены были вывернуты наружу, словно изнутри взорвалась сверхновая звезда. Небо над Сеулом было неестественно черным, затянутым густым дымом и пеплом.
– Нет... – выдохнул Джин-Ву.
Он бросился вперед, сквозь обломки дорогой мебели и разбитого мрамора. Его мана пульсировала, но система блокировала любые попытки призвать теней. Он был лишь зрителем в этом кошмаре.
В центре того, что когда-то было гостиной, он увидел их. Ча Хэ-Ин лежала на спине, её глаза были широко открыты, застыв в выражении бесконечного ужаса. Её доспехи охотника ранга S были разорваны в клочья, словно их кромсали гигантские лезвия. Рядом, в нескольких шагах, лежал Сухо. Мальчик... его сын... он выглядел так, будто просто уснул, если бы не страшная рана на груди и неестественная бледность кожи.
– Сухо! Хэ-Ин! – Джин-Ву закричал, пытаясь коснуться их, но его руки проходили сквозь призрачные тела, как сквозь дым.
– Они не слышат тебя, – раздался голос, от которого по спине Джин-Ву пробежал ледяной холод.
Из тени разрушенной колонны вышел Алекс. Но это был не тот студент-инженер, которого Джин-Ву видел вчера. Этот Алекс выглядел как истинное божество разрушения. Его черная одежда была пропитана кровью, а небесно-голубые глаза светились таким ярким, безумным пламенем, что на них было больно смотреть.
За его спиной извивались десятки огромных теневых щупалец. Они были живыми, пульсирующими, покрытыми острыми шипами и светящимися прожилками маны. Каждое движение этих отростков вызывало дрожь в самом пространстве.
– Ты... что ты наделал? – Джин-Ву из альтернативной реальности, израненный, стоящий на коленях в центре руин, поднял голову на сына.
Джин-Ву-зритель замер. Он видел самого себя — величайшего охотника, Монарха Теней, который сейчас выглядел как побитый пес. Его броня была уничтожена, а из ран сочилась темная кровь.
Алекс подошел к отцу неспешным, почти ленивым шагом. Одно из его щупалец обвилось вокруг обломка стены и с легкостью превратило его в пыль.
– Я сделал то, что ты делал всю свою жизнь, папа, – голос Алекса в симуляции был лишен эмоций, он звучал как шелест сухих листьев. – Я очистил мир от того, что мне мешало. Ты стер мою мать из своей жизни, потому что она не вписывалась в твой имидж. Я стер твою семью, потому что они — лишь напоминание о твоем предательстве.
– Они были ни в чем не виноваты... – прохрипел Джин-Ву на коленях.
– Вина? – Алекс наклонился к нему, и его щупальца угрожающе нависли над головой Монарха. – В мире, который ты создал, нет места вине. Есть только сила. Ты сам научил этому мир. Я просто оказался прилежным учеником.
Алекс внезапно протянул руку и схватил Джин-Ву за горло. С такой легкостью, словно тот был тряпичной куклой, он поднял великого Монарха над землей. Теневые щупальца за спиной парня начали пульсировать в такт его ярости, их концы заострились, превращаясь в смертоносные копья.
– Посмотри на них, – Алекс указал свободной рукой на тела Хэ-Ин и Сухо. – Это цена твоей «безупречной» жизни. Каждая секунда их агонии — это секунда одиночества моей матери. Каждая слеза Сухо — это слеза Юми, которую ты не захотел увидеть.
Джин-Ву-зритель чувствовал физическую боль, наблюдая за этой сценой. Он видел, как Алекс сжимает пальцы, и лицо его альтернативного «я» синеет от нехватки воздуха. Великие тени — Игрис, Беру, Беллион — лежали развеянными прахом у ног нового господина Бездны. Они не смогли защитить своего Короля от его собственного наследия.
– Я мог бы убить тебя сразу, – продолжал Алекс, и в его глазах промелькнула тень бесконечной скорби. – Но я хочу, чтобы ты жил. Я хочу, чтобы ты бродил по этому пеплу до конца своих дней, зная, что ты — Монарх Ничего. Ты спас мир, но не смог спасти свою душу.
Алекс с силой отшвырнул Джин-Ву в сторону. Тот ударился о груду обломков и остался лежать неподвижно, не в силах даже поднять руку.
Алекс обернулся к камере — к Джин-Ву, который наблюдал за этим из реальности. На мгновение показалось, что их взгляды встретились.
– Это то, чего ты хотел? – спросил призрачный Алекс, обращаясь прямо к отцу. – Это та месть, которой ты так боялся?
Картинка начала искажаться. Окровавленный Сеул, тела близких, чудовищные щупальца — всё начало таять, превращаясь в черную воронку.
– Останови это! – закричал Джин-Ву. – Система, хватит!
[Симуляция завершена.]
Джин-Ву резко открыл глаза. Он всё еще стоял на коленях на кладбище. Солнце поднялось выше, согревая землю, но его била крупная дрожь. Белые лилии на могиле Юми казались ослепительно яркими на фоне того пепла, который он только что видел.
Он тяжело дышал, пытаясь осознать увиденное. Бойня. Тотальное уничтожение всего, что ему было дорого. И самое страшное — он видел, с какой легкостью Алекс это сделал. Его сила... она не была заимствованной. Она была первобытной, рожденной из боли и несправедливости.
– Господин? – Раздался тихий голос Беру из тени. Маршал чувствовал состояние своего господина и был готов немедленно вступить в бой с невидимым врагом.
– Назад, Беру, – выдохнул Джин-Ву, вытирая пот со лба. – Всё в порядке. Просто... видение.
Он поднялся на ноги, чувствуя слабость в коленях. Теперь он понимал. Алекс не лгал вчера. Если бы этот парень действительно приехал за местью, Корея бы уже лежала в руинах, а сам Джин-Ву захлебывался бы собственной кровью на развалинах своего дома.
Тот факт, что Алекс выбрал университет, чертежи и обычную жизнь с Ли Воном, был не слабостью. Это был величайший акт милосердия, на который только был способен человек с такой силой.
– Он пощадил нас, – прошептал Джин-Ву, глядя на небо. – Он мог уничтожить нас всех, но предпочел просто... уйти.
Джин-Ву коснулся надгробия Юми пальцами.
– Ты воспитала его лучше, чем я мог представить, Юми. Он сильнее меня. Не потому, что у него больше маны, а потому, что в нем достаточно света, чтобы не поддаться этой тьме.
Он развернулся и медленно пошел к выходу с кладбища. Каждое движение давалось ему с трудом. Образ мертвого Сухо и растерзанной Хэ-Ин всё еще стоял перед глазами, напоминая о том, какой хрупкой была его «идеальная» жизнь.
У ворот его ждала машина. Сухо сидел на заднем сиденье, уткнувшись в телефон. Увидев отца, он помахал ему рукой, и в этом простом жесте Джин-Ву увидел величайший дар — жизнь сына, которая могла оборваться в той альтернативной реальности.
– Папа, ты в порядке? – спросил Сухо, когда Джин-Ву сел в машину. – Ты какой-то бледный.
– Всё хорошо, Сухо, – Джин-Ву положил руку на плечо сына и крепко сжал его. – Просто... я понял одну важную вещь.
– Какую?
– Нам очень повезло, что твой брат — хороший человек.
Сухо удивленно приподнял бровь, но не стал расспрашивать. Машина тронулась с места, увозя их прочь от кладбища.
Джин-Ву смотрел в окно на мелькающий город. Он знал, что Алекс никогда не назовет его отцом. Он знал, что между ними всегда будет стоять эта невидимая стена из восемнадцати лет молчания и смерти Юми. Но теперь он также знал, что каждый день, когда он видит улыбку Сухо или слышит о новых успехах Алекса в университете — это подарок. Подарок от сына, который имел полное право стать его палачом, но выбрал путь прощения через безразличие.
– Система, – мысленно произнес Джин-Ву. – Удали этот файл симуляции. Навсегда.
[Запрос принят. Файл удален.]
Джин-Ву закрыл глаза. В глубине его сознания, где-то на самой границе с Бездной, он чувствовал присутствие Алекса. Он чувствовал, как теневые щупальца парня мирно спят, свернувшись вокруг его новой жизни, словно верные псы.
«Будь счастлив, Алекс», – подумал он. – «Будь тем инженером, которым хочешь быть. Строй свои мосты. А я... я буду охранять твой покой из тени, даже если ты никогда об этом не узнаешь».
Сеул жил своей обычной, суетливой жизнью. Люди спешили по делам, не подозревая, что всего год назад мир стоял на грани превращения в пепелище, и спас его не великий Монарх Теней, а обычный студент, который просто очень сильно любил свою мать.
Джин-Ву глубоко вздохнул и впервые за долгое время почувствовал, что тяжесть в его груди стала чуть меньше. Бойня не состоялась. И это была самая важная победа в его жизни.