← Назад к обзору

Внук монарха

На грани миров и реальностей

– Черт бы побрал эти семейные традиции, – пробормотал Юки, с силой пиная ни в чем не повинную жестянку из-под газировки.

Банка с грохотом отлетела от стены переулка. Юки шел по вечернему Сеулу, натянув капюшон своего плаща. В наушниках на полной громкости гремел агрессивный бит, но даже он не мог заглушить голос отца, до сих пор звенящий в ушах. Сухо снова устроил скандал. "Ты еще не готов", "Твое пламя нестабильно", "Я не потеряю еще и тебя".

– Не готов он, – Юки злобно дернул плечом, и цепочки на его левом запястье отозвались резким звоном. – Я деда с места сдвинул. Деда! Теневого Монарха! А отец ведет себя так, будто я до сих пор в детском саду леденцы ворую.

Он достал из кармана кубик Рубика. Пальцы привычно замелькали, щелкая пластиком в такт музыке. Юки был в ярости. Он так хотел доказать отцу, что может стоять с ним плечом к плечу, что его черное пламя — это не проклятие, а инструмент. Но Сухо просто развернулся и ушел в портал, оставив сына под присмотром теней деда.

Юки сделал очередной шаг, собираясь свернуть к парку, как вдруг пространство перед глазами поплыло.

Это не было похоже на открытие обычных Врат. Воздух не задрожал, не появилось марево маны. Просто под его правой ногой, обутой в черный кроссовок, внезапно разверзлась пустота.

– Какого... – только и успел выдохнуть парень, прежде чем гравитация предательски исчезла.

Он не просто падал. Его крутило в воронке, которая пахла озоном и старой бумагой. Черное пламя Алексы непроизвольно вспыхнуло вокруг его тела, пытаясь защитить хозяина, но пустота поглощала искры быстрее, чем они рождались. Юки зажмурился, чувствуя, как реальность выворачивается наизнанку.

Удар о землю был жестким. Юки перекатился через плечо, используя свои навыки боевых искусств, чтобы погасить инерцию, и вскочил на ноги. Рука инстинктивно нырнула в карман за кубиком — цел.

– Ох, бля... – Юки сплюнул и вытер бледный лоб тыльной стороной ладони. – Дед меня убьет, если я вовремя не приду на ужин. Это что, какой-то дефектный портал?

Он огляделся. Это был Сеул. Тот же парк, та же плитка... но что-то было не так. Воздух казался чище, а мана — спокойнее, без того гнетущего напряжения, к которому он привык.

Внезапно его чутье, обостренное годами тренировок, взвыло. К нему приближались. И это были не обычные люди. Сила, исходившая от приближающихся, была огромной, подавляющей и... пугающе знакомой.

Через мгновение перед ним из теней вышли трое.

Юки застыл, его рука с кубиком Рубика замерла на полпути.

В центре стоял мужчина. Высокий, с острыми чертами лица и глубокими черными глазами, в которых мерцали звезды. На нем был строгий темный костюм, и от него веяло такой мощью, что даже черное пламя внутри Юки испуганно притихло. Рядом с ним стояла женщина — невероятно красивая, с короткими светлыми волосами и пронзительным взглядом охотника. А чуть поодаль стоял парень, на вид лет восемнадцати, атлетично сложенный и с очень знакомым разрезом глаз.

– Кто ты такой? – голос мужчины прозвучал низко, вибрируя в самом воздухе. – И откуда у тебя эта сила?

Юки моргнул раз, другой. Он смотрел на мужчину, и его мозг, привыкший анализировать всё со скоростью света, начал выдавать ошибку за ошибкой.

– Охренеть... – выдохнул Юки, потирая глаза. – Дед? Ты чего, омолаживающее зелье выпил? Хотя из-за силы Монарха ты и так выглядишь лет на двадцать шесть... Но почему ты в костюме? И почему...

Он перевел взгляд на парня восемнадцати лет, а потом на женщину.

– Почему этот "старик" выглядит старше моего отца? И кто эта женщина? Где мы вообще?

Мужчина в костюме — Сон Джинву этой реальности — слегка нахмурился. Он почувствовал от этого странного подростка запах своей собственной маны, но смешанный с чем-то совершенно иным, темным и разрушительным.

– Ты назвал меня дедом? – Джинву сделал шаг вперед, и тени у его ног зашевелились. – Мальчик, ты понимаешь, с кем говоришь?

Юки выпрямился, его ухмылка вернулась на лицо, хотя внутри всё дрожало. Он поправил синий узел норигэ на поясе и тряхнул головой, заставляя серебряную серьгу в ухе звякнуть.

– Я-то понимаю. Я Сон Юки. Внук Сон Джинву и сын Сон Сухо. И этот чертов старик — мой отец — явно будет не в восторге, если узнает, что я провалился в какую-то дыру во времени.

Джинву замер. Ча Хэ Ин, стоявшая рядом, прижала ладонь к губам, а их сын, Сухо, сделал шаг вперед, недоверчиво разглядывая Юки.

– Сон Сухо — это я, – произнес восемнадцатилетний парень. – Но у меня нет детей. И мне восемнадцать.

Юки посмотрел на него, потом на Джинву, потом на женщину. Пазл в его голове наконец сложился, и он издал короткий, истерический смешок.

– А, ну понятно. Другая временная линия. Классика жанра, – он убрал кубик Рубика в карман и скрестил руки на груди. – Значит, в этой версии ты, дед, выбрал "статус идеальной семьи".

Он внимательно посмотрел на Ча Хэ Ин.

– Хм... эта женщина знакома по архивам. Она ведь Ча Хэ Ин, бывшая S-ранговая охотница, верно? Значит, в этой версии она твоя жена.

– "В этой версии"? – переспросила Хэ Ин, её голос дрожал от любопытства и легкого шока.

– Ага, – Юки бесцеремонно оглядел её. – Красивая, не спорю. Но моя бабушка куда круче. Её зовут Сон Юми. И у них с дедом в моем мире было трое детей. Дед там по-настоящему счастлив, он не носит эти дурацкие костюмы, если только бабуля не заставит.

Джинву почувствовал, как внутри него что-то дрогнуло. Другая жизнь? Другой выбор?

– Сон Юми... – тихо повторил он. – Я не знаю никого с таким именем среди охотников.

– Потому что она не охотница, – Юки пожал плечами, его взгляд стал на мгновение мягче. – Она была обычной девушкой, которую он встретил, когда всё закончилось. Она научила его готовить что-то, кроме лапши быстрого приготовления, и заставила его снова смеяться по-настоящему, а не той жуткой ухмылкой Монарха. Хотя... – Юки снова ухмыльнулся, – ухмылка у нас семейная.

Сухо из этой реальности подошел ближе. Он видел сходство. Те же взъерошенные волосы, та же уверенность в движениях. Но красные линии под глазами Юки и его черное пламя, которое то и дело прорывалось искрами из-под рукавов, пугали.

– Ты сказал, что твой отец — Сон Сухо — постоянно в рейдах, – произнес местный Сухо. – И что твоя мама умерла?

Лицо Юки мгновенно помрачнело. Бледная кожа стала казаться еще белее, а красные линии под глазами налились цветом.

– Да. Она была целительницей С-ранга. Добрая, светлая... Отец так и не смог себе простить, что его сила Монарха Хаоса не спасла её при родах. Поэтому он и бежит в разломы. Ищет смерти или искупления, черт его знает. Воспитывал меня в основном дед.

Юки посмотрел на Джинву.

– Ты в моей реальности — легенда, которая сидит в кабинете и крутит четки, присматривая за миром. Но когда ты берешь в руки нож, чтобы порезать овощи для рагу... вот тогда ты настоящий. А здесь... здесь ты выглядишь как персонаж из журнала Forbes. Скучно.

Джинву не знал, злиться ему или смеяться. Этот дерзкий мальчишка говорил с ним так, как никто не осмеливался уже десятилетия.

– Ты сказал, что у тебя черное пламя, – Джинву сменил тему, чувствуя, как атмосфера накаляется. – Это не сила тени.

– Это Алекса, – Юки вытянул левую руку, и над его ладонью заплясал абсолютно черный огонь, поглощающий свет фонарей. – Первородное разрушение. Я не некромант, дед. Я не умею призывать армию. Я сам по себе армия. Один удар — и пустота.

Местный Сухо восхищенно выдохнул, но Джинву видел опасность. Это пламя было нестабильным, оно буквально вибрировало от голода.

– Тебе нужно научиться контролировать это, Юки, – сказал Джинву, и в его голосе прорезались те самые властные нотки, которые Юки слышал от своего деда во время тренировок. – Иначе оно сожжет тебя изнутри.

– Я знаю! – огрызнулся парень, и пламя исчезло. – Я собираю кубик Рубика, я танцую, я играю в игры — я делаю всё, чтобы эта дрянь не вырвалась наружу. Дед учит меня контролю, но он... он другой.

Юки сел прямо на траву, по-турецки, и достал из кармана пачку сигарет. Посмотрел на Джинву, потом на Хэ Ин, вздохнул и убрал её обратно.

– Ладно, при даме не буду. Дед бы мне голову оторвал.

– Значит, ты мой внук из другого мира, – Хэ Ин подошла и присела рядом с ним на корточки. Она не чувствовала от него угрозы, только глубокое, запрятанное очень далеко одиночество. – И в твоем мире я... не существую для твоей семьи?

Юки посмотрел на неё. В его взгляде промелькнула тень сожаления.

– Ты была великим охотником, Ча Хэ Ин. Дед всегда говорил о тебе с уважением. Но его сердце выбрало Юми. Извини, бабуля, – он криво усмехнулся. – Но ты здесь выглядишь счастливой. Наверное, это главное.

– Нам нужно понять, как вернуть тебя обратно, – Джинву подошел к ним, его взгляд стал деловым. – Прорыв реальности такой силы не мог произойти случайно.

– Скорее всего, это из-за моего пламени, – Юки встал, отряхивая брюки-карго. – Я разозлился на отца, сила плеснула через край, и, видимо, срезонировала с каким-то нестабильным разломом поблизости. Теперь я здесь. И честно сказать... тут как-то слишком спокойно. У нас в Сеуле вечно что-то горит или падает.

Он посмотрел на местного Сухо.

– Эй, "папаша". Хочешь посмотреть, на что способен твой сын из будущего? Или ты только в теории силен?

Сухо усмехнулся, принимая вызов. В его глазах вспыхнул азарт.

– Я не против спарринга. Но учти, я не буду поддаваться только потому, что ты из будущего.

– И не надо, – Юки скинул свой плащ на траву, оставшись в водолазке с золотым драконом. – Я привык к жестким играм. Дед меня не жалел.

Джинву отошел в сторону, увлекая за собой Хэ Ин. Он призвал Игриса и Бера, приказав им создать невидимый барьер вокруг парка.

– Ты действительно веришь ему? – тихо спросила Хэ Ин, глядя на подростка.

– Его мана... она пахнет так же, как моя, когда я только получил силу системы. Хаотичная, голодная, но стремящаяся к порядку. Он Сон. В этом нет сомнений. Но то, что он рассказал о другом мире...

Джинву замолчал, глядя на свои руки. Мир, где он выбрал обычную жизнь. Мир, где он не стремился стать идеальным символом, а просто любил. Это была мысль, которая жгла сильнее любого пламени.

Тем временем на поляне Юки уже вошел в раж. Он двигался с невероятной скоростью, его кроссовки едва касались земли. Он не просто дрался — он танцевал. Каждый его выпад был ритмичен, каждый блок сопровождался коротким всплеском черного дыма.

– Слишком медленно! – крикнул Юки, уворачиваясь от удара Сухо. – Мой отец в твоем возрасте уже умел читать движения по тени!

– Я только учусь! – огрызнулся Сухо, пытаясь поймать скользкого противника.

Юки внезапно замер, его правая рука нырнула в карман, а левая вспыхнула черным.

– Черное пламя: Ритм пустоты!

Он нанес серию ударов в воздух, и из его кулаков вырвались снаряды черного огня. Они не летели по прямой, они двигались зигзагами, словно подчиняясь какому-то безумному биту. Сухо пришлось использовать всю свою ману, чтобы создать щит.

*Бум! Бум! Бум!*

Взрывы сотрясли барьер Игриса. Когда дым рассеялся, Юки стоял в центре выжженного круга, тяжело дыша. На его губах была всё та же тонкая ухмылка, но глаза выражали усталость.

– Неплохо для начала, – признал он. – Но тебе не хватает... ярости. Ты слишком правильный. Мой отец — Монарх Хаоса. Он дерется так, будто мир вот-вот рухнет, и ему плевать, что останется после.

Юки поднял свой плащ и накинул его на плечи.

– Ладно, дед. Раз уж я здесь застрял, у вас найдется где поспать? И... – он замялся, чуть покраснев, – у вас есть персики? Или что-нибудь сладкое? Я зверски проголодался, а мана восстанавливается лучше всего на сахаре.

Джинву не смог сдержать улыбки. Этот парень был воплощением противоречий: разрушительная мощь и любовь к персикам, дерзость и глубокое уважение к семье.

– Пойдем домой, Юки, – сказал Джинву, подходя к нему и кладя руку на плечо. – Думаю, у нас найдется и еда, и ответы. Ча Хэ Ин, дорогая, ты не против гостя из... другого будущего?

Хэ Ин улыбнулась, глядя на Юки с нежностью, которую парень не совсем понимал, но которая заставила его сердце биться чуть спокойнее.

– Конечно. Я приготовлю что-нибудь особенное. И персики у нас есть, я как раз сегодня купила.

Юки шел вслед за ними, снова щелкая кубиком Рубика. Он оказался в мире, где всё было по-другому. Здесь его дед был женат на другой женщине, его отец был почти его ровесником, а мир казался... слишком правильным.

Но, глядя на спину Джинву, Юки чувствовал странную уверенность. Возможно, он попал сюда не случайно. Возможно, его черное пламя было ключом к чему-то, что даже величайший из Монархов не мог увидеть.

– Эй, Сухо, – окликнул он парня, который шел рядом, всё еще с недоумением поглядывая на "сына". – У тебя есть видеоигры? "Подземелья и Демоны"?

– Есть последняя версия, – ответил Сухо, начиная улыбаться. – Сыграем?

– Разгромлю тебя в пух и прах, – пообещал Юки. – И не надейся на семейные узы. В играх я — настоящий Монарх.

Они уходили в сторону дома Сон, оставляя позади парк и тени, которые сегодня стали свидетелями рождения новой, невероятной истории. Черное пламя Алексы затихло в груди Юки, согретое обещанием спелых персиков и тепла, которое, как оказалось, было одинаковым во всех мирах.