Волшебник убийца и безумный мир Marvel
Когда гаснет свет и плавится пломбир
В пентхаусе Дженнифер Уолтерс царила святая, почти осязаемая тишина, нарушаемая лишь мерным гудением дорогого японского кондиционера и яростным, пулемётным клацаньем кнопок на геймпадах.
Гарри Поттер сидел на полу, прислонившись спиной к массивному кожаному дивану. На нём были безразмерные серые треники, растянутая белая футболка с надписью «Не влезай — убьёт ленивого» и домашние тапочки в виде морд сердитых бульдогов. Во рту у него привычно торчала пластиковая палочка от клубничного чупа-чупса, а на журнальном столике стояла гигантская хрустальная креманка с трёхслойным клубнично-ванильным парфе, увенчанным горой взбитых сливок и ярко-красной вишенкой. Взгляд зелёных глаз был абсолютно пустым, мутным и сонным — фирменный взгляд рыбы, пролежавшей на прилавке трое суток, которому позавидовал бы сам Саката Гинтоки.
Справа от него, скрючившись в немыслимой позе боевого бабуина, на ковре восседал Уэйд Уилсон. Дэдпул был в полном красно-чёрном трико, но без маски — его изуродованное, похожее на перезревшее авокадо лицо лоснилось от пота, а изо рта капала слюна азарта.
На огромной шестидесятидюймовой плазме шла финальная стадия матча в Battlefield 4. Режим «Захват», карта «Осада Шанхая».
Счёт был равным. До конца раунда оставалось сорок секунд.
– Уэйд, твою мать за ногу и об угол тумбочки, – монотонно, не вынимая леденца, проговорил Гарри, с ювелирной точностью ведя прицел снайперской винтовки через руины рухнувшего небоскрёба. – Если ты ещё раз кинешь гранату под гусеницы моего танка, я скормлю твои регенеративные потроха соседскому спаниелю.
– Это был тактический бросок, сопляк! – взвизгнул Дэдпул, яростно дёргая стики геймпада так, что пластмасса жалобно трещала. – Я выкуривал того кемпера с ником «XxX_ТвояМамка_XxX»! Он трижды осквернил мой труп чайным пакетиком! Чайным пакетиком, Гарри! В двадцать первом веке! Это преступление против человечности! Заходи слева, у нас тикеты тают быстрее, чем бюджет фильмов категории «Б»!
– Я держу точку «С», – вздохнул Поттер, лениво зевнув. – Ты лучше прикрой вертолёт. Нам нужна эта победа. Мы играем этот чертов рейтинговый матч уже четыре часа. Моё парфе начинает таять. А когда моё парфе тает, уровень сахара в моей крови падает. Когда уровень сахара падает, я становлюсь злым. А когда я злой…
– Ой, да брось свои дешёвые понты из сёсэя! – отмахнулся Уэйд. – Гляди на экран! Гляди! Я захватываю флаг! Моя серия убийств — сорок девять! Ещё один фрагозавр, и я получу ачивку, ради которой продал бы почку, если бы она у меня не отрастала обратно каждые пять минут! Давай, детка, иди к папочке…
На экране персонаж Уилсона вскинул гранатомёт, наводясь на вражеский бронетранспортёр. До исторического триумфа оставалось три секунды.
И в этот момент город умер.
Щёлк.
Звук был тихим, почти издевательским.
Экран плазмы моргнул ядовито-синей вспышкой и погас, превратившись в безжизненное чёрное зеркало. Кондиционер испустил долгий, затухающий свист и затих. Лампы на потолке лопнули с сухим треском. За окнами пентхауса — там, где секунду назад пульсировал миллионами огней Манхэттен, — опустилась глухая, непроглядная, могильная тьма. Лишь вдалеке послышались нарастающий вой автомобильных сирен, визг тормозов и треск коротких замыканий.
В комнате повисла тишина.
Она длилась пять секунд. Десять. Пятнадцать.
Уэйд медленно опустил руки. Пластиковый геймпад выпал из его пальцев и глухо стукнулся о ковёр.
– Нет… – прошептал наёмник. В его голосе звучал неподдельный, первобытный ужас. – Нет, нет, нет… Не говори мне, что сетевой протокол не успел отправить пакет данных на сервер…
Гарри сидел неподвижно. Он медленно вынул чупа-чупс изо рта. Взглянул на погасшую консоль PlayStation, от которой поднималась тонкая струйка пахучего сизого дыма — явно сгорел блок питания от дикого скачка напряжения. Затем он перевёл взгляд на своё парфе.
Верхушка взбитых сливок подтаяла, и вишенка с тихим, издевательским шлепком сползла на блюдечко.
Зелёные глаза Гарри сузились. В них больше не было сонной лени Гинтоки. Там зажёгся тот самый ледяной, потусторонний огонёк абсолютного нуля, от которого четырнадцать лет назад в Годриковой Лощине разлетелся на куски величайший Тёмный Лорд Британии.
– Мой… сотый… фрагов… стрик… – прохрипел Дэдпул, хватаясь за голову и начиная раскачиваться взад-вперёд. – Моя платиновая ачивка… Мой «Battlefield-момент»… Всё пошло псу под хвост из-за неуплаченного счёта за свет?! Я убью чувака из «Кон-Эдисон»! Я засуну ему счётчик в глотку и заставлю крутить педали генератора до конца его никчёмных дней!
– Дело не в счетах, – голос Гарри звучал пугающе тихо, бархатисто и ровно, словно лязг досылаемого в патронник патрона. Он поднялся с пола. В темноте его силуэт казался неестественно чётким. – Дженнифер платит за коммуналку на три года вперёд через трастовый фонд. Это не авария. Это импульс. В воздухе пахнет озоном и жжёным кремнием. Кто-то только что выжег всю энергосистему города электромагнитной волной направленного действия.
– И этот «кто-то», – Уэйд медленно встал, и в его желтоватых глазах сквозь маску вспыхнуло чистое безумие, – лишил меня триумфа всей жизни?
– Хуже, – Гарри указал пальцем на десерт. – Он растопил моё мороженое.
Повисла пауза. Уэйд посмотрел на вишенку. Посмотрел на Гарри.
– Ну всё, – деловито заключил Дэдпул, натягивая маску обратно на лицо. – Этот парень — труп. Даже авторы комиксов не смогут прописать ему сюжетную броню после такого дерьма. Где мои катаны?
– В шкафу для обуви, между лабутенами Джен и моими берцами, – бросил Гарри, уже направляясь в глубь коридора.
Его ленивая походка сменилась пружинистым, хищным шагом ликвидатора. За десять секунд он скинул треники, натянул плотные тактические брюки, зашнуровал армейские ботинки и накинул любимое тёмно-синее пальто из зачарованной драконьей кожи, на подкладку которого лично нанёс руны распределения кинетической энергии. Под мышки привычно легли ремни оперативных кобур с двумя модифицированными Beretta 92FS — стволы были вычищены, утяжелены и зачарованы на подавление отдачи и усиление пробивной способности. За спину отправился укороченный помповый дробовик Remington 870 с бронебойными патронами, снаряжёнными солью и серебряной стружкой. В карманы — магазины, мистические коды и пачка новых мятных леденцов.
– Let’s rock, baby, – тихо усмехнулся Гарри, взводя курки «Беретт» со звуком, напоминающим сухой треск ломающихся костей. Образ сонного бездельника развеялся без следа. Сейчас перед зеркалом стоял опаснейший симбиоз наёмника из Роанапура, циничного охотника за магами и Данте, готового устроить кровавую вечеринку.
Дэдпул вывалился из прихожей, увешанный гранатами, пистолетами и двумя сияющими клинками.
– План операции! – гаркнул Уэйд. – Найти ублюдка, привязать его к автомобильному аккумулятору… хотя стоп, если он управляет током, это его только возбудит. Значит, найти ублюдка, оторвать ему ручки, засунуть их ему в…
– План простой, – перебил Гарри, застегивая пальто. – Найдём источник, разрядим в него пару рожков, а если не поможет — я проморожу его до абсолютного нуля и разобью молотком. Но сначала…
Гарри нахмурился.
– Сначала мне нужно проверить один адрес.
– О-о-о! – протянул Дэдпул, мерзко захихикав и толкнув его локтем в бок. – Блондиночка с ободком! Дочурка копа! Как романтично! Рыцарь в драконьей чешуе спешит спасти даму сердца от темноты и мародёров! Читатели просто рыдают от умиления, Гарри, выдай ещё немного подростковой драмы!
– Заткнись, Уэйд, иначе я проверю на тебе действие криогенных патронов, – холодно бросил Поттер и распахнул окно, выходящее на пожарную лестницу. – Шевели поршнями. Город долго не протянет.
***
Нью-Йорк погрузился в хаос.
Без светофоров перекрёстки превратились в кладбища разбитых машин. Во тьме уже звенели разбиваемые витрины магазинов электроники — мародёры всегда вылезали первыми, словно тараканы из щелей.
На крыше одного из высотных зданий неподалёку от Бродвея собралась пёстрая компания.
Человек-Паук яростно тряс свой высокотехнологичный коммуникатор с логотипом Щ.И.Т.а. Экранчик устройства был мёртв.
– Бесполезно! – крикнул он, поворачиваясь к товарищам. – Трискелион молчит! Спутники связи не отвечают! Мы отрезаны!
Вокруг него стояли подростки в супергеройских костюмах — его команда, собранная Ником Фьюри. Нова нервно парил в полуметре над крышей, его золотой шлем тускло мерцал, но энергетические бластеры на перчатках сбоили. Белая Тигрица прижимала уши к капюшону, напряжённо вслушиваясь в звуки сирен. Силач сжимал пудовые кулаки, а Железный Кулак замер в медитативной позе, пытаясь нащупать потоки Ци.
– Паук, что это было? – требовательно спросила Белая Тигрица, обнажая когти. – Взрыв на подстанции?
– Нет, – мрачно ответил Питер, оглядывая тёмную панораму города. – Это Электро. Макс Диллон. Я видел этот почерк, когда он только появился. Но в этот раз он каким-то образом подключился напрямую к главному магистральному хабу на Таймс-сквер. Он поглощает энергию всей энергосети штата! Если он закончит трансформацию, он перестанет быть просто парнем в трико с искрами — он станет живым электромагнитным цунами!
– Тогда летим и размажем его! – гаркнул Нова, поднимая кулаки. – У меня хватит космической энергии, чтобы…
– Никаких «летим», ведроид! – оборвал его Человек-Паук. – Ты не понимаешь? Твои костюмы, наши передатчики, глайдеры, датчики — всё завязано на микрочипы! Если мы сунемся к нему на полной мощности наших технологий, он просто поджарит нас изнутри наших же костюмов!
– И что ты предлагаешь? – нахмурился Люк Кейдж. – Сидеть здесь и ждать рассвета?
– Нет, – Питер выдохнул, собираясь с мыслями. В голове звучал голос дяди Бэна. – Мы герои. Мы должны работать как команда. По старинке. Без подсказок Фьюри, без компьютеров Щ.И.Т.а. Руки, ноги, паутина и мозги. Железный Кулак, твоя энергия Ци не имеет микросхем?
– Ци — это дыхание дракона, Паук, – спокойно отозвался Дэнни Рэнд. – Оно не подвластно машинам.
– Отлично. Силач — ты наша грубая сила. Тигрица — разведка и отвлечение. Нова… постарайся не блестеть слишком ярко, чтобы не стать громоотводом. Выдвигаемся на Таймс-сквер пешком по крышам!
– Эй, ребятки в трико! – раздался вдруг бодрый, наглый голос из темноты за вентиляционной шахтой. – Извините, что прерываю ваш драматический спич о дружбе и командной работе, но у нас тут чрезвычайная ситуация галактического масштаба!
Команда Паука мгновенно встала в боевую стойку.
– Кто здесь?! – рявкнул Нова, целясь перчаткой в тень.
Из мрака неторопливо вышли двое. Первый — в облегающем красно-чёрном костюме с парой катан за спиной, весело помахавший ладошкой. Второй — высокий подросток в длинном тёмном пальто, с чупа-чупсом во рту и руками, небрежно засунутыми в карманы.
– Дэдпул?! – Человек-Паук схватился за голову обеими руками. – О нет… Только не ты! Только не сегодня! У нас тут кризис городского масштаба, у меня нет времени на твои безумные выходки!
– У тебя нет времени?! – взвился Уэйд, подбегая к Пауку и тыча пальцем ему в белые линзы маски. – Это у меня нет времени, паучья морда! У меня раунд в Battlefield сгорел! Мой рейтинг! Моя репутация среди двенадцатилетних токсиков из Огайо разрушена! Я шёл на рекорд, Паучок! А этот синий любитель бесплатных розеток всё испортил!
– Погоди… – Питер моргнул, переводя взгляд на второго спутника наёмника. Глаза под маской полезли на лоб. – Гарри?!
Поттер лениво вынул изо рта леденец, оценивающе оглядел команду Щ.И.Т.а и насмешливо приподнял бровь:
– Здорово, Пит. Хороший костюмчик. Ткань дышит? А то от тебя в школе вечно паутиной и стиральным порошком тянет, я всё гадал, чем ты по ночам занимаешься.
– Ты… ты знаешь?! – пискнул Питер, забыв про конспирацию.
– Чувак, ты исчезаешь в туалете каждый раз, когда на город падает метеорит, а потом на уроках спишь носом в парту с синяками в форме щупалец Октопуса, – сухо парировал Гарри с ухмылкой Джозефа Джостара. – Надо быть слепым дегенератом из Хогвартса, чтобы не сложить два и два. Но сейчас не об этом.
Поттер шагнул ближе, и воздух на крыше моментально похолодел на несколько градусов. Белая Тигрица инстинктивно отступила на полшага, её звериное чутьё взвыло от опасности: парень перед ней выглядел обычным старшеклассником, но разило от него как от закованного в цепи айсберга.
– Я проверил дом Гвен, – продолжил Гарри, глядя на Паука уже без тени насмешки. – У них на улице чисто. Её отец держит периметр с патрульными, я оставил им пару защитных амулетов на случай, если полезут психопаты с пушками. Так что за неё можешь не волноваться.
– Спасибо… – растерянно пробормотал Питер, а затем опомнился: – Стоп! Гарри, ты не можешь идти с нами! Там смертельно опасно! Электро нестабилен, он…
– Пит, завали варежку, – добродушно, но непререкаемо перебил Поттер. – Во-первых, он выжег мне плойку. Во-вторых, он испортил моё идеальное клубничное парфе. И в-третьих…
Гарри плавно, с кинематографической грацией Данте распахнул полу пальто, демонстрируя две воронёные рукояти девятимиллиметровых чудовищ.
– …я ненавижу, когда электрики работают без лицензии. Мы идём убивать синюю лампочку. Вы с нами или будете дальше толкать речи про силу дружбы?
Нова возмущённо фыркнул:
– Слышь, ты, в пальто! Ты вообще кто такой? Думаешь, взял пару магловских пукалок и стал крутым? Мы тренировались на авианосце Щ.И.Т.а! Мы…
– Следующее, что ты скажешь, золотой мальчик: «Я покажу тебе, на что способен шлем Корпуса Нова!» – с издевательской ухмылкой произнёс Гарри, картинно приставив палец ко лбу.
– Я покажу тебе, на что способен шлем Корпуса… – начал Нова и осёкся, захлопнув рот и вытаращившись на Гарри как на привидение. – Что за чертовщина?!
– Старый трюк, работает на идиотах безотказно, – хмыкнул Поттер. – Дэдпул, вперёд. Чем быстрее закончим, тем больше шансов, что круглосуточная кондитерская на Пятой авеню ещё не разграблена.
– За мороженку и двор стреляю в упор! – радостно взревел Уэйд и сиганул с крыши, цепляясь кошками за пожарную лестницу.
Гарри просто шагнул в пустоту. На секунду под его ногами замерцали полупрозрачные ледяные ступени — магия древнего рода отзывалась на малейшее движение воли, гася инерцию падения.
Питер только тяжело вздохнул, стукнув себя ладонью по маске:
– Ладно, команда. Кажется, наш план только что стал в три раза безумнее. За ними!
***
Таймс-сквер больше не была центром развлечений и неоновой рекламы. Сейчас она напоминала жерло техногенного вулкана.
В центре площади, зависнув в воздухе на высоте десяти метров над землей, пылал гигантский сгусток ослепительно-синей плазмы. Макс Диллон — Электро — полностью растворился в стихии. От гигантских рекламных щитов к его телу тянулись ослепительные дуги электричества толщиной с вековые дубы. Провода под землей вздувались, вспучивая асфальт, асфальт плавился, превращаясь в черную пузырящуюся смолу.
– Я — СИЛА! – громоподобный голос Электро отражался от стен пустых небоскребов, заставляя вибрировать стекла. – ЭТОТ ГОРОД ПРИНАДЛЕЖИТ МНЕ! БОЛЬШЕ НИКАКИХ СЧЕТОВ! БОЛЬШЕ НИКАКИХ ПРАВИЛ! Я ВЫПЬЮ ЭТОТ МИР ДО ДНА!
– Эй, синяя изолента! – перекрывая гул сотен тысяч вольт, раздался звонкий, невыносимо ехидный крик.
Электро замер. Электрические дуги на секунду прекратили свою пляску.
Посреди расплавленного перекрестка, небрежно перешагивая через горящие обломки светофора, шли двое. Гарри Поттер крутил на указательном пальце блестящую «Беретту», а Дэдпул размахивал катанами, словно заправский чирлидер.
– Ты кто еще такой, мусор?! – взревел Электро, и из его глаз брызнули снопы молний. – Смертный червь с детскими пистолетиками?! Ты смеешь стоять передо мной?!
– Вообще-то, я пришел оформить возврат средств за моральный ущерб, – Гарри остановился в тридцати метрах от парящего монстра. Его пальто полоскал горячий, пахнущий гарью ветер. – Твой скачок напряжения стер мой сейв-файл. Сорок девять фрагов, Диллон. Сорок. Девять. Ты хоть представляешь, сколько терпения нужно, чтобы набить такой стрик с этим психопатом в пати?
– И парфе! – добавил Дэдпул, яростно тыча катаной в злодея. – Ты растопил его клубничное парфе! Это военное преступление по Женевской конвенции, глава седьмая, параграф «Не трогай сладкое у социопатов»!
Электро на секунду опешил от абсолютной, космической неадекватности происходящего. А затем его лицо исказилось яростью:
– СДОХНИТЕ В ПЕПЛЕ!
С его рук сорвалась колоссальная дуговая молния — ветвящийся каскад чистой смерти мощностью в несколько миллионов вольт, способный расплавить боевой танк за долю секунды.
В этот момент на крышу соседнего здания выскочила команда Человека-Паука.
– ГАРРИ, НЕТ! – в ужасе заорал Питер, выбрасывая нить паутины.
Но Гарри даже не дрогнул.
Движение было скупым, идеальным, отточенным годами тренировок под присмотром безжалостных десантников Балалайки и наставников Триады.
– *Трассировка: Абсолютный Ноль.*
Гарри не стал ставить обычный щит Протего, который электричество просто обогнуло бы или пробило через проводимость магического поля. Он ударил ладонью оземь, выпуская на волю ту силу, которую в детстве сочли случайным выбросом.
Земля застонала.
Температура в радиусе пятидесяти метров рухнула ниже предела, доступного земным законам физики. Воздух мгновенно побелел — азот и кислород начали сжижаться, оседая мерцающей изморозью на раскаленном асфальте.
Прямо перед Гарри и Уэйдом взметнулся трехметровый монолит прозрачного, сапфирово-синего льда. Но это был не простой лед — это была застывшая концепция отрицания энергии.
Молния Электро врезалась в кристалл.
Оглушительный грохот разорвал ночь. Но вместо того чтобы пробить барьер, электрический разряд… застрял. В условиях абсолютного нуля электрическое сопротивление упало до нуля, но сам поток энергии оказался скован криогенным коллапсом молекул. Синие молнии превратились в причудливые светящиеся узоры, навсегда вмерзшие в толщу монолита.
– Что за черт?! – опешил Электро, зависнув в воздухе.
– Мой черед, лампочка, – донесся из-за ледяной стены холодный насмешливый голос.
Лед с оглушительным звоном взорвался сотнями острых, как бритва, осколков, но полетели они не назад, а вперед — под действием кинетической магии Поттера, словно картечь из гигантской гаубицы.
Электро взвыл, когда зачарованные льдинки рассекли его энергетическое тело, вызывая дикую боль и сбивая концентрацию.
А следом за ледяным шквалом шел Гарри.
Это был чистый, первобытный, смертоносный Gun-Kata. Гарри скользил по обледеневшему асфальту, двигаясь с пластикой хищной кошки и скоростью пули. В его руках ожили две «Беретты».
*БАМ! БАМ! БАМ! БАМ!*
Грохот модифицированных патронов калибра 9х19 мм слился в сплошной пулеметный треск. Гарри стрелял по-македонски, не целясь глазами — его вела интуиция истинного снайпера. Каждая пуля была предварительно зачарована: вместо свинца сердечники были отлиты из закаленного холодного железа с нанесенными рунами поглощения энергии.
– А-А-А-А! – взвизгнул Электро, когда пули начали пробивать его светящийся кокон. Каждое попадание вырывало из него куски электрической плоти, замыкая каналы и рассеивая поглощенную мощь.
– Получай, электровеник! – с фланга с диким воплем налетел Дэдпул.
Уэйд крутанулся волчком, отвлекая злодея, и метнул обе катаны прямо в плечи Диллона. Мечи были заземлены медными тросиками, которые наемник ловко привязал к пожарному гидранту.
– ЗАКОРОТИЛО, ДЕТКА! – заржал Уэйд.
Часть заряда Электро с гулом ушла в землю через водопроводную систему. Злодей задергался, его форма начала терять стабильность, распадаясь на мерцающие полосы.
– СЕЙЧАС! – крикнул Человек-Паук с крыши. – Команда, вяжи его, пока он нестабилен!
– Не лезьте под ноги, детишки! – рявкнул Гарри, даже не оборачиваясь.
Он сделал подкат под летящей шальной молнией, выхватил из-за спины дробовик «Ремингтон» и в упор, снизу вверх, разрядил весь подствольный магазин в грудь Электро.
*БА-БАХ! БА-БАХ! БА-БАХ!*
Бронебойные патроны с солью и серебром, напитанные абсолютным нулем, сработали как криогенная бомба. Тело Электро начало стремительно кристаллизоваться. Свет внутри него угасал, сменяясь матовым, тусклым свечением замерзающего кремния.
– НЕТ! Я… Я НЕ МОГУ… ЗАМЕРЗНУТЬ! – захрипел Диллон, его голос из громоподобного превратился в жалкий старческий сип.
– Можешь, – Гарри мягко поднялся на ноги, отбросил пустой дробовик и шагнул вплотную к падающему на асфальт злодею. – Физику учить надо было, Макс. При абсолютном нуле даже электроны перестают двигаться.
Гарри поднял правую руку. Его пальцы коснулись груди светящегося мутанта.
– *Секо Гласиал.*
Ледяная волна накрыла Электро целиком. За одну секунду бушующий монстр чистой энергии превратился в гигантскую, неподвижную ледяную скульптуру, внутри которой испуганно трепетала крошечная, безопасная искорка побежденного злодея.
Вся поглощенная им энергия с оглушительным хлопком вырвалась наружу — но не разрушительным взрывом, а мягкой, рассеянной синей волной, которая устремилась обратно в обесточенные трансформаторы и магистрали.
Гул прошелся по улицам Манхэттена.
В окнах домов один за другим начал зажигаться свет. Замигали светофоры. Загудели рекламные щиты на Таймс-сквер, вспыхивая миллионами ярких красок. Огромные экраны снова транслировали рекламу колы и шоу бродвейских мюзиклов.
Энергосистема Нью-Йорка вернулась к жизни.
На площади повисла тишина.
Человек-Паук, Нова, Белая Тигрица, Силач и Железный Кулак спрыгнули с крыши и медленно подошли к ледяной статуе. Их челюсти находились где-то в районе ботинок.
Нова снял шлем, глядя на Гарри круглыми глазами:
– Ты… ты просто… застрелил парня из чистой энергии? И заморозил его голыми руками?!
Гарри даже не посмотрел на него. Он стоял, опустив дымящуюся «Беретту», и с абсолютно невозмутимым лицом доставал из кармана пальто новую упаковку влажных салфеток, чтобы стереть сажу с рукава.
– Обычная работа с нестабильными элементами, – бросил он ленивым голосом Сакаты Гинтоки. – Ничего сложного, если не прогуливать уроки баллистики и алхимии.
Питер подошел ближе, нервно теребя край маски:
– Гарри… боже мой. Ты хоть понимаешь, что ты только что сделал? Ты спас город! Без Щ.И.Т.а! Без Мстителей!
– Пит, – Гарри устало посмотрел на друга взглядом мученика, несущего крест чужой глупости. – Мне плевать на город. Я просто хотел спасти свой вечер.
– И наш матч! – радостно поддакнул Дэдпул, деловито выдергивая свои катаны из ледяной статуи Электро. – Кстати, Паучок, передай своему одноглазому боссу в кожаном плаще, что за утилизацию этого синего недоразумения с него причитается двести тысяч баксов наличными и пожизненный абонемент в мексиканскую закусочную. Запиши на мой счет!
– Щ.И.Т. никогда тебе не заплатит, Уэйд, – вздохнул Питер.
– Тогда я украду их вертолет. Снова.
Гарри тем временем убрал пистолеты в кобуры, подобрал дробовик и закинул его на плечо. Затем он глянул на свои наручные часы — старые, механические, которые никакой электромагнитный импульс не мог повредить.
– Двенадцать ночи, – констатировал он. – Кондитерская «У Джино» на Шестой авеню закрывается через двадцать минут. Если мы поторопимся, я успею взять нормальное мороженое.
– А как же… отчет? – неуверенно подала голос Белая Тигрица, все еще настороженно поглядывая на ледяного исполина. – Нам нужно дождаться агентов Щ.И.Т.а, изолировать Диллона…
– Вот вы и ждите, полосатая, – Гарри нахально подмигнул ей, отчего девушка под маской густо покраснела. – Вы же тут юные стажеры великого Фьюри. Геройствуйте. Собирайте лавры. А я свое дело сделал.
Он развернулся и пошел прочь по освещенной огнями Таймс-сквер, засунув руки в карманы и насвистывая бодрую мелодию из аниме.
– Эй, Гарри! – крикнул ему вдогонку Человек-Паук.
Поттер обернулся, вопросительно приподняв бровь.
– Ты… ты завтра придешь в школу? У нас контрольная по физике у профессора Уоррена.
Гарри на секунду замер, затем его лицо исказила гримаса невыразимого экзистенциального страдания.
– Контрольная… Черт бы побрал эту нормальную жизнь. Лучше бы меня еще раз Волан-де-Морт «Авадой» приложил.
Он махнул рукой, не оборачиваясь:
– Приду, Пит. И передай Гвен, что ее кофе все еще в силе. Завтра после уроков.
Питер улыбнулся под маской:
– Договорились, мастер на все руки.
***
Двадцать минут спустя. Квинс.
Улица Стейси была залита мягким желтым светом вновь оживших фонарей. Полицейские патрули неторопливо сворачивали оцепление, капитан Джордж Стейси устало отдавал распоряжения по рации, утирая пот со лба.
На втором этаже аккуратного кирпичного дома открылось окно спальни.
Гвен стояла, облокотившись на подоконник, и с облегчением смотрела на оживающий ночной город. В руке она сжимала маленький серебряный кулончик в виде сне