← Назад к обзору

Вонхо студент 3 курса. Шону, Минхёк, Кихён, Хёнвон, Чжухон, I.M. Мини их знакомая и младшая сестра Лиёны

Шепот ветра в ветвях цветущей вишни

Первая ночь на новом месте всегда кажется самой длинной. Лиёна сидела на широком подоконнике в своей старой комнате в доме родителей, глядя на то, как лунный свет серебрит крыши Пусана. Юнги мирно сопел на кровати, раскинув руки — маленькое воплощение спокойствия, которое так контрастировало с бурей внутри его матери.

Телефон на коленях завибрировал. Лиёна вздрогнула и посмотрела на экран. Незнакомый номер, но она сразу поняла, кто это.

– Спишь? – гласило короткое сообщение. И следом: – Это Вонхо. Просто хотел убедиться, что вы добрались до дома в безопасности.

Лиёна закусила губу, чувствуя, как по телу разливается странное тепло. Она не была готова к вниманию. Точнее, она разучилась его принимать. Годы брака превратили её в тень, чья задача заключалась в том, чтобы быть удобной, незаметной и всегда готовой исполнять чужую волю. А тут — студент, почти мальчишка по её меркам, проявляет заботу так естественно, будто это самая важная вещь в мире.

– Мы дома. Юнги уже спит. Спасибо, Вонхо, это очень мило с твоей стороны, – напечатала она и, поколебавшись, добавила смайлик в виде маленького ростка. Символ нового начала.

Ответ пришел мгновенно.

– Тогда и тебе стоит отдохнуть. Завтра будет хороший день. Спокойной ночи, Лиёна.

Она выключила телефон и прижала его к груди. Впервые за долгое время ей не хотелось плакать перед сном.

Утро встретило её запахом жареной рыбы и крепкого кофе — мама уже вовсю хозяйничала на кухне. Юнги, бодрый и полный энергии, уже носился по коридору, пытаясь поймать старого семейного кота.

– Лиёна, детка, садись завтракать, – мама ласково потрепала её по плечу. – Мини звонила. Сказала, что её друзья собираются пойти в парк аттракционов в субботу и зовут вас с Юнги.

– Мам, мне нужно искать работу, а не по паркам развлекаться, – вздохнула Лиёна, наливая себе кофе. – И вообще, я чувствую себя неловко в их компании. Они такие молодые, у них вся жизнь впереди, а я...

– А ты что, старуха? – перебила её мать, ставя перед ней тарелку. – Тебе двадцать шесть. У тебя диплом лучшего университета и талант, который ты зарыла в землю ради этого... – она осеклась, не желая произносить имя бывшего зятя. – Выйди в свет. Юнги нужен свежий воздух и смех, а не твои грустные вздохи.

В субботу Лиёна всё же сдалась под напором Мини. Она надела простые джинсы и свободную белую блузку, собрала волосы в небрежный пучок. Юнги был в восторге: он обожал карусели.

Когда они подошли к главным воротам парка, компания уже была в сборе. Семь парней выделялись в толпе — яркие, шумные и невероятно привлекательные. Вонхо стоял чуть в стороне, одетый в простую черную футболку, которая обтягивала его рельефные плечи, и светлые джинсы. Увидев Лиёну, он просиял так, будто солнце вышло из-за туч.

– Привет! – Чжухон первым подскочил к Юнги и подхватил его на руки. – Ну что, мелкий, готов покорять американские горки?

– Я не мелкий! Я Юнги! – засмеялся мальчик, хватая Чжухона за кепку.

– Ты отлично выглядишь, – тихо произнес Вонхо, подходя к Лиёне. Он не пытался сократить дистанцию слишком резко, проявляя уважение к её личному пространству, но его взгляд был красноречивее любых слов.

– Спасибо. Я немного переживаю, как бы Юнги не разнес тут всё, – улыбнулась она, стараясь скрыть смущение.

– Не волнуйся. Нас семеро, мы справимся с одним четырехлетним боссом, – подмигнул Вонхо.

День пролетел как в тумане — счастливом, сахарно-ватном тумане. Ребята действительно взяли на себя заботу о Юнги. Кихён строго следил, чтобы ребенок не съел слишком много мороженого, Хёнвон катал его на плечах, когда малыш уставал идти, а Минхёк и I.M. выигрывали для него бесчисленные мягкие игрушки в тире.

Лиёна и Вонхо оказались чуть позади основной группы.

– Знаешь, я давно не видела сестру такой счастливой, – заметила Лиёна, глядя, как Мини спорит о чем-то с Шону.

– Мы все как одна большая семья, – ответил Вонхо. – Университет — это не только лекции. Это люди, которые остаются с тобой.

– Ты на третьем курсе, верно? На кого учишься?

– Спортивная физиология. Хочу стать тренером или открыть свой реабилитационный центр. Мне нравится помогать людям становиться сильнее. Не только физически, но и внутренне.

Лиёна посмотрела на его профиль. В нем чувствовалась такая основательность, которой ей так не хватало в прошлой жизни.

– Это достойная цель, – сказала она искренне.

– А ты? Мини говорила, ты была лучшей на дизайне. Почему ты бросила рисовать?

Лиёна отвела взгляд. Вопрос попал в самую больную точку.

– Мой муж... он считал, что это пустая трата времени. Говорил, что я должна заниматься домом и ребенком, а не «малевать картинки». Постепенно я и сама в это поверила.

Вонхо остановился, заставив и её замереть. Он повернулся к ней, и в его глазах вспыхнул праведный гнев, который тут же сменился нежностью.

– Никогда больше не позволяй никому говорить тебе, что твой талант — это пустота. То, что ты создаешь, — это часть твоей души. Если ты перестанешь рисовать, ты перестанешь дышать по-настоящему.

– Ты говоришь так, будто знаешь меня сто лет, – прошептала она, пораженная его проницательностью.

– Иногда достаточно одного взгляда, чтобы понять самое главное, – он сделал шаг ближе. – Я видел твои старые работы в архиве университета. Мини показала их мне вчера. Ты видишь мир иначе, Лиёна. Ты видишь в нем свет даже там, где его, казалось бы, нет.

В этот момент к ним подбежал Юнги, размахивая огромным синим дельфином.

– Мама! Смотри! Вонхо-хён выиграл его для меня! Он самый сильный!

Вонхо неловко потер шею, слегка покраснев.

– Ну, я просто удачно попал в цель.

– Спасибо, – Лиёна посмотрела на него, и в её глазах впервые за долгое время заплясали искорки смеха. – Кажется, ты только что стал героем в глазах моего сына.

– Это лучшая награда, на которую я мог рассчитывать, – серьезно ответил он.

Вечером, когда солнце начало садиться, окрашивая небо в пурпурные тона, они присели на скамейку у фонтана. Ребята пошли за напитками, оставив их втроем. Юнги, вымотанный впечатлениями, пригрелся на коленях у Вонхо. Парень бережно придерживал мальчика, боясь пошевелиться, чтобы не разбудить его.

Лиёна наблюдала за этой картиной, и её сердце сжималось от странного чувства. Её собственный отец любил её, но муж никогда не проявлял такой естественной нежности к собственному сыну. Для него ребенок был обязанностью, обузой. А здесь... чужой человек держал её сына так, словно тот был величайшей ценностью.

– Тебе не тяжело? – тихо спросила она. – Давай я переложу его в коляску.

– Нет, всё в порядке, – прошептал Вонхо, глядя на спящего малыша. – Он такой маленький. Удивительно, как в таком крохотном человеке может быть столько жизни.

– Он — всё, что у меня есть, – призналась Лиёна.

– Теперь не всё, – Вонхо поднял на неё взгляд. – Теперь у тебя есть Мини, твои родители, эти шумные придурки, которые уже готовы принять тебя в нашу банду... и у тебя есть я. Если ты позволишь.

Лиёна почувствовала, как к горлу подкатил комок.

– Вонхо, я старше тебя. У меня развод за плечами, ребенок, куча страхов и разбитые мечты. Зачем тебе это? Ты можешь найти любую девушку в университете, без этого багажа.

Вонхо аккуратно переложил Юнги на сиденье скамейки, подложив под голову свою куртку, и повернулся к Лиёне всем корпусом. Он взял её руки в свои — его ладони были большими, теплыми и слегка мозолистыми.

– Посмотри на меня, – попросил он.

Она подчинилась.

– Твой «багаж», как ты его называешь, — это твоя история. Это то, что сделало тебя такой, какая ты есть. Мудрой, сильной и невероятно красивой. Я не ищу «любую девушку». Я увидел тебя, и всё остальное просто перестало существовать. Возраст — это просто цифры в паспорте. Твои страхи? Мы разберемся с ними вместе. А мечты... мы их склеим. Обещаю.

– Ты слишком идеальный, чтобы быть правдой, – горько усмехнулась она, хотя пальцы невольно сжали его ладони в ответ.

– О, я далеко не идеален, – рассмеялся он. – Я ем слишком много протеиновых батончиков, иногда забываю ключи в раздевалке и плачу над грустными фильмами про собак. Но я знаю одно: я хочу быть рядом с тобой. Не как грузчик или знакомый твоей сестры. А как человек, который будет встречать с тобой каждое утро.

– Дай мне время, – выдохнула Лиёна. – Я не могу прыгнуть в это с головой. Мне нужно построить жизнь для Юнги.

– Я никуда не тороплюсь, – он поднес её руку к своим губам и нежно коснулся костяшек пальцев. – Я буду здесь. Столько, сколько потребуется.

В этот момент вернулись остальные парни, нагруженные стаканчиками с лимонадом и пакетами с попкорном.

– Эй! Мы ничего не пропустили? – Минхёк подозрительно прищурился, глядя на их сцепленные руки.

– Только то, что вы пропустили очередь за соком, – парировал Вонхо, не спеша отпускать руку Лиёны.

– Ой, да ладно тебе, Хосок-а, – Чжухон хлопнул его по плечу. – Мы же видим, что ты в режиме «защитника активирован». Лиёна-нуна, если он будет надоедать, просто скажи нам, мы его быстро в спортзал загоним.

– Я учту, – засмеялась Лиёна, чувствуя, как тяжесть, которую она носила в себе годами, становится чуточку легче.

Когда они прощались на парковке, Вонхо подошел к ней последним.

– Завтра воскресенье, – сказал он. – Я знаю одно отличное место, где продают лучшие принадлежности для рисования в городе. И там есть детская площадка прямо за углом. Хочешь сходить?

Лиёна посмотрела на Юнги, который уже сонный махал рукой «дяде Вонхо», а потом на самого парня.

– Знаешь... я думаю, мне действительно пора купить новые кисти.

Вонхо просиял.

– Тогда я заеду за вами в одиннадцать?

– Будем ждать.

Провожая взглядом его удаляющуюся фигуру, Лиёна вдруг поймала себя на мысли, что впервые за долгое время она не боится завтрашнего дня. Она не знала, куда приведет эта дорога, но впервые в жизни ей хотелось идти по ней не потому, что так нужно, а потому, что ей было интересно, что ждет за поворотом.

А Вонхо, идя к общежитию вместе с друзьями, слушал их подколки и улыбался. Он знал, что впереди много трудностей. Он знал, что ему придется доказывать свою серьезность не только Лиёне, но и её родителям, и даже маленькому Юнги. Но глядя на свои ладони, которые всё еще хранили тепло её рук, он понимал: он готов к любой битве. Потому что эта женщина стоила того, чтобы за неё бороться.

– Эй, Вонхо! – окликнул его I.M. – Ты чего завис?

– Просто думаю, – ответил он, вдыхая прохладный вечерний воздух.

– О чем?

– О том, что иногда конец одной истории — это не финал, а просто титры перед самым лучшим фильмом в твоей жизни.

– Опять потянуло на философию, – закатил глаза Хёнвон, но по его доброй улыбке было ясно: он искренне рад за друга.

Над Пусаном зажигались звезды. Где-то там, в своей комнате, Лиёна впервые за пять лет достала чистый лист бумаги и карандаш. Она еще не знала, что нарисует, но рука сама начала выводить контуры широких плеч и добрых, внимательных глаз. Жизнь продолжалась. И она была прекрасна.