← Назад к обзору

Воспитание и Лечение

Наказание за непослушание и нежность примирения

– Ну что, Маринетт, теперь ты будешь слушаться? – спросил Адриан, когда тарелка девушки опустела.

Маринетт лишь кивнула, опустив глаза. Она все еще чувствовала себя обиженной и немного униженной.

– Вот и умница, – Лука погладил ее по голове. – А теперь мы с Адрианом должны отлучиться по делам.

– Куда вы? – Маринетт подняла на них испуганный взгляд.

– Нам нужно поработать, солнышко, – объяснил Адриан. – Но мы скоро вернемся.

– А вы будете присматривать за ней? – Лука обратился к Алье, Нино, Софии и Лене.

– Конечно! – в один голос ответили друзья. – Не волнуйтесь, мы проследим, чтобы она пила лекарства и не шалила.

Адриан и Лука еще раз поцеловали Маринетт в лоб и, пообещав вернуться как можно скорее, ушли.

Оставшись без своих защитников, Маринетт почувствовала себя более свободной. Она сидела на кровати, хмуро глядя в окно. Ей было скучно, и она не хотела пить эти противные сиропы.

– Ну что, Маринетт, – Алья подошла к ней с ложкой сиропа. – Пора принимать лекарства.

– Я не хочу, – упрямо ответила Маринетт. – Оно горькое.

– Не капризничай, – строго сказала Алья. – Тебе нужно поправляться.

– Не буду! – Маринетт отвернулась.

Алья вздохнула. Она знала, что Маринетт может быть очень упрямой.

– Ну, хорошо, – сказала она, – если ты не хочешь по-хорошему, то будет по-плохому.

Алья взяла Маринетт за руку и попыталась влить сироп. Маринетт начала сопротивляться, вырываться.

– Эй, эй, полегче! – Нино подошел к ним. – Что тут происходит?

– Она не хочет пить лекарство, – пожаловалась Алья.

Нино посмотрел на Маринетт.

– Маринетт, это не дело, – сказал он. – Тебе нужно лечиться.

– Я не хочу! – Маринетт надула губы. – Вы все злые!

– Что?! – Нино удивленно поднял брови. – Мы злые? Мы о тебе заботимся!

– Нет! – Маринетт топнула ногой. – Вы меня заставляете!

– Ах так? – Нино прищурился. – Значит, ты хамишь?

Маринетт не ответила, лишь отвернулась.

– Ну, хорошо, – Нино взял ее за руку. – Раз ты такая непослушная, то пойдешь в угол.

Маринетт попыталась вырваться, но Нино крепко держал ее. Он отвел ее в угол комнаты и поставил лицом к стене.

– Стой здесь, пока не подумаешь о своем поведении, – сказал он.

Маринетт начала всхлипывать. Ей было обидно и стыдно. Она никогда не стояла в углу.

Алья наблюдала за ней. Когда Маринетт попыталась выйти из угла, Алья тут же вернула ее на место.

– Не смей выходить без разрешения! – строго сказала она. – И за это…

Алья шлепнула Маринетт по попе. Шлепок был не сильным, но Маринетт вскрикнула от неожиданности.

– Ай! – воскликнула она, ее глаза наполнились слезами.

– Это за то, что не слушаешься и хамишь, – сказала Алья. – Теперь стой смирно.

Маринетт продолжала всхлипывать, стоя в углу. София и Лена, которые до этого тихо играли в Роблокс, с интересом наблюдали за происходящим.

Прошло около часа. Маринетт все еще стояла в углу, ее слезы высохли, но она все еще чувствовала себя несчастной.

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошли Адриан и Лука. Они выглядели уставшими, но их лица озаряла предвкушение встречи с Маринетт.

Но их улыбки тут же померкли, когда они увидели Маринетт, стоящую в углу.

– Что здесь происходит?! – воскликнул Адриан.

– Маринетт, почему ты стоишь в углу? – Лука подошел к ней, обеспокоенно оглядывая.

Маринетт лишь шмыгнула носом, не поднимая головы.

– Она не слушалась и хамила нам, – сказал Нино, чувствуя себя немного неловко под их гневными взглядами. – Мы пытались заставить ее выпить лекарство, но она отказывалась.

Адриан и Лука переглянулись. Их любимая девушка, которую они оба так любили, вела себя так отвратительно. Это было для них ударом.

– Маринетт, – голос Адриана стал ледяным. – Живо в кровать! И без телефона сегодня!

Маринетт вздрогнула. Голос Адриана был таким строгим, что ей стало страшно. Она никогда не слышала его таким.

Расстроенная и напуганная, Маринетт поплелась к кровати. Она забралась под одеяло и уткнулась лицом в подушку, беззвучно плача.

Лука и Адриан стояли посреди комнаты, не зная, что делать дальше. Они никогда не наказывали ее так. Не ремнем же ее наказывать за такую мелочь? Да и это было бы совершенно не в тему.

– Маринетт, – Лука подошел к кровати. – Тебе нужно выпить сироп.

Маринетт лишь отмахнулась, сильнее зарываясь в подушку.

– Маринетт, – голос Луки стал жестче. – Не заставляй нас злиться.

Но Маринетт продолжала упрямиться. Лука не выдержал. Он подошел к кровати, резко сдернул с Маринетт одеяло.

– Ах так? – его голос был полон гнева. – Значит, ты совсем не слушаешься?

Маринетт испуганно зажмурилась.

Лука взял тапок, снял с Маринетт шортики и трусики. Маринетт вскрикнула от неожиданности и стыда.

– Это за все твое непослушание, – сказал Лука, и тапок опустился на ее попу.

Удар был очень, очень больным. Маринетт закричала от боли и обиды. Слезы ручьем потекли по ее щекам.

Лука продолжал шлепать ее, не очень сильно, но достаточно ощутимо, чтобы Маринетт чувствовала каждый удар.

– Это за то, что ты хамила друзьям, – говорил он. – Это за то, что ты не пьешь лекарства. Это за то, что ты заставляешь нас волноваться.

Маринетт плакала, извивалась, пытаясь вырваться, но Лука крепко держал ее.

Когда он закончил, ее попа горела огнем. Маринетт рыдала, уткнувшись лицом в подушку.

– А теперь, – сказал Лука, его голос все еще был строгим, – ты выпьешь сироп.

Маринетт, вся дрожа, взяла ложку сиропа и залпом выпила его.

– Вот и умница, – сказал Адриан, который все это время стоял рядом, наблюдая за происходящим. – А теперь ложись спать.

Но Маринетт не хотела спать. Она хотела, чтобы они обняли ее, утешили. Она хотела почувствовать их любовь, а не их гнев.

– Не хочу… – прошептала она, пытаясь поднять голову. – Я хочу с вами посидеть… пообниматься…

– Маринетт! – Лука и Адриан окончательно потеряли терпение. – Мы сказали спать!

Они наорали на нее так, как никогда не кричали. Их голоса были полны разочарования и усталости.

Маринетт сильно испугалась. Она никогда не видела их такими злыми. Она снова заплакала, громко и горько, и закрылась под одеялом с ног до головы.

Адриан и Лука переглянулись. Они поняли, что натворили. Они перегнули палку. Их любимая Маринетт плачет от страха и обиды.

– Маринетт, солнышко, – Адриан сел рядом с ней, пытаясь дотянуться до нее сквозь одеяло. – Прости нас.

– Мы не хотели тебя так пугать, – Лука тоже сел на кровать. – Мы просто волнуемся за тебя.

Они осторожно приподняли одеяло. Маринетт лежала, свернувшись клубочком, ее лицо было мокрым от слез.

– Милая Мари, – Адриан осторожно обнял ее. – Не плачь, пожалуйста.

– Мы тебя очень сильно любим, – Лука поцеловал ее в лобик. – Мы просто хотим, чтобы ты поправилась.

Они гладили ее по волосам, шептали ласковые утешительные слова.

– Ты же наша будущая жена, – Адриан нежно поцеловал ее в шейку. – Мы не можем допустить, чтобы ты болела.

Лука, вспомнив о наказании, осторожно поцеловал ее в попу, куда он только что бил.

– Прости меня, Маринетт, – прошептал он. – Я не хотел делать тебе больно.

Маринетт постепенно успокаивалась. Чувствуя их тепло и любовь, она перестала плакать.

– Я тоже вас люблю, – прошептала она, прижимаясь к ним.

– Мы знаем, солнышко, – Адриан поцеловал ее в макушку. – А теперь попробуй уснуть.

Они уложили ее поудобнее, обняли с двух сторон. Маринетт, чувствуя себя в безопасности, вскоре уснула.

Адриан и Лука тоже уснули, обнимая свою любимую Маринетт.

Тем временем, в другой части комнаты, Алья и Нино сидели на диване, заигрывая друг с другом. Нино нежно целовал Алью, а она отвечала ему взаимностью. София и Лена, удобно устроившись на своих раскладушках, продолжали играть в Роблокс, время от времени бросая взгляды на спящих друзей. В комнате царила уютная и теплая атмосфера, несмотря на все пережитые события.