← Назад к обзору

встреча спустя 20 лет

Грань между светом и тенью

Сеул продолжал жить своей суетливой жизнью, не обращая внимания на драму, разыгравшуюся посреди тротуара. Машины гудели, офисные работники спешили в метро, а Сон Джин Ву чувствовал себя так, словно его только что ударили в грудь чем-то более тяжелым, чем молот короля титанов. Он смотрел на удаляющиеся спины Юми и Юкио, и каждый их шаг отдавался в его сознании глухим набатом.

– Юкио... – прошептал он, пробуя это имя на вкус. В нем слышалась сила и одновременно какая-то нежность, которую Юми, без сомнения, вложила в воспитание сына.

Джин Ву не решился преследовать их открыто. Он знал: сейчас любой напор с его стороны будет воспринят как агрессия. Но он не мог просто уйти. Его чувства, отточенные до предела за годы сражений, теперь были сосредоточены на одном-единственном источнике энергии, который удалялся вместе с Юми. Аура Юкио была невероятной. Это не была просто мана охотника S-ранга; это была густая, темная и в то же время кристально чистая энергия, которая резонировала с самой сутью Джин Ву.

«Он пробудился», — мелькнула мысль. — «И его сила... она слишком велика для этого мира».

Джин Ву скрылся в тени ближайшего переулка. Его воины внутри него буквально не находили себе места. Игрис хранил благородное молчание, но его верность и сочувствие ощущались как теплая волна. Бериу же, напротив, едва сдерживал себя, чтобы не выскочить и не выразить свое почтение «молодому господину».

– Тихо, – скомандовал Джин Ву, и тени послушно замерли. – Мы не должны их пугать.

Он последовал за ними, перемещаясь в пространстве между тенями зданий. Он видел, как Юми и Юкио зашли в небольшой, уютный ресторанчик в традиционном стиле, спрятанный в тихом районе, где время словно замедлилось. Юми выбрала столик у окна, и Джин Ву, затаившись на крыше противоположного дома, мог видеть их профили.

Юкио что-то увлеченно рассказывал, активно жестикулируя. Его движения были расчетливыми и точными — движения воина, который привык полагаться на свое тело. Юми слушала его с той самой мягкой улыбкой, которую Джин Ву когда-то считал своей личной наградой за все страдания в подземельях.

Внезапно Юкио замер. Он медленно повернул голову в сторону окна, его голубые глаза сузились, а зрачки на мгновение вертикально вытянулись, точь-в-точь как у Джин Ву в моменты ярости. Он почувствовал взгляд.

– Он всё еще там, мам, – негромко произнес Юкио, не глядя на мать. – На крыше. Наблюдает за нами, как какой-то призрак.

Юми не вздрогнула. Она лишь вздохнула и отпила чай.

– Я знаю, дорогой. Твой отец никогда не умел просто уходить. Он всегда был одержим защитой тех, кто ему дорог, даже если эта защита превращалась в слежку.

– Защита? – Юкио усмехнулся, и в его голосе прорезались холодные нотки. – Где была эта защита, когда в прошлом году на нашу квартиру напали наемники из ассоциации, которые хотели «проверить» мой ранг? Где он был, когда ты работала на трех работах, чтобы оплатить мою учебу и тренировки, скрывая свою силу?

– Юкио, он не знал, – мягко возразила Юми, хотя в ее глазах всё еще плескалась старая боль. – Он совершил ужасный поступок, предав нашу любовь, но он не знал о твоем существовании.

– Это его не оправдывает, – отрезал парень. – Он — величайший охотник в истории. Если бы он действительно хотел тебя найти, он бы нашел. Но он был слишком занят своей славой.

Джин Ву, слышавший каждое слово благодаря своему обостренному слуху, закрыл глаза. Слова сына ранили больнее, чем клыки Камиша. Он действительно искал её, но Юми всегда была умна. Она знала все его методы, знала, как работают охотники, и, обладая высоким рангом, смогла полностью стереть свои следы, сменив имя и заблокировав свою магическую подпись.

– Я спущусь к нему, – вдруг сказал Юкио, поднимаясь из-за стола.

– Юкио, не надо, – Юми попыталась поймать его за руку, но парень ловко уклонился.

– Мам, всё в порядке. Я просто хочу расставить точки над «и». Мы не можем вечно бегать от его тени.

Юкио вышел из ресторана и, не оборачиваясь, направился в сторону пустыря за зданием. Он знал, что «призрак» последует за ним.

Джин Ву бесшумно спрыгнул с крыши и материализовался из тени в десяти шагах от сына. Юкио стоял к нему спиной, его плечи были напряжены.

– Перестань ходить за нами, – бросил юноша, оборачиваясь. – Ты пугаешь маму.

– Я не хотел ее пугать, – искренне ответил Джин Ву. – Я просто... я не могу поверить, что ты существуешь. Юкио, я понимаю твою злость. Ты имеешь на нее полное право. Но позволь мне хотя бы объяснить...

– Объяснить что? – Юкио сделал шаг вперед, и земля под его ногами слегка задрожала. – Как ты променял женщину, которая была с тобой в нищете, на ту, что пришла на всё готовое? Как ты наслаждался триумфом, пока она в одиночку справлялась с токсикозом и страхом за будущее?

Вокруг Юкио начала сгущаться темная дымка. Это не были тени Джин Ву, это была его собственная энергия, похожая на бушующий океан.

– Я был идиотом, – признал Джин Ву, не пытаясь защититься или подавить ауру сына своей мощью. – Власть и сила изменили меня тогда. Я стал забывать, что значит быть человеком. Я думал, что Ча Хэ Ин понимает мою «новую» сторону лучше, чем Юми. Но я ошибался. Я понял это слишком поздно. Когда я вернулся домой и нашел пустую квартиру, мир для меня рухнул. Никакая победа над монархами не стоила того, что я потерял в тот день.

– Красивые слова, – Юкио внезапно сорвался с места. Его скорость была поразительной. Он замахнулся для удара, вложив в него всю свою обиду.

Джин Ву не уклонился. Он просто поднял руку и мягко перехватил кулак сына. Ударная волна разошлась в стороны, подняв пыль и заставив задрожать окна соседних складов.

– У тебя отличная техника, – негромко заметил Джин Ву, глядя в глаза Юкио. – Кто тебя учил?

– Мама, – прохрипел парень, пытаясь вырвать руку, но хватка отца была стальной и в то же время удивительно бережной. – Она учила меня, что сила нужна для защиты, а не для хвастовства.

– Она права, – Джин Ву отпустил его руку. – Юкио, я не прошу тебя любить меня. Я даже не прошу называть меня отцом. Но я вижу, какая сила в тебе дремлет. Она нестабильна. Ты — мой сын, и в твоих жилах течет кровь Монаха Теней. Если ты не научишься контролировать эту тьму, она начнет разрушать тебя изнутри.

Юкио тяжело дышал, его глаза постепенно приобретали нормальный вид.

– Я справляюсь, – буркнул он, отходя на пару шагов. – Мама помогает мне медитировать.

– Медитации недостаточно, когда твоя сила достигает уровня национального масштаба, – Джин Ву сделал шаг навстречу, но остановился, видя, как парень снова напрягся. – Послушай. Я не буду навязываться. Но я хочу дать тебе кое-что.

Джин Ву протянул руку, и из воздуха материализовался небольшой кристалл глубокого фиолетового цвета, внутри которого пульсировал мягкий свет.

– Что это? – подозрительно спросил Юкио.

– Это ключ к моему личному тренировочному подземелью. Там время течет иначе. Если ты когда-нибудь почувствуешь, что сила выходит из-под контроля, или если тебе просто понадобится место, где ты сможешь быть собой, не опасаясь разрушить город... используй его. Там ты найдешь ответы на многие вопросы.

Юкио посмотрел на кристалл, затем на Джин Ву. В его взгляде промелькнуло сомнение.

– Почему ты это делаешь?

– Потому что я уже потерял двадцать лет твоей жизни, – голос Джин Ву дрогнул. – И я не хочу, чтобы ты совершил мои ошибки. Не позволяй силе поглотить твою человечность.

В этот момент за углом здания появилась Юми. Она видела финал этой сцены и медленно подошла к ним. Ее взгляд смягчился, когда она увидела, что они не пытаются убить друг друга.

– Юкио, нам пора домой, – сказала она тихо.

Парень взял кристалл из руки Джин Ву, стараясь не касаться его пальцев, и спрятал в карман.

– Спасибо... наверное, – бросил он и пошел к матери.

Юми остановилась напротив Джин Ву. Между ними было всего два метра, но казалось — целая вечность.

– Ты действительно изменился, Джин Ву, – произнесла она, глядя на него долгим, изучающим взглядом. – Раньше ты бы просто приказал теням доставить нас во дворец и запер бы там «для нашей безопасности».

– Я слишком долго был королем теней, Юми, – ответил он. – Я забыл, как быть просто Сон Джин Ву. Тем парнем, который боялся каждого шороха в подземелье ранга E, но был счастлив, потому что ты ждала его снаружи.

Юми грустно улыбнулась.

– Тот парень всё еще там, где-то глубоко внутри. Я вижу его в твоих глазах. Но не думай, что всё будет просто. Джина... она очень зла на тебя. Она помогала мне все эти годы, тайно от тебя.

Джин Ву замер. Его собственная сестра знала? Значит, ее холодность в последние годы была не просто обидой за его измену, а осознанным решением защитить Юми и племянника.

– Джина знала... – он опустил голову. – Я заслужил это одиночество.

– Мы живем в районе Каннам, на улице Тегеран-ро, – вдруг сказала Юми, уже разворачиваясь, чтобы уйти. – Юкио тренируется по утрам в парке у реки. Если ты хочешь... ты можешь прийти. Но только как наставник. Не больше.

Джин Ву почувствовал, как в груди разливается невероятное облегчение. Это не было прощением, но это была дверь, которую ему приоткрыли.

– Я приду, – пообещал он.

Он стоял и смотрел, как они уходят, пока их фигуры не растворились в сумерках. Вечерний Сеул зажигал свои огни, и впервые за два десятилетия Джин Ву не чувствовал себя чужим в этом городе.

– Мой господин, – из тени бесшумно вы скользнул Игрис. Верный рыцарь склонил голову. – Вы поступили мудро.

– Я просто пытаюсь всё исправить, Игрис, – вздохнул Джин Ву, поправляя кепку. – Скажи... как ты думаешь, он когда-нибудь назовет меня отцом?

Игрис на мгновение задумался, его призрачные глаза мерцали в темноте.

– Время — лучший лекарь для тех, кто готов ждать. А у вас, мой господин, впереди вечность.

Джин Ву усмехнулся.

– Вечность — это слишком долго. Я бы предпочел успеть до того, как он закончит университет.

Он исчез в тени, но на этот раз его путь лежал не в пустой особняк, а в цветочный магазин. У него было много долгов перед прошлым, и он собирался начать выплачивать их прямо сейчас.

На следующее утро, когда первые лучи солнца коснулись глади реки Хан, Юкио уже был на пробежке. Он бежал быстро, его дыхание было ровным, а мана циркулировала по телу, согревая мышцы. Он думал о вчерашней встрече. О силе, которая исходила от Сон Джин Ву — она была подавляющей, бесконечной, как бездна. Но в то же время в ней не было злобы.

Внезапно Юкио замедлил шаг. На скамейке у берега сидел мужчина в спортивном костюме. Он читал газету, но Юкио сразу узнал эту ауру.

– Ты пришел, – сказал парень, останавливаясь напротив.

Джин Ву отложил газету и посмотрел на сына. В его руках был бумажный пакет, из которого доносился умопомрачительный запах свежих булочек с корицей — тех самых, которые Юми обожала в школе.

– Я обещал, – просто ответил он. – И я подумал, что после тренировки вы с мамой захотите позавтракать.

Юкио посмотрел на пакет, потом на отца. Его губы дрогнули в едва заметной улыбке, которую он тут же попытался скрыть за маской безразличия.

– Ладно. Но не думай, что булочки что-то меняют.

– Конечно, – кивнул Джин Ву, вставая. – Булочки — это только начало.

Они пошли по дорожке парка вместе. Два Монаха — один, познавший всю тяжесть мира на своих плечах, и другой, которому только предстояло найти свой путь. И за их спинами тени удлинялись, сплетаясь в один причудливый узор, в котором больше не было места одиночеству.

Где-то в глубине души Джин Ву знал: Ча Хэ Ин была лишь яркой вспышкой, ослепившей его на мгновение. Но Юми была его домом. А дом — это то место, куда всегда возвращаются, даже если путь занял двадцать лет. И теперь, глядя на своего сына, он понимал, что его величайший уровень еще не достигнут. Ему предстояло пройти самый сложный квест — квест на звание настоящего отца. И он не собирался проваливать его во второй раз.