← Назад к обзору

Вы попали в мир Зартию.

Сплетение теней и сахарная пудра

– Я требую немедленного разъяснения! – Клавдий с такой силой опустил на мраморный стол стопку пергаментов, что Пастилина вздрогнула и выронила из рук зефирную косичку. – Мало того, что присутствие человека нарушает тридцать восемь пунктов регламента безопасности, так теперь вы решили устроить из кухни лабораторию по производству несанкционированных калорий!

– Ой, Клавдий, занудство — это твоё второе имя, – Хёрли, вися вниз головой на декоративной люстре, весело раскачивался, пуская в сторону правителя Книжного княжества мыльные пузыри, которые пахли клубникой. – Ты просто злишься, что в твоих книгах нет рецепта идеального шоколадного фондана, а у нашего гостя — есть!

– Мои книги содержат мудрость веков! – Клавдий покраснел до корней волос и яростно поправил очки. – А не способы испачкать мукой парадный камзол!

– Зато мой камзол пахнет корицей, а твой — пылью и старыми указами, – Хёрли спрыгнул на пол, приземлившись с кошачьей грацией прямо рядом с тобой. – Ну что, человек, когда начнём? Я уже притащил из Лесного княжества те самые ягоды, которые светятся, если их пощекотать.

Ты стоял посреди огромной замковой кухни, чувствуя себя странным дирижёром в оркестре, где каждый инструмент пытается переиграть другого. Зарт, сидевший на краю стола, лихорадочно записывал в блокнот каждое твоё движение, будто ты совершал алхимическое таинство, а не просто засучивал рукава.

– Сегодня мы попробуем кое-что посложнее, – сказал ты, стараясь не рассмеяться, глядя на перепалку правителей. – Нам понадобится масло, много сахара и... тишина.

– Тишина? – Арт, который до этого момента стоял в тени арки, бесшумно шагнул в круг света. Его изумрудные глаза сузились, изучая тебя с тем самым опасным любопытством, от которого у многих в Зартии подгибались колени. – В этом замке тишина — самый дорогой товар. И боюсь, сегодня на неё не хватит даже твоего обаяния, человек.

Он подошёл ближе, и ты почувствовал тонкий аромат прохлады и ночного жасмина. Арт не просто смотрел — он сканировал тебя, пытаясь понять, какая сила заставляет таких разных магов собираться вокруг обычного существа без капли маны в крови.

– Я помогу, – вдруг подал голос Дубомир. Он стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди. Его зеленый плащ казался частью лесной чащи, случайно перенесённой в камень. – Мои феи могут напеть колыбельную для продуктов, чтобы они стали податливее.

– Никаких фей! – Хёрли замахал руками. – Человек сказал: без магии! Мы будем всё делать руками! Клавдий, бери миску, будешь взбивать белки до состояния облака.

– Я?! – Клавдий отшатнулся. – Я — верховный архивариус и хранитель канона! Я не буду...

– Будешь-будешь, – Пастилина подбежала к нему и сунула в руки тяжелый венчик. – Иначе я скажу Зейне, что это ты съел её коллекционные засахаренные фиалки!

– Это была клевета! – вскрикнул Клавдий, но венчик не выпустил. – И они были пересушены!

Работа закипела. Это было странное, почти сюрреалистичное зрелище. Клавдий, сосредоточенно пыхтя, взбивал белки, ежесекундно проверяя их консистенцию по карманным часам. Зарт пытался просеять муку, но в итоге сам оказался припудрен белым налетом, отчего стал похож на привидение. Дубомир аккуратно, словно драгоценные камни, очищал ягоды от плодоножек.

– Ты действительно думаешь, что это их изменит? – Арт оказался рядом с тобой, когда ты начал замешивать тесто. Он не помогал, но и не мешал, просто стоял достаточно близко, чтобы ты чувствовал исходящую от него энергию.

– Что именно? – спросил ты, не отрываясь от дела.

– Эта простота, – Арт кивнул в сторону Клавдия, который сейчас что-то доказывал Хёрли, размахивая испачканным венчиком. – Они правители. Они привыкли повелевать стихиями, менять реальность щелчком пальцев. А сейчас они спорят о том, достаточно ли сахара в миске. Это... неестественно.

– Может быть, им просто не хватало чего-то настоящего? – ты поднял взгляд на Арта. – Чего-то, что нельзя получить заклинанием.

Арт промолчал, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на смятение. Он протянул руку и, прежде чем ты успел среагировать, коснулся муки на твоей щеке, медленно стерев её большим пальцем. Его прикосновение было неожиданно теплым.

– Возможно, – тихо произнёс он. – Но будь осторожен. Магия всегда требует платы. А за такую идиллию цена может быть слишком высокой.

– Эй! – Хёрли вклинился между вами, бесцеремонно отодвигая Арта. – Хватит секретничать! Тесто уже готово? Я хочу вырезать фигурки в форме драконов!

– Мы будем делать обычные кружочки, Хёрли, – улыбнулся ты. – Чтобы пропеклось равномерно.

– Скучно-о-о, – протянул тот, но тут же схватил стакан и начал энергично штамповать кружки.

Через полчаса кухня наполнилась ароматом, который был способен остановить любую войну. Это был запах тепла, ванили и того самого "дома", о котором Зарт читал в своих легендах. Даже Зейна, которая всё это время стояла в дверях, не решаясь войти, сделала шаг внутрь.

– Это пахнет... – она запнулась, подбирая слова. – Как старая библиотека после дождя, когда открываешь самую первую страницу новой книги.

– Это пахнет печеньем, Зейна, – Зарт подбежал к сестре, гордо демонстрируя свои испачканные мукой ладони. – Настоящим! Без единой капли магии! Представляешь, мы сами это сделали!

Зейна посмотрела на брата, потом на тебя. Её взгляд смягчился, хотя она всё ещё пыталась сохранить свою привычную холодность.

– Я надеюсь, вы не сожгли кухню, – пробормотала она, но подошла к столу.

Когда первая партия была готова, в зале воцарилась тишина. Правители окружили противень, глядя на золотистые кружочки так, будто это были артефакты высшего уровня.

– Ну, кто первый? – Хёрли нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

Пастилина, не дожидаясь приглашения, схватила печенье, обжигая пальцы. Она откусила кусочек, зажмурилась, и на её лице отразилось такое блаженство, что даже Клавдий перестал ворчать.

– Оно... оно хрустит! – воскликнула она. – И внутри такое мягкое... Хёрли, попробуй!

Начался настоящий хаос, но на этот раз — добрый. Правители Зартии, забыв о своих титулах и вековых обидах, жевали печенье, запивая его чаем, который заварил Дубомир. Клавдий что-то увлеченно рассказывал Зарту о химических свойствах глюкозы, Хёрли пытался накормить печеньем Арта, а тот, к всеобщему удивлению, не сопротивлялся, лишь лениво отмахиваясь.

– Знаешь, человек, – Дубомир подошёл к тебе, держа в руке чашку. – Я долго думал, почему Зейна так злится на твоё появление. Она боится перемен. Мы все их боимся. Но сегодня я понял, что перемены могут быть на вкус как сахарная пудра.

– Я не боюсь! – Зейна, оказавшаяся рядом, сверкнула глазами, но тут же смущенно отвела взгляд, когда Хёрли протянул ей печенье в форме кривого сердечка (он всё-таки вырезал его втайне).

– Конечно, не боишься, – Арт подошёл к вам, его голос звучал почти ласково. – Ты просто ненавидишь, когда что-то идет не по плану. А этот человек — самый большой «внеплановый» элемент в нашей истории.

Он посмотрел на тебя, и в его глазах больше не было льда. Там было что-то новое — признание.

– Ты действительно сделал это, – сказал Арт так, чтобы слышал только ты. – Ты заставил их забыть, кто они. На один вечер они стали просто... друзьями.

– А ты, Арт? – спросил ты. – Ты забыл?

Арт усмехнулся, пригубив чай.

– Я никогда ничего не забываю. Но признаю... это печенье стоит того, чтобы нарушить пару законов.

В этот момент Хёрли, решив, что обстановка стала слишком серьезной, наколдовал над столом небольшой салют из карамельных искр.

– За нашего гостя! – крикнул он. – За мир без магии, который подарил нам этот вкус!

– За гостя! – хором отозвались остальные.

Даже Клавдий поднял свою чашку, а Зейна едва заметно улыбнулась.

Ты стоял среди них и понимал, что этот вечер — лишь начало. Впереди было ещё много споров, ревности и попыток Арта выяснить твои секреты. Но сейчас, в этой теплой кухне, под звуки смеха и запаха выпечки, ты чувствовал, что Зартия стала для тебя чем-то большим, чем просто случайным миром из портала.

– Зарт, – позвал ты принца, который уже пытался рисовать схему печи в блокноте. – Завтра научимся делать пироги?

Зарт подпрыгнул от радости, едва не сбив Клавдия.

– Пироги! О боги, я запишу это в календарь! Клавдий, завтра в три часа у нас по плану «Тестовая революция»!

– Я внесу это в протокол, – важно ответил Клавдий, но тут же потянулся за еще одним печеньем, пока Хёрли не съел всё.

Ночь опускалась на замок, укрывая его тишиной, но в окнах кухни еще долго горел свет. И в этом свете не было магии стихий — только тепло человеческого сердца, которое оказалось способно растопить даже самый древний лед правителей Зартии.