Выбор
Осколки вечности в голубых глазах
Я потерял счет времени. В этом кабинете, защищенном барьером из чистой тьмы, само понятие «время» перестало существовать. Был только ритм — бешеный, первобытный, пульсирующий в такт нашим сердцам. Я не помнил, сколько раз я достигал пика, и сколько раз Юки, захлебываясь стонами, изливался на свои ладони или на мою кожу. Каждый раз казался первым и последним одновременно.
Его тело было для меня не просто плотью — это был храм, который я осквернял и боготворил в каждую секунду нашего слияния. Я чувствовал, как мои когти — тени, которые я едва сдерживал, чтобы не ранить его слишком сильно, — непроизвольно удлинялись от удовольствия. Моя спина горела: Юки в порыве страсти исцарапал ее так, что, будь я обычным человеком, давно бы истек кровью. Но для Монарха эти раны были лишь знаками отличия, доказательствами его искренности.
На его фарфоровой коже не осталось живого места. Мои засосы и отметины от пальцев расцветали на его бедрах, шее и груди темными пятнами, словно клейма собственности. Я хотел, чтобы каждый миллиметр его тела знал, кому он принадлежит.
Я рывком поднял его со стола, не разрывая нашего контакта. Юки вскрикнул, его ноги инстинктивно обхватили мою талию, а пальцы впились в мои плечи. Я чувствовал его член, прижатый к моему животу — он был таким же идеальным, как и всё в нем. Пропорциональный, горячий, пульсирующий от того же невыносимого желания, что сжигало и меня.
– Держись за меня, – прорычал я, чувствуя, как сила Монарха внутри меня требует выхода.
Я сделал несколько тяжелых шагов и прижал его к холодной мраморной стене. Контраст между ледяным камнем и жаром наших тел заставил Юки выгнуться в моих руках. Его голова откинулась назад, подставляя горло под мои поцелуи. Очки уже давно валялись где-то под столом, и теперь его небесно-голубые глаза, затуманенные наслаждением, смотрели прямо в потолок, где клубились мои тени.
– Джинву... я... я больше не... – Его голос прервался всхлипом. – Я больше не могу это... оплатить...
Я замер на мгновение, не понимая, о чем он. Мои движения стали медленнее, я заглянул в его лицо.
– О чем ты, Юки? – мой голос был хриплым, едва узнаваемым.
– Твоя любовь... твоя сила... – он судорожно глотал воздух, его зрачки были расширены до предела. – Это слишком дорого... я просто человек... я не смогу... отдать тебе столько же...
Его слова, полные отчаянной честности и какой-то детской уязвимости, подействовали на меня сильнее любого магического заклинания. Он боялся, что его человеческой души не хватит, чтобы уравновесить мою тьму. Он думал, что должен «платить» за то, что я выбрал его.
Это завело меня еще больше. Темная, собственническая радость затопила сознание.
– Тебе не нужно платить, глупый, – я перехватил его поудобнее и возобновил движение, на этот раз еще более резко и глубоко. – Ты уже отдал мне всё. Свой свет, свой запах... свой голос. Просто будь здесь. Просто не исчезай.
Я начал двигаться в нем с удвоенной силой, вбивая в него осознание того, что он — единственное, что связывает меня с реальностью. С каждым толчком я чувствовал, как барьеры между нами стираются. Это не был просто секс. Это была инициация. Я делился с ним своей энергией, а он впитывал ее, становясь частью моей тени.
– Смотри на меня, Юки! – приказал я, когда почувствовал, что финал близок.
Он с трудом сфокусировал взгляд на моем лице. В моих глазах сейчас бушевала гроза, серая бездна была готова поглотить его целиком. Но он не отвел взгляда. Он улыбнулся — слабой, измученной, но бесконечно любящей улыбкой.
– Я вижу тебя, – прошептал он, и в этот момент его пирсинг на языке снова блеснул, дразня меня. – Мой Монарх... мой Джинву...
Я почувствовал, как внутри него всё сжалось в экстазе. Его тело задрожало, он закричал, пряча лицо в изгибе моей шеи, и я последовал за ним. Мир взорвался мириадами черных и голубых искр. Моя магия вырвалась наружу, заставляя тени в кабинете взметнуться до самого потолка, образуя защитный кокон вокруг нас.
Когда волна оргазма начала медленно отступать, я не отпустил его. Я продолжал стоять, прижимая его к стене, чувствуя, как его сердце бешено колотится о мою грудь. Юки обмяк в моих руках, его дыхание было тяжелым и прерывистым.
– Ты в порядке? – я осторожно коснулся его щеки, убирая прилипшую прядь волос.
– Никогда... не был... лучше, – он приоткрыл один глаз и слабо усмехнулся. – Но, кажется, мои ноги больше не будут работать в ближайшие пару дней. Как я буду работать инженером?
Я тихо рассмеялся, и этот смех был полон искреннего облегчения.
– Я прикажу принести тебе самое удобное кресло в мире. Или буду носить тебя на руках. Выбирай.
– Второе звучит заманчиво, – он закрыл глаза, полностью доверяя мне свой вес. – Но боюсь, твои секретари упадут в обморок.
– Пусть падают, – я осторожно отстранился, чувствуя, как прохладный воздух кабинета касается моей кожи. – Мне плевать на всех, кроме тебя.
Я помог ему спуститься на пол, но его колени действительно подогнулись. Я подхватил его прежде, чем он успел упасть, и понес к кожаному дивану в глубине кабинета. Уложив его на мягкие подушки, я накрыл его своим пиджаком.
Юки выглядел таким маленьким и хрупким в этом огромном кабинете, среди артефактов и магических схем. Но я знал, какая сила духа скрыта в нем. Он выдержал напор Теневого Монараха и не сломался. Он принял мою тьму и остался моим светом.
– Спи, – я поцеловал его в лоб, чувствуя, как во мне разливается непривычное спокойствие. – Я буду здесь.
– Джинву... – позвал он уже сквозь сон.
– Да?
– Тот торт... «Марсель»... закажешь его завтра?
Я не смог сдержать улыбки. Даже после такого он думал о сладостях.
– Я куплю тебе всю кондитерскую, Юки. Весь мир, если захочешь.
Он что-то невнятно пробормотал и окончательно погрузился в сон. Я сел рядом на пол, прислонившись спиной к дивану, и посмотрел на свои руки. Они всё еще слегка подрагивали от остаточного возбуждения и мощи.
Система была права во всем. С Ча Хаин я бы получил статус, идеальную картинку и вечное чувство пустоты. С Юки я получил хаос, исцарапанную спину, липкие от крема пальцы и... душу.
Я посмотрел на барьер теней, который всё еще окутывал нас. За его пределами был мир, который ждал от меня подвигов и спасения. Но здесь, внутри, я был просто человеком, который нашел свою родственную душу. И я знал, что ради этого парня я готов не просто спасти мир, но и переделать его под нас.
– Система, – позвал я мысленно.
– Да, Монарх? – отозвался бесстрастный голос.
– Ты показала мне будущее. Алекс, Сухо, Миджун... Они действительно будут?
– Вероятность — сто процентов, если ты продолжишь следовать этому пути, – ответила Система. – Твоя энергия и его свет создадут жизнь, равной которой не было в истории.
Я посмотрел на спящего Юки. На его плече татуировка чуть поблескивала в полумраке. Скоро к ней добавятся новые знаки — знаки нашей общей истории.
– Значит, так тому и быть, – я закрыл глаза, позволяя себе впервые за много лет просто расслабиться.
Завтра будут новые врата, новые битвы и новые интриги. Завтра Хаин, возможно, попытается выяснить, почему я стал так холоден к ней. Но всё это не имело значения. Потому что теперь у меня был мой личный инженер, мой свет и мой единственный повод возвращаться домой.
И если за это нужно было «платить» вечностью, я был готов внести любую сумму. Ведь вкус его поцелуев и блеск пирсинга на его языке стоили всех сокровищ всех подземелий мира.
Я уснул прямо там, на полу у его ног, охраняемый собственными тенями, которые теперь казались не грозными стражами, а колыбелью для нашего общего будущего. Глава моей старой жизни была окончательно закрыта. Глава, написанная кровью и одиночеством, сменилась историей, где на каждой странице было имя Окумура Юки. И я собирался сделать эту историю бесконечной.