← Назад к обзору

я одержим

Одержимость в каждом вдохе

Прошло всего полчаса с того момента, как они затихли, но тишина в комнате Рустама была обманчивой. Она не приносила покоя, она лишь копила электричество, которое вот-вот должно было снова разрядиться ударом молнии. Рустам чувствовал, как его кожа горит от одного лишь осознания того, что Самира лежит рядом. Его взгляд, тяжелый и лихорадочный, скользил по её тонкому профилю. Она была измотана, её дыхание едва выровнялось, но для него этого было мало. Его одержимость требовала большего — она требовала полного растворения её воли в его страсти.

– Ты думала, я дам тебе поспать? – Его голос прозвучал в полумраке как приговор.

Самира вздрогнула и открыла глаза. В их карей глубине еще плескалось эхо недавнего наслаждения, но, увидев выражение лица Рустама, она поняла: всё только начинается. Он не просто хотел её, он был голоден до её стонов, до её дрожи, до того момента, когда она перестанет осознавать реальность.

– Рустам, я... я почти не чувствую ног, – прошептала она, пытаясь улыбнуться, но в её голосе проскользнула нотка сладкого испуга.

– Значит, я всё делаю правильно, – он резко перехватил её за талию и рывком усадил к себе на колени, лицом к себе.

Самира вскрикнула от неожиданности, её длинные черные волосы хлестнули его по лицу. Она была такой хрупкой в его мощных руках, такой беззащитной и одновременно вызывающе сексуальной. Рустам впился в её шею, оставляя новый след прямо поверх старого. Его руки, широкие и сильные, бесцеремонно сминали её бедра, заставляя её выгибаться.

– Ты будешь кричать так, что охрипнешь, Самира, – прорычал он ей в самое ухо. – Я хочу выжать из тебя всё до последней капли. Ты слышишь меня?

– Да... – выдохнула она, впиваясь пальцами в его плечи. – Слышу. Не останавливайся.

Он вошел в неё резко, без прелюдий, заставляя её голову откинуться назад. Громкий, гортанный стон сорвался с её губ и заполнил комнату. Это было начало марафона, который должен был продлиться часы. Рустам не жалел ни её, ни себя. Его движения были жесткими, задающими бешеный темп. Он не просто занимался сексом, он подчинял себе её тело, навязывая ей свой ритм, свою волю.

Прошел первый час этого неистового безумия. Самира уже не просто стонала — она кричала, каждый раз, когда он находил нужную точку, каждый раз, когда его толчки становились особенно глубокими. Её голос становился всё более хриплым, надрывным. Она кусала свои губы, пыталась спрятать лицо в его плече, но Рустам не позволял ей скрыться.

– Смотри на то, что я с тобой делаю! – Он схватил её за подбородок, заставляя смотреть вниз, туда, где их тела сливались в одно целое. – Ты видишь? Ты только моя.

– Пожалуйста... Рустам... еще... – её голос превратился в сплошной поток мольбы и наслаждения.

Она была на грани. Её худое тело сотрясала мелкая дрожь, кожа покрылась испариной, а карие глаза закатывались от избытка чувств. Она была настолько сексуальной в этом своем изнеможении, что Рустам чувствовал, как его собственное возбуждение только растет, подпитываясь её слабостью.

Второй час превратился в сплошную череду сменяющихся поз и нарастающего напряжения. Он перевернул её на живот, прижимая лицом к подушке. Его ладонь легла на её затылок, слегка прижимая, пока он продолжал свой беспощадный ритм. Самира вцепилась в простыни так сильно, что костяшки её пальцев побелели. Её стоны теперь были приглушенными, прерывистыми, больше похожими на всхлипы.

– Тебе больно или хорошо? – спросил он, на секунду замедлившись, только чтобы услышать её ответ.

– Мне... мне слишком хорошо... я сейчас... умру... – донеслось из подушки.

– Ты не умрешь, пока я не разрешу, – он снова ускорился, доводя её до очередного пика.

Когда волна оргазма накрыла её, Самира зашлась в беззвучном крике, её тело вытянулось в струну и замерло на несколько секунд, прежде чем обмякнуть. Но Рустам не дал ей отдыха. Он знал, что её тело сейчас максимально чувствительно, и именно этого он добивался.

Третий час начался с того, что он заставил её встать у стены. Его одержимость не знала границ — он хотел чувствовать её везде, в каждом уголке этой комнаты, которая стала их личным алтарем страсти. Самира едва держалась на ногах, её колени подкашивались, но Рустам крепко держал её, не давая упасть.

– Ты такая узкая... такая горячая... – шептал он, теряя остатки контроля. – Я никогда не смогу тобой насытиться.

– Я вся твоя... делай со мной... что хочешь... – Самира уже почти не соображала, что говорит. Её разум затуманился, остались только инстинкты и это всепоглощающее чувство обладания.

Её стоны стали тише, превратившись в хриплое дыхание, но каждый раз, когда Рустам менял угол или темп, она снова вскрикивала, вкладывая в этот звук остатки сил. Она была измождена, её длинные волосы прилипли к лицу и спине, но она продолжала отвечать на его ласки с той же яростью, с какой он их дарил.

На четвертом часу комната казалась пропитанной электричеством. Рустам чувствовал, что его тело работает на пределе возможностей, но вид Самиры — полуобморочной от наслаждения, сексуальной до боли, с припухшими губами и затуманенным взглядом — давал ему новые силы. Он уложил её на край кровати, закидывая её ноги себе на плечи.

– Последний раз, Самира. Покажи мне всё, на что ты способна, – потребовал он.

Она ответила ему самым громким стоном за всю ночь. Это был финал их четырехчасового сражения, где не было победителей, а были только двое одержимых друг другом людей. Рустам двигался мощно, каждый толчок отдавался в его собственном теле вспышкой света. Он видел, как Самира мечется по подушке, как её пальцы ищут опору и находят его руки.

– Рустам! Рустам!!! – Она выкрикивала его имя снова и снова, пока голос окончательно не сорвался.

Финал настиг их одновременно. Это было похоже на падение в бездну, где время остановилось, а пространство схлопнулось до одной точки. Рустам прижал её к себе так сильно, что, казалось, они срослись кожей. Он чувствовал, как её сердце бьется о его грудную клетку — быстро, испуганно, но счастливо.

Прошло много времени, прежде чем он смог отстраниться. Они лежали в полной темноте, не в силах даже пошевелиться. Воздух в комнате был тяжелым и влажным.

– Четыре часа... – Самира едва смогла произнести эти слова. Её голос был совсем чужим, севшим.

– Я мог бы продолжать вечно, – Рустам нащупал её руку и переплел свои пальцы с её. – Ты даже не представляешь, что ты со мной делаешь.

Самира приподнялась на локте, глядя на него. В её глазах, несмотря на дикую усталость, светилось обожание.

– Ты сумасшедший, Рустам. Настоящий псих.

– Я твой псих, – он притянул её к себе и накрыл их одеялом. – Спи. Теперь ты точно никуда не уйдешь.

Самира закрыла глаза, засыпая мгновенно, как только её голова коснулась подушки. Рустам еще долго слушал её дыхание, чувствуя, как его одержимость, напитавшись этой ночью, сворачивается внутри него довольным зверем. Он победил. Она была здесь. Она была его. И завтра, когда солнце взойдет, он снова напомнит ей об этом.