← Назад к обзору

За горизонтом

Теневая сторона азарта

Глеб стоял у барной стойки, и челюсть его была сжата так сильно, что зубы едва не крошились. На левой щеке отчетливо горел след от маленькой, но удивительно тяжелой ладони. Вокруг продолжала пульсировать музыка, сотни тел извивались в экстазе под неоновыми лучами, но для Суворова мир сузился до одной-единственной точки — до той двери, в которой скрылась эта девчонка в нелепой толстовке.

– Глеб, забей, – Макс, его давний спарринг-партнер, попытался положить руку ему на плечо. – Мало ли неадекватных? Пойдем, там девчонки из педа приехали, ждут нас в випе.

Глеб резко сбросил руку друга. Его глаза, обычно насмешливые и ленивые, сейчас напоминали два куска обсидиана. Внутри него клокотала ярость, смешанная с каким-то странным, диким азартом. Его никогда не били. Ни на ринге, где он всегда был на шаг впереди, ни уж тем более в жизни. А тут какая-то пигалица, пахнущая не дорогим парфюмом, а дождем и чем-то домашним, позволила себе такое.

– Сгинь, Макс, – хрипло бросил он. – Я скоро буду.

Глеб развернулся и направился в сторону лестницы, ведущей на второй ярус, в закрытую зону. Ему нужно было выпустить пар. Сейчас. Немедленно. Иначе он рисковал разнести этот клуб в щепки.

В вип-зале было тише, музыка доносилась сюда глухим, приглушенным гулом, похожим на сердцебиение огромного зверя. Тяжелые кожаные диваны, полумрак и запах дорогого табака. Глеб рухнул на диван, широко раскинув ноги, и откинул голову на спинку. Перед глазами всё еще стояло её лицо — испуганное, но полное решимости.

– Суворов, ты чего такой хмурый? – к нему подсела Кристина. Он знал её уже пару месяцев. Она была именно такой, каких он предпочитал: ухоженная, в обтягивающем платье, которое не оставляло простора для воображения, и, главное, знающая правила игры. Никаких вопросов, никаких чувств.

Глеб медленно повернул к ней голову. Кристина заметила красный след на его лице и удивленно вскинула брови, но промолчала. Она была достаточно умна, чтобы понять: сейчас не время для расспросов.

– Сними стресс, Крис, – бросил он коротким, приказным тоном.

Он не смотрел на неё, его взгляд был устремлен в потолок. Кристина лишь хищно улыбнулась. Она любила его грубость, его силу, которая сквозила в каждом движении. Для неё Глеб Суворов был трофеем, пусть и временным.

Она плавно опустилась перед ним на колени, глядя снизу вверх. Глеб едва заметным кивком указал на свою ширинку. Пальцы девушки ловко справились с замком. Когда она начала, Глеб закрыл глаза, пытаясь вытеснить образ той девчонки из головы. Но вместо облегчения он чувствовал только нарастающее раздражение.

Движения Кристины были отточенными, профессиональными, но в них не было того, что заставило бы его сердце биться быстрее. Он чувствовал лишь физиологическую реакцию, холодную и пустую. В голове снова всплыл звук пощечины. Звонкий. Честный.

– Хватит, – резко оборвал он её через пару минут, схватив за плечо.

Кристина замерла, непонимающе глядя на него. Глеб поднялся, рывком уложил её на диван, задирая короткое платье. Ему не нужна была нежность. Ему нужно было действие, которое заглушит унижение и этот странный зуд внутри.

Он вошел в неё резко, без прелюдий. Кристина вскрикнула, то ли от неожиданности, то ли от удовольствия, и вцепилась ногтями в его плечи. Глеб двигался быстро, жестко, в такт тяжелому басу, который пробивался сквозь пол. Он смотрел на её лицо, на её накрашенные губы, но видел только те большие, полные ужаса глаза Киры.

«Кто ты такая?» – пульсировало у него в висках.

Когда наступила разрядка, Глеб на мгновение замер, тяжело дыша. Он отстранился, поправил одежду и, не глядя на Кристину, которая пыталась отдышаться и привести себя в порядок, достал из кармана пачку сигарет.

– Свободна, – бросил он, щелкая зажигалкой.

– Глеб, ты сегодня какой-то... дикий, – Кристина попыталась коснуться его руки, но он сухо уклонился.

– Уходи, Крис. Я не в настроении для разговоров.

Когда дверь за ней закрылась, Глеб затянулся, выпуская густой дым в полумрак комнаты. Ярость немного утихла, оставив после себя холодный, расчетливый интерес. Он никогда не верил в случайности. То, что эта девчонка врезалась именно в него, то, что она не побоялась ответить силой на его наглость — всё это казалось ему вызовом.

Он достал телефон и набрал номер человека, который знал в этом городе всех и каждого.

– Слушай меня, – начал Глеб, едва на том конце подняли трубку. – Мне нужна девчонка. Была сегодня в «Атмосфере» около часа ночи. Рост примерно метр шестьдесят пять, волосы длинные, русые или каштановые, была в сером худи. На вид лет восемнадцать. Ушла с какой-то блондинкой, которую выносили на руках.

– Глеб, ты издеваешься? – раздался в трубке сонный голос. – В «Атмосфере» сотни таких девчонок.

– Эта — особенная, – Глеб усмехнулся, глядя на свое отражение в темном стекле окна. – Она единственная, кто сегодня ушел отсюда, не попросив мой номер. И единственная, кто рискнул меня ударить. Найди её. По камерам, по такси, по знакомым — мне плевать. Чтобы к завтрашнему вечеру я знал, где она учится и где живет.

Положив телефон на стол, Глеб до курил сигарету. Щека всё еще немного ныла, напоминая о произошедшем.

В его мире всё было просто: если ты хочешь что-то — ты это берешь. Если кто-то бьет тебя — ты бьешь в ответ. Но с этой девчонкой привычные правила не работали. Он не хотел ударить её в ответ. Он хотел сломать её сопротивление, заглянуть за эту стену страха и увидеть, что там скрывается на самом деле.

Он вспомнил её глаза в тот момент, когда она кричала «Идиот!». В них не было кокетства. В них была настоящая, искренняя ненависть к таким, как он. И это заводило Глеба больше, чем любая доступная красотка в этом клубе.

– Посмотрим, принцесса, – прошептал он в тишину вип-зала. – Посмотрим, как долго ты сможешь бегать.

Он поднялся, чувствуя, как внутри него просыпается охотник. Ночь только начиналась, и хотя Кира Белова сейчас, вероятно, пыталась забыть его как страшный сон, Глеб Суворов только начинал этот бой. И он не собирался отдавать победу без реванша.