← Назад к обзору

Заклятые враги

Танцы на углях

Макс Подольский, взобравшись на импровизированную сцену у бассейна, сиял, как начищенный пятак. В руках он сжимал беспроводной микрофон, а его голос, усиленный мощными колонками, перекрывал даже гул толпы и шум сосен, окружавших дачу.

– Так, народ, внимание! – заорал Макс, широко разводя руками. – Официальная часть закончена, пора проверить, насколько хорошо наш спортфак умеет работать в команде. Правила игры просты как дважды два. Я называю пару по списку. Вы выходите сюда. Сначала – блиц-опрос. Вопросы каверзные, чисто чтобы вы вывернули душу наизнанку и мы поняли, кто перед нами. А потом – самое интересное. На экране за моей спиной будет появляться фото с акробатической позой. Ваша задача – повторить её максимально точно. Гимнасты, не расслабляйтесь, боксеры, готовьте мышцы! И в финале – «смертельный номер»: один из партнеров должен сделать то, что второй повторить не сможет. Победителей ждет ящик элитного шампанского и звание королей этой ночи!

Толпа взревела от восторга. Геля почувствовала, как внутри всё сжалось. Она бросила быстрый взгляд на Егора. Тот стоял, расслабленно засунув руки в карманы куртки, и, казалось, ни капли не нервничал.

– Смирнова, дыши глубже, – не оборачиваясь, бросил он. – У тебя сейчас глаза как у испуганного олененка. Мы просто поиграем, не на корову спорим.

– Мы спорим на моё спокойствие, Волков, – отрезала она, стараясь, чтобы голос не дрожал. – А это дороже любой коровы.

– И первая пара на выход... – Макс выдержал театральную паузу, вглядываясь в планшет. – О-о-о, это будет легендарно! Встречаем: звезда ринга Егор Волков и наша черная жемчужина гимнастики Ангелина Смирнова!

Свист и аплодисменты оглушили Гелю. Она почувствовала, как Егор слегка подтолкнул её в спину, направляя к свету софитов. Когда они поднялись на помост, свет прожекторов ударил в глаза, заставляя Гелю прищуриться. Она видела перед собой лишь сотни горящих глаз и улыбающееся лицо Подольского.

– Итак, начнем с разогрева, – Макс подошел к ним вплотную, хитро прищурившись. – Егор, вопрос к тебе. Какое качество в девушках ты ценишь больше всего, но никогда в этом не признаешься?

Волков усмехнулся, мельком глянув на Гелю. В его глазах на секунду промелькнуло что-то странное, похожее на искренность, но он тут же взял себя в руки.

– Упрямство, – четко произнес он. – Люблю, когда добыча не сдается сразу. Это разжигает азарт.

По толпе пронесся смешок. Геля почувствовала, как щеки обдает жаром.

– Теперь ты, Ангелина, – Макс перевел микрофон на неё. – Если бы тебе пришлось провести на необитаемом острове год с одним из своих бывших врагов, кого бы ты выбрала и почему?

Геля сглотнула. Она посмотрела на Егора, который в этот момент выглядел вызывающе спокойным.

– Я бы выбрала самого невыносимого, – ответила она, глядя Волкову прямо в глаза. – Чтобы у меня был стимул как можно скорее построить плот и уплыть оттуда.

– Десять баллов за остроумие! – Макс рассмеялся. – Ладно, хватит слов. Переходим к делу. Парни, готовьте спины. Девочки, надейтесь на их координацию. Первый раунд: «Поддержка»!

На огромном экране появилось изображение: парень держит девушку на вытянутых руках над головой, при этом она выгнута в «колечке», касаясь носками затылка.

– Легкотня, – хмыкнул Егор. – Смирнова, прыгай. Я тебя поймаю.

– Ты хоть раз держал кого-то тяжелее боксерской груши? – прошептала она, подходя к нему.

– Ты весишь как пушинка, я тебя умоляю. Давай, не позорь факультет.

Геля глубоко вздохнула, отбросив сомнения. В конце концов, она тренировалась по пять часов в день. Она положила руки на его плечи, чувствуя под пальцами твердые мышцы. Егор крепко обхватил её за талию, и в следующую секунду она почувствовала, как земля уходит из-под ног. Он поднял её вверх так легко, будто она действительно ничего не весила.

Геля прогнулась в спине, демонстрируя идеальную гибкость. Её черные волосы водопадом хлынули вниз, почти касаясь лица Егора. Зрители ахнули. Это выглядело невероятно красиво: мощный, широкоплечий парень и хрупкая, изящная девушка, застывшие в сложной фигуре под неоновым светом.

– Хорош, Волков! – крикнул кто-то из толпы.

– Держи крепче, не урони сокровище!

Егор медленно опустил её на землю, но не спешил выпускать её талию из рук. На мгновение они оказались слишком близко друг к другу. Геля видела каждую капельку пота на его виске, чувствовала его сбившееся дыхание.

– А ты неплохо справляешься, – тихо сказал он, и в его голосе не было привычной издевки.

– Ты тоже... не такой неуклюжий, как я думала, – ответила она, отстраняясь.

– А теперь, – голос Макса снова ворвался в их пространство, – финальный этап! Индивидуальный вызов. Один делает то, что другой не сможет. Начинает Ангелина!

Геля поняла: это её шанс. Она знала, что Егор силен, быстр, но он – боксер. Его мышцы «забиты» силовой нагрузкой, у него нет той текучести, которой обладает она.

Она вышла на середину площадки, сняла рубашку, оставшись в одном обтягивающем коричневом платье, которое подчеркивало каждый изгиб её тела. По толпе прошел одобрительный свист.

– Смотри внимательно, Волков, – сказала она.

Геля плавно опустилась в глубокий выпад, затем одним движением перешла в отрицательный шпагат, опираясь одной ногой на край декоративного парапета, а другой – на пол. Но этого было мало. Она медленно наклонилась назад, захватила руками щиколотку опорной ноги и замерла в невероятной складке, демонстрируя запредельную гибкость.

– Ну давай, повтори, – с вызовом бросила она, выпрямляясь и поправляя волосы.

Егор посмотрел на свои широкие плечи, на мощные бедра и просто развел руками.

– Я, конечно, могу попробовать, но боюсь, мои штаны лопнут раньше, чем я опущусь хотя бы на половину, – признал он под общий хохот. – Тут ты меня сделала, Смирнова. Один-ноль в пользу грации.

– Твой ход, Егор! – подзадорил Макс. – Что ты можешь предложить нашей гимнастке?

Егор прищурился. Он медленно подошел к Геле, обошел её кругом, словно хищник, выбирающий момент для атаки.

– Гимнастика – это красиво, – начал он, обращаясь к толпе. – Но бокс – это про выдержку и контроль. Геля, ты можешь сложиться вдвое, но сможешь ли ты... не моргнуть?

Он внезапно сделал резкий, молниеносный выпад вперед, остановив свой кулак в миллиметре от её носа. Поток воздуха от удара ударил ей в лицо, растрепав челку.

Геля даже не вздрогнула. Она смотрела прямо в его серые глаза, не шевелясь.

– Слабовато, Волков, – спокойно сказала она. – После моего отчима я видела вещи и пострашнее твоих кулаков.

Егор на секунду замер, его лицо изменилось. Он явно не ожидал такого ответа и такой реакции. В его взгляде промелькнуло сочувствие, смешанное с удивлением.

– Ладно, – он опустил руку. – Тогда вот это.

Он отошел к краю помоста, где стоял тяжелый дубовый стол с напитками. Одним резким движением он подхватил его за край, приподнял и, используя только силу одной руки и баланс, удерживал его несколько секунд, пока Макс не начал отсчет.

– Пять... четыре... три... два... один! – орал Подольский. – Невероятная мощь! Геля, твой черед!

Геля подошла к столу, попробовала его сдвинуть и поняла – без шансов. Это была чистая физическая сила, которой у неё не было и быть не могло.

– Признаю, – выдохнула она. – Здесь ты победил.

– И у нас ничья! – Макс снова выскочил на середину. – Народ, это было круто! Сейчас я решу, кто же всё-таки...

Договорить он не успел.

Внезапно где-то в глубине дома раздался глухой хлопок, а затем – пронзительный женский крик. Музыка резко оборвалась, сменившись неприятным гулом колонок.

– Что за фигня? – Макс обернулся к дверям дома.

Из открытых окон первого этажа повалил густой серый дым. В ту же секунду на веранду выскочил парень, размахивая руками.

– Пожар! На кухне проводка вспыхнула! Шухер, народ, огнетушитель не справляется!

Толпа мгновенно превратилась в неуправляемую массу. Люди в панике бросились в разные стороны. Кто-то прыгал прямо с веранды в кусты, кто-то ломился к воротам, создавая пробку.

– Геля, за мной! – Егор мгновенно среагировал, хватая её за руку.

– Там Рита! Моя подруга, она оставалась внутри, за напитками пошла! – Геля попыталась вырваться, её глаза расширились от ужаса. – Егор, пусти, она же не знает, где выход с кухни!

– Сиди здесь, у бассейна, поняла?! – рявкнул Егор, его голос стал жестким и командным. – Я найду её. Не смей соваться в дом!

Он сорвался с места и исчез в дымовой завесе дверного проема. Геля застыла, прижав руки к груди. Сердце колотилось о ребра, как пойманная птица. Вокруг кричали люди, кто-то вызывал пожарных, кто-то пытался оттащить машины от забора.

Дым становился всё гуще, приобретая едкий черный оттенок. Прошло две минуты, которые показались Геле вечностью. Она не выдержала и бросилась к дому, но на полпути столкнулась с Максом Подольским.

– Куда ты?! Там уже всё полыхает! – Макс схватил её за плечи.

– Там Егор! И Рита!

– Егор вывел какую-то девчонку через черный ход, я видел! – крикнул Макс, перекрывая треск пламени. – Бежим к воротам, сейчас крыша может поехать!

Геля обернулась и увидела, как из-за угла дома выбегает Егор, придерживая кашляющую Риту. Он был весь в саже, его куртка дымилась, но он крепко держал девушку, буквально волоча её на себе.

Облегчение было таким сильным, что у Гели подкосились ноги. Она бросилась к ним, помогая Рите сесть на траву подальше от строения.

– Живая? – Егор тяжело дышал, вытирая лицо рукой, отчего сажа размазалась еще сильнее.

– Да... спасибо... – Рита судорожно глотала воздух.

В этот момент вдалеке послышался вой сирен, а со стороны дороги мелькнули красные и синие проблесковые маячки.

– Менты, – коротко бросил кто-то из парней. – И пожарные. Расходимся лесом, пацаны, а то сейчас всех загребут за незаконную тусовку и порчу имущества.

– Нам надо уходить, – Егор посмотрел на Гелю. – Смирнова, ты как?

– Я в порядке. Но ты... ты весь обгорел! – Она коснулась его рукава, который превратился в лохмотья.

– Ерунда. Бывало и хуже, – он попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой. – Пошли, пока нас не начали опрашивать. Моя машина за забором, в лесополосе.

Они пробирались через кусты, подальше от света фар и криков. Когда звуки суеты остались позади, и они вышли к старой «Ладе» Егора, Геля наконец смогла перевести дух. Рита, уже немного пришедшая в себя, сидела на заднем сиденье, прислонившись лбом к стеклу.

Егор открыл водительскую дверь, но прежде чем сесть, обернулся к Геле. В тусклом свете луны он выглядел как герой какого-то мрачного фильма: в саже, со сбитыми костяшками пальцев, но с тем же несломленным взглядом.

– Знаешь, Смирнова... – он помолчал, подбирая слова. – Про свидание... я серьезно.

Геля посмотрела на него, чувствуя, как внутри дрожит какая-то тонкая струна. Тот Егор, который только что, не раздумывая, бросился в огонь за её подругой, совсем не походил на того придурка, который издевался над ней в школе.

– Мы не доиграли, Волков, – тихо ответила она. – Победитель не определен.

– Значит, придется устроить реванш, – он открыл ей дверцу. – Садись. Я отвезу вас в общагу.

Геля села в машину, чувствуя запах дыма, бензина и того самого терпкого парфюма. Она знала, что эта ночь – только начало. И что черная краска на её волосах и шрамы на его сердце – это всего лишь камуфляж, который сегодня начал трескаться.

Машина тронулась, оставляя позади зарево пожара и остатки их прошлого, которое окончательно сгорело в эту ночь на даче Макса Подольского.