← Назад к обзору

Запрещено любить

Тень зверя

Седой грубо толкнул Асю в плечо, заставляя её двигаться по длинному, слабо освещенному коридору первого этажа. Огромный особняк Артёма Суворова внутри напоминал холодный склеп: мраморные полы, высокие потолки и гнетущая тишина, которую нарушал только стук её поношенных кроссовок.

– Вот тут будешь обитать, – мужчина со шрамом распахнул дверь в маленькую комнату в самом конце коридора, рядом с кухней и прачечной. – Кровать есть, душ в конце коридора. Завтра в шесть утра чтобы была на ногах. Повариха Зоя Марковна скажет, что делать. И запомни, малявка: к лестнице на второй этаж даже не приближайся. Хозяин не любит, когда на его территории мелькают посторонние.

– Я поняла, – Ася едва слышно выдохнула, прижимая к себе сумку.

– Поняла она... – проворчал Седой, окинув её презрительным взглядом. – Иди уже. И не вздумай ничего выкинуть. У нас везде камеры, даже в туалете, считай, за тобой смотрят.

Он захлопнул дверь, и Ася осталась в полной темноте. Она нащупала выключатель на стене. Тусклая лампочка под потолком осветила крошечное пространство: узкая железная кровать, старый шкаф и маленькое окно с решеткой. Это место было до боли похоже на её комнату в детдоме, только здесь не было криков других детей и вечного чувства голода.

Ася опустилась на кровать и закрыла лицо руками. Тело всё еще била мелкая дрожь. Всего несколько часов назад она мечтала об офисной работе, а теперь оказалась в логове боксера-миллионера, который смотрел на неё как на пустое место.

– Секретарь... – горько усмехнулась она про себя. – Какая же я дура.

Она вспомнила ледяные глаза Артёма. В них не было тепла, только выжженная пустыня. Он был красив той пугающей красотой, которая заставляет сердце замирать от ужаса, а не от восторга. Каждая татуировка на его теле казалась клеймом, предупреждающим об опасности.

Но у неё не было выбора. На счету — ноль. В кармане — только пара смятых купюр, которых не хватило бы даже на билет до города. Здесь её хотя бы накормят. А если будет вести себя тише воды, ниже травы, возможно, он её и не заметит.

Ночь прошла в тревожном полусне. Асе снились тени, тянущиеся к ней из углов подвала, и тяжелые шаги Артёма, от которых содрогался пол.

В пять тридцать утра она уже была на ногах. Умывшись ледяной водой, она пригладила свои светлые волосы и попыталась придать лицу хоть немного бодрый вид. На кухне её встретила полная женщина с суровым лицом — та самая Зоя Марковна.

– Новая? – женщина окинула Асю оценивающим взглядом, помешивая что-то в огромной кастрюле. – Тёмка сказал, что ты теперь за чистоту отвечаешь. Работы много. Дом огромный, а помощников у меня нет — остальные девки долго не задерживаются.

– Почему? – тихо спросила Ася, беря в руки протянутую тряпку.

– Потому что характер у хозяина — не дай бог каждому. Зверь, а не человек. Особенно после боев. Видела его вчера? Проиграл он. Впервые за три года. Теперь злой, как черт. Ты ему на глаза не лезь, Ася. Увидела — беги в другую сторону. Поняла?

– Поняла, – кивнула девушка.

Первая половина дня прошла в бесконечной уборке. Ася мыла полы, протирала пыль с тяжелых ваз и картин, стараясь не заходить на «запретную» территорию. Она работала методично, привычно, как учили в приюте. Труд помогал заглушить страх.

Около полудня, когда она чистила зеркала в огромном холле, сверху послышался шум. Ася замерла, вцепившись в пульверизатор.

Артём спускался по лестнице. На нём были только черные спортивные штаны, татуированный торс блестел от пота — видимо, он только что из спортзала. В руках он держал стакан с ледяной водой.

Ася тут же опустила голову, стараясь стать частью стены. Она помнила наказ: исчезать.

Но Суворов не прошел мимо. Он остановился в нескольких шагах, тяжело дыша. От него исходила такая мощная волна агрессии, что воздух казался наэлектризованным.

– Эй, мышь, – позвал он. Голос был хриплым.

Ася медленно подняла взгляд.

– Да... Артем... – она осеклась. – Господин Суворов?

Он поморщился, как от зубной боли.

– Просто Тём. Или Артем. Не надо этого офисного дерьма. Где мои бинты? Те, что лежали в гостиной на столике?

– Я... я их убрала в корзину для стирки, – пролепетала Ася. – Они были в крови, я подумала...

– Ты подумала? – он сделал шаг к ней, и Ася невольно отшатнулась, ударившись спиной о зеркало. – Я не нанимал тебя думать. Я нанимал тебя убирать. Те бинты мне нужны были сейчас. Принеси. Живо.

Ася сорвалась с места, едва не споткнувшись о ведро. Она влетела в прачечную, дрожащими руками выудила из корзины эластичные бинты и бросилась обратно.

Артём стоял на том же месте, прислонившись к колонне. Его взгляд блуждал по её лицу, и Асе казалось, что он видит её насквозь — всю её никчемность, весь её страх.

– Вот, возьмите, – она протянула ему бинты.

Он взял их, но при этом намеренно коснулся её пальцев своими горячими, сбитыми в кровь костяшками. Ася вздрогнула, но руку не убрала.

– Почему ты так дрожишь? – вдруг спросил он, прищурившись. – Я тебя еще даже не ударил.

– Я... я просто не привыкла к такому... к таким домам, – соврала она, глядя в пол.

– Ложь, – отрезал он. – Ты боишься людей. Всех людей. Это в тебе за версту несет детдомом и побоями. Думаешь, я не вижу?

Ася вскинула голову. В её глазах на мгновение вспыхнула искра — не гнева, а глубокой, застарелой боли.

– Вы ничего обо мне не знаете.

– Ошибаешься, – Артём усмехнулся, и в этой усмешке промелькнуло что-то похожее на уважение. – Я знаю таких, как ты. Вы как побитые собаки: ждете удара даже тогда, когда вам протягивают руку. Но здесь тебе не приют. Здесь если упадешь — тебя затопчут. Помни об этом, когда в следующий раз решишь «подумать» за меня.

Он развернулся и пошел к выходу на задний двор, где, судя по звукам, находился тренировочный ринг.

Ася стояла, прижимая руки к груди. Сердце колотилось где-то в горле. Он был прав. Он видел её насквозь, и это пугало больше всего. Он не был просто бандитом или боксером — он был хищником, который чувствовал слабость жертвы за километры.

Вечером дом наполнился людьми. Приехали какие-то мужчины в кожаных куртках, шумные, грубые. Из гостиной доносился звон бутылок и громкий хохот. Зоя Марковна велела Асе разносить закуски.

– Только не смотри им в глаза, – шепнула повариха. – Это друзья Артема по клубу. У них тормозов нет.

Ася взяла поднос с нарезкой и вошла в гостиную. Там было накурено, пахло дорогим алкоголем. Артём сидел в центре огромного дивана, закинув ноги на столик. Он выглядел мрачным, почти не участвовал в общем веселье.

– Опа, Тём, это что за чудо природы? – один из гостей, коренастый парень с татуировкой на шее, заметил Асю. – Новая горничная? Какая хрупкая...

Он протянул руку, пытаясь ухватить Асю за талию, когда она проходила мимо. Девушка резко отпрянула, поднос в её руках опасно наклонился.

– Оставь её, Макс, – лениво произнес Артём, не открывая глаз.

– Да ладно тебе, Тём, я просто познакомиться хотел, – хохотнул парень, поднимаясь. – Эй, мышка, как зовут?

Ася замерла, глядя на Макса. Перед ней был типичный агрессор, каких она видела сотни. Она знала, что если сейчас не ответит или попытается убежать, это только раззадорит его.

– Меня зовут Ася, – голос её был тихим, но твердым. – Пожалуйста, возьмите закуски и дайте мне пройти.

– Ух ты, какая дерзкая! – Макс сделал шаг к ней, преграждая путь. – А если не дам? Что сделаешь? Расплачешься?

Ася почувствовала, как холод подступает к сердцу. Она посмотрела на Артёма, ища защиты, но тот сидел неподвижно, наблюдая за сценой из-под полуприкрытых век. Он словно проверял её.

– Я пришла сюда работать, а не развлекать вас, – сказала Ася, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Пожалуйста, отойдите.

Макс протянул руку, чтобы схватить её за подбородок, но в этот момент Артём резко выпрямился. Его движение было таким быстрым, что никто не успел среагировать.

– Я сказал — оставь её, – голос Суворова прозвучал как удар хлыста.

Макс замер. Он посмотрел на Артёма, потом на Асю, и в его глазах отразился страх.

– Да ладно, Тём, я же пошутил...

– Твои шутки мне надоели, – Артём встал. Он был выше Макса на целую голову и в три раза шире в плечах. – Она под моей защитой. Кто её тронет — будет иметь дело со мной. Вопросы есть?

В комнате повисла тяжелая тишина. Гости переглядывались, но никто не рискнул возразить. Суворов в ярости был страшен, и все это знали.

– Вопросов нет, – буркнул Макс и сел обратно на диван.

Артём перевел взгляд на Асю.

– Уйди на кухню. И больше не выходи сюда сегодня.

Ася не заставила себя ждать. Она буквально вылетела из гостиной, чувствуя, как горят щеки. На кухне она прислонилась к закрытой двери, пытаясь отдышаться.

«Она под моей защитой».

Эти слова эхом отдавались в её голове. Никто и никогда не защищал её. Ни в детдоме, ни после него. Для всех она была либо пустым местом, либо объектом для насмешек. А этот опасный, жестокий человек, который сам же её и напугал до смерти, вдруг встал на её сторону.

Позже, когда гости разошлись и в доме стало тихо, Ася вышла в холл, чтобы собрать оставленную посуду. Она думала, что все уже спят, но на террасе увидела темный силуэт.

Артём стоял, опершись на перила, и смотрел на ночной сад. В руке у него была сигарета, огонек которой ярко вспыхивал в темноте.

Ася хотела тихо уйти, но он почувствовал её присутствие.

– Подойди сюда, – не оборачиваясь, приказал он.

Она послушно подошла, остановившись в паре метров.

– Почему ты не уехала, когда я велел Седому вышвырнуть тебя? – спросил он, глядя вдаль.

– Я же сказала... мне некуда идти. И у меня нет денег.

– Деньги — это мусор, – он затушил сигарету о перила. – Но ты... ты странная. Ты боишься тени, но стоишь перед Максом и не опускаешь глаз. Откуда в тебе это?

– Жизнь научила, – тихо ответила Ася. – Если всегда опускать глаза, рано или поздно тебе просто наступят на шею.

Артём медленно повернулся к ней. В свете луны его лицо казалось высеченным из камня.

– Ты права, мышь. Здесь именно так всё и работает.

Он подошел ближе. Ася не шелохнулась, хотя всё её нутро кричало об опасности. Он протянул руку и аккуратно, почти невесомо, заправил выбившуюся прядь её волос за ухо. Его пальцы были жесткими, но движение — удивительно бережным.

– У меня много врагов, Ася, – сказал он, понизив голос до шепота. – И этот дом — не самое безопасное место для такой, как ты. Но если ты решила остаться... будь готова к тому, что тишины здесь больше не будет.

– Я готова, – прошептала она.

Он долго смотрел ей в глаза, словно пытаясь найти в них ответ на какой-то свой вопрос. В этот момент между ними возникло странное, необъяснимое напряжение — связь двух изломанных душ, которые нашли друг друга в самом неподходящем месте.

– Иди спать, – наконец сказал он, отстраняясь. – Завтра тяжелый день. Я начинаю тренировки к реваншу. И мне нужно, чтобы в доме был порядок.

– Хорошо, Артем. Спокойной ночи.

Она ушла, чувствуя на своей спине его тяжелый, обжигающий взгляд. Ася знала, что её жизнь изменилась навсегда. Она больше не была просто жертвой мошенников или сиротой без гроша в кармане. Она стала частью мира Артёма Суворова — мира, где сила была единственным законом, но где, возможно, впервые в жизни, она обрела своего защитника.

Ложась в свою узкую кровать, Ася впервые за долгое время не чувствовала холода. Она не знала, что ждет её завтра, но одно она знала точно: зверь, которого все боялись, сегодня ночью позволил ей остаться рядом. И это было начало истории, которую она не могла бы вообразить даже в самых смелых мечтах.