← Назад к обзору

Земля

Осколки разбитого неба

Покои Юки в гостевом крыле дворца были обставлены с суровой роскошью, присущей магам земли высокого сословия: тяжёлые портьеры цвета лесного мха, мебель из тёмного дерева и холодный мраморный пол. Но даже эта привычная обстановка не могла унять бурю, бушевавшую в его душе.

Юки вошёл в комнату, не оборачиваясь. Он чувствовал присутствие Аанга всем своим существом — по колебаниям воздуха, по сбивчивому ритму сердца, который он улавливал сквозь подошвы своих сапог. Аватар скользнул следом за ним, бесшумный, как сквозняк, но Юки демонстративно игнорировал его.

Маг земли подошёл к зеркалу и начал расстёгивать золотые накладки на предплечьях. Металл послушно поддался его воле, со звоном ложась на столешницу. Юки начал снимать приталенный камзол, обнажая бледные плечи и спину, на которой под фарфоровой кожей перекатывались тугие мышцы.

– Юки, нам нужно поговорить, – голос Аанга прозвучал надломленно. Он стоял у дверей, не решаясь подойти ближе, сжимая в руках свой посох так сильно, что костяшки пальцев побелели.

Юки даже не вздрогнул. Он стянул левый чёрный рукав, украшенный золотыми стеблями, и бросил его на кресло. Его движения были точными, холодными и пугающе спокойными.

– О чём? – Юки наконец повернулся, но лишь наполовину, глядя на Аанга через плечо своими ледяными голубыми глазами. – О том, как ты вожделеешь невесту своего лучшего друга? Или о том, как ловко ты сочетал медитации о всеобщем благе с поцелуями в тенистых садах?

– Всё не так просто, Юки! – Аанг сделал шаг вперёд, его глаза умоляюще искали взгляда мага земли. – Катара... она часть моего прошлого, часть моей жизни. Мы через столько прошли вместе. Когда я рядом с ней, я чувствую себя тем маленьким мальчиком, который ещё не знал о войне. Это... это просто старая привязанность.

Юки резко развернулся всем корпусом, и его длинные чёрные волосы хлестнули по плечам. В его глазах вспыхнул опасный лавовый блеск.

– Привязанность? – Он горько усмехнулся, подходя к Аангу. – Зачем тогда ты предложил мне встречаться, Аанг? Зачем ты клялся, что я — единственный, кто понимает твою истинную суть, твою тяжесть ответственности? Ты мог бы просто быть с Катарой. Никто бы не посмел осудить Аватара и героиню войны. Но нет, тебе было мало её обожания. Тебе нужен был я — тот, кто не будет заглядывать тебе в рот, кто сможет быть тебе ровней по силе и духу.

Аанг опустил голову, не выдержав этого пронзительного взгляда.

– Я люблю тебя, Юки. По-настоящему. То, что произошло с Катарой... это была слабость. Ошибка.

– Ошибка — это когда ты путаешь иероглиф в свитке, – отрезал Юки, и пол под ногами Аватара едва заметно вздрогнул. – А то, что делали вы — это систематическое предательство. Вы лгали Зуко. Вы лгали мне. И самое паршивое, Аанг, что ты продолжал касаться меня теми же руками, которыми обнимал её.

Юки сделал ещё шаг, сокращая дистанцию до минимума. Он был выше, и его тень полностью накрыла Аватара.

– Скажи мне, – прошептал он, и в этом шёпоте слышался скрежет сталкивающихся тектонических плит, – каково это — быть святым Аватаром и при этом чувствовать себя последним трусом, не способным сделать выбор?

– Я не трус! – Аанг вскинул голову, в его серых глазах на мгновение промелькнула мощь стихий. – Я пытался сохранить всё! Я не хотел ранить ни тебя, ни Зуко, ни её...

– И в итоге ты ранил всех, – Юки холодно улыбнулся, его пальцы впились в край собственного пояса, медленно расслабляя его. – Ты хотел усидеть на двух тронах, Аанг. Но земля не терпит двойственности. Она либо твёрдая, либо превращается в зыбучий песок, который затянет тебя на дно.

Аанг смотрел на него, и в его глазах отражалось отчаяние. Он видел перед собой не просто своего парня, а величественное и пугающее божество, которое он сам же и осквернил своей ложью. Наряд Юки, наполовину расстёгнутый, подчёркивал его уязвимость и одновременно его несокрушимую гордость.

– Тот поцелуй с Зуко... – Аанг заговорил тише, и в его голосе прорезалась ревность. – Ты сделал это только чтобы отомстить мне?

Юки замер. Он вспомнил вкус губ Зуко — вкус пепла, вина и горечи. Он вспомнил, как в тот момент его собственная ярость нашла отражение в ярости Хозяина Огня.

– Зуко хотя бы честен в своей боли, – ответил Юки, отворачиваясь к окну, за которым всё ещё гремели фейерверки, теперь казавшиеся ему погребальными кострами их отношений. – Он не прячется за титулами и «предназначением». Когда он коснулся меня, я почувствовал правду. А от тебя, Аанг, несёт только дымом и фальшью.

– Юки, пожалуйста... – Аанг протянул руку, пытаясь коснуться его плеча, но маг земли резко вскинул ладонь, и между ними из пола вырос тонкий, острый как бритва лист металла.

– Не смей, – голос Юки был подобен удару молота. – Больше никогда не касайся меня. Ты выбрал свою «старую привязанность». Теперь живи с этим.

– Ты бросаешь меня? – Аватар выглядел так, будто весь мир, который он с таким трудом восстановил, только что рассыпался в прах.

– Нет, Аанг, – Юки наконец полностью освободился от верхних одежд, оставшись в одних чёрных брюках. Его татуировка на руке, изображающая переплетённые потоки лавы и металла, казалось, пульсировала в полумраке. – Это ты бросил нас всех в тот момент, когда решил, что ты выше чести и выше правды.

Маг земли подошёл к кровати и взял простую льняную рубашку. Он надевал её медленно, словно облачался в доспехи перед последней битвой.

– Уходи, Аанг. Завтра я уезжаю в Ба-Синг-Се. У меня есть дела в Ордене Металла, которые важнее, чем выслушивание твоих оправданий.

– Ты не можешь просто уйти! Мы команда! Мы...

– Команды больше нет, – Юки обернулся, и в его глазах Аанг увидел нечто такое, что заставило его замолчать. Это было абсолютное, ледяное безразличие. – Есть Аватар, который запутался в своих чувствах. Есть Хозяин Огня, которому разбили сердце. Есть Катара, которая потеряла уважение тех, кто её любил. И есть я. Тот, кто больше не позволит тебе тянуть из себя силы.

Аанг стоял неподвижно, чувствуя, как воздух в комнате становится тяжёлым и неподвижным. Юки больше не был тем парнем, который смеялся над его шутками и учил его чувствовать вибрации земли. Перед ним стоял Мастер, обретший свою истинную форму в огне предательства.

– Прощай, Аанг, – бросил Юки, даже не глядя в сторону двери.

Аватар медленно развернулся. Каждый шаг давался ему с трудом, словно гравитация внезапно увеличилась вдесятеро. Когда дверь за ним закрылась, Юки наконец позволил себе выдохнуть. Он подошёл к столу, взял свою трубку и обнаружил, что его руки дрожат.

Он не был божеством. Он был человеком, которому только что вырвали сердце, и всё, что у него осталось — это холодный блеск металла и раскалённая ярость лавы, застывшая внутри.

Юки посмотрел на своё отражение. Чёрные волосы растрёпаны, голубые глаза полны невыплаканных слёз, которые он никогда не позволит себе пролить. Он вспомнил Зуко. Вспомнил решимость в его глазах.

Мир изменился пять лет назад после кометы. Но сегодня, в эту праздничную ночь, он изменился снова. И на этот раз Аватар не был тем, кто писал историю. Историю теперь будут писать те, кто научился выживать в пепле его ошибок.