← Назад к обзору

Аанг

Осколки хрустального неба

Южный Храм Воздуха ликовал. Весть о том, что Катара и Зуко ждут первенца, разнеслась по коридорам быстрее самого сильного порыва ветра. Послушники украшали залы яркими лентами, Сокка уже вовсю планировал «самую эпичную колыбель в истории четырех народов», а Аанг... Аанг светился так, что, казалось, мог заменить собой солнце. Он обнимал Катару, жал руку Зуко, смеялся и кружился на месте, подбрасывая в воздух пригоршни лепестков.

– Ты представляешь, Юки? – Аанг подошел к нему вечером, когда они остались одни на балконе. – Я стану дядей. Настоящим дядей! У Зуко будет наследник, а у нас... у нас будет маленький человек, которого мы научим всему. Я покажу ему, как кататься на воздушных шарах, а ты...

– А я научу его пускать кольца дыма, – Юки выдавил слабую улыбку, затягиваясь трубкой.

Аанг рассмеялся, притянул его к себе и крепко поцеловал в макушку. Он был так счастлив, что не заметил, как в небесно-голубых глазах Юки на мгновение отразилась не радость, а острая, режущая боль.

Всю следующую неделю Юки ходил словно во сне. Праздничная суета, разговоры о пеленках, именах и будущем воспитании маленького принца или принцессы Нации Огня стали для него пыткой. Каждый раз, когда он видел, как Аанг нежно смотрит на округлившийся (пусть пока лишь в его воображении) живот Катары, внутри Юки что-то надламывалось.

Он маг огня. Он привык сжигать препятствия, привык к прямолинейности и честности. Но сейчас враг был внутри него самого, и этот враг шептал ядовитые слова: «Ты никогда не дашь ему этого».

Юки сидел в библиотеке, бездумно листая древний свиток, но буквы расплывались перед глазами. Мысли, одна чернее другой, роились в голове. Аанг — Аватар. Последний маг воздуха. На нем лежит ответственность за возрождение своего народа. Катара и Зуко продолжат свои династии. А что Аанг?

Если Аанг останется с ним, с Юки, то линия воздушных кочевников прервется на нем. У них никогда не будет ребенка, который унаследует эти серые глаза и добрую улыбку. Юки смотрел на свои руки — тонкие, с длинными пальцами, способными призывать молнии, но не способными сотворить чудо жизни.

«Ему нужна женщина», – эта мысль ударила его под дых, заставляя согнуться пополам.

Он представил Аанга рядом с какой-нибудь прекрасной девушкой из Царства Земли или Племени Воздуха. Представил, как она держит на руках младенца со стрелками на запястьях. От этой картины в груди стало так тесно, что захотелось закричать. Юки любил Аанга так сильно, что сама мысль о расставании казалась равносильной смерти. Но еще сильнее он боялся стать тем, кто лишит Аватара его будущего.

Юки стал избегать Аанга. Он уходил на дальние тренировочные площадки еще до рассвета, возвращался поздно, ссылаясь на усталость. Он перестал шутить, его трубка дымила почти не переставая, а фарфоровая кожа стала казаться еще бледнее, почти прозрачной.

– Юки, ты здесь? – голос Аанга раздался в дверях библиотеки, когда солнце уже начало клониться к закату.

Юки вздрогнул, но не обернулся. Он почувствовал, как Аанг подошел сзади. Воздух вокруг него всегда был теплым и уютным, но сейчас Юки хотелось сжаться в комок, чтобы не осквернять это тепло своей горечью.

– Я занят, Аанг, – холодно бросил он, перелистывая страницу. – Изучаю карты восточных течений.

– Ты изучаешь их уже пять часов, – Аанг мягко положил руку ему на плечо. – Причем свиток перевернут вверх ногами.

Юки замер. Он медленно закрыл глаза, проклиная свою невнимательность.

– Просто устал.

– Нет, ты не просто устал, – Аанг обошел стол и сел напротив, заставляя Юки посмотреть на него. – Ты не смотришь мне в глаза уже три дня. Ты уходишь, когда я вхожу в комнату. Ты словно... отрезан от мира. Юки, милый, поговори со мной. Что происходит?

Юки молчал, впиваясь пальцами в края деревянного стола. Его челюсти были сжаты так сильно, что скулы заострились.

– Если дело в том, что произошло в деревне... – начал Аанг, но Юки перебил его.

– Дело не в деревне! – он вскочил, опрокидывая стул. – Дело в тебе, Аанг! В тебе и в том, кто ты есть!

Аанг тоже встал, его лицо выражало крайнюю степень растерянности.

– Я не понимаю...

– Конечно, ты не понимаешь! – Юки начал мерить шагами пространство между книжными полками. – Ты радуешься за Зуко и Катару. Ты мечтаешь о том, как будешь нянчить их ребенка. Но ты хоть раз задумывался о своем народе? О том, что ты — последний?

Аанг нахмурился, его взгляд стал серьезным.

– Я думаю об этом каждый день, Юки. Именно поэтому я восстанавливаю храмы, поэтому обучаю послушников...

– Это не то! – Юки резко остановился прямо перед ним. – Послушники — это просто люди, принявшие философию. Но они не твоя кровь. Они не маги воздуха по рождению. Чтобы народ возродился по-настоящему, тебе нужны дети. Свои дети.

В библиотеке повисла тяжелая, звенящая тишина. Аанг смотрел на Юки, и в его глазах медленно проступало понимание.

– Так вот о чем ты думал всё это время... – тихо произнес Аватар.

– Я не могу дать тебе этого, Аанг, – голос Юки дрогнул, и он отвернулся, чтобы скрыть влагу, застилавшую глаза. – Мы оба парни. Нас двое, и на нас всё закончится. Я всю неделю думаю о том... что я эгоист. Что я держу тебя рядом с собой, лишая тебя возможности иметь настоящую семью. Тебе нужна она. Какая-нибудь девушка, которая подарит тебе сыновей и дочерей.

Юки замолчал, ожидая чего угодно: гнева, отрицания или, что было бы хуже всего, молчаливого согласия. Ему казалось, что его сердце сейчас просто рассыплется пеплом на этот старый пол.

– Ты закончил? – голос Аанга звучал удивительно спокойно.

Юки вздрогнул от этого тона. Он почувствовал, как Аанг подошел вплотную. Сильные руки легли на его талию, разворачивая к себе. Юки пытался сопротивляться, но Аватар был непоколебим.

– Посмотри на меня, – скомандовал Аанг.

Юки поднял взгляд. Он ожидал увидеть жалость, но увидел лишь бесконечную, глубокую как океан любовь и легкую искру возмущения.

– Ты действительно думаешь, – начал Аанг, и его голос вибрировал от скрытой силы, – что я настолько глуп? Ты думаешь, что я, прожив сто лет в айсберге и пройдя через войну, не взвесил все последствия своего выбора?

– Но твой народ... – прошептал Юки.

– Мой народ — это не только гены и цвет глаз, Юки, – Аанг прижался своим лбом к его лбу. – Мой народ — это дух. Это свобода. И первая свобода, которой я научился, — это свобода выбирать свою судьбу. Я выбрал тебя не потому, что мне было скучно. Я выбрал тебя, потому что моя душа узнала твою еще тогда, когда нам было по двенадцать лет.

Аанг взял ладони Юки в свои и прижал их к своей груди, там, где под кожей мерно и сильно билось сердце.

– Ты думаешь, я смогу обнять какую-то «правильную» девушку и чувствовать то же самое? Ты думаешь, я смогу смотреть на детей, зная, что я предал единственного человека, который заставляет меня чувствовать себя живым? Юки, если я потеряю тебя, мне не нужен будет никакой народ. Я буду просто пустой оболочкой.

– Но как же... продолжение? – Юки всхлипнул, и первая слеза всё-таки скатилась по его щеке. – Ты ведь хочешь детей, я видел, как ты смотрел на Катару...

– Да, я хочу детей, – честно признал Аанг, вытирая слезу с его лица большим пальцем. – Я люблю детей. И я буду самым лучшим дядей для ребенка Зуко. И, возможно, когда-нибудь мы найдем способ... Мир велик, Юки. Есть сироты, которым нужна любовь. Есть духи, которые могут подсказать путь. Но даже если у меня никогда не будет биологического наследника — я принимаю это. Баланс мира не в том, чтобы размножаться, а в том, чтобы быть счастливым и нести этот свет другим.

Юки смотрел на него, и лед, сковавший его сердце всю эту неделю, начал стремительно таять.

– Ты правда... ты не жалеешь? – спросил он, шмыгнув носом. – Тебе не будет больно через десять, двадцать лет?

– Мне будет больно только в одном случае, – Аанг притянул его к себе, обнимая так крепко, что у Юки перехватило дыхание. – Если ты еще раз решишь, что можешь решать за меня, что для меня лучше. Если ты еще раз подумаешь о том, чтобы уйти и оставить меня одного в этом огромном мире.

Юки уткнулся лицом в плечо Аанга, чувствуя, как его собственное тело наконец-то расслабляется. Весь этот кошмар, все эти видения Аанга с другой женщиной — всё это начало блекнуть перед реальностью этих теплых рук и уверенного голоса.

– Прости меня, – прошептал Юки. – Я просто... я так испугался. Я привык, что за всё в жизни нужно платить. И я подумал, что платой за наше счастье будет твое будущее.

– Мое будущее — это ты, – Аанг отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть ему в глаза. – Запомни это раз и навсегда. Маг огня, маг воздуха... это всё стихии. Но мы с тобой — это нечто большее. Мы — это мы. И никакие законы природы не заставят меня искать кого-то другого.

Аанг улыбнулся — той самой широкой, немного мальчишеской улыбкой, которая когда-то покорила сердце Юки.

– И вообще, – добавил он, хитро прищурившись, – кто сказал, что мы не сможем воспитать целое поколение магов воздуха? Я буду учить их летать, а ты будешь их дисциплинировать. Представь, как они будут тебя бояться, когда ты будешь грозно хмуриться и пускать искры из пальцев.

Юки не выдержал и тихо рассмеялся сквозь остатки слез.

– Я буду самым ужасным учителем в истории.

– Ты будешь самым любимым учителем, – поправил его Аанг. – Потому что под этой фарфоровой кожей и колючим характером скрывается самое доброе сердце, которое я когда-либо встречал.

Они стояли в тишине библиотеки, окруженные тысячами древних свитков, которые хранили историю мира. Но их собственная история писалась прямо сейчас — не чернилами на бумаге, а чувствами, которые оказались сильнее долга, сильнее страха и сильнее самой смерти.

– Пообещай мне, – Юки поднял голову, его взгляд снова стал твердым. – Если ты хоть на секунду почувствуешь, что тебе чего-то не хватает... если ты когда-нибудь пожалеешь... ты скажешь мне. Сразу.

– Обещаю, – серьезно ответил Аанг. – Но приготовься к тому, что тебе придется ждать этого признания вечно. Потому что я никогда не пожалею о том, что выбрал любовь вместо долга. В конце концов, я Аватар. Я сам создаю свой долг.

Аанг наклонился и поцеловал его — нежно, долго, вкладывая в этот поцелуй всё то, что не смог выразить словами. Юки ответил с такой страстью, будто пытался сжечь в этом огне все свои сомнения и страхи.

Когда они наконец вышли из библиотеки, на небе уже зажглись первые звезды. Воздух был прохладным, но Юки больше не чувствовал холода. Он шел рядом с Аангом, их плечи соприкасались, а пальцы были переплетены.

В обеденном зале их ждали друзья. Сокка что-то бурно доказывал Зуко, размахивая куском вяленого мяса, Катара смеялась, придерживая живот. Увидев входящих Аанга и Юки, они замолчали на мгновение.

– О, ну наконец-то! – воскликнул Сокка. – Юки, ты выглядишь так, будто перестал жевать лимоны. Аанг, ты его побил или накормил?

– Я просто напомнил ему, что он — самое упрямое существо в мире, – улыбнулся Аанг, усаживаясь за стол и увлекая Юки за собой.

Юки поймал взгляд Зуко. Хозяин Огня, который знал Юки лучше всех, понимающе кивнул. Он видел эти тени в глазах друга всю неделю и теперь, кажется, понял, что буря миновала.

– Ты в порядке? – негромко спросил Зуко, когда Аанг отвлекся на очередную шутку Сокки.

– Да, – Юки взял чашку с чаем, чувствуя, как его руки наконец-то перестали дрожать. – Я просто... забыл, что Аватар умеет управлять не только ветром, но и моим здравым смыслом.

– Это его главная способность, – усмехнулся Зуко. – Привыкай. Он и меня заставил поверить, что я могу быть хорошим человеком.

Вечер прошел в тепле и смехе. Юки больше не чувствовал себя лишним на этом празднике жизни. Он смотрел на Катару и Зуко и чувствовал искреннюю радость. Да, у них будет ребенок. Да, их путь будет другим. Но его собственный путь, рука об руку с этим лысым монахом, был не менее ценным.

Позже, когда они вернулись в свою комнату, Юки подошел к окну. Луна заливала серебром верхушки гор.

– Аанг? – позвал он.

– М-м? – Аанг уже расстилал кровать, выглядя сонным и уютным.

– Я люблю тебя.

Аанг замер, затем медленно подошел к нему, обнимая со спины.

– Я знаю, – прошептал он в шею Юки. – И это единственное, что имеет значение.

В ту ночь Юки спал без кошмаров. Ему больше не снились пустые залы и прерванные династии. Ему снился свет — яркий, теплый, бесконечный. Свет, который они с Аангом зажгли вместе и который теперь будет гореть, пока существует этот мир.

А наутро Юки проснулся первым. Он долго смотрел на спящего Аанга, на его спокойное лицо и татуировку-стрелу. Он понял, что Аанг был прав. Баланс — это не следование правилам. Баланс — это когда ты находишь того, ради кого готов эти правила переписать.

Юки осторожно выбрался из кровати, подошел к столу и взял чистый лист бумаги. Он начал писать письмо в библиотеку Ван Ши Тонга. У него были идеи. У него были вопросы о древних ритуалах усыновления и о том, как духи могут помочь сохранить наследие Воздушных Кочевников.

Он больше не боялся будущего. Потому что теперь он знал: какое бы будущее их ни ждало, они встретят его вместе. И в этом будущем обязательно будет место для дыма вишневого табака, для смеха детей (неважно, чьих) и для любви, которая оказалась сильнее самой судьбы.

Юки улыбнулся, глядя на просыпающееся солнце. Его фарфоровая кожа сияла в первых лучах, а в голубых глазах больше не было боли — только чистое, ясное пламя жизни.

– Доброе утро, Аватар, – прошептал он, когда Аанг открыл глаза.

– Доброе утро, мой Юки, – ответил Аанг, и в этом ответе был весь его мир.

И мир этот был прекрасен в своем несовершенстве, в своей сложности и в той бесконечной нежности, которую два человека смогли пронести через годы разлуки и страха, чтобы наконец-то просто быть рядом. Под небом, которое принадлежало им обоим.