← Назад к обзору

Альфа

Симфония теней и инея

– Зачем делать такую громкую свадьбу? – Юки сидел на широком подоконнике, подтянув одну ногу к груди. – Может, просто тихо и мирно распишемся? Без этого пафоса, который так любит Ассоциация.

На нем была свободная черная кофта из мягкого трикотажа с глубоким вырезом, который при каждом движении обнажал острые линии ключиц. Кожа там была бледной, почти фарфоровой, если не считать темного узора татуировки, уходящего за ворот. Светлые утренние лучи Сеула подчеркивали атлетизм его фигуры, даже когда он просто отдыхал. Свободные домашние штаны скрывали мощные ноги, но не могли спрятать ту грацию хищника, которая была присуща ему даже в моменты лени.

Сон Джинву, стоявший у зеркала и поправлявший воротник своей рубашки, обернулся. Его взгляд невольно задержался на ключицах Юки, а затем поднялся к ярко-голубым глазам, в которых сейчас плескалось искреннее недоумение.

– Юки, ты ведь понимаешь, что «тихо и мирно» в нашем случае — это из области фантастики? – Джинву усмехнулся, подходя к подоконнику. – Мы с Сухо — Монархи. Ты — Жнец, который в одиночку закрывает Врата ранга S. Если мы просто исчезнем и вернемся с кольцами, Корейская Ассоциация охотников решит, что мы готовим государственный переворот.

– Или что мы решили основать собственную нацию, – подал голос Сухо, выходя из ванной. Он вытирал мокрые волосы полотенцем, и его глаза светились тем же золотистым азартом, что и у отца. – Юки, ты слишком скромничаешь. Весь мир гадает, кто тот таинственный альфа, который приручил двух сильнейших омег страны. Если мы не дадим им шоу, они нас замучат догадками.

Юки вздохнул, откидывая голову назад и прислоняясь к оконному стеклу.

– Шоу... – пробормотал он, и татуировка черепа на его предплечье, казалось, тускло блеснула в ответ на его иронию. – Я охотник, а не фотомодель. Мне комфортнее в ледяном аду подземелий, чем под вспышками камер. Я просто хочу, чтобы вы были моими официально. Мне не нужны свидетели, кроме самой Вечности.

– Мы знаем, – Джинву положил ладонь на колено Юки, слегка сжав его. – И мы ценим это в тебе больше всего. Но иногда нужно играть по правилам этого мира, чтобы он оставил нас в покое в нашем маленьком раю.

Юки посмотрел на руку Джинву, затем на Сухо, который уже устроился на полу у его ног, положив голову на колено Альфы. В этом жесте было столько преданности и тихой любви, что ледяное сердце Жнеца окончательно оттаяло.

– Хорошо, – сдался Юки, запуская пальцы в волосы Сухо. – Но при одном условии. Никаких белых костюмов. И я сам составлю меню. Я не позволю кормить моих гостей (и особенно вас двоих) той безвкусной едой, которую обычно подают на приемах.

– Идет! – воскликнул Сухо, победно вскидывая кулак. – Юки в черном... Пап, ты представляешь, сколько омег упадет в обморок от зависти?

– Я представляю, скольких альф мне придется сдерживать, чтобы они не пялились на моего истинного, – сухо заметил Джинву, но в его глазах читалась гордость.

Подготовка к свадьбе началась с размахом, который мог позволить себе только клан Сон. Но Юки оставался верен себе. Он не принимал участия в выборе цветов или рассадке гостей. Его «штабом» стала просторная кухня в их новом особняке.

За три дня до церемонии Юки практически не выходил из кулинарной зоны. Он колдовал над маринадами, используя свои способности холода для мгновенной ферментации мяса, и создавал десерты, которые выглядели как произведения искусства из драгоценных камней. Его магия Жнеца, обычно несущая смерть, теперь служила жизни и наслаждению.

– Ты выглядишь таким сосредоточенным, когда готовишь, – Джинву зашел на кухню поздно вечером, застав Юки за украшением крошечных пирожных. – Это похоже на медитацию.

– Так и есть, – Юки не отрывался от работы. Его движения были точными, как у хирурга. – В бою я разрушаю. Здесь я созидаю. Это баланс, Джинву. Без него я бы давно сошел с ума от холода внутри.

Джинву подошел сзади, обнимая Юки за талию и вдыхая аромат его кожи — смесь горького шоколада, озона и того самого мускуса, который всегда сводил его с ума.

– Ты удивительный альфа, Окумура Юки, – прошептал Джинву, целуя его в изгиб шеи, прямо над черной татуировкой. – Иногда я забываю, насколько ты силен, потому что твоя доброта заслоняет всё остальное.

Юки отложил кондитерский шприц и обернулся в кольце его рук. Его ярко-голубые глаза светились в полумраке кухни.

– Моя сила — это вы, – тихо произнес он. – Без вас я был бы просто тенью с косой. А с вами... я чувствую себя богом, которому позволили стать человеком.

День свадьбы наступил быстрее, чем они ожидали. Терраса элитного отеля, возвышающаяся над Сеулом, была украшена черными розами и прозрачными кристаллами, которые по просьбе Юки он сам напитал своей маной. Они светились изнутри мягким лазурным светом, создавая атмосферу неземного праздника.

Когда Юки вышел к алтарю, в толпе приглашенных охотников и политиков воцарилась гробовая тишина. На нем был идеально подогнанный черный смокинг из тяжелого шелка, но без рубашки — под пиджаком виднелась лишь тонкая жилетка, обнажающая ключицы и шею с татуировками. Это было дерзко, божественно и пугающе красиво. Его взъерошенные черные волосы были уложены, но сохраняли тот бунтарский вид, который так любил Сухо.

Джинву и Сухо ждали его. Оба в белых костюмах, которые контрастировали с образом Юки, как свет с тенью. Они выглядели как два принца, встречающие своего темного короля.

– Ты всё-таки решил нас уничтожить своим видом, – прошептал Сухо, когда Юки встал между ними, беря их за руки.

– Я просто следую правилам шоу, – подмигнул ему Юки, и его глаза вспыхнули ярче обычного.

Церемония была короткой. В этом мире, где смерть всегда ходила по пятам, долгие речи были ни к чему. Когда официальный представитель Ассоциации дрожащим голосом объявил их мужьями, Юки не стал ждать традиционного поцелуя.

Он притянул обоих Сонов к себе, и в этот момент над террасой пронеслась волна его магии. Тысячи ледяных искр взметнулись в небо, превращаясь в призрачных бабочек, которые кружили над гостями, прежде чем растаять без следа. Это было его благословение и его предупреждение: этот союз защищен силой Жнеца.

Банкет прошел как в тумане. Юки с гордостью наблюдал, как гости с недоверием, а затем с восторгом пробуют его блюда. Председатель Ассоциации Го Гунхи подошел к нему, держа в руке бокал шампанского.

– Окумура-ним, – старик уважительно склонил голову. – Я видел много охотников, но вы... вы первый, кто заставил меня поверить, что сила может быть такой гармоничной. Эти двое рядом с вами... они изменились. В них больше нет того ледяного одиночества, которое пугало людей.

– Это не моя заслуга, Председатель, – Юки вежливо кивнул. – Мы просто нашли друг друга в темноте.

Позже, когда официальная часть закончилась и они смогли ускользнуть от гостей в свои покои, Юки наконец сбросил пиджак.

– Ну что, – он устало опустился на огромную кровать, расстегивая жилетку. – Шоу окончено?

Сухо, который уже успел избавиться от своего пиджака, запрыгнул на кровать рядом с ним.

– Это было лучшее шоу в моей жизни. Но знаешь, чего мне не хватало весь вечер?

– Чего же? – Юки притянул его к себе.

– Того, что происходит сейчас, – Сухо уткнулся носом в его ключицу. – Тишины. И твоего запаха, который не перебивают духи сотен незнакомых людей.

Джинву подошел к ним, расслабляя галстук. Он выглядел уставшим, но бесконечно счастливым.

– Ты был прав, Юки. Маленькая церемония была бы уютнее. Но теперь весь мир знает. Ты наш Альфа. И никто не посмеет даже помыслить о другом.

Юки посмотрел на свои руки — на кольцо, которое теперь красовалось на пальце рядом с татуировкой черепа. Это сочетание казалось ему идеальным символом его жизни.

– Идите ко мне, – позвал он, раскрывая объятия.

В ту ночь в их комнате не было магии льда или теней. Было только тепло трех тел, переплетенных в одно целое. Юки чувствовал, как его омеги засыпают, убаюканные ритмом его сердца. Он смотрел в потолок, на котором отражались огни Сеула, и думал о том, что его путь Жнеца привел его к самому удивительному финалу.

Он не просто «расписался» с ними. Он вплел их души в свою вечность. И даже если завтра снова откроются Врата, даже если мир снова окажется на грани гибели, он знал — у него есть ради чего возвращаться.

– Мои... – прошептал он, закрывая глаза.

Легкий ветерок из приоткрытого окна коснулся его кожи, донося аромат ночных цветов, но для Юки самым прекрасным ароматом в мире оставался запах его семьи. Мудрость, терпение и сила — всё это нашло свое воплощение в этой тихой ночи после громкой свадьбы. Жнец наконец-то сложил свою косу, чтобы просто обнять тех, кто стал его смыслом.

Утром их ждал новый день, новые рейды и новые вызовы. Но это уже была совсем другая история. История семьи, которая была сильнее любого ранга и любого проклятия. И в центре этой истории стоял он — Окумура Юки, Альфа, который научил Монархов любить.