← Назад к обзору

Альфа

Кровь, сталь и лепестки вишни

С момента переезда Юки в особняк семьи Сон прошла неделя, и этот дом, когда-то напоминавший величественный, но холодный мавзолей, окончательно преобразился. Воздух в коридорах больше не застаивался — он был пропитан густым, терпким ароматом альфы, в котором нотки морозного озона смешивались со сладким, манящим запахом спелых персиков.

Джинву и Сухо чувствовали это изменение каждой клеткой своего тела. Для омег присутствие истинного альфы такого уровня было сродни постоянному источнику тепла в лютый мороз. Они стали спокойнее, их движения обрели уверенную плавность, а магия теней Джинву теперь не бурлила темным хаосом, а мерно пульсировала, подчиняясь новому ритму их общего дома.

В это утро отец и сын сидели в малой гостиной. Солнечные лучи падали на ковер, и Сухо, растянувшись на диване, лениво перелистывал отчеты Ассоциации. Джинву сидел в кресле напротив, задумчиво глядя на чашку чая. Тишина была уютной, но в ней витало некое предвкушение, которое оба омеги старались не озвучивать вслух.

– Пап, ты ведь тоже это чувствуешь? – Сухо отложил планшет и посмотрел на отца. Его взгляд был серьезным, почти торжественным. – Скоро. Всего через несколько дней.

Джинву не нужно было уточнять, о чем идет речь. Биологические ритмы омег, живущих под одной крышей с истинным альфой, неизбежно синхронизировались. Их общая течка приближалась, и на этот раз она обещала быть совершенно иной. Раньше они просто пережидали эти дни, используя подавители и запираясь в своих комнатах, борясь с пустотой внутри. Но теперь у них был Юки.

– Чувствую, – тихо ответил Джинву, и на его скулах проступил едва заметный румянец. – Это будет... непривычно. Юки не из тех, кто берет силу силой, но его аура уже сейчас заполняет всё пространство.

– Я хочу детей, пап, – вдруг выпалил Сухо, и его голос дрогнул от смеси страха и решимости. – Я никогда не думал об этом раньше, другие альфы вызывали у меня только отвращение. Но от Юки... я хочу наследника. Представь, каким он будет? Жнец с силой Теневого Монарха.

Джинву медленно поставил чашку на стол. Мысль о маленьком существе, которое унаследует ярко-голубые глаза Юки и его мудрость, отозвалась в сердце Монарха щемящей нежностью.

– Это большая ответственность, Сухо, – произнес он, но в его глазах светилось согласие. – Но я согласен. Наш род заслуживает такого продолжения. Юки — тот самый фундамент, на котором можно построить целую династию.

В этот момент двери гостиной распахнулись, и в комнату вошел Юки. Омеги одновременно замерли, и Сухо даже приоткрыл рот от изумления.

Альфа выглядел ошеломляюще. Обычно предпочитающий свободные куртки и футболки, сегодня Юки предстал перед ними в образе, который мог бы заставить замолчать целую армию. На нем был формальный черный костюм, сшитый точно по его двухметровой фигуре. Черная рубашка была застегнута на все пуговицы, а узкий галстук подчеркивал строгость образа. Поверх рубашки был надет сложный жилет с глянцевым цветочным узором, который переливался в лучах солнца, словно чешуя мифического змея.

Черный пиджак был небрежно накинут на плечи, удерживаясь лишь каким-то чудом на одном из них. На левом лацкане поблескивала декоративная брошь с массивным темным камнем, от которой тянулась тонкая серебряная цепочка, уходящая под жилет. Его челка была аккуратно зачесана назад, открывая высокий лоб и делая взгляд ярко-голубых глаз еще более пронзительным.

– Юки... – Сухо наконец обрел дар речи и вскочил с дивана. – Ты куда это так вырядился? Выглядишь как принц из какой-то темной сказки.

Юки остановился в центре комнаты, и легкий звон цепочки на его поясе нарушил тишину. Его правая рука покоилась в кармане брюк, а широкий черный браслет с металлическими вставками на запястье подчеркивал мощь предплечья.

– У меня встреча с делегацией русских охотников, – ответил Юки, и его голос, низкий и бархатистый, заставил омег невольно потянуться к нему. – Это официальный прием в Ассоциации. Там будет мой дядя по маминой линии. Он специально прилетел из Москвы, чтобы увидеться со мной.

Джинву поднялся, подходя ближе и поправляя цепочку, свисающую вдоль бедра Юки.

– Твой дядя? – Джинву поднял на него взгляд. – Ты никогда не говорил, что у тебя есть родственники среди высокоранговых охотников России.

– Мы долго не общались, – Юки мягко накрыл руку Джинву своей ладонью. – После того, что случилось в моей деревне, я оборвал все связи. Но он нашел меня. Его зовут Максим Волков, он возглавляет один из крупнейших корпусов зачистки. Постараюсь вернуться быстрее, не хочу оставлять вас одних надолго, учитывая... – он сделал паузу, и его взгляд стал тяжелым, наполненным первобытным знанием. – ...учитывая, как сейчас пахнет в этом доме.

Сухо покраснел как рак, понимая, что Юки прекрасно осведомлен об их состоянии и даже о теме их недавнего разговора.

– Мы будем ждать, – прошептал Сухо, подходя с другой стороны и прижимаясь щекой к плечу альфы, обтянутому дорогой тканью пиджака. – Только не задерживайся. Эти русские... говорят, они много пьют и любят драться.

Юки коротко рассмеялся, и этот звук был полон уверенности.

– Пусть пробуют. Жнец не боится ни мороза, ни водки. Будьте дома, я пришлю сообщение, когда закончим.

Он поочередно поцеловал их — нежно, но с властным собственническим подтекстом, оставляя на губах омег вкус холода и предвкушения. Когда за ним закрылась дверь, в гостиной еще долго витал аромат его парфюма, смешанный с запахом металла и цветов.

***

Зал приемов Ассоциации охотников был залит светом хрустальных люстр. Воздух здесь был тяжелым от обилия сильных аур. Русская делегация выделялась даже на фоне лучших охотников Кореи — огромные, широкоплечие мужчины в тяжелых куртках и форме, пахнущие хвоей, табаком и сталью.

В центре группы стоял человек, чье присутствие ощущалось как надвигающийся ледник. Максим Волков, охотник S-ранга, чье лицо было пересечено старым шрамом, скучающим взглядом обводил зал, пока его глаза не остановились на вошедшем Юки.

Разговоры в зале мгновенно стихли. Юки шел сквозь толпу, и люди невольно расступались, чувствуя исходящую от него мощь, которая не уступала, а возможно, и превосходила мощь русского гиганта.

– Юки, – произнес Волков на чистом русском, и его голос прогрохотал под сводами зала. – Ты вырос. Стал настоящим медведем. Или мне лучше сказать — Жнецом?

Юки остановился в двух шагах от него. Его формальный костюм контрастировал с грубой одеждой соотечественников, но это лишь подчеркивало его статус.

– Здравствуй, дядя Максим, – ответил Юки на том же языке, и его произношение было безупречным. – Прошло много времени.

Волков шагнул вперед и сгреб племянника в костистые объятия. Юки не шелохнулся, принимая этот жест приветствия.

– Ты пахнешь омегами, – прошептал Волков ему на ухо, отстраняясь. – И не просто омегами. Я чувствую запах Теневого Монарха. Ты замахнулся на самую высокую вершину, парень.

– Я не замахивался, – спокойно ответил Юки, поправляя пиджак на плече. – Мы нашли друг друга. Это судьба, а не охота.

Русские охотники зашушукались, с уважением поглядывая на Юки. В их культуре сила альфы измерялась не только победами над монстрами, но и тем, какую пару он смог себе подчинить. А подчинить Сон Джинву считалось невозможным.

– Пойдем, выпьем, – Волков указал на фуршетную зону. – Нам нужно обсудить дела. В Сибири открылись врата, которые мы не можем закрыть уже месяц. Они пахнут так же, как те, что уничтожили твою деревню, Юки. Нам нужна твоя коса.

Юки замер, и его ярко-голубые глаза на мгновение вспыхнули ледяным пламенем.

– Те самые врата? – его голос стал опасно тихим. – Ты уверен?

– Абсолютно. Та же пустота, та же тишина. Мы потеряли там уже два отряда. Я приехал просить тебя о помощи не как официальный представитель, а как родственник. Помоги нам стереть этот след прошлого.

Юки сжал пальцы в кармане брюк. Мысль о том, что та самая тьма снова просачивается в мир, заставила Жнеца внутри него оскалиться. Но дома его ждали Джинву и Сухо. Их течка, их мечты о детях... он не мог просто бросить их сейчас.

– Я помогу, – наконец произнес Юки. – Но не сейчас. Мне нужно время. Неделя. После этого я прилечу в Россию и закрою этот счет.

Волков понимающе кивнул, глядя на метку на шее Юки, едва заметную над воротником рубашки.

– Понимаю. Гнездо превыше всего. Мы подождем неделю, парень. Но не дольше. Лед не любит ждать.

Остаток приема прошел как в тумане. Юки вежливо общался, обсуждал тактику и снаряжение, но его мысли были далеко. Он чувствовал через связь, как нарастает беспокойство Джинву и как Сухо томится в ожидании.

***

Когда Юки вернулся в особняк, была уже глубокая ночь. Он вошел в дом, снимая пиджак и развязывая галстук. Тишина встретила его, но это была не та мертвая тишина из его прошлого, а живая, наполненная ароматом любви и желания.

Он поднялся на второй этаж и вошел в спальню Джинву. Омеги не спали. Они сидели на широкой кровати, окруженные подушками и одеялами — их общее гнездо теперь было идеальным. При виде Юки в его расстегнутой рубашке и с растрепанными волосами, они оба синхронно выдохнули.

– Ты вернулся, – Джинву поднялся ему навстречу. – Что случилось? От тебя пахнет тревогой и старым снегом.

Юки сел на край кровати, позволяя Сухо обнять себя со спины.

– Мое прошлое напомнило о себе, – коротко ответил он, притягивая Джинву к себе за талию. – В России открылись врата, подобные тем, что забрали мою семью. Я должен буду поехать туда через неделю.

Сухо замер, его руки на груди Юки дрогнули.

– Опять опасность? Опять эта пустота?

– Я Жнец, Сухо, – Юки повернул голову и поцеловал его в лоб. – Это моя работа — закрывать такие двери. Но сейчас... сейчас у нас есть дела поважнее.

Он посмотрел на Джинву, и тот увидел в глазах альфы не только решимость воина, но и бесконечную страсть мужчины.

– Мы говорили о детях, Юки, – тихо произнес Джинву, касаясь пальцами броши на его жилете. – Мы хотим, чтобы эта неделя стала началом чего-то нового. Чтобы, когда ты уедешь, в нас осталась часть тебя.

Юки медленно встал, увлекая их за собой в центр гнезда. Он начал снимать жилет, отбрасывая его в сторону. Его мускулистый торс, покрытый татуировками, в неверном свете ночника казался высеченным из мрамора.

– Я слышал ваш разговор, – Юки опустил руки на их затылки, склоняя их головы к своим плечам. – И я не могу представить ничего более правильного. Моя кровь, ваша сила... мы создадим то, чего этот мир еще не видел.

Он повалил их на мягкие простыни, нависая сверху. Его ярко-голубые глаза светились в темноте, как два маяка.

– Эта неделя будет принадлежать только нам, – прошептал Юки, и его голос вибрировал от сдерживаемой мощи. – Я заполню этот дом собой настолько, что даже в далекой Сибири я буду чувствовать каждый ваш вздох. Вы готовы?

– Да, – в один голос ответили омеги.

Джинву притянул его за цепочку, которая всё еще висела на поясе брюк Юки, сокращая последние миллиметры между ними. Сухо вцепился в его плечи, чувствуя, как под кожей альфы перекатываются стальные мышцы.

В эту ночь Жнец не забирал жизни. Он дарил их. Каждое движение Юки было наполнено не только страстью, но и сакральным смыслом. Он вплетал свою ауру в их существа, оставляя глубокие магические следы, которые станут маяками для будущих жизней.

Магия теней Джинву переплеталась с ледяным дыханием Юки, создавая в комнате мерцающее марево. Сухо стонал, выгибаясь под тяжестью тела альфы, чувствуя, как внутри него зарождается нечто новое, мощное и светлое. Юки был неутомим. Его мудрость подсказывала ему, что сейчас он не просто занимается любовью — он закладывает фундамент их общего будущего, защищая их от грядущих бурь.

Когда к утру они обессиленно заснули в сплетении рук и ног, Юки еще долго смотрел на них. Он знал, что поездка в Россию будет опасной. Знал, что пустота врат Жнеца не прощает ошибок. Но теперь у него был якорь. Теперь у него были те, ради кого он вернется из любого ада.

Он коснулся живота Джинву, а затем — Сухо, оставляя на их коже едва заметные светящиеся знаки своей защиты.

– Растите сильными, – прошептал он в тишину. – Ваш отец скоро вернется.

За окном начинался рассвет. Сеул просыпался, не подозревая, что этой ночью в одном из его домов родилась легенда. Легенда о Жнеце, который полюбил Монарха, и о детях, которые изменят этот мир навсегда.

Юки закрыл глаза, погружаясь в короткий сон. Ему снились заснеженные горы России, черные врата и два маленьких мальчика с ярко-голубыми глазами, бегущих ему навстречу по полю, усыпанному лепестками вишни. Он улыбнулся во сне. Тень и Холод наконец-то нашли свой Свет.