← Назад к обзору

Ассасин

Закат эпохи маны

Утро в доме Сон наступило не с аромата кофе или привычного шума тренировки Сухо во дворе, а с небывалого оживления в коридорах. Я стоял в дверях кухни, скрестив руки на груди, и наблюдал за тем, как мой младший сын, Алекс, превращает наш дом в филиал модного бутика и шпионского штаба одновременно.

Ли Вон выглядел совершенно растерянным. Вчерашний испуганный адвокат сегодня стоял посреди гостиной, пока Алекс придирчиво осматривал его гардероб, а точнее — те вещи, которые он выудил из своих запасов.

– Слишком официально, – вынес вердикт Алекс, откидывая в сторону классический пиджак. – Ты должен выглядеть так, будто мы вчера не просто «уединились», а провели бурную ночь, после которой тебе лень даже пуговицы застегивать. Надень это.

Он бросил Ли Вону объемную толстовку песочного цвета и свободные светлые брюки.

– И куда вы собрались в таком виде? – подал голос я, стараясь, чтобы мой тон звучал по-отечески строго, хотя внутри меня всё еще кипели мысли после нашего ночного разговора.

Алекс обернулся. Его голубые глаза сверкнули дерзостью, а на губах заиграла та самая полуулыбка, которая всегда означала, что у него всё под контролем.

– Ну как же, пап? У нас свидание, – он подошел к Ли Вону и собственническим жестом поправил воротник его толстовки. – Нам нужно доиграть роль любовников до конца. Вчера на приеме нас видело слишком много лишних глаз. Если мы сейчас просто спрячемся, это вызовет подозрения. А так — мы молодая пара, гуляем в парке, наслаждаемся утром.

Ли Вон неловко кашлянул, избегая моего взгляда. Было видно, что роль «любовника» семнадцатилетнего парня дается ему с трудом, но страх за свою жизнь был отличным стимулом.

– К тому же, – добавил Алекс, становясь серьезнее, – нам нужно забрать документы. Ли Вон спрятал их в ячейке, о которой никто не знает, кроме него. Нам нужно успеть раньше, чем те парни из корпорации догадаются проверить все его маршруты.

В этот момент в гостиную вошли Хэ Ин и Сухо. Жена выглядела обеспокоенной, а Сухо — откровенно сбитым с толку. Он всё еще не понимал, почему его «не обладающий маной» младший брат командует парадом и опекает взрослого адвоката.

– Алекс, это опасно, – тихо сказала Хэ Ин. – Джинву может послать теней, или Сухо пойдет с вами...

Алекс остановился у самого выхода. Он закинул на плечо рюкзак и посмотрел на нас троих — сильнейших охотников этого мира. В его взгляде вдруг промелькнула странная смесь жалости и предостережения.

– Кстати, пап, Сухо, мам... – он сделал паузу, и в доме воцарилась мертвая тишина. – Начните тренироваться в физическую силу. По-настоящему. Без использования маны.

Я нахмурился. Сухо фыркнул, явно не принимая слова брата всерьез.

– О чем ты говоришь, Алекс? – спросил я.

– О том, что мир меняется, – отрезал сын. – Я чувствую это кожей. Магия уходит. Врата скоро исчезнут совсем, а вместе с ними испарится и ваша хваленая энергия. Рано или поздно вы проснетесь обычными людьми. И в этот день без своей маны вы окажетесь просто беспомощными котятами, которые даже меч поднять не смогут. Учитесь работать мышцами и инстинктами, пока не стало поздно.

Он развернулся и, подхватив Ли Вона под локоть, вышел из дома, оставив нас в оцепенении.

Слова сына подействовали на нас как резкий удар под дых. Мы сидели в зале, погруженные в молчание. Я чувствовал, как Хэ Ин непроизвольно сжала кулаки, а Сухо растерянно смотрел на свои ладони, словно проверяя, не начала ли мана исчезать прямо сейчас.

Я, как Теневой Монарх, знал больше других. Я видел, что разрывы в ткани реальности затягиваются, а поток энергии из иных миров становится всё тоньше. Но услышать это от Алекса, который жил в мире без магии с самого рождения, было отрезвляюще. Он видел реальность чистой, не затуманенной могуществом системы.

Через пару часов Сухо, сидевший с планшетом, вдруг вскрикнул:

– О боже, смотрите!

Он вывел изображение на большой экран телевизора. Это были срочные новости светской хроники. На главном фото Алекс и Ли Вон сидели на скамейке в центральном парке. Солнечный свет падал на них, создавая идиллическую картинку. Ли Вон что-то увлеченно рассказывал, а Алекс... Алекс подался вперед и мягко, но уверенно целовал его в губы, прикрыв глаза.

– Они с ума сошли... – прошептала Хэ Ин, краснея.

Но я смотрел не на поцелуй. Я смотрел на руки Алекса. Его левая рука лежала на спинке скамьи, и пальцы были сложены в определенном жесте — сигнал для кого-то, кто следил за ними. Он не просто играл роль, он выманивал хвост и одновременно страховал Ли Вона.

Внезапно угол комнаты затянулся густой черной тенью. Я напрягся, но тут же расслабился, узнав энергетическую подпись.

Из тени бесшумно вышел Беру. Его когтистые лапы сжимали толстую кожаную папку, перевязанную бечевкой.

– Мой Король, – проскрипел он, склоняясь в глубоком поклоне. – Маленький господин приказал мне доставить это вам.

– Где он? – я быстро подошел к верному солдату, забирая документы.

– Маленький господин продолжает прогулку, – Беру, казалось, был в восторге от действий Алекса. – Он обнаружил слежку. Четверо ликвидаторов из той самой корпорации. Он приказал мне не вмешиваться, пока он «развлекается». Он сказал, что эти документы — голова гидры, которую вы должны отсечь законным путем, пока он прижигает раны в тени.

Я открыл папку. Внутри были не просто списки. Там были фотографии высокопоставленных чиновников Ассоциации, запечатленных на секретных объектах. Там были контракты на поставку «живого сырья» для магических экспериментов. Ли Вон действительно копнул слишком глубоко, и только дерзость Алекса спасла его от неминуемой смерти в первую же ночь.

– Беру, возвращайся к нему, – приказал я. – Не показывайся, но если хоть один волос упадет с его головы... ты знаешь, что делать.

– Слушаюсь, Мой Король! – муравей исчез так же быстро, как и появился.

Я повернулся к семье. Сухо смотрел на документы, и в его глазах наконец-то начало просыпаться понимание.

– Он всё это время... – начал сын.

– Он всё это время был на передовой, Сухо, – закончил я за него. – Пока мы сражались с монстрами, которых видели все, он сражался с теми, кто прячется за нашими спинами.

Я посмотрел на фотографию на экране. Алекс на снимке выглядел таким беззаботным, таким влюбленным. Но теперь я знал, что за этой маской скрывается холодный ум стратега и сердце истинного защитника.

– Хэ Ин, – я посмотрел на жену. – Кажется, нам действительно пора в спортзал. Без использования маны.

Она кивнула, серьезно и решительно.

Мир действительно менялся. И если мой сын был предвестником этого нового мира, то я должен был убедиться, что мы сможем выстоять в нем рядом с ним. Не как боги, спустившиеся с небес, а как люди, готовые защищать свой дом любой ценой.

Я сжал папку в руках. Эти документы станут концом для многих «неприкасаемых». Алекс сделал свою часть работы — тонкую, опасную, невидимую. Теперь настало время Теневого Монарка показать, что бывает с теми, кто причиняет боль слабым под покровом его тени.

Но сначала... сначала я дождусь его возвращения домой. Потому что, несмотря на все его шрамы и тайны, он всё еще был моим сыном, который сегодня утром впервые по-настоящему открыл мне глаза на то, что значит быть героем в мире, где свет начинает гаснуть.