← Назад к обзору

Ассасин

Шепот в тени и вкус пепла

– Ты слишком напряжен, Ли Вон. Если не расслабишься, любой дилетант поймет, что ты ждешь пули, а не наслаждаешься обществом самого красивого парня в этом парке.

Голос Алекса звучал низко, почти у самого моего уха. Его дыхание обжигало кожу, вызывая непрошеные мурашки. Я сидел на этой проклятой скамейке, чувствуя себя так, словно нахожусь под прицелом тысячи невидимых винтовок. Впрочем, учитывая то, что я узнал за последнюю неделю, это было недалеко от истины.

– Легко тебе говорить, – прошептал я, стараясь не шевелить губами. – Тебе семнадцать, ты сын живой легенды и, кажется, вообще не знаешь, что такое страх. А я обычный адвокат, у которого в сумке лежит смертный приговор для половины верхушки Ассоциации.

Алекс тихо усмехнулся. Его рука, затянутая в черную сетчатую митенку, лениво скользнула по моей спине, задерживаясь на талии. Это прикосновение было властным и пугающе уверенным. Я посмотрел на него — растрепанные черные волосы, пронзительные голубые глаза, в которых сейчас плясали опасные искорки. Он выглядел как сошедший с обложки журнала бунтарь, но я-то знал, что скрывается под этой фарфоровой кожей и дизайнерскими шмотками в стиле «техно-карго».

Я видел его шрамы. Я видел, как он двигается в темноте — без маны, без спецэффектов, просто как воплощение чистой, концентрированной смерти.

– Смотри на меня, – скомандовал он.

Я подчинился. В этот момент мир вокруг нас перестал существовать. Крики детей на площадке, шелест листвы, далекий гул машин — всё стихло. Были только его глаза, холодные, как лед, и глубокие, как океан.

– Сейчас они смотрят, – выдохнул он, сокращая расстояние между нами до нескольких миллиметров. – Хвост на одиннадцать часов. Двое в штатском. Еще один на крыше торгового центра за прудом. Пора дать им шоу, после которого они побоятся даже подойти к нам.

Прежде чем я успел спросить, какое именно шоу он имеет в виду, Алекс подался вперед.

Это не был просто «спектакль». Его губы накрыли мои с такой жадностью и напором, что у меня перехватило дыхание. Я ожидал легкого касания для камер, но Алекс не признавал полумер. Он углубил поцелуй, его пальцы вплелись в мои волосы на затылке, сжимая их почти до боли, заставляя меня запрокинуть голову.

От него пахло дождем, дорогим парфюмом и чем-то металлическим — запахом опасности, который преследовал его повсюду. Мои мысли спутались. Я, двадцатитрехлетний мужчина, юрист с блестящим образованием и карьерой, плавился в руках этого мальчишки, который перевернул мою жизнь с ног на голову всего за одну ночь.

Я почувствовал, как его язык коснулся моего, и невольно ответил, подаваясь навстречу. Весь мой страх, вся паника последних дней вдруг трансформировались в это острое, почти болезненное желание. Если мне суждено умереть сегодня, то пусть это будет так — ощущая вкус пепла и свободы на его губах.

Когда он наконец отстранился, я едва держался на ногах, хотя и сидел. Мое лицо горело, а сердце колотилось о ребра, как пойманная птица. Алекс смотрел на меня с торжествующей усмешкой, облизывая нижнюю губу.

– Черт, Алекс... – я с трудом обрел дар речи, поправляя сбившийся воротник толстовки. – Если я решу стать твоим настоящим любовником, что ты на это скажешь?

Его взгляд мгновенно изменился. Дерзость никуда не делась, но к ней добавилась какая-то темная, первобытная тяжесть. Он наклонился к самому моему лицу, так что наши носы почти соприкасались.

– Тогда готовься, – прошептал он, и от его тона у меня по спине пробежал холод. – Ты неделю спать не будешь. Я не умею делать ничего наполовину, Ли Вон. Особенно такие вещи.

Он снова приник к моим губам, на этот раз коротко, но так собственнически, что у меня не осталось сомнений: этот парень не просто защищает мою жизнь. Он забирает её себе целиком.

– А теперь пошли, – он резко поднялся, увлекая меня за собой. – Документы сами себя не заберут. Беру уже на позиции, он прикроет отход, если эти идиоты решат рискнуть.

Мы шли по парку, и я чувствовал, как меняется атмосфера. Алекс больше не был расслабленным подростком. Его шаги стали бесшумными, плечи расправились, а взгляд постоянно сканировал толпу. Он знал боевые точки, знал, куда бить, чтобы мгновенно парализовать человека, даже если тот был охотником ранга B или A. Я видел это раньше — его движения были выверены до миллиметра, как у ассасина из тех игр, в которые он любил играть.

– Почему ты это делаешь? – спросил я, когда мы свернули в тихий переулок, ведущий к зданию с банковскими ячейками. – Твой отец... Сон Джинву. Он мог бы решить все твои проблемы одним словом. Почему ты скрываешь от него свою силу?

Алекс остановился и посмотрел на татуировку знака ассасинов на своем предплечье.

– Отец — это солнце, Ли Вон. Он выжигает всё на своем пути. Но есть грязь, которая прячется в глубоких колодцах, куда свет не проникает. Туда может спуститься только тень. Я не хочу быть вторым Сон Джинву. Я хочу быть тем, кто перерезает горло монстрам, пока они спят в своих дорогих офисах, считая себя неприкосновенными.

– Но ты рискуешь собой! У тебя нет маны!

– Мана — это костыль, – Алекс усмехнулся, проверяя что-то в своем телефоне. – Люди привыкли полагаться на магическую энергию, забыв о том, на что способно человеческое тело. Я тренировался с шести лет. Я знаю анатомию лучше любого хирурга. Я знаю, как заблокировать поток маны в теле охотника, просто нажав на нужный нерв. Для них я — пустое место, ошибка системы. И в этом мое главное преимущество.

Мы вошли в здание банка. Здесь было прохладно и пахло стерильностью. Я чувствовал, как липкий пот течет по спине. Где-то там, в тенях коридоров, могли прятаться те, кто хотел моей смерти.

– Номер ячейки, – коротко бросил Алекс, когда мы подошли к стойке регистрации.

Я назвал цифры. Операционистка, молодая девушка, посмотрела на нас с интересом — видимо, новости из парка уже долетели и до сюда. Она провела нас в хранилище.

Когда тяжелая дверь захлопнулась, и мы остались одни среди рядов металлических ящиков, я наконец-то смог выдохнуть. Дрожащими руками я вставил ключ и вытащил папку.

– Вот они, – я протянул её Алексу. – Здесь всё. Лаборатории, списки детей, счета в офшорах. Они используют сирот для тестов препарата «Пробуждение-2». Половина подопытных умирает в течение суток от магического коллапса.

Алекс быстро пролистал страницы. Его лицо окаменело. Небесно-голубые глаза стали почти белыми от ярости. Я впервые увидел в нем ту самую мощь, которая пугала мир в его отце, хотя в Алексе не было ни капли магической ауры. Это была сила воли, сила личности.

– Ублюдки, – тихо произнес он. – Они думают, что если у этих детей нет влиятельных родителей, то их некому защитить.

Он спрятал папку в свой рюкзак и посмотрел на меня.

– Ли Вон, слушай внимательно. Сейчас мы выйдем отсюда. Беру заберет документы и доставит их моему отцу. Это единственный способ легализовать информацию. Отец не сможет игнорировать такое, даже если это ударит по Ассоциации.

– А мы? – я сглотнул.

– А мы станем приманкой. Эти парни не знают, что мы уже достали бумаги. Они думают, что мы просто гуляем. Я выведу их на заброшенный склад у порта. Там я закончу то, что начал вчера.

– Алекс, это безумие! Их четверо, и они профессионалы!

Он вдруг шагнул ко мне и прижал к холодным металлическим ячейкам. Его лицо было в нескольких сантиметрах от моего.

– Ты мне веришь? – спросил он тихим, вкрадчивым голосом.

– Верю, – выдохнул я, понимая, что у меня нет выбора. Да и не хотел я другого выбора.

– Тогда делай, что я скажу. И помни о моем обещании насчет недели без сна. Я планирую его сдержать.

Он снова облизнулся, и этот жест, такой вульгарный и одновременно притягательный, заставил мое сердце пропустить удар. В этом парне сочетались лед и пламя, расчетливый убийца и дерзкий подросток.

Мы вышли из банка. Я ожидал нападения в любую секунду, но Алекс вел себя так, будто мы просто решили сменить маршрут прогулки. Он обнимал меня за плечи, что-то шептал на ухо, заставляя меня смеяться — хотя мой смех больше походил на истерический всхлип.

Мы сели в его машину — черный тюнингованный спорткар, который рычал, как раненый зверь. Алекс сорвался с места, вжимая меня в сиденье.

– Хвост за нами, – спокойно констатировал он, глядя в зеркало заднего вида. – Две машины. Отлично. Люблю, когда всё идет по плану.

Погоня была недолгой. Алекс вел машину с филигранной точностью, проскакивая между рядами и заставляя преследователей рисковать. В какой-то момент он резко свернул в промзону. Пыль, ржавые ангары, отсутствие свидетелей.

Он затормозил у старого склада и выскочил из машины, вытаскивая меня за собой.

– Прячься за те контейнеры и не высовывайся, что бы ты ни услышал, – приказал он.

– Алекс!

– Сиди тихо, Ли Вон! – его голос не терпел возражений.

Я забился в щель между огромными железными ящиками, чувствуя, как дрожат колени. Две машины преследователей влетели на территорию склада, перекрывая выезд. Из них вышли четверо мужчин. Высокие, крепкие, с холодными глазами — типичные оперативники, привыкшие решать проблемы радикально. Я почувствовал отголоски их маны — ранги C и B, не меньше.

– Сон Алекс, – произнес один из них, доставая короткий клинок. – Нам не нужен ты. Отдай адвоката и документы, и мы позволим тебе уйти. Твой отец — великий человек, мы не хотим ссориться с ним из-за пустяка.

Алекс стоял посреди площадки, засунув руки в карманы брюк «техно-карго». Его черная футболка с золотым драконом слегка колыхалась на ветру. Он выглядел почти беззащитным против вооруженных охотников.

– Пустяка? – Алекс наклонил голову набок. – Вы называете жизни детей пустяком? Знаете, в чем ваша проблема? Вы слишком привыкли к своей мане. Вы думаете, что если у человека нет магического ранга, он — мусор.

– Хватит болтать, щенок! – рявкнул второй, срываясь с места. Он был быстрым, усиленным магией, его кулак светился голубоватым светом.

То, что произошло дальше, я едва успел осознать.

Алекс не стал уклоняться. Он сделал крошечный шаг в сторону, пропуская удар мимо, и его рука, как молния, выстрелила вперед. Два пальца коснулись шеи охотника в районе сонной артерии, а вторая рука мгновенно ударила в солнечное сплетение.

Мужчина захлебнулся воздухом и рухнул на колени. Его мана, только что бурлившая в теле, вдруг погасла, как задутая свеча.

– Первый пошел, – буднично заметил Алекс.

Остальные трое замерли. Они не поняли, что произошло. Как обычный человек мог так легко нейтрализовать охотника ранга B?

– Взять его! – скомандовал лидер.

Они напали одновременно. Это была схватка, которую я не забуду никогда. Алекс двигался как тень. Он не блокировал удары — он перенаправлял их энергию. Он использовал их собственную силу против них. Удары по точкам, захваты, невероятная акробатика. Он был похож на танцора, исполняющего смертельный танец.

Один из нападавших попытался применить магию огня, но Алекс оказался быстрее. Он сократил дистанцию в один прыжок, его ладонь врезалась в запястье охотника, блокируя канал маны, а затем последовал резкий удар локтем в челюсть.

Через три минуты всё было кончено. Четверо профессиональных убийц лежали на бетоне в разных позах. Они были живы, но полностью парализованы и лишены возможности использовать магию.

Алекс стоял посреди этого побоища, тяжело дыша. На его щеке был небольшой порез, а футболка порвана на плече, обнажая часть татуировки. Он вытер кровь тыльной стороной ладони и обернулся ко мне.

– Можешь выходить, Ли Вон. Шоу окончено.

Я выбрался из своего укрытия, ноги всё еще были ватными. Я смотрел на него с ужасом и восхищением одновременно.

– Ты... ты действительно это сделал. Без магии.

– Я же говорил, – он подошел ко мне, его взгляд снова стал мягче. – Анатомия и физика работают всегда, в отличие от капризной маны.

В этот момент из тени склада материализовался Беру. Он выглядел почти расстроенным тем, что ему не дали поучаствовать в резне.

– Маленький господин, – проскрипел муравей. – Документы у вашего отца. Он... в ярости. Думаю, к вечеру этой корпорации больше не будет существовать.

– Отлично, – кивнул Алекс. – Забери этих «отдыхающих» и доставь их в подвал Ассоциации. Пусть отец лично с ними побеседует.

Беру подхватил тела охотников, словно они были тряпичными куклами, и исчез в портале теней.

Мы остались одни. Тишина заброшенного склада казалась оглушительной после недавней битвы. Алекс подошел ко мне вплотную и положил руки мне на плечи.

– Ну что, адвокат? – его голос снова стал тем самым вкрадчивым шепотом. – Опасность миновала. Теперь нам нужно решить, что делать с нашим «спектаклем».

Я посмотрел на него, чувствуя, как адреналин в крови сменяется чем-то другим. Более глубоким и жарким.

– Ты обещал мне неделю без сна, – напомнил я, сам удивляясь своей смелости. – Я привык, что адвокаты всегда следят за выполнением обязательств по контракту.

Алекс широко улыбнулся. В этой улыбке не было ничего от ассасина или героя. Только чистая, дерзкая страсть семнадцатилетнего парня, который знает, чего хочет.

– О, поверь мне, Ли Вон, – он притянул меня к себе, и я снова почувствовал вкус пепла и свободы. – Этот контракт будет выполнен в лучшем виде. Но сначала... давай уберемся отсюда. Я знаю одно место, где нас никто не найдет. Даже тени моего отца.

Он развернулся и направился к машине, на ходу стягивая порванную футболку и демонстрируя идеальное атлетическое телосложение, покрытое сетью шрамов и татуировок. Я смотрел ему в спину и понимал, что моя спокойная, размеренная жизнь закончилась навсегда.

И, честно говоря, я не жалел об этом ни секунды.

Потому что в мире, где солнце Монарха ослепляет всех, я нашел свою тень. И эта тень была самой яркой вещью, которую я когда-либо видел.

– Эй, адвокат! – крикнул Алекс, уже садясь за руль. – Ты идешь, или мне придется тебя похищать?

– Иду! – отозвался я, срываясь с места.

Машина взревела, срываясь в занос, и мы исчезли в пыли промзоны, оставляя позади страх, заговоры и старую жизнь. Впереди была неделя, которая обещала стать самой длинной и самой незабываемой в моей жизни. И я был готов к каждому её мгновению.